Больше, чем договор.

      Диппера разбудил осторожный стук в дверь. Слуга, склонившись в почтительном поклоне, сообщил, что Его Величество приглашает его на завтрак. Потянувшись и быстро приведя себя в порядок, он направился в обеденный зал.       Когда он вошёл в просторное помещение, наполненное утренним светом, за длинным столом уже собрались несколько знакомых лиц. Стэнфорд сидел, как всегда, с прямой осанкой и спокойным выражением лица, тогда как Стэн, напротив, выглядел заметно недовольным, бросая мрачные взгляды на брата. Диппер едва удержался от улыбки, догадавшись, что Форд, скорее всего, прервал очередную попытку брата сбежать и буквально привёл его на завтрак.       С другой стороны стола сидел Уилл, оживлённо что-то рассказывая своему отцу, который внимательно его слушал, время от времени кивая. Билла за столом не было, и это немного расстроило Диппера. Он прошёл к своему креслу и, усевшись, поймал взгляд Уилла. Вопросительно мотнув головой, он безмолвно спросил о присутствии его брата. Уилл лишь слегка пожал плечами, намекая, что сам не в курсе.       Завтрак в этот раз прошёл куда менее официально, чем раньше. Лёгкие беседы сменялись шутками, иногда в зале раздавался негромкий смех. Стэн, наконец перестав прожигать брата взглядом, расслабился и оживлённо рассказывал о своих планах на тренировки своих солдат, а Уилл делился историями о своих уроках. Диппер изредка поддакивал, но его мысли блуждали в другом направлении — отсутствие Билла его заметно тревожило.       Под конец трапезы к ним снова подошёл тот же юноша, что и накануне, вежливо поклонился и пригласил Диппера и Стэнфорда следовать за ним. Они поднялись из-за стола, попрощались с остальными и направились вслед за юношей по широким коридорам замка. Стэн вместо этого продолжил чаепитие с королем и Уиллом.       Весь путь до Малого Зала Диппер вертел головой, стараясь заметить статный «Золотой» силуэт, но того, кого он так ждал, нигде не было. Его взгляд метался из стороны в сторону, выискивая в толпе слуг и придворных знакомую фигуру, но тщетно.       Он таил надежду, что Билл уже будет ждать их в зале у астронома, но когда массивные двери открылись, и они шагнули внутрь, оказалось, что его и там нет. Астроном, заметив их появление, добродушно улыбнулся и пригласил присесть за полукруглый стол, уставленный книгами и свитками. — Прошу прощения, а где Его Высочество? — вопросительно обвёл он глазами вошедших. Заметив сомнения на их лицах, астроном перевёл взгляд на дворецкого, который стоял чуть поодаль, сложив руки за спиной. — Его Высочество присоединится к нам чуть позже. Пока вы можете озвучить преимущества предложенных дат более детально, — спокойно пояснил дворецкий.       Астроном кивнул и начал свой рассказ размеренно и спокойно, его голос был глубоким и завораживающим: — Начнём с первой даты, которая состоится ровно через две недели, под покровительством Венеры и Луны. Это время благоприятствует союзам, основанным на доверии и понимании, — он сделал небольшую паузу, позволяя присутствующим осмыслить сказанное. — Венера — планета любви и единства, в этом положении усиливает эмоциональную связь и способствует гармонии в отношениях, а Луна — символ интуиции и внутреннего понимания — дарует мудрость в принятии решений. Более того, Юпитер в тригоне с Сатурном открывает путь для процветания и стабильности, что особенно важно для союзов, заключаемых в период политических перемен.       Диппер слушал внимательно, украдкой поглядывая на Стэнфорда, который, слегка прищурив глаза, явно обдумывал услышанное. В этот момент дверь в зал приоткрылась, и внутрь быстрыми шагами вошёл Билл. По его внешнему виду можно было догадаться, что он торопился — несколько прядей волос выбились из привычной укладки, а дыхание было немного сбито. Он коротко кивнул всем присутствующим и молча прошёл к своему месту, не позволяя себе задерживать взгляд на Диппере.       Астроном, едва заметно кивнув в знак приветствия, продолжил: — Как я уже говорил, эта дата идеальна с астрологической точки зрения. Союз, заключённый под знаком Венеры, наполнен глубоким пониманием и поддержкой, а в сочетании с влиянием Луны он становится ещё более крепким. — Он перелистнул несколько страниц в своей тетради и поднял глаза. — Конечно, у нас есть и другие даты для рассмотрения. Вторая дата — через месяц. Под знаком Сатурна и Марса. Союзы, заключённые в такой день, обычно основываются на прочности и решимости. Сатурн отвечает за долгосрочные обязательства, а Марс придаёт решимость и уверенность в действиях… — Можете не продолжать, — раздался голос Диппера. Он сидел прямо, его лицо выражало решимость. — Мы выбираем первую дату.       В комнате на мгновение воцарилась тишина. Астроном замер с приоткрытым ртом, будто не до конца поверил услышанному. Стэнфорд чуть приподнял брови, немного удивлённый решением племянника, но после его губы накрыла легкая улыбка. Даже Билл, не выдержав, впервые за всю встречу посмотрел прямо на Диппера. В его взгляде промелькнуло удивление, но он ничего не сказал, только слегка кивнул, соглашаясь с его решением, но затем опустил глаза, скрывая эмоции. — Я… я понял, Ваше Высочество, — астроном быстро справился с удивлением и склонил голову в знак уважения. — В таком случае, я начну подготовку к церемонии и уточню все необходимые детали.       Астроном аккуратно закрыл свою тетрадь и, поклонившись, покинул комнату.       Когда он вышел, в помещении повисла напряжённая тишина, словно все ожидали, что кто-то вот-вот заговорит, но никто не решался нарушить хрупкое равновесие. Билл продолжал сидеть с идеально ровной осанкой, его лицо оставалось спокойным, но руки, сжатые в замок, выдавали его волнение.       Диппер украдкой посмотрел на него, пытаясь понять, что он сейчас чувствует, но Билл не поднимал взгляд, словно сосредоточившись на собственных мыслях.       После продолжительной тишину Стэнфорд откашлялся и добродушно произнес: — Отличное решение, Диппер. Быстро и уверенно, — он одобрительно кивнул, а потом поднялся с кресла — Мне нужно заняться подготовкой к отъезду.       Эдвард, который всё это время стоял в углу, подошёл к Стэнфорду: — Позвольте, я провожу вас. Есть несколько вопросов, которые нужно решить до вашего отъезда. — Он слегка поклонился и жестом указал в сторону выхода. —Увидимся позже, Диппер, — Стэнфорд хлопнул Диппера по плечу и направился к двери, сопровождаемый Эдвардом.       Двери тихо закрылись, оставляя Билла и Диппера в полном одиночестве.       Тишина опустилась на зал, лишь легкий ветерок, пролетавший через открытое окно, шуршал страницами раскрытых книг. Билл наконец поднял взгляд на Диппера, его золотые глаза мерцали в полумраке. — Первая дата, значит, — произнёс он спокойно, но в его голосе была едва уловимая хрипотца. — Быстрое решение. — Это… это казалось правильным, — тихо ответил Диппер, сцепив пальцы в замок. — Я не вижу смысла тянуть.       Билл наклонил голову, его взгляд смягчился: — Думаешь, ты готов к этому? — Вопрос повис в воздухе, заставляя сердца обоих биться чуть быстрее. — Об этом я как раз хотел поговорить, но… — он обвёл помещение взглядом, словно ища подтверждение своим мыслям, — Не здесь.       Билл кивнул, и после небольшой паузы произнёс: — Можем поговорить в моих покоях, — его голос стал тише, будто он боялся спугнуть Диппера. Или наоборот, боялся, что Диппер захочет ему сказать. — Хорошо, — так же тихо ответил Диппер.       Билл жестом пригласил его следовать за собой, и они молча покинули Малый Зал, направляясь в сторону западного крыла замка. Шаги по мраморным плитам звучали гулко, эхом раздаваясь в пустых коридорах. Слуги почтительно расступались, лишь склоняя головы в знак уважения.       Когда они дошли до тяжёлой дубовой двери с резным узором, Билл на секунду замер, потом распахнул её, пропуская Диппера вперёд. Комната была просторной, с высоким потолком и большими окнами, из которых открывался вид на западный сад. Солнечные лучи мягко ложились на тяжёлые занавески и массивный стол, уставленный книгами и пергаментами. — Проходи, — сказал Билл, закрывая дверь за собой и присаживаясь на край стола. Он жестом указал на кресло рядом. — Можешь садиться.       Диппер сделал несколько шагов и опустился в кресло, почувствовав, как мягкая обивка приятно пружинит под его весом. Некоторое время они молчали, каждый словно собирался с мыслями. — Я слушаю, — наконец нарушил тишину Билл, его голос был низким и спокойным, но в глазах всё ещё искрилось напряжение.       Наконец, Диппер глубоко вздохнул и поднял глаза на Билла. Его голос был мягким, едва слышным, но в нём звучала решимость: — Я… я хотел бы поговорить. Об этом всём. — он сделал паузу, набирая в легкие воздух и собираясь с мыслями. — После смерти родителей мой мир… будто поблек. Все стало каким-то тусклым, словно кто-то забрал все краски. Только рядом с Мейбл я чувствовал, что жизнь снова начинает сиять, — его голос на мгновение дрогнул, но он продолжил, — но когда я встретил тебя… всё изменилось. Мир будто засиял новыми оттенками. И я… — Диппер на мгновение замолчал, его щеки слегка порозовели и он, смущённый собственными словами, отвел взгляд. — Ты заставляешь меня чувствовать вещи, которых я раньше не знал. Это… немного пугает, но в то же время я хочу дать этому шанс.       Он замолчал, тяжело вздохнув, словно сбросив с себя тяжёлое бремя. Билл, услышав эти слова, на миг застыл на месте, его взгляд вспыхнул ярче. Он медленно обошёл стол, опустившись на одно колено прямо перед Диппером. Янтарные глаза встретились с синими, полными смятения и робкой надежды. Молчание повисло между ними, но в этом молчании таилась тысяча слов.       Билл смотрел на Диппера снизу вверх, его выражение стало неожиданно мягким и серьёзным. Он молчал, будто боялся нарушить этот момент, ожидая, когда Диппер сам подведёт итог своих слов.       Диппер, глядя в янтарные глаза напротив, чувствовал, как что-то тёплое и светлое разливается в его груди. Надежда, смешанная с волнением, проскользнула в его взгляде. Ему оставалось только сказать это. Только один шаг вперед. Его сердце билось так сильно, что, казалось, эхо стуков раздавалось по всему залу. Он сглотнул, собираясь с духом, и наконец произнёс: — Я хочу дать нам шанс, Билл. — Его голос прозвучал чуть громче, чем шёпот, но достаточно ясно, чтобы его собеседник услышал каждое слово. — Я не знаю, как это получится и что из этого выйдет, но… я готов попробовать. — Он сделал паузу, глядя прямо в янтарные глаза перед собой. — С тобой.       Билл окинул его взглядом, в котором вспыхнула надежда. Его лицо на мгновение утратило привычную маску спокойствия, сменившись выражением неверия и искренней радости. Он не сводил глаз с Диппера, будто боялся, что это всего лишь сон, который развеется при ближайшем движении. — Диппер… — его голос дрогнул, но он быстро справился с собой, опустив взгляд. — Ты даже не представляешь… — Он замолчал, на секунду прикрыв глаза, будто обдумывая, как правильно выразить свои чувства. — Это значит для меня больше, чем я могу сказать. — Он поднял глаза на Диппера, в которых горело нечто глубокое и тёплое. — Спасибо тебе.       Диппер слегка покраснел, но не отвёл взгляда, позволяя этим эмоциям обволакивать их обоих. Молчание, что повисло между ними, было на удивление лёгким и наполненным смыслом. Наконец, Билл, стоявший на одном колене, взял руку Диппера в свои, подняв её к губам и осторожно поцеловав в знак уважения и признательности.       Диппер улыбнулся в ответ, и его пальцы слегка сжали ладонь Билла. Они замерли так на несколько мгновений, наслаждаясь этим спокойным и тёплым моментом, Билл смотрел Диппера, не выпуская его руки из своей. — У нас много дел впереди, — сказал он с лёгкой усмешкой. — Но я рад, что теперь это будет не просто обязанность. Это будет… наше.       Диппер кивнул, чувствуя, как его сердце постепенно успокаивается, но остаётся согретым этой новой искренностью и пониманием. Теперь будущее не казалось ему таким пугающим. Внезапно смутившись всей ситуации Диппер медленно поднялся, будто что-то вспомнив. — Мне нужно идти, — тихо произнёс он, убирая волосы с лица и избегая взгляда Билла. — Я хочу написать письмо сестре… и успеть передать его дяде до отъезда.       Билл медленно поднялся на ноги, его взгляд стал чуть более мягким, и он кивнул: — Конечно. Все в порядке. Я провожу тебя.       Но Диппер замотал головой: — Не нужно. Я…мне нужно немного успокоиться. — Его голос прозвучал уверенно, но в глазах мелькнула тень сомнения. — Увидимся позже.       Билл ничего не сказал, лишь одарил его понимающим взглядом, и Диппер, не оглядываясь, вышел из комнаты, оставляя за собой тихий скрип дверей.       Вернувшись в свои покои, он с облегчением выдохнул и облокотился спиной на дверь. Наконец-то он признался. Даже не столько Биллу, сколько самому себе в этих чувствах. Он постоял еще несколько секунд, вспоминая прошедший разговор, и его губы тронула легкая улыбка. Но он мотнул головой, приводя мысли в порядок и вспоминая зачем вернулся в свои покои. Он прошел к столу. Вытащил из ящика бумагу и чернильницу и сел в кресло. Диппер вздохнул, собрался с мыслями и начал писать: «      Дорогая Мейбл,       Как же мне не хватает твоего смеха и той лёгкости, с которой ты всегда встречала каждый новый день. Здесь всё иначе, но я хочу, чтобы ты знала — я в порядке. Дядя Стэн и дядя Форд рядом, они обо мне заботятся. И ещё… я нашёл здесь того, с кем мне действительно хорошо. Надеюсь, ты поймёшь и поддержишь меня, как ты всегда и делала. Знай, что я счастлив. Впервые за долгое время я чувствую, что моя жизнь движется в правильном направлении.       Я скучаю по тебе, и надеюсь, что скоро мы увидимся.       С любовью, Диппер.»       Он перечитал написанное, ощущая, как в груди поднимается волна тёплых эмоций. Письмо получилось простым, но честным. Запечатав его и аккуратно сложив в конверт, Диппер поднялся и, покинув покои, быстро направился к дворцовым дорожкам, где у подножия ступеней замка уже стояли готовые к отъезду Стэн и Форд. Карета, запряжённая парой чёрных лошадей, ожидала своего часа. Слуги суетливо укладывали последние вещи, а Стэн уже успел пару раз поругаться с кучером, что, впрочем, не было для него чем-то необычным.       Заметив Диппера, он широко развёл руки: — Эй, племянник, ты успел!       Диппер улыбнулся и крепко обнял дядю: — Я не мог не прийти. И.… я хотел попросить тебя об одолжении. С этими словами он протянул ему письмо. Стэн взял конверт и, прищурившись, посмотрел на племянника: — Письмецо для сестрёнки? Не волнуйся, доставлю в целости и сохранности. Диппер благодарно кивнул, а затем повернулся к Стэнфорду. Тот мягко похлопал его по плечу: — Береги себя, Диппер. Я уверен, ты справишься. — Его голос был твёрдым, но в глазах читалась искренняя забота.       Диппер провожал взглядом, как они усаживаются в карету. Стэн подошел к своей лошади и обернулся: — И ты там держись, малец! И если этот золотоголовый хоть пальцем тебя тронет — дай мне знать!       Диппер усмехнулся, но не успел ничего ответить. На его плечо мягко легла рука, и знакомый голос произнес: — Не волнуйтесь, этот золотоголовый не обидит вашего племянника. — раздался спокойный голос позади. Диппер обернулся и встретился с тёплым взглядом Билла. Стэн хмыкнул, и, забравшись на лошадь, тронулся с места. Стэнфорд еще раз кивнул им в знак прощания и забрался в карету. — Хорошего пути — крикнул вдогонку Диппер, наблюдая за уходящей каретой, которая увозила двух его близких людей за пределы замка.

***

      После отъезда Форда и Стэна, дни начали сливаться в череду встреч, обсуждений и подготовок. На протяжении двух недель, предшествующих свадьбе, Билл и Диппер были полностью поглощены подготовкой к церемонии. Казалось, каждый день приносил с собой новый список дел, и свободного времени почти не оставалось. Их то и дело звали во дворцовые залы и кабинеты: обсуждали декорации, выбирали цветочные композиции, проверяли ткани и цвета для пошива костюмов. Коридоры дворца были наполнены суетой: слуги носили образцы тканей, расставляли вазы с цветами, тестировали осветительные приборы. Повара привозили образцы блюд для дегустации, и каждый раз, как Диппер садился за очередной стол с изысканными угощениями, ему вспоминались обеды в родительском замке — простые, но всегда тёплые и уютные.       Билл, помимо всего, был постоянно занят вопросами политической подготовки: беседы с советниками, обсуждения с придворными мастерами церемоний, подготовка к важной речи. И хотя они часто пересекались в этих суматошных коридорах или за совместной примеркой костюмов, времени поговорить наедине у них почти не было. Только короткие взгляды, лёгкие прикосновения рук, когда они случайно оказывались рядом, и редкие улыбки сквозь суматоху.

***

      Прошла неделя с тех пор, как его дядюшки уехали из замка. В один из вечеров, когда Диппер только вернулся в свои покои после очередной примерки, он обнаружил на своём столе письмо. Переливающийся сургуч с печатью шестиконечной звезды и венка из дубовых листьев блестел в свете свечей. Сердце замерло, когда он вскрыл конверт и достал сложенное письмо. На чистом, мягком пергаменте аккуратным, старательным почерком были выведены строчки. Он сразу узнал почерк сестры. Её аккуратные, немного кривоватые буквы вызывали тёплую улыбку на его лице. Диппер представил, как она, высунув язык от усердия, старается не допустить ни единой ошибки, а рядом, наверняка, сидит Стэн, поправляя её руку и подсказывая нужные слова. «      Дорогой Диппер       Я очень скучаю по тебе! Дядя Форд обещал, что мы приедем на твою свадьбу! Я так рада! Я обниму тебя крепко-крепко, и мы будем вместе весь день! Дядя говорит, что ты будешь занят, но я буду занята рядом с тобой! Я тут даже выбрала платье! Надеюсь, тебе понравится!       С любовью, Мэйбл.»       Он перечитывал письмо несколько раз, чувствуя, как в душе разливается тепло. Её наивные, добрые слова смягчили напряжение последних дней. Её обещание приехать на свадьбу придало ему сил и уверенности. Диппер отложил письмо на стол и некоторое время просто сидел в кресле, улыбаясь своим мыслям. Теперь он знал, что в этот важный день рядом с ним будут самые близкие люди.

***

      До назначенной даты оставалось всего несколько дней, и все эти дни были насыщены бесконечными репетициями церемоний, текстов и клятв. Казалось, каждый час был расписан до мельчайших деталей: декорации в зале, музыка, расстановка гостей — все это требовало их присутствия и согласия. Диппер никогда не думал, что подготовка к свадьбе может быть настолько изнурительной.       Когда Билла и Диппера наконец оставили в покое на несколько драгоценных минут, они почти синхронно рухнули на широкий диван в одном из залов. Диппер тяжело выдохнул, прикрывая глаза рукой. — Надеюсь, мои синяки под глазами будут не так заметны завтра, — устало потянулся он, протирая лицо ладонями, пытаясь хоть немного взбодриться. — Надеюсь, меня не вывернет завтра от одного вида банкетного стола, — Билл зажмурился, вспомнив, сколько всего им пришлось перепробовать. — Кажется, я на всю жизнь наелся.       Диппер усмехнулся, его улыбка была искренней и немного уставшей. Это был один из немногих моментов единения за последние несколько недель, когда они могли просто быть собой, без толп советников и слуг. — Как думаешь, завтра все пройдет гладко? — тихо спросил Диппер, приподнимаясь на локтях. — Вряд ли что-то пойдет не так, — ответил Билл, его взгляд был полон уверенности. — Мы ведь репетировали это бесчисленное количество раз.       Диппер кивнул, но не успел ответить, как дверь приоткрылась, и в зал вошел Эдвард, поклонившись: — Прошу прощения, Ваше Высочество, но нам нужно пройти еще одну репетицию церемонии. А затем… еще одну.       Билл и Диппер только переглянулись, без слов понимая усталость друг друга, но все же поднялись с дивана и последовали за Эдвардом. Они отрепетировали церемонию свадьбы и церемонию передачи престола — не один, а несколько раз. Все должно было быть идеально.       К концу дня Диппер чувствовал себя выжатым как лимон. Даже девушки, что помогали ему принять ванну, пару раз едва успели его подхватить, когда он едва не падал. Вода в ванной была теплой и расслабляющей, но даже она не смогла вытянуть из него всю накопившуюся усталость.       Когда он, наконец, добрался до кровати, тело тут же погрузилось в мягкость подушек и простыней. Он закрыл глаза, и все его мысли разом исчезли, растворяясь в густой, уютной темноте сна. Завтра был важный день.