Trade Offer

Повторить танец с противником Дань Хэну так и не довелось, хоть он уже и готовился начать действовать. Ардо позволял себе слишком много, явно ощущая свою безнаказанность, и, вероятно, причина на то у него имелась. Сильный, уверенный в себе, явно понимающий, что делает, имеющий план, а главное, возможность его реализовать. Он все продумал и потому оставался спокойным, но какими были его планы, все еще можно было только гадать. Зачем ему Дань Хэн? Он намекнул, но ничего не сообщил прямо. А был ли этот ответ вообще? Разрушение может ударить безумием, лишив смысла, причины и последовательности суждения. — Второй танец с одним и тем же партнером условиями бала запрещен, — прозвучал рядом знакомый голос. А за ним рука в карнавальной перчатке уверенно отодвинула руку Ардо, уже державшую Дань Хэна. Сперва показалось, что ослышался, да и в целом, судить только по голосу, глухому и тихому, не слишком разумно. Но потом с удивлением Дань Хэн обнаружил, что у подоспевшего человека знакомо все: движения, комплекция, рост, даже размер ладони и то, как он держит голову. Он был одет в парадный черный с золотым костюм, демоническая алая с черным маска как нельзя лучше ему подходила. Волосы, аккуратно зачесанные назад, удерживала широкая лента. Дань Хэн задержал на нем взгляд, позволяя себе пару секунд сомневаться, ведь откуда ему бы здесь взяться? Но в груди уже полыхнуло неожиданно сильным теплом. Тот факт, что видеть Блэйда на балу он все-таки рад, Дань Хэна слегка удивил. Впрочем, эмоции эти очень быстро смело другими, куда более важными: ситуация делалась действительно опасной. Загнанный в угол противник, у которого все идет не так, как планировалось, более непредсказуем. — Тогда зачем нам следовать условиям бала? — Ардо хмыкнул, и голос его зазвучал высокомерно и недовольно. — Вы придумали столько ограничений, но помогут ли они вам? Чего вы ждете от них, защиты? Того, что все станут следовать правилам, которые им невыгодны? Сперва он отказывался отпустить руку Дань Хэна, более того, ухватил ее крепко, до боли. Но стоило самому сделать шаг назад, как он разжал ладонь. Словно с самого начала был уверен, что Дань Хэн не посмеет от него отступиться. — Хотя бы потому что ты пришел на бал в качестве гостя, — холодно отозвался Дань Хэн. — Это твой ответ, стало быть? — он повернул голову и посмотрел на Дань Хэна так, что по коже невольно пробежали мурашки. Загнан в угол… да, сейчас это как никогда отчетливо ощущалось. И, возможно, дело было не только в том, что ему рискнули помешать. Он с самого начала действовал отчаянно и не сдерживаясь, словно ему было нечего терять. Так ли это? Его глаза были глазами чудовища. Сейчас это стало очевидным — из-за их холодного блеска, безумия пополам с чудаковатой жадностью и явным, читающимся даже в маске желанием причинить вред. Оно таилось в чуть приопущенном подбородке, растянутых в ухмылке губах. — Присмотрись внимательнее, — ответил вместо Дань Хэна Блэйд, — ты привлек не только мое внимание. И ведь в самом деле. Среброгривые стражи на балу носили примерно одинаковые мундиры, синие с белым, эти люди стояли позади, слева и справа, у стены и у балкона. Совсем недавно их тут не было. Неужто привел Блэйд? А потом взгляд упал на знакомую белую маску. Гепард тоже здесь. И не только он! Дань Хэн заметил Келуса, а с ним и Зеле, и Броню, и Сампо. Здесь было много сильных противников. Кажется, Ардо тоже это понял? — Все-таки сговорились? — он хмыкнул. — Польщен, что вы так меня боитесь. Или же ты все еще хорошо помнишь, каково это — быть разорванным в клочья, и боишься повторения этой ситуации настолько, что готов пожаловаться страже Белобога? «Он пытается спровоцировать Блэйда? Но зачем?» — недоумевал Дань Хэн. — Не угадал. Мне просто не нравятся те вещи, что ты пытаешься сделать. Поэтому я тебе не позволю. Блэйд говорил на удивление спокойно и даже мягко. Только глаза его оставались ледяными и очень внимательными. В самом деле, кто, как не он, отлично понимал опасность противника, с которым они столкнулись. — Значит, надеетесь поймать меня сегодня? — Ардо мягко рассмеялся. Он теперь казался совершенно обычным гостем, только в ярком и по-своему удачном карнавальном костюме. — Взять количеством? На это отвечать Блэйд ничего не стал. Келус за его спиной сложил на груди руки. А Гепард сжал кулаки. Они импровизировали, ведь разговор слышать они не могли. Но когда Дань Хэн снова повернул голову на Ардо, то его на месте уже не обнаружил. На миг это вызвало растерянность, и пришлось осмотреться по сторонам. Спрятался? Затерялся в толпе? Келус тоже нахмурился, но подходить не стал. Зато Блэйд заметно насторожился, но пару секунд спустя словно бы успокоился. И он внимательно наблюдал за Дань Хэном. Его взгляд буквально оседал на коже, тяжелый, непонятный. Почему за ним? Ведь где-то здесь, в зале, оставался опасный противник! — Куда он делся? — негромко спросил Дань Хэн, незаметно осматриваясь по сторонам. Келус теперь болтал с Гепардом и Сампо, а Зеле увела Броню танцевать. Они растворились во всеобщем пестром хаосе. — Не знаю, — последовал ответ, — но в зале я его больше не ощущаю. Он словно исчез. — Не ощущаешь? — Дань Хэн удивленно поднял на него глаза. — Верно. Я чувствую его. Это… один из даров Изобилия. Его слова поразили. Так вот как ему удалось так легко найти их, ведь оба носили маски и скрывались в толпе танцующих… — Ты лишь сейчас решил об этом рассказать? Там, в снегу, ты его тоже ощущал? И в Подземье… — Дань Хэн невольно отшатнулся, думая об этом. Как много важного он на самом деле не знал? Волнение, которое никуда не делось, ударило с новой силой. Зал с его шумом и слепящим блеском, кружащимися в танце дамами и рассеянными по всем углам стражами показался ему вдруг таким далеким. Он даже не чувствовал больше какофонии запахов, они все слились в тяжелую необходимость делать вдох, чтобы дышать. — У меня были сомнения. Теперь их нет. Он больше не находится в зале, ты можешь успокоиться, — отозвался Блэйд. И ведь его тоже было трудно воспринимать, как обычно. Может быть, потому что выглядел он совсем иначе. Блэйд в самом деле казался полноправным гостем бала, наряд шел ему даже больше, чем Дань Хэну. Помогала ли ему выбирать это все Кафка? — Но ведь должна быть причина, по которой он мог вот так уйти, — негромко выговорил Дань Хэн. Но Блэйд его услышал и кивнул. — Конечно. Он не говорил тебе ничего? Дань Хэн нахмурился. — Он говорил много, но загадками и очень неопределенно. Полагаю, дело в том, что он относится к Разрушению. Вот только это все равно не отвечает на все вопросы, как и не объясняет причину его поступка. Из-за этого совершенно непонятно, что делать дальше. В самом деле, Ардо, обладая теми силами, что они уже наблюдали, просто взял и сбежал, уступив Блэйду? Чтобы как-то систематизировать мысли и привести себя в норму, Дань Хэн отвернулся, отошел к столикам. Рука его снова потянулась к бокалу с шампанским. По крайней мере, напиток помогал не расслабиться. — Ты не веришь мне? — послышалось из-за спины. Дань Хэн сделал большой глоток. Сладко, но как же уместно. Думать обо всем этом, смотреть на такого Блэйда, находиться в этом месте среди сотен чужих красок и фальшивого блеска, пока по струнам надрывно бьет виолончель. — Верю. Хотя и не понимаю, почему ты ничего не говорил даже о своих подозрениях, — честно отозвался он. Отвечать Блэйд не стал. Вместо этого он, помедлив секунду, протянул ему руку. А когда Дань Хэн скептично на нее уставился, пояснил: — Он слишком долго был с тобой рядом. Разве не желаешь ты избавиться от этого ощущения? Тебе ведь даже пришлось выпить шампанского, чтобы успокоиться. — Я был спокоен, — возразил Дань Хэн. Однако приглашение принял. И ладонь его уже крепко сжали сильные пальцы. Странное чувство сдавило грудь, словно ему в самом деле удалось стать частью этого мира, только сейчас, в этот миг. Словно оба не играли роли, а действительно пришли на бал развлекаться и наслаждаться танцами и играми. — Как пожелаешь, — отозвался Блэйд. Закружилась голова. Мелодия наконец заиграла в полную силу. На талию опустилась уверенная рука, и пришлось ответно приобнять его за плечо. Но того неприятного напряжения, какое он испытал пару минут назад, танцуя с Ардо, больше не было. Да и двигаться синхронно у них получалось куда лучше. Пестрая масса в центре зала легко их поглотила, охотно приняв, и танец их стал таким же естественным, как и у остальных. Удивительным было то, что Дань Хэну это нравилось. Он впервые за вечер позволил себе расслабиться. Атмосфера бала словно впервые его полноправно поглотила. — Почему ты здесь? — наконец задал он вопрос. Взгляд Блэйда сделался жестким и настороженным, словно рядом все еще находился опасный противник. И эта угловатая резкость невольно добавляла его образу обаяния. — Пришел за тобой, — тут же ответил Блэйд. — Разве ты не нуждался в спасении? Или тебе нравилось, что он тебя обнимает? Вопрос удивил, и Дань Хэн на миг замедлился, чуть отстранился, чтобы заглянуть в лицо. Конечно, ничего увидеть не вышло, маска скрывала мимику, а глаза просто яростно поблескивали. Что его так разозлило? Эти эмоции не были направлены на Дань Хэна. Его настолько впечатлил Ардо? — Откуда ты узнал, что я буду на балу? — Твоя записка на металлической пластине, — сразу же признался Блэйд.— она выпала из одежды, пока ты находился в душе. Ты решил не рассказывать мне всего, а подвергнуть опасности только себя? Некоторое время Дань Хэн молчал. От волнений и эмоций заколотилось сердце. Но самое главное, ему действительно не в чем было винить Блэйда, учитывая, что промолчать решил он сам. — Я не хотел, чтобы ты пострадал, — признался он наконец, — что бы ты ни говорил о своем теле и невозможности его уничтожить, видеть этого я снова не хочу. — Настолько неприглядной была картина? Разве ранее ты не наблюдал подобное, когда убивал меня, Пожиратель Луны? От его слов и тона внутри резко захлестнуло болезненным холодом, словно его ударили в живот. То, о чем они говорили, никуда не годилось. Вернее, то, как они говорили об этом. И он мог сказать много обидного, резкого и не менее жесткого, но сказал внезапно то, о чем думал — честно и открыто. Возможно, сказалась накопившаяся усталость и та магия, которую он здесь, на маскарадном балу, ощутил. — Я не хочу снова видеть, как из-за меня тебя разрывают на куски. Как тебе больно и ты лишаешься жизни, пусть даже эта смерть и временная. Я не хочу видеть, как неохотно и тяжело ты восстанавливаешься. Я больше никогда не хочу на это смотреть. Похоже, его признание Блэйда впечатлило. Он вдруг умолк, хоть и не прервал танец, а потом, спустя несколько секунд, прижал к себе Дань Хэна крепче. Это снова заставило сбиться с ритма, а еще покрепче ухватить его за плечо. Яркие блики золота на чужих костюмах, искры в бокалах шампанского, роскошное сияние люстры и многочисленных светильников на стенах — все это слепило и дурманило, словно содержало алкоголя больше, чем выпитый ранее напиток. — Моя жизнь никогда не имела ценности после того, как я лишился ее в первый раз, — негромко проговорил Блэйд. Здесь, в этом месте, рядом с огромным количеством танцующих людей, его слова выглядели жутко неуместными. — Для тебя? — спросил Дань Хэн. — Не только. — Разве твои друзья из Охотников за Стелларонами не считают тебя ценным членом команды? Блэйд хмыкнул. Теперь он больше походил на себя привычного, хотя момент неожиданного откровения все еще царапал и словно обнажал слишком много. — Возможно. Ценность каждого определяет Элио. И я, и ты, все мы должны сыграть свою роль в его сценарии. — Я говорю не об этом. К чему сценарии, когда речь идет о близких людях? — В них нет надобности тому, чья единственная цель — завершить свое бессмысленное существование. Его отношение к себе начало злить. Но внезапный момент искренности здорово сглаживал неприятные острые углы. Опьянение начало медленно проходить, оставляя все больше вопросов. — Там в пещере, когда мы спали, и ты приходил в себя. Тогда ты тоже думал только о том, чтобы завершить свою жизнь? — упрямо задал вопрос Дань Хэн. «Да» прояснило бы очень многое и, наверное, успокоило бы, ведь такой простой ответ не допускал неоднозначностей. — Тогда я не думал вообще, — к его удивлению, Блэйд, похоже, с трудом сдерживал смех. — В этом не было нужды. Но мне… приятно, что ты уделяешь этому такое внимание и считаешь момент важным. Лицо моментально вспыхнуло. То, насколько легко ему удавалось выводить Дань Хэна из эмоционального равновесия, удручало. И ведь они продолжали танцевать, теперь уже мягко кружа по залу, находясь ближе друг к другу, чем когда-либо. Разве что за исключением той ночи, когда они грели друг друга. — Ты в самом деле хочешь это обсуждать сейчас? — спросил Блэйд. — Нет, — честно отозвался Дань Хэн. Меж тем мелодия начала затихать, танец медленно завершался. Только сейчас Дань Хэн осознал, что от выпитого приятно закружилась голова. Вот только танцевать больше не хотелось. А Блэйд словно читал его мысли. Не выпуская его из объятий, он кивнул в куда-то в сторону. — Там балкон. Давай выйдем. Балкон, а значит, приятный свежий воздух. Дань Хэн молча кивнул, соглашаясь. В общем-то, находиться на балу больше не имело смысла все равно. Ему все еще хотелось понять себя. И Блэйда. И, конечно, их противника. Все три варианта пока казались невозможными.