Больше, чем договор.

      На тренировочном полигоне стояла лёгкая тень от высокого деревянного навеса, обвитого вьющимся цветущим плющом. Под ним, на резном деревянном стуле, устроилась маленькая принцесса — Селеста, в простом, но аккуратном платье бледно-голубого оттенка. На коленях у неё лежала плюшевая лошадка с вышитой сбруей, а рядом на скамье сидел Уилл, лениво жующий яблоко и посматривающий то на племянницу, то на поле.       Селеста сияла. Каждый раз, когда Диппер ловко выбивал шпагу у очередного рыцаря, совершая точный, но элегантный выпад, девочка визжала от восторга, хлопала в ладоши и подскакивала на месте, почти выронив игрушку. — Папа победил! Он опять победил! — звонко закричала она, подскакивая с лавки. — Он самый сильный! — Ты бы хоть один раз поболела за бедного сэра Рандольфа, — усмехнулся Уилл, глядя, как очередной рыцарь с глухим стоном оказывается на коленях. — У него уже меч дрожит в руках, когда он выходит против него.       Селеста в ответ только фыркнула и, скрестив ручки на груди, важно заявила: — Никто не победит моего папу! Он же герой. И красивый. И самый лучший.       На тренировочном поле Диппер, в простой рубахе и лёгкой броне, снова принял боевую стойку. Солнце отражалось на лезвии его шпаги, а влажные от усилий тёмные пряди прилипали к вискам. Он двигался быстро, но с благородной грацией — уверенно, экономно, и в каждом движении чувствовался опыт. Сколько бы лет ни прошло, он оставался легендой при дворе — не только как супруг короля, но как полноправный командир.       Селеста вдруг подбежала ближе к краю навеса, хватаясь за деревянную перекладину и вытягиваясь изо всех сил: — Папаааа! Ты видел?! Я хлопала громче всех!       Диппер повернул голову, и его лицо озарилось мягкой, лучистой улыбкой. Он приподнял шпагу, словно в приветствии, и кивнул: —Спасибо, звёздочка.       Рядом Уилл, сдерживая смех, шепнул: — Да, теперь у нас два командира. Один на поле, другой с игрушкой в руках.       Селеста гордо выпрямилась. — А я буду тоже сражаться! Только у меня будет меч с блёстками!       Селеста вытянулась ещё выше, вцепившись в деревянную перекладину, и её глаза загорелись ярче, как только она заметила знакомую высокую фигуру в темно-синем костюме и золотыми волосами, убранными в высокий хвост, и рядом — силуэт, который она могла бы узнать из любой точки дворца, даже с закрытыми глазами. — Папочка! Принцесса Рыцарь! — воскликнула девочка с восторженным писком и замахала руками так энергично, что её плюшевая лошадка с глухим шлепком упала на землю.       На другой стороне тренировочного поля Билл резко остановился и сразу же посмотрел в сторону, откуда донёсся знакомый голос. Улыбка сама собой расплылась на его лице, мягкая, теплая, с тем особенным оттенком любви, который появлялся только при взгляде на дочь. — Она нас заметила, — с лёгким смешком произнес он, повернув голову к своей спутнице. — Заметила? Да она сейчас выбежит с деревянным мечом и присягнёт на верность, — усмехнулась Пасифика, оглядев поле.       На ней был строгий, но удобный костюм. Ткань тёмно-синего цвета с чёрными вставками и ремнями подчёркивала стройность фигуры и позволяла свободно двигаться. Короткий плащ, перекинутый через плечо, держался на серебряной застёжке в виде герба её дома. Вместо парадного меча — тонкая рапира, пристёгнутая к поясу, скорее для привычки, чем по необходимости. Волосы были собраны в высокий хвост, перевязанный лентой в цвет костюма.       Никакой показной торжественности — лишь практичность, уверенность и лёгкость. Пасифика привыкла к этому образу, и он шёл ей лучше любой короны. — Пойдём, а то она сама спрыгнет с трибуны, — усмехнулся Билл, развернувшись и направившись в сторону навеса, ловко обходя тренировочные пары.       Селеста уже прыгала на месте от счастья, хлопая в ладоши и указывая Уиллу: — Видишь? Принцесса Рыцарь пришла! Она всегда приходит, когда я зову! — Ты вообще людей вызываешь, как заклинания, — пробормотал Уилл, но с ухмылкой подмигнул ей.       На поле, тем временем, Диппер, не заметив приближения семьи, в очередной раз ловко обезоружил противника. Он отступил на шаг, стянул защиту с головы, и, переведя дыхание, начал, как всегда, спокойно, но твёрдо разбирать ошибки: — Ты снова слишком сильно смещаешь вес на переднюю ногу при атаке. Это замедляет отступление и открывает бок. Над этим надо работать, сэр Арвис. Попробуем ещё раз через пять минут.       Он провёл рукой по вспотевшим волосам, откидывая прядь со лба, и только после этого краем глаза заметил движение — знакомая походка, золотистое сияние металла, и блеск глаз Билла.       Диппер обернулся, и его строгое выражение сменилось на мягкое, удивлённое и радостное. — Милый, сделай перерыв, нам нужно с тобой кое-что обсудить, — тепло произнёс Билл, подходя вплотную, чуть склонившись, чтобы поймать взгляд супруга.       Его голос звучал мягко, почти шёлково, но уверенно. Рядом Пасифика едва сдерживала усмешку, наблюдая, как все солдаты, в том числе те, кто только что готовился к следующему спаррингу, замерли в полной тишине, уставившись на короля, будто на спасение, ниспосланное с небес.       И когда Диппер, прищурившись и закатив глаза, нехотя, но всё же кивнул и отложил шпагу в сторону, по полю словно пронёсся вздох облегчения. Один из рыцарей, не стесняясь, просто рухнул на траву, раскинувшись на спине, словно спасшийся от битвы. — Спасибо вам, Ваше Величество, — выдохнул кто-то с заднего ряда. — Благослови вас небеса, — донеслось откуда-то слева.       Билл притворно смерил их строгим взглядом, а затем с лёгким смешком, подставил Дипперу руку. — Что? Я только начал разогреваться, — фыркнул Диппер, чуть опираясь на Билла, но уже без всякого упрёка. — Я знаю. Будь это полноценная тренировка, у них бы не было сил на разговоры. Но у нас есть для тебя новость, — сказал Билл, с лёгкой улыбкой глядя на него, а затем перевёл взгляд на дочку, которая прыгала на маленьком стульчике, опираясь о перекладину, сияла от радости и активно махая им рукой. — Она с утра не умолкала, — шепнула Дипперу Пасифика, кивая на принцессу — Бодро маршировала по коридору и заявляла, что «должна быть готова».       Она улыбнулась, скрестив руки на груди, и, взглянув на Диппера, лукаво добавила: — Ах да, чуть не забыла… сегодня она официально объявила, что станет капитаном королевской стражи. Через… максимум два года. Так что, думаю, тебе стоит приготовиться к передаче шпаги. — Только через мой труп, — усмехнулся Диппер, уже подходя к деревянной постройке.       Под навесом Селеста, как только все трое подошли, бросилась на шею Билла и радостно закричала: — Папа победил всех! Я считала! Это было уже… восемь! Или девять! — Десять, если считать того, кто сам сдался, — подмигнул Уилл, поднимая плюшевую игрушку и вставая со скамьи. — Ты самая лучшая считалка на свете, — с улыбкой сказал Билл и поцеловал дочь в висок. — Думаю, за такую ответственную службу тебе полагается… как минимум двойная порция пирожных. — Всегда готова! — отчеканила Селеста, вскинув подбородок. Её золотистые кудри качнулись, а глаза лукаво блеснули.       Уилл тихо засмеялся, качнув головой: — Она точно твоя дочь. — О, в этом никто даже не сомневается, — с тёплой гордостью прошептал Диппер, глядя, как Билл осторожно щекочет бока дочери, и девочка заливается чистым, искренним смехом. Пасифика, стоявшая чуть в стороне, не сводила взгляда с маленькой принцессы, уверенно командующей этой сценой, и мягко улыбалась.       Диппер вытер пот со лба краем рукава, облокотился на деревянную стойку навеса и, чуть прищурившись, вновь перевёл взгляд на Билла: — Так… И что вы хотели обсудить? — Голос его всё ещё сохранял лёгкую хрипотцу после тренировки, но в нём уже звучала ясная, спокойная заинтересованность. Он знал: если Билл прерывает тренировку, значит, это действительно важно.       Билл поднял на него взгляд, перестав щекотать дочь, и заговорил спокойно, но с особым акцентом на словах: — Герцог Нортвест собирается отойти от дел и передать бразды правления Пасифике.       В одно мгновение взгляд Диппера стал острым, как лезвие шпаги. Он выпрямился, словно ожидая удара, и тут же перевёл взгляд на Пасифику, стоявшую рядом. Её осанка была безупречна, плечи расправлены, подбородок приподнят — но в её глазах, ясных и светлых, плескалось предвкушение, почти азарт.       Он ничего не сказал, только смотрел, ожидая продолжения.       Пасифика, выдержав эту паузу, шагнула вперёд и чуть склонила голову, как на аудиенции: — И я хочу, чтобы вы провели церемонию посвящения, Ваше Высочество, — её голос звучал твёрдо, уверенно, но в нём всё же дрогнула тёплая, человеческая нотка. — Кто, как не вы, может наделить мой титул смыслом. Я не просто наследую земли. Я вступаю на путь служения.       Уилл тихонько присвистнул, словно восхищённо, а Селеста, не понимая сути, но почувствовав важность момента, взволнованно воскликнула: — Тётя Рыцарь будет Герцогом?! — Почти, милая. Герцогиней, — поправил Билл, он внимательно смотрел на своего мужа в ожидании его реакции.       А Диппер всё ещё молчал, вглядываясь в лицо Пасифики, и только через несколько долгих мгновений его губы растянулись в лёгкой, одобрительной улыбке: — Значит, церемония будет… А когда? — Через две недели, — ответила девушка. — Мне нужно ещё уладить кое-какие дела с советом в родовом поместье. Но я хотела, чтобы ты был первым, кто узнает об этом официально. И — кто примет мой присяг.       Диппер кивнул. Он больше не выглядел уставшим — в нём снова проснулась та серьёзность, которой он обладал на поле боя и в зале приёмов. — Тогда мы сделаем это правильно. С мечом, печатью и клятвой перед двором.       Селеста захлопала в ладоши, радуясь, хотя по-прежнему не до конца понимала, что именно произошло.       Билл улыбнулся и подмигнув Пасифике сказал: — Вот видишь, я знал, что он согласится. — Конечно знал. И как всегда — выбрал подходящий момент прервать тренировку, — хмыкнул Диппер, бросая косой взгляд. — Прости, что прервал твою победную серию, Ваше Величество, — усмехнулся Билл. — Но новости не могут ждать.       Селеста тем временем выскользнула из его рук и подлетела к Дипперу, хватая его за руку и возбуждённо подпрыгивая: — Папа, ты пойдёшь со мной есть пирожные? Ну пожа-а-алуйста?       Диппер посмотрел в её сияющие глаза — и сдался. — Как я могу сказать «нет» такому напору?.. — пробормотал он, с улыбкой поднимая её на руки. — Всегда работает, — довольным голосом добавил Билл. — Она точно твоя дочь, — усмехнулся Уилл, а Пасифика лишь покачала головой с нежной улыбкой.       Вместе они покинули тренировочный полигон, направляясь в сторону дворца.

***

      Две недели пролетели незаметно — дни были наполнены подготовкой, совещаниями и лёгким, но постоянным волнением, которое витало в воздухе дворца и за его пределами. Кожа от яркого весеннего солнца постепенно приобретала тёплый золотистый оттенок, а цветущие вишни вокруг замка словно распускались специально к грядущему торжеству.       Наконец настал долгожданный день церемонии. Утро встретило королевство безоблачным небом и прохладным ветерком, который нежно шевелил знамена, ленты и тонкие ткани, развешанные на арках, колоннах и балконах. Дворец был украшен гирляндами из свежих цветов, гербами дома Нортвест и знаками короны. В воздухе витал аромат весны, вплетённый в торжественность момента.       С самого утра в залах замка собирались гости — придворные, рыцари, приближённые и простые жители герцогства, приглашённые стать свидетелями исторического момента. Музыка звучала едва слышно, поддерживая атмосферу возвышенного ожидания. Всё замерло перед началом церемонии.       В тронном зале — сердце дворца — царила тишина, все ожидали начала церемонии. Сквозь витражи струился мягкий золотисто-синий свет, окрашивая мраморный пол и колонны в благородные оттенки. По обе стороны ковра, ведущего к тронному постаменту, где был установлен пьедестал, выстроились рыцари в парадных доспехах. Металл поблёскивали в свете, а лица оставались невозмутимыми — но в глазах читалось уважение.       С дальнего конца зала, под звон шагов и лёгкий шелест ткани, появилась Пасифика. Она шла с высоко поднятой головой, величественно и спокойно, её походка была полна достоинства. Лёгкие доспехи, отшлифованные до блеска, казались созданными для неё: сочетание силы и элегантности. За её спиной развевался бело-золотой плащ с гербом её рода.       Рыцари, стоявшие по сторонам, склоняли головы, когда она проходила мимо — не только как перед будущей Герцогиней, но как перед тем, кто вскоре станет Клинком Короны.       У подножия пьедестала Пасифика остановилась, опустилась на одно колено перед фигурой на возвышении.       Диппер выглядел чуть ли не величественнее самого трона, перед которым стоял. Облачённый в полный королевский наряд — тёмно-синий плащ с серебряной вышивкой, корона из белого золота, сверкавшая в свете люстр, и меч с рубиновым навершием в руке. Он стоял гордо и спокойно, излучая силу и достоинство.       Наступил момент. В зале воцарилась абсолютная тишина.       Диппер сделал шаг вперёд. Его голос прозвучал громко и чисто, наполненный уверенностью монарха: — Пасифика Нортвест. Ты призвана не только унаследовать титул и земли, но и имя. Имя Клинка Короны — защитника трона, хранителя чести, и жизни Королевской семьи. Перед лицом народа, под небом королевства, ты готова дать присягу?       Пасифика подняла голову. В её глазах полыхнула решимость. Голос прозвучал чётко, без единой тени сомнения: — Я, Пасифика Нортвест, присягаю на верность королю и его семье. Клянусь защищать их с честью, отвагой и без страха. Пусть мой меч будет их щитом, а мой разум — их опорой. До последнего вздоха, до последней капли крови, я - Клинок Короны.       Диппер молча кивнул. Поднял меч и лёгким, отточенным движением коснулся сначала правого плеча Пасифики, затем левого. — Встань, Клинок Короны. И да будет твой путь славен.       Пасифика встала. Её лицо сияло гордостью, осознанием долга и внутренней силы. В этот момент слуга, стоявший за Диппером, подошёл ближе — он держал бархатную подушку, на которой покоился кулон в форме дракона, обвивающего рубин — символ герцогства Нортвест, принадлежавший раньше её отцу.       Диппер взял кулон, подошёл к Пасифике и, осторожно, с достоинством, надел его ей на шею. Его пальцы на мгновение задержались, поправляя цепочку, и их взгляды встретились. — Ты достойна, — тихо произнёс он, обращаясь только к ней. Затем голос стал громче и торжественнее: — Сегодня, в этот знаменательный день, мы принимаем новую герцогиню — даму силы, мудрости и чести. Пусть её путь будет светлым, а сердце — отважным. Я торжественно посвящаю тебя, Пасифика, в Герцогини герцогства Нортвест!       В зал в тот же миг ворвались бурные аплодисменты, одобрительные возгласы и оживлённый шум. Люди вставали, чтобы увидеть её — новую герцогиню, Клинок Короны, которая теперь стояла плечом к плечу с самой короной.       С этого момента история герцогства Нортвест начинала новую главу.