Больше, чем договор.

      Сквозь плотные шторы пробивался мягкий утренний свет, золотистыми полосами ложась на пол и рассыпаясь по покрывалу. В комнате царила глубокая, почти осязаемая тишина, нарушаемая лишь редкими порывами ветра за окном. Весь мир будто замер, оберегая их покой.       Диппер первым приоткрыл глаза, медленно возвращаясь из плена глубокого, обволакивающего сна. Едва осознав себя, он почувствовал тёплую тяжесть на своей талии, что мягко удерживала его на месте. Он не был один. Рядом, погружённый в безмятежный сон, лежал Билл. Его дыхание было ровным и спокойным, а руки крепко обнимали Диппера, словно боялись отпустить хоть на мгновение.       Диппер осторожно повернул голову, чтобы рассмотреть его лицо. Утренний свет, пробиваясь сквозь щели в шторах, касался черт Билла с неожиданной мягкостью. Резкие линии его скул, обычно такие чёткие и уверенные, теперь казались сглаженными и умиротворёнными. Лёгкие тени от ресниц падали на щеки, а губы были чуть приоткрыты, позволяя видеть его ровное дыхание. В этом был какой-то особенный, почти волшебный покой, которому не хотелось мешать.       Не удержавшись, Диппер осторожно провёл пальцами по выбившейся на лоб светлой пряди. Волосы оказались тёплыми и мягкими на ощупь. Билл не пошевелился, но его дыхание на мгновение стало глубже, словно тело отозвалось на прикосновение. На губах Диппера заиграла нежная улыбка. В его глазах вспыхнула искорка тепла и бережной привязанности.       В этом моменте не было ничего лишнего — только они двое, окутанные мягким светом и согретые теплом друг друга. Ему хотелось бы просыпаться вот так каждое утро: в безопасности его объятий, под покровом золотистого света, который, казалось, оберегает их покой. Но мир за окнами постепенно оживал. Вдалеке слышались приглушённые голоса слуг, в коридорах замка раздавались осторожные шаги.       Диппер тихо вздохнул, но не двинулся с места, решив подарить себе ещё несколько драгоценных минут тепла и спокойствия, пока реальность окончательно не ворвётся в их убежище. Ему казалось, что если закрыть глаза и крепче прижаться к Биллу, то утро останется таким навсегда — мягким, неторопливым, только для них двоих.       Но этому не суждено было сбыться. Внезапный стук в дверь, уверенный и настойчивый, нарушил их утреннюю негу. Он был словно напоминание о том, что мир за стенами не стоит на месте. Диппер дёрнулся, а Билл нахмурился, его руки на миг сжались крепче вокруг талии Диппера, словно желая отсрочить неизбежное пробуждение. Диппер, тихо вздохнул, потянувшись ближе к нему. — Снова они, — пробормотал Билл, его голос был хриплым после сна, в нем слышалась капля раздражения. — Похоже, что день уже начался, — тихо улыбнулся Диппер, поднимая глаза и встречаясь с янтарным взглядом супруга.       Билл поднял руку, легко провел пальцами по его щеке, а затем, вздохнув, откинулся на подушку. — Неужели им мало того, что вчера они нас почти выгнали из постели к ужину? — его голос был мягким, но в нем чувствовалась лёгкая насмешка. — Ты же Король, тебе не положено спать до обеда, — усмехнулся Диппер, медленно садясь на кровати и отбрасывая растрепанные пряди волос со лба. — И… нам всё-таки стоит встать.       Билл потянулся, его мышцы приятно заныли от растяжения. — Полагаю, что стоит, — он нехотя сел, позволив простыням сползти с его плеч, и накинул халат. — Но я обещаю, что первым делом после всех приёмов и встреч, я снова украду тебя в постель.       Диппер рассмеялся, его глаза заискрились от этого обещания. — Тогда тебе придется столкнуться с моей сестрой. Я обещал ей уделить один день, пока она не вернулась домой.       Они оба поднялись, обменявшись взглядами, в которых читались обещания и скрытые улыбки. День начался, но мысли об их уютном убежище, скрытом от всего мира, остались с ними, тёплыми и согревающими.       Билл задержался на мгновение, легко касаясь губами виска Диппера, прежде чем, накинув халат покрепче, направился в свои покои, чтобы переодеться. Его шаги стихли за дверью, оставив Диппера в тишине, наполненной ещё не растаявшим теплом их объятий.       Пока завтрак не был подан, Диппер воспользовался моментом, чтобы привести себя в порядок. Он умылся прохладной водой из фарфорового умывальника, ощущая, как холод бодрит и освежает. Причесал непослушные пряди, и порывшись в шкафу выбрал рубашку с высоким воротом и длинными рукавами, тщательно застёгивая все пуговицы, чтобы скрыть отметины страстной ночи. Едва он успел поправить волосы, как в дверь постучали, извещая, что завтрак готов.       На столе в гостиной стояли тарелки с разными угощениями: свежие фрукты, горячий хлеб, масло и ароматный чай. Билл уже сидел за столом, изучающий очередной документ, одетый в тёмный сюртук, идеально подчёркивающий его фигуру. Он поднял взгляд и улыбнулся, приглашающе махнув рукой. Диппер сел напротив, и они принялись за еду, неспешно обсуждая предстоящий день. Солнечный свет мягко ложился на скатерть, заливая комнату тёплым светом. Атмосфера была спокойной и уютной, словно весь мир на мгновение затих, позволяя им насладиться этим моментом.       Билл поднял чашку к губам, делая небольшой глоток чая, когда дверь в покои с грохотом распахнулась. Он резко вздрогнул, подавившись, и закашлялся, пытаясь прийти в себя. Диппер тут же вскочил с места, но не успел ничего сказать — в комнату буквально ворвались Уилл и Мейбл. Их лица светились от возбуждения, глаза сияли, а улыбки были такими широкими, что невозможно было не улыбнуться в ответ. — Доброе утро! — в один голос радостно прокричали они, но увидев, что своим появлением причинили неудобства, замерли. — Ой, прошу прощения, — Мейбл прикрыла рот ладонью, смутившись и с осторожностью произнесла она. — Мы не вовремя?       Билл, наконец, откашлявшись, хрипло рассмеялся, отставляя чашку. — О, я бы сказал, что вовремя… на самый интересный момент, — он усмехнулся, вытирая губы салфеткой.       Диппер лишь закатил глаза, но улыбка не сходила с его лица. Он не мог не радоваться этой неожиданной встрече. Уилл снова начал улыбаться, проходя вглубь комнаты, а Мейбл подскочила к брату, прижимая его к себе. — Мы так скучали! — воскликнула она, сияя от счастья.       В комнате моментально стало шумно и оживлённо. Завтрак, который ещё несколько минут назад проходил в полной уютной тишине и спокойствии, теперь наполнился радостными голосами и смехом, превращая обычное утро в нечто по-настоящему тёплое и живое. — Диппер, ты вчера столько всего пропустил! — затараторила она. — Братец Уилл водил меня посмотреть на лошадок, и я даже смогла немного прокатиться с ним. Чем ты занимался вчера? — её невинные глаза с детской наивностью уставились на него.       Диппер смутился от такого вопроса и прокашлялся: — Ну… Мейбл, я был… немного занят. — Да, я знаю! Эдвард не разрешал мне даже подойти к твоей комнате. А ведь ты обещал уделить мне время, — её лицо стало серьёзным, а губы надулись, словно она обиделась, но через секунду озарилась счастливой улыбкой. — Но ничего! — весело сказала она, обнимая Диппера за шею. — Сегодня мы сможем провести целый день вместе! — Конечно, — сказал Диппер, поглаживая её по спине и взглянув на Билла. В его глазах читалось: «Я же говорил». Билл, скрывая улыбку, сделал ещё один глоток чая, пытаясь сдержать смешок, но Диппер заметил, как уголки его губ дёрнулись. Уилл, сидевший с другой стороны, наблюдал за ними с лёгкой улыбкой, его взгляд был мягким и спокойным. — Похоже, на сегодня у тебя уже есть планы, — заметил Билл, скрестив руки на груди. — И, судя по всему, ты не сможешь отказаться.       Мейбл с энтузиазмом закивала, подтягивая к себе чашку с чаем и отхлебнув с громким довольным вздохом. Её глаза светились от радости, и это было заразительно. Даже Билл не удержался от лёгкой улыбки, наблюдая за её неподдельным восторгом.       Диппер вздохнул, но в его глазах читалось счастье. Этот день определённо обещал быть насыщенным.       Мейбл продолжала с воодушевлением рассказывать о своём вчерашнем приключении, её глаза сияли, а жесты становились всё более выразительными. Диппер слушал с лёгкой улыбкой, кивая в нужных моментах, хотя иногда его взгляд всё же соскальзывал на Билла, который с интересом наблюдал за ними, подперев щёку рукой. — А потом, — оживлённо продолжала Мейбл, размахивая руками, — Уилл показал мне, как правильно держаться в седле! Сначала я немного боялась, но он сказал, что я прирождённая наездница! — она гордо вскинула подбородок, словно уже видела себя верхом на боевом жеребце. — Прирождённая наездница? — Диппер с улыбкой поднял брови и перевёл взгляд на Уилла, который только кивнул, подтверждая слова Мейбл. — Абсолютно, — подтвердил он. — Ей хватило всего пары минут, чтобы освоиться. Даже лошадь успокоилась, как только она взяла поводья.       Мейбл сияла от гордости, её глаза блестели. Билл с интересом наблюдал за разговором, откинувшись на спинку стула и делая редкие глотки из своей чашки. В какой-то момент он наклонился к Дипперу и, слегка понизив голос, прошептал: — Она просто очаровательна.       Диппер лишь кивнул в ответ, взгляд его потеплел. Мейбл, казалось, принесла с собой солнечный свет в этот утренний зал, и её энтузиазм заразил всех вокруг. — Так что, когда мы поедем кататься? — внезапно спросила Мейбл, поворачиваясь к Дипперу с ожиданием в глазах. — Кататься? — Диппер замер, а потом улыбнулся, видя её горящий энтузиазмом взгляд. — Ну, думаю, мы сможем устроить это… если ты обещаешь не сбежать в закат на первой же лошади, что попадётся тебе на глаза.       Мейбл рассмеялась, хлопнув его по плечу: — Обещаю!       После завтрака Диппер, Мейбл и Уилл собрались отправиться к конюшням. Билл извинился и сообщил им, что не сможет присоединиться к их прогулке, сославшись на дела. Мейбл подошла к нему, мягко подергала за рукав его костюма и посмотрела грустными, почти умоляющими глазами: — Большой братик, присоединяйся к нам, когда освободишься. Диппер будет скучать без тебя.       Диппер согнулся, одной рукой опираясь на колено, а другую положил себе на грудь, тихо произнося: — Мейбл… ты такая милая…       Билл замер, смотря на девочку с растерянностью и абсолютной очарованностью. На мгновение перед глазами ему явилась девочка с глазами цвета неба и кучерявыми каштановыми волосами — так похожая на Диппера, и сердце его пропустило удар. Вернувшись в реальность, он медленно присел перед Мейбл на колено, улыбаясь теплом и нежностью. — Что ж, тогда тебе придется сильно постараться, чтобы он не скучал, — он поднял ладонь и оттопырил мизинец — Обещаешь мне?       Мейбл с воодушевлением закивала, тоже выставив мизинчик, и переплела его с мизинцем Билла. Её серьёзное лицо в сочетании с детской округлостью и пышным платьем выглядело просто очаровательно. Диппер, наблюдая за этой сценой, улыбнулся шире, и в душе у него разливалось тепло. — Вот и умница — с теплотой в голосе произнес Билл, поднимаясь с колен. Он кивнув им на прощание и удалился вглубь коридора. — Ну что, идём, — подал голос Уилл, протягивая руку Мейбл. — Да! — уверенно сказала юная леди, и схватив за одну руку Диппера, а за другую Уилла, потащила их в сторону местонахождения лошадей.       Конюшня встретила их свежим ароматом сена и теплым дыханием животных. Лучи солнца пробивались сквозь деревянные ставни, играя на полах и стенах, оживляя привычное пространство мягким светом. Троица прошла по широкому коридору между стойлами, где лошади нетерпеливо шевелили гривами и переступали копытами.       Уилл уверенно подошёл к одному из боксов и улыбнулся, раскрывая дверь. Там стояла высокая, мощная лошадь с блестящей чёрной шерстью и внимательными карими глазами. — Вот это — мой друг, — сказал он с гордостью, поглаживая её морду. — Её зовут Аврора. Очень умная и послушная.       Диппер склонился, чтобы посмотреть ей в глаза, осторожно протянул руку и погладил нежно шею лошади. Та тихо фыркнула, прижимаясь к ладони.       В это время Мейбл с радостным восклицанием подбежала к другому стойлу, где стояла белоснежная кобылка, с шелковистой гривой и веселым блеском в глазах. — Смотри, это та самая, на которой я каталась вчера! Жозефина! — засмеялась она, обнимая лошадку за шею и ласково гладя по морде. — Она такая добрая и спокойная!       Лошадка фыркнула, мягко покачивая головой и словно отвечая на радостный настрой девочки.       Диппер и Уилл обменялись улыбками, наслаждаясь простой радостью этого утра, наполненного живой энергией и светом.       Проходя мимо одного из боксов, Диппер вдруг заметил одну из лошадей и с восхищением остановился, чтобы полюбоваться. Конь с песочного цвета шерстью, мощные мышцы, сверкающая грива, и глаза — такие умные и проницательные, будто смотрели прямо ему в душу.       Уилл, заметив его пристальный взгляд, подошёл и улыбнулся: — Это конь Билла, — сказал он с лёгкой гордостью. — Его зовут Феникс. Говорят, что он почти так же своенравен, как и хозяин.       Диппер осторожно протянул руку, и конь мягко опустил голову, позволяя погладить себя по шее. В этом взгляде и прикосновении было что-то глубокое — словно между ними уже возникло невысказанное взаимопонимание. — Я могу его взять? — спросил Диппер, оборачиваясь к Уиллу с надеждой в голосе.       Уилл на мгновение растерялся, почесал затылок и ответил: — Ну… думаю, можешь. Но Феникс бывает иногда непредсказуем — упрямый и своенравный. И Билл убьёт меня, если с тобой что-то случится.       Он огляделся вокруг в поисках другого варианта и добавил: — О, может, лучше возьмёшь Сильвию? Она добрая и спокойная, прямо как Жозефина, идеально подойдёт для прогулки! — предложил Уилл, кивнув в сторону Мейбл, которая в этот момент увлечённо гладила свою лошадку и тихо напевала что-то под нос.       Диппер улыбнулся, наблюдая за сестрой, но затем снова повернулся к Фениксу. Его взгляд был полон решимости. — Я правда хочу попробовать с ним, — уверенно сказал он, мягко поглаживая шею коня.       Феникс тихо фыркнул, будто в знак согласия, и опустил голову чуть ниже, позволяя Дипперу провести рукой по его морде. Уилл на мгновение замер, видя эту сцену — обычно Феникс не терпел чужих прикосновений, кроме Билла, но сейчас он выглядел почти спокойным. — Ну что ж, — наконец кивнул Уилл, сдаваясь под напором их взаимопонимания. — Но будь осторожен. Сначала просто попробуй подержать его за поводья, пусть привыкнет к тебе.       Диппер кивнул, его глаза сияли от радости и волнения. Он аккуратно взял поводья, которые протянул ему Уилл, и погладил коня по мощной шее. Феникс переступил с ноги на ногу, но не отступил, словно принимая его присутствие. — Похоже, вы поладите, — заметил Уилл с лёгким удивлением. — Но всё равно, если что-то пойдёт не так, просто отпусти поводья и отойди.       Диппер кивнул, в его взгляде светилось любопытство и лёгкий трепет перед предстоящей прогулкой. Мейбл в это время уже сидела на Жозефине, радостно махая им рукой. — Ну что, вы готовы? — весело крикнула она, поправляя поводья. — Готовы! — в один голос ответили Диппер и Уилл.       Впереди их ждал просторный двор и залитые солнцем луга, где можно было пуститься в галоп, ощутить ветер на лице и забыть обо всём, оставив позади каменные стены замка. Воздух был свеж и напоён ароматом травы, а лёгкий ветерок колыхал верхушки деревьев вдоль дорожек. Мейбл первой выехала из конюшни, чуть ли не прыгая в седле от восторга, когда Жозефина мягко переступила через порог и вышла на открытый воздух. Её смех звенел, как колокольчик, наполняя пространство радостью. — Смотрите, как она грациозна! — восторженно воскликнула Мейбл, гладя лошадку по шее. Жозефина, словно в ответ, мотнула гривой и неторопливо пошла вперёд, переступая копытами с изяществом танцовщицы.       Уилл вывел свою Аврору, которая спокойно вышагивала, слушая малейшее движение его рук. В седле он выглядел уверенно, как будто рождён был для этого — его спина была прямая, руки крепко держали поводья, а взгляд уверенно скользил по окрестностям.       Диппер вывел Феникса последним. Конь был высок и величественен, его золотистая шерсть блестела на солнце, а грива развевалась при каждом шаге. Он неспешно вышел на улицу, внимательно оглядывая пространство, будто оценивая каждый звук и движение. Диппер крепче сжал поводья, но старался сохранять спокойствие. Феникс переступал плавно, грациозно покачивая головой, и на мгновение Дипперу показалось, что они двигаются в такт. — Смотрите-ка, слушается, — заметил Уилл, подъезжая ближе. — Обычно Феникс куда более своенравен. — Да? — удивился Диппер, переводя взгляд на него. — Ну, кажется, мы нашли общий язык.       Мейбл поскакала немного вперёд, смеясь и махая им рукой. — Эй, чего такие медленные? Догоняйте меня! — и, чуть стукнув пятками по бокам Жозефины, умчалась по тропинке, усыпанной лепестками цветов. — Эй, Мейбл! — крикнул Диппер, слегка подстегивая Феникса, который тут же встрепенулся и рванул вперёд, развивая скорость с пугающей лёгкостью. Ветер засвистел в ушах, волосы взметнулись, а сердце застучало быстрее от прилива адреналина. Диппер крепче вцепился в поводья, но не смог сдержать радостного смеха — так легко и свободно он давно себя не чувствовал.       Уилл догнал их на Авроре, придерживая скорость, но улыбка не сходила с его лица. — Вижу, ты отлично справляешься! — крикнул он, перекрывая шум ветра. — Спасибо! — ответил Диппер, ловя его взгляд. — Это невероятный конь!       Вскоре они обогнали Мейбл, которая, смеясь, пыталась угнаться за ними. Жозефина мягко переступала с копыта на копыто, но даже она начала набирать скорость, подхваченная всеобщим весельем. Троица выехала за пределы дворцовых стен и вместе помчалась по утоптанной тропинке, ветер бил в лицо, волосы развевались, а смех звенел, поднимаясь в самое небо.       Казалось, что в этот момент времени просто не существовало — только свобода, скорость и ощущение единства с животными, на которых они скакали. Впереди раскинулись зелёные луга, усыпанные цветами, и их прогулка только начиналась.       Добравшись до широкого цветущего луга, они замедлили бег, позволяя лошадям шагать неспешно и грациозно. Вокруг раскинулось бескрайнее зелёное море, переливающееся под лучами солнца. Высокая трава нежно покачивалась от лёгкого ветерка, а по краям виднелись дикие цветы, добавляя ярких красок в эту умиротворённую картину. Жозефина с интересом принюхивалась к травам, Аврора время от времени встряхивала гривой, а Феникс, гордо подняв голову, оглядывал пространство, словно проверяя его безопасность. Лошади шли шагом, медленно покачиваясь из стороны в сторону, и вся сцена напоминала что-то из старых сказок — спокойное, неторопливое, будто время решило сделать передышку.       Мейбл весело болтала с Уиллом, а Диппер, идя чуть впереди, поглаживал шею Феникса, который, казалось, наконец успокоился. Конь мягко переступал копытами, его грива колыхалась в такт шагам. Диппер чувствовал под собой мощные мышцы животного, и это ощущение силы завораживало. — Я уже давно не катался на лошадях, — задумчиво произнёс он, чуть обернувшись к Уиллу. — Даже начал забывать, какое это потрясающее чувство. — Мир полон сюрпризов, — улыбнулся тот в ответ, управляя Авророй с изяществом, словно они были единым целым.       Но внезапно Феникс напрягся, вскинул голову и громко заржал, словно предостерегая о чём-то. Его мускулы напряглись, а ноздри раздулись, втягивая воздух с резким фырканьем. — Эй, спокойно… — пробормотал Диппер, стараясь удержать его под контролем, но Феникс поднялся на задние ноги, мощно ударяя копытами воздух. Диппер, инстинктивно наклоняясь вперёд и вцепился в поводья, сердце его заколотилось от неожиданности. — Диппер! — крикнула Мейбл, резко остановив Жозефину, а Уилл уже бросился к нему на Авроре.       Не дожидаясь, пока кто-то успеет среагировать, Феникс сорвался в галоп, разрезая воздух, словно стрела. Всё вокруг замелькало, и земля под копытами грохотала с каждым скачком. Диппер вцепился в гриву и поводья, пытаясь удержаться, но скорость и сила движения были такими, что его сердце ухнуло в пятки. — Чёрт! — выдохнул он, вцепившись сильнее, но не теряя хладнокровия. Ветер хлестал в лицо, вокруг мелькали деревья и кустарники. Феникс был неудержим, его дикий нрав проявился в полной мере, и Диппер осознал, что теперь остаётся только держаться и надеяться, что ему удастся его остановить.       Позади мелькнула встревоженная фигура Уилла, но Диппер уже отдался на волю инстинктам. Он вспомнил, как раньше катался на лошадях в Виндмуре, но та езда была спокойной прогулкой в сравнении с этой безумной скачкой. Лес приближался с пугающей скоростью, деревья вытягивались в тонкие полосы, и единственное, что держало его в седле — это упрямое желание не упасть.       Когда они ворвались в густую тень деревьев, Феникс неожиданно замедлился, его дыхание стало тише, но напряжение в теле не пропало. Диппер приподнялся в седле, осторожно ослабив хватку на поводьях, и конь замер, словно прислушиваясь к чему-то невидимому. В лесу было тихо, слишком тихо… только слышался их прерывистый, тяжёлый вдох. — Эй, приятель… — пробормотал Диппер, медленно проводя рукой по влажной шее Феникса. — Что это с тобой? Но ответом ему стала лишь настороженная тишина вокруг. Феникс не двигался с места, будто ожидая чего-то — или кого-то.       Диппер спрыгнул с седла, его сердце ещё стучало в груди, а дыхание было сбивчивым. Он огляделся по сторонам: лошадь привела его в дикую часть леса, где тропинок и приметных ориентиров видно не было. Только высокие деревья и звенящая тишина. — Ну и дела… — пробормотал он, поглаживая Феникса по шее. Тот недовольно фыркнул, но стоял спокойно, будто и не он только что мчался галопом без остановки.       Диппер потянулся за уздечку, собираясь развернуть его обратно, но конь вдруг вскинул голову, навострив уши. Ветер сменил направление, принося с собой запах дыма. Диппер тоже почувствовал это — едва уловимый, но явственный запах горелого дерева. — Это ещё что такое? — он прищурился, пытаясь рассмотреть что-то сквозь деревья. Но густая зелень скрывала любые признаки огня или дыма.       Феникс вдруг заржал и, вздрогнув, попятился, словно чуя что-то недоброе. Диппер сильнее сжал поводья, успокаивающе погладив его по шее. Но напряжение животного передавалось и ему — что-то было не так.       В этот момент из глубины леса послышался глухой треск — словно кто-то пробирался сквозь густую поросль. Диппер замер, прислушиваясь. Шаги становились всё ближе. — Эй! Кто там? — громко крикнул он, пытаясь избавиться от охватившего его беспокойства. Но ответом ему была лишь тишина.       Феникс снова захрапел, мотая головой. Диппер в нерешительности посмотрел на его взволнованные глаза, потом снова в сторону звуков. Всё внутри него кричало, что пора убираться отсюда. — Ладно, приятель, поехали отсюда, — пробормотал он, вставая в стремена.       Но стоило ему взобраться в седло, как из-за деревьев показалась фигура. Высокая, в плаще с капюшоном, она двигалась быстро и целеустремлённо в его направлении. — Эй, подожди! — крикнул Диппер, но незнакомец только ускорил шаг, явно намереваясь не дать ему уехать.       Диппер замешкался лишь на мгновение, но этого было достаточно, чтобы сердце сжалось от нехорошего предчувствия. Он пнул Феникса в бока, и тот сорвался с места, оставляя странную фигуру далеко позади.       Феникс мчался с поразительной скоростью, словно стремясь убежать от самой тени леса, от того неясного присутствия, что скрывалось среди деревьев. Ветер хлестал в лицо Диппера, выбивая дыхание, но он крепко держался за гриву, ощущая под ладонями напряжённые мышцы коня. Феникс, казалось, знал, куда бежать, не сбавляя темпа и огибая препятствия с точностью, словно они были ему давно знакомы.       В какой-то момент конь замедлил шаг, переходя на рысцу, а затем окончательно возвращаясь на луг, с которого они раньше уехали. Диппер тяжело дышал, руки немного дрожали от пережитого напряжения, он спрыгнул с седла, и сделал несколько глубоких вдохов, опираясь одно рукой о коня. Он стоял несколько минут, пытаясь успокоить сбившееся дыхание и клокочущее сердце. Феникс стоял рядом и внимательно наблюдал за ним, иногда тревожно перебирая копытами, будто желая поскорее уйти с этой поляны. — Что это было? — выдохнул Диппер, сглатывая, но ответа, конечно, не последовало.       Конь покачал головой, рванув поводьями в его руках, и Диппер погладил его по шее, стараясь успокоить. — Ладно, друг, поехали обратно, — проговорил он более уверенно, чувствуя, как страх потихоньку отступает.       Ловко запрыгнув обратно в седло, он направил Феникса обратно по тропинке, ведущей к дворцу. По пути Диппер оборачивался, надеясь увидеть вдалеке Мейбл и Уилла, но поляна была пуста. Снова что-то тягуче и тревожно ёкнуло в груди, но он подавил это чувство, сосредоточившись на пути вперед.       Когда дворец показался вдали, сердце Диппера забилось сильнее. Феникс, будто почувствовав его настрой, ускорил шаг, переходя в уверенный галоп.