Как решаются ссоры.

Стоит дикий хохот, который звоном отскакивает от стен маленькой рабочей зоны. Горит яркий, режущий глаза свет. Мазолит мигающая светодиодная лента, ослепительная улыбка прожигает душу насквозь. Этот громкий смех, несвязанные между собой прикосновения и шутки. Крашенный блондин цепляется рукой за чужую штанину, пока смеется, жмуря свои серо-голубые глаза, обрамлённые густыми, чёрными ресницами. Тот вновь показывает пальцем на монитор с изображением деда и толкая друга в бочину, оскорбляя в шутку. С каждым разом общий просмотр тик-тока становится тупее и тупее и уже чувствуется, как мозг вытекает из ушей, но если подписчикам нравится смотреть на то, как они кривляются и корчатся, после чего хохочат и обзывают друг друга – без проблем. Тем более, они вновь поругались и помирились, а фолловеры уже успели соскучиться по их совместным стримам, пережив новый период их ссор. Это уже было установкой и базой их общения: сначала оба ругаются, высказываются на стримах, а иногда и оскорбляют друг друга, после чего вновь сходятся и как ни в чем небывало смеются вместе. Сейчас это было вновь. Блондин, под псевдонимом «Братишкин» сидел, откинувшись на кресле, и положив руку на коленку другу. Те перекидывались словами, когда говорили одно и то же резко сгибаясь и смеясь, пожимая друг другу руки или обнимая за плечи, радуясь новому попаданию их ментальной связи. Хотя они и просто походили на связанных. Так часто ругаться может не каждый и точно не каждый переживет такое количество недопониманий между ними. Оба понимают, что разные и оба знают, что вряд ли у них снова получится сойтись когда-нибудь, если они не решат проблему рано или поздно. Но вновь такая умная мысль откладывается на другой день, позже неделю, а там и месяц. Так они и тянут друг друга, будто скрепленные стяжками. Хотя тут не помогут даже они. Обмотанные цепями, постоянно брыкаются и толкают друг друга, кидаются, пытаясь будто убить друг друга, словно им соврали, будто ключ у кого-то из них. Один был готов добить второго, не понимания, что цепь не имеет замка. Она лишь общая для них обоих и топит их в болоте ненависти и агрессии друг к другу. Но те все еще пытаются искать компромисс и быть друзьями, хотя понимают, что долго не протянут. И понимают это не только они. В данный момент это выкупают даже фолловеры, которые строят домыслы и теории насчёт их отношений. Хорошие друзья и опять ругань. И ничего не объясняется. Но друг за друга цепляются и не хотят никуда отпускать. Это будет продолжаться вечность. Показывается донатная просьба: –Хей, Хес, покажи руки! У тебя крутые пальцы. –Лёша хмыкает и без лишних слов вскидывает руки к камере, покрутив и с улыбкой, словно делает обзор, показывает худые и изящные пальцы. Те длинные, аккуратные и красивые. Их хотелось рисовать, изображать на картинах маслом и акрилом, фотографировать и оставлять на память. Они были будто вытащены с какого-то дешманского фанфика, но были одной из самых красивых частей его тела. Джес как-то не сразу привык к тому, что людям нравятся его руки и изначально стеснялся, но после смог свыкнуться и даже показывать их на такие просьбы. Рядом за этим наблюдал Вова. Он сам разглядывал его пальцы с серьёзным лицом, пока резко не приложил руку к вебке и не опустил чужие ладони за кисти руки, нахмурившись. –Ой, все, харош красоваться, насмотрелись уже.–фыркнул Володя и Леша рассмеялся. Семенюк глянул на него недовольно, сдвигая брови. –Чего ты ржёшь? –Ревнуешь? –О-о-о, да-а.. Ревную, пацаны, не могу, твои руки ревную. –наигранно ахает парень, протягивая каждую букву и вздыхая на каждое слово. Прикладывает ко лбу руку, как барышня с бала, которую пригласили на танец и Алексей рассмеялся, отворачиваясь. Чат тоже залился хохотом, когда они перевели тему. Володя лишь хмыкнул на свою актерскую игру, довольный такими кривляниями. Все разберут на эдиты и вырезки, словно те три года в браке и трахаются ночами. Ничего, если это поднимает им подписчиков – пусть делают что хотят. Хайп это круто. –Любишь Братишкина? –Люблю, люблю! Кто его не любит, скиньте адрес.–со смехом произносит Хес на новый донат с вопросом. Те снова смеются. Пора завершать стрим, учитывая то, что он уже идёт второй час. Все соскучились по ним, но оба и так уже выдохлись. Даже друг от друга устали, а Лешу тут на нежности пробивает. Он складывает губы бантиком и тянется поцеловать его в щеку, пока Вова увиливает от поцелуя, закатывая глаза. Недовольство берет вверх, хоть тот и стоит с натянутой лыбой. Хесус тоже замечает такую изменчивость в поведении ранее тактильного друга, поэтому принимает решение мягко подводить к завершению. Время все равно уже десять вечера, поэтому тот наигранно изображает усталость. –Ну все, харош на сегодня, может еще завтра подрубим, посмотрим как пойдёт. Спасибо за стрим.–благодарит парень, после чего завершает. Окошко закрывается, вебка отрубается как и весь компьютер в целом, вместе с мониторами после того, как Леша выдергивает из розетки провод. Тот резко разворачивается к другу, который уже встал со своего места и собирался уходить, но Губанов тормозит его обращением к нему. –Шеф. –Ну что?! –резко вопрошает Братишкин, разворачиваясь и сдвигая брови. Джес не понимает такого поведения и удивлённо пялится на него, ничего не говоря. –Ничего. Хотел попрощаться. –Пока. –цыкает Вова, перед тем как пойти к двери, но Лёша опять не отпускает его. –Там дождь. Ты как домой? –На такси. –шипит парень перед тем как достать телефон, закатывая глаза. Судьба словно шутила над ним плохой шуткой, издевалась и не давала тому возможность уехать отсюда. Он и сам не мог объяснить такой резкой злобы к другу. Он не собирался с ним ругаться, но яд будто сам выходил. Только вот и телефон сегодня его не радовал. Тот оповестил о нуле процентов и Володя сжал в руке мобильник. –Останусь у тебя, заряжусь и поеду домой. Не долго. –Хорошо. Ты всегда можешь на меня рассчитывать. –соглашается Лёша, выдавливая улыбку, хоть и откровенно натянутую на расстроенное лицо, перед тем как уйти в комнату. Шеф проводил его взглядом, поднимая брови. Стыд уколол в сердце. Становится совестно за свое поведение: Леша с радостью хотел помочь ему и переживал, а он повел себя как сука, как и в любой ссоре. Эгоист. Может, стоит сейчас обсудить все, что их тревожит? Иначе совесть Вову сожрет. Тот и так ощущает, как ненависть к своему поведению подкатывает в виде кома в горле, начинает тошнить от самого себя и он быстро машет головой, стараясь прогнать мысли и найдя свой рюкзак достает оттуда зарядное устройство, направляясь к Леше в комнату. Тот сидит на кровати в телефоне, листая ленту соцсетей и не смотрит, как Вова зашел в комнату. Тот встал в проходе и кашлянул, привлекая чужое внимание. Хес повелся, подняв безразличный взгляд на его фигуру. Парень кинул и телефон и зарядку на кровать, в другой угол. –Хес, я хотел.. Эм-м.. Извиниться? –За что? –Ну, я нагрубил.. Я не знаю, почему, наверное, испортилось настроение. –Почему? –это вопросы снова начинают раздражать, но Братишкин держит себя в руках. –Да я, бля, знаю что ли.. Ну ты стал на стриме флиртовать, руки показывать, ну меня бесит.. –шипит парень, отводя взгляд и оббегая им комнату. Большая, заправленная серым пледом кровать, светодиодная лента, крупный шкаф, стол с еще одним компьютерным креслом и ноутбуком тут же. Кресло-мешок есть в уголочке, полки какие-то, зеркало. И конечно же, куча вещей самых разных, которые говорят о том, что здесь обжито. Все это привлекает чужое внимание, хоть он и чувствует, как неотрывно глядит на него Лёша. А Вова пялится на большую кровать, которая занимает большую площадь в комнате и уже от усталости представляет, как спит на ней. А еще домой ехать. –Ты ревнуешь? –Что!? –Ты меня ревнуешь. –заключил Хесус, от чего у Вовы глаза на лоб полезли. Тот даже открыл рот от удивления, не зная, как тот дошел до такого. Но, стоило дать шанс этой теории. Даже сказать, что он прав. Семенюк приревновал, когда он показывал пальцы, но как он это понял? –Нет, ты дебил? К чему мне ревновать?!–взрывается Вова, а тот ничего не ответил. Он встает с кровати, обходя ее и Братишкин делает инстинктивно шаг назад, рукой стараясь нащупать сзади себя что-то, дабы если что свернуть и не загнать себя в угол. Правда он сразу же проебался, ведь шаг получился большим и он упёрся в стенку около двери, подняв взгляд на друга. Тот не спешил его прижимать, лишь встал напротив, сложив руки на груди. –Чем тебя так задевает мое поведение? Ты хочешь, чтобы я флиртовал с тобой? Без проблем. Вова, тебе нравятся мои пальцы? –резко начинает давить на него Леша и тот бегает глазами по высокой фигуре друга, прикусывая губу. Заливается краской, сам не знает почему, но ситуация кажется такой абсурдной, что аж колени трясутся. Было сложно объяснить себе, почему он так себя чувствует.. Но, возможно, это из-за усталости? –Хес, ты не так понял.. Н-ну.. Блять, это не так работает, я не хочу чтобы ты флиртовал, мне все равно..–заикаясь, пытается объяснить хотя бы что-то Володя, моргая быстро и дыша так же рвано. Леша не двигается. Он снова ухмыляется и повторяет свой вопрос. –Тебе нравятся мои пальцы, да? –Да. –Братишкин дёрнулся. Хотелось заткнуть себе рот, ведь он упустил момент, когда это вырвалось у него. Красными становятся даже кончики ушей, щеки горят и пылают, а в животе узел завязывается.. Хотя, что за детский сад в его понятиях? У него откровенно встаёт, не понятно почему. Глаза блестят от ситуации. –Так почему ты сразу не говоришь? Строишь из себя мудака, грубишь, ты думаешь, я буду терпеть? Если я захочу, я тебя прям здесь этими же пальцами отъебу, ты меня понял? –хватая его за шиворот, тот притягивает к себе едва стоявшего на ногах Шефа, который не может отвести взгляд от гневного лица Хеса. Который злится, брови сдвигает, выглядит таким горячим, что голову сносит. Вову мелко потряхивает, он глупо улыбается и кивает. –По-о-онял..–тянет тот и давит лыбу, из-за который Хесус поднимает одну бровь. –Что ты понял? Что ты лыбишься, я серьёзно с тобой разговариваю. –Понял, что ты меня пальцами.. –мурлыкает Семенюк, впиваясь взглядом в чужие, голубые глаза. Тот теперь тоже удивляется и неловко хмыкает. –Повтори? –заявляет Хес, когда до Вовы доходит. Будто мозги включаются и перестает все плыть. Леша расслабляет хватку и Вова сам выпрямляется, широко раскрывая глаза. Он вскидывает руки вперед, упираясь в грудь другу и пытаясь оттолкнуть его от себя. –Блять, Леха, ты не так меня понял! Я не это имел ввиду, я задумался просто.. Отвали. –тараторит Братишкин, хмуря брови и делая шаг в сторону, желая его обойти, но Губанов повторяет его действие, снова не дав возможности выйти из неприятного положения. –Что ты делаешь? Отстань, блять, эта тема мне не нравится. –Что-то слишком часто я тебя не так понимаю, может дело в тебе? –Тебе кажется. Уйди. –Тогда какого хера у тебя стоит? Резкий вопрос заставляет Вову заткнуться. Проглотить язык, ослабить руки, которыми он толкался, отвести взгляд и краснеть еще сильнее. Он и забыл, что весь его вид выдают щеки и стояк. Леша ждет ответа, а он не знает, как объяснить. Сама мысль о том, что разочарованный в поведении Вовы Хес грубо возьмет его, выебав своими пальцами, сносит голову. Это и заставляло заводиться снова и снова, вздрагивать и представлять. И странно, что раньше он об этом никогда не задумывался. –П-пошел к чёрту.. –бросает Вова, не зная, как выкрутиться и толкая друга в плечо разворачивается, чтобы уйти. Только не получается. Лёша хватает его за кисть руки и тянет к себе, после чего заставляет сесть на кровать. Вова резко задирает голову на того, садится с краю дальше, скрещивая от дискомфорта ноги. Тот же упирается рукой в матрас, наклоняясь к тому ближе. Вова чувствует его дыхание на своих губах. –Ты же шутишь, да? –Шутил. Ты реально хочешь чтобы я сделал с тобой что-то, поэтому строишь из себя суку? –Да. –резко заканчивает разговор Вова, когда припадает к чужим губам своими. Когда хватает его за плечи и сразу целует с языком. Проходится им по зубам, заставляет друга приоткрыть рот, а когда он делает это, моментально сплетает языки. Хес вздыхает, когда Братишкин тянет его ближе. Тот жалобно пытается заполучить больше, поэтому когда Губанов упирается коленом между ног Вовы, тот с радостью двигается, чтобы ему легче было нависнуть. Рваный поцелуй мешается с тяжелыми вздохами, причмокиванием и покусыванием. Когда Вова отрывается, он глядит в чужие глаза, облизываясь. Хесус выпрямляется, встаёт с кровати, оставляя его одного лежать тут, с раздвинутыми ногами и краснеть как рак. Парень вздыхает, он оглядывает внешний вид Братишкина, прежде чем сложить руки на груди. Чёрные шорты чуть выше колена, серая футболка и высокие белые носки. Как он вообще домой собирался? Одет он явно не по погоде. А сейчас точно никуда не сможет: красное лицо, взъерошенные волосы и стояк. –Раздевайся. –приказывает Леша, после чего тот резко хватается за края своей футболки, задирает ее кверху, но останавливается, почти сняв. –А ты? –А я что? Быстрее.–тот кивает и заканчивает начатое. Скидывает свою футболку, ощущая как по голым плечам проходится холодок. Тот берётся за резинку шорт, но Лёша подходит и сам сдергивает их с него. Тот поджимает губы. –Это пиздец, Хес. –Боишься? –Да, очень. –бормочет Вова, отвозя взгляд. Он и вправду переживал, учитывая то, что это будет первый опыт. Как он вообще до этого дошёл? Раньше он никогда не рассматривал Лешу как кого-то кроме друга. Оказалось, надо было найти точку соприкосновения – грубость. Вову заводит грубость. –Не переживай, смазка есть. За остальное не могу отвечать, ты меня бесишь. –Вову снова передёргивает. О да, бесит. Он это специально сделал. Леша вновь опускает голову, рассматривая друга. Широкие плечи, подтянутое тело, плоский живот. Чистая, светлая кожа, очень осторожные изгибы. Большие ляжки, которые нравились не менее. Парень кладет руки ему на ляжки, когда взявшись за резинку белья, Вова ахает. –Успокойся, я еще ничего не сделал. Братишкин кивает. Он прав, еще ничего не произошло, а тот уже весь как на иголках. Когда вниз скользит бельё, Вове ничего не остаётся, как отвернуться. Тело горит, внизу все покалывает и он кусает губы. Леша отходит, подходя к шкафу и сунув руку в верхний ящик. Там он и находит смазку. Ну да, ситуации разные бывают, иногда новая знакомая готова дать на первом свидании.. Или старый друг просит выебать себя. Небольшой тюбик с клубничным запахом, прохладный на ощупь. Хес возвращается к нему и проводит рукой по плечу, толкая друга спиной на кровать. Парень снимает ноги в коленях, выдыхая и сжимая в руках плед. –Леш, пожалуйста.. –Что? –Быстрее, умоляю. –скулит парень, пока Губанов хмыкает. Открывает тюбик и выдавливает нужное количество геля на пальцы. Холодная смазка вызывает приятные ощущения, пока Вова раздвигает ноги, покрываясь мурашками. Хес кладет одну руку ему на колено, а вторую подставляет к колечку мышц. Один палец входит легко, но этого хватает, чтобы друг вздрогнул и вздохнул. –Лешенька-а, блять.. Ухмылка появляется на лице сразу. Скулящий Вова уже не такой уж и мудак. Тот сжимает в руках плед, переживая от новых ощущений, которых раньше не испытывал, когда Леша делает пару движений взад-вперёд. Такая ласка приносит удовольствие, от чего Семенюк закатывает глаза. Ахает, чувствуя как легко скользит из-за смазки в нем палец. Сам же Хесус испытывает похожие чувства. Новые ощущения, злоба на Вову и удовольствие мешаются в одну кашу, пока тот старается не забить на правила и не отъебать его сразу. Тот сам начинает ерзать на одном месте, приподнимать бедра, пытаясь сесть на всю длину пальца, наслаждаясь как он с лёгкостью меняет там угол входа и почти задевает простату. При этом, неопытность и отсутствие сравнения у Вовы дает ему большую возможность извиваться только из-за таких ощущений. Он не знает что будет дальше и ему достаточно даже такого. Второй рукой Хес провел по заднице, огладил ягодицу и сжал ее, стараясь облапать его полностью. Тот без предупреждения входит вторым пальцем, не до конца, ведь даже такое действие вызвало у Вовы тонну эмоций. –Хе-ес! –тянет парень, посмотрев в потолок. Дернул ягодицами, не в состоянии даже дышать. Пальцы с хлюпом вошли внутрь податливого тела, когда Вова закрыл ему рот рукой, которой только что лапал. Тот замычал, переложил руку с матраса и обхватил кисть друга, ища в нем внимание. Руку Хесуса постарался отодвинуть от рта, пообещав взглядом, что больше кричать не будет и опускает ее ниже, на свою грудь. Он просит ласки и Леша не отказывает. Проводит пальцами от ключиц до соска, оглаживая тот, когда резко толкает пальцы внутрь до конца. От смазки все проходит легко, внутрь узко и влажно. Губанов прикусывает щеку изнутри, когда аккуратно почти вынимает пальцы, начиная растяжку. Сначала взад-вперёд, дав время привыкнуть к такому размеру. Тяжелое дыхание стало доноситься сверху, пока Джес сжал грудь рукой. Да так, что останутся следы от пальцев. С чужого члена капал вязкий предэякулят, оставляя капли на лобке. Тот постарался сдвинуть ноги, но Хес не дал этого сделать. Отпуская бедное тело, тот раздвинул их снова и надавил на коленку. Братишкин закрыл глаза, начиная медленно стараться сесть самостоятельно. –Бо-о-оже.. Глубже, пожалуйста.. –просит тот, когда парень начинает медленно двигать пальцами в стороны, в манере ножниц. Раздвигая стенки, стараясь растянуть. Вова стонет протяжно, запуская свою руку себе же в волосы и сжимая их у корней. Чужие пальцы отлично справляются с ролью, начиная откровенно трахать его, да так, что он с радостью готов ощущать трение спиной о плед и поддаваться, чувствуя приятную растяжку. Приятный звук раздавался в ушах, внизу с помощью смазки очень легко входили пальцы и хлюпы один за другим ударялись в уши. Вместе со скулежем и мычанием, вместе с тихими вздохами и наоборот, громкими стонами вперемешку с его именем. Лёша сам чувствует каменный стояк в штанах. А еще видит, как переодически Вова тянется рукой к члену, чтобы помочь себе, но Губанов убирает его руку, вжимая ее в плед. Никаких рук. И Хесус не мог объяснить своего поведения. Братишкин его бесил, раздражал, но его хотелось трахнуть до тряски в коленях, до мольбы быть нежнее. За все его закидоны отыграться, за все его вечно недовольное настроение. Семенюк закусывает губу. Тело с лёгкостью принимает два пальца, несмотря на то, что они бьются в простату. С каждым новым толчком он будто снова хотел жить. Будто умирал, когда чувствовал пустоту без пальцев и снова стонал, оживал, когда пальцы ударялись ровно в то самое место. Он чувствовал себя таким жалким, но одновременно так хорошо не было никогда. Так он давно голос не слышал. –Вова, ты прям как шлюшка. –заключает Хес, когда добавляет третий палец. Худые, длинные и аккуратные, именно те, которые Володя видит в своих влажных мечтах. Именно те, которыми его сейчас имеют. Так, что внизу болеть будет, что нет уже мыслей, Хесус одними пальцами из него душу вытрахивает. А что было бы, если бы он его отъебал? Вова не готов об этом думать. Хочет, но не просит. Друг переодически отвешивает хорошие шлепки, сжимает задницу до красных следов, придушивает, так, что перед глазами звёздочки. Его пальцы влажные, внизу все колечко тянет, член пылает огнем из-за нехватки внимания. Стыдно позорно кончить, не прикасаясь к себе, по-пидорски как-то.. Но похуй уже. Его ебет пальцами его же друг, это максимально по-пидорски? Этого хватает, чтобы забыть про стыд и расслабиться. Парень вздрагивал всем телом, ноги тряслись и подкашивались, он не мог лежать спокойно. Каждый толчок отдавался стоном, вздохом и другим грязным звуком. Хес водил руками по всему его телу, а Вова не видел даже плеч. Это разочаровывало. Резкое движение Хесуса вновь заставляет Вову мычать. –Хес.. Хес, я сейчас.. –бормочет Вова, когда тот кладёт руку ему на член. Проводит рукой всего один раз по всей длине и последний здравый взгляд пропадает. Братишкин вздрагивает, трясётся, чувствуя как пальцы из него вынимают с влажным хлюпом и тот кончает себе на живот и грудь. От оргазма трясёт, все тело покрылось мурашками, он сжимает ноги и сжимает в руках матрас, устало вздохнув. Волосы спутались, весь краснющий тот не мог прийти в себя. На животе все еще белесая сперма, а перед ним его друг, который вытирает пальцы о салфетку. На его лице никаких эмоций, даже улыбки. Он ведет себя спокойно и чётко, как всегда.–Лёш.. –Тебя в душ проводить? –Я не хочу больше ссориться. –Я знаю. –с ухмылкой произносит Губанов. Семенюк отводит взгляд. Оказывается, так легко решаются конфликты. –Следующий раз будем нормально трахаться. –Следующий? –резко вопрошает парень и Хес поднимает бровь. –Не хочешь? –Хочу. И извиниться хочу. Прости меня. –Прощаю.