Restless heart syndrome

Головная боль мешала приоткрыть глаза, заставляя хмуриться. Это сопровождалось протяжным стоном, который привел в движение всех тех, кто окружал девушку, пока она была без сознания. Они засуетились около нее, но Минсо никак не могла понять, кто это был. Голоса звучали приглушенно, а глаза так и не хотели открываться, словно налитые свинцом. Чья-то рука коснулась ее, нежно поглаживая. Девушка разомкнула пересохшие губы, желая что-то произнести. Вместо этого у нее вышло лишь прохрипеть и закашляться, что вызвало очередную пульсирующую боль в висках. Сынмин заметил это и подошел ближе, бросая взгляд на скорчившееся лицо девушки. Внимательно всматривался, отмечая, что она красива даже находясь в таком состоянии. Он переживал, но старался не подавать виду, оставаясь единственным, кто может здраво мыслить. Чонин обхватил ее ладонь, обеспокоенно бегая взглядом по всем присутствующим. Хотел собраться с мыслями, но так и не смог. Чанбин и вовсе словно находился не здесь. Паника захлестнула его с головой. – Со… ты… – кто-то говорил, обращаясь к ней, но она не могла разобрать ничего, проваливаясь в сон после того как почувствовала, что снова теряет сознание. *** – Я ей такую взбучку устрою – мало не покажется, – злился Сынмин на девушку, которую уже успели отнести в комнату, где доктор поставил ей капельницу. – Ну погоди, у вас не было уговора на нормальное питание. Не спугни, а то потеряем имеющийся прогресс. Я заставлю ее есть, чего бы мне это ни стоило. Вот же идиотка! Это ее здоровье, а она так беспечно к нему относится. Чанбин устало потирал виски, пока Сынмин наблюдал за ним с сочувствием в глазах. Не сестра, а ходячая проблема. – Ну же, не горячись слишком - тоже спугнешь. Ты нервничаешь, но нужно собраться. Ничего страшного не произошло, так? Она поспит, а наутро обсудишь с ней ее текущее состояние. Во всем должна быть мера, мой дорогой друг. К тому же, мне кажется, что с этим лучше всего разберешься именно ты, а не родители, но постарайся быть мягче. Объясни ей, что она так в гроб себя сведет. Ты ее брат, поэтому никто не сможет повлиять на нее лучше. – Да, понимаю, но все еще не могу поверить. Это нонсенс – забывать поесть. Вдруг у нее правда какие-то проблемы? Стоит ли ее тащить к специалисту…? – Доктор сказал, что это бывает в ее возрасте. Якобы головы молодых девушек заняты другими вещами, которые по каким-то причинам важнее приема пищи, столь необходимого для нормального функционирования. Стресс также может влиять. Не зря же он сказал на всякий случай проконсультироваться с психиатром. У нее натянутые отношения с родителями, с тобой только недавно получилось наладить контакт. Друзья ее из Сеула – вообще мрак. – Но я же стараюсь сейчас. Хочу, чтобы она смогла стать собой. Не искала одобрения у кого-то, а особенно у той сомнительной компании. Я не знаю, как избавить ее от всего стресса, но пытаюсь изо всех сил. Недостаточно, да? – Не неси ерунды. Ты молодец. Уверен, что ты ей все равно даешь больше свободы, чем родители. Просто понаблюдай за ней некоторое время. Чанбин пожал плечами, считая, что все равно виноват. – Слушай, иди поспи. Все равно доктор сказал, что она проспит до утра. Сынмин старался успокоить друга, но все тщетно. Его волнение за сестру затмило все прочее. Он корил себя, что недосмотрел за ней. Замечал, что девушка плохо питается, но был уверен, что она ест больше в то время, когда он находится на работе. Как теперь родителям говорить об этом? И говорить ли вообще? Много вопросов крутилось в голове. – Я что-то упустил… – начал Чанбин, – а куда делся Чонин? – Я отправил его домой, пока ты тут места себя не находил. Еле избавился. Он ушел только тогда, когда я разрешил ему прийти с утра. Ты не против? – Нет, все в порядке. Он хороший парень, заботливый. – Он влюблен в нее по уши. – И что? Если начнут встречаться, то только к лучшему. Уверен, у него получится избавить ее от вредных привычек и всяких дурацких мыслей. Он такой правильный – аж тошнит. Идеальный вариант для моей Со. – Знаешь, а мне он как-то перестал нравиться, – только и сказал Сынмин, вставая с дивана и направляясь в сторону выхода. – Останусь сегодня у себя. Удачи. Чанбин кивнул, вновь погружаясь в свои мысли. Боролись с одним злом, а к нему примкнуло новое. Что ж, Сынмин прав. Нужно попробовать поспать хотя бы несколько часов. *** Минсо только что проснулась и нехотя разлепила глаза. Воспоминания о вчерашнем вечере смутно проносились в голове, которая уже практически не болела. Дверь в ее комнату тихонько открылась и в комнату вошел Чонин. Вид у него был потрепанный, словно парень не спал всю ночь. Заметив движение в кровати, он обнаружил проснувшуюся девушку и за считанные секунды оказался у ее кровати, протягивая руки, чтобы укрыть в невесомых объятиях. Он старался не сжимать ее слишком сильно, так как переживал, что она себя может до сих пор плохо чувствовать. Довольно скоро он отступил, внимательно всматриваясь в ее лицо. Она отмахнулась от него, почесывая нос. – Как ты себя чувствуешь? – обеспокоенно уточнил он. – Нормально. Честно говоря, я плохо помню произошедшее. В какой-то момент просто отключилась, но даже не могу сказать, когда именно. – Ты ужасно напугала всех. Даже доктор приезжал. Осмотрел тебя, проконсультировал Чанбина, укол какой-то сделал, – он кивнул на ее руку. Она тут же разглядела небольшой синяк и раздраженно потерла его. Минсо ощущала себя не в своей тарелке. Из-за пренебрежения к еде она заставила волноваться близких людей. Девушка ненавидит чрезмерное беспокойство о ней, но теперь ничего уже не изменить. «Каково было Чанбину, когда он увидел мое обмякшее тело? Работает сейчас, а мысленно наверняка со мной. Вот я идиотка» - отругала себя она мысленно. – Здорово… – покачала Минсо головой, – теперь еще и каждый мой прием пищи будут контролировать. Дверь снова распахнулась и в комнату вошел Чанбин, услышавший голос сестры. Конечно же он не поехал ни на какую работу. Парень так переволновался, что и мыслить нормально не мог. – Извини, но ты сама виновата. Низкий уровень глюкозы в крови, низкое давление, а приправлено все дегидратацией. У тебя все нормально? Ты хотя бы воду можешь пить?! – Чанбин не выдержал и повысил голос, из-за чего Минсо сконфуженно отвела взгляд. – Не нужно так строго. Уверен, она учла свою ошибку, так ведь? – Чонин посмотрел на девушку, которая нехотя кивнула. – Ну вот. Я проконтролирую. Когда мы будем видеться, я каждый раз буду покупать ей что-нибудь аппетитное и следить, чтобы все было съедено до последней крошки. Чонин так искренне говорил, что Чанбин не мог продолжать испытывать гнев. Он вздохнул и потрепал сестру по голове. – Бини, прости. Обещаю, что исправлюсь, – она сложила руки в умоляющем жесте. Брат поцеловал ее в макушку. Он всю ночь вертелся, но уснул лишь под утро. В последний раз ему доводилось испытывать такой страх, когда поругался с родителями и ушел ни с чем из дома. На работу сегодня он просто не смог пойти, пусть даже Чонин и пришел рано утром. Сынмин справится без него, хотя и он уже интересовался состоянием девушки. Минсо же переживала, что брат захочет рассказать все родителям, которые явно в ту же секунду заставили бы ее собирать вещи и ехать обратно. Такое нельзя допустить. – Давай условимся, что родители не узнают об этом... Хорошо? – решилась спросить Минсо. Брат кивнул, хотя и показывал всем своим видом, что это плохая мысль. Да, они бы наверняка забрали ее обратно, но какая разница? Он облажался и готов принять это со всеми вытекающими последствиями. Однако Чанбин также понимает, что сестра попросту не хочет уезжать. Чувствует, что ей здесь комфортно, хотя вначале казалось иначе. Минсо и сама была уверена, что общение с братом придется выстраивать куда дольше. Как здорово, что он и сам рад идти навстречу. Это значительно сократило время их сближения, чему несказанно рада девушка. – Кстати, а родители всегда ставят тебя мне в пример, говорят, что ты их гордость. После всего, что я здесь узнала, как-то сомневаюсь, что они действительно так думают. Чанбин рассмеялся от услышанного. – Глупости, конечно. Они врут. Хотят, чтобы ты за голову взялась, вот и манипулируют твоими чувствами. Якобы твой старший брат такой молодец, а ты, ну, сама понимаешь. – Да, наверняка так и есть. Вот только ты и правда молодец. Я рада, что у меня есть такой крутой старший брат, – хоть она и говорила правду, но также старалась его задобрить и смягчить, чтобы он расслабился и перестал источать такую недовольную ауру. Кажется, у нее успешно получается. – Так, ладно. Я вас оставлю, хорошо? Мне нужно в аптеку, чтобы купить кое-какие витамины для тебя. Ну и продуктами закупиться не помешает, а то в холодильнике мышь повесилась. Сегодня еще поедим еду из доставки, а завтра я что-то приготовлю. Подумай в мое отсутствие, чем бы ты хотела поужинать. Постараюсь быстро, но ничего не обещаю. На этих словах он покинул комнату, оставляя Минсо с Чонином. Брат определенно ему доверяет. – Мне жаль, что я заставила всех поволноваться. – Надеюсь, что это было в первый и последний раз. Хенджин тоже знает уже, как и остальные. Он обещал чуть позже заглянуть в гости. Сумин тоже хотела, но она как-то провинилась перед родителями и ее максимум – сообщение с поддержкой. Минсо кивнула. Даже сообщения достаточно. Это уже говорит о том, что подруга искренне беспокоится. Хенджин и вовсе чудо. – Спасибо, что ты рядом. Это приятно… Чонин сел на край кровати, кладя руку поверх руки подруги и слегка сжимая. – Я не мог иначе. Так испугался за тебя. Девушка осторожно вытащила свою руку из-под его и улыбнулась. Его прикосновения не были ей противны, но казались неправильными. Она же хочет, чтобы он избавился от своих чувств к ней, значит, вести себя нужно соответствующе. Минимизировать касания и избегать ситуаций, которые могут поставить их в неловкую ситуацию. Она каждый раз проговаривает это про себя, как мантру, но наступает на одни и те же грабли, вновь и вновь позволяя лишнее. Чонин предложил сделать несколько бутербродов, поскольку до ужина еще достаточно времени. Минсо нехотя согласилась. Радостный парень убежал на кухню, но совсем скоро вернулся с предложенной едой. Она медленно пережевывала пищу, буквально заставляя себя. Чонин видел это, но ничего не говорил. Парень знал, что так нужно для ее же блага, и он хочет, чтобы с ней все было хорошо. Эта ситуация еще сильнее убедила его в подлинности чувств к Минсо. Пока Чонин разговаривал по телефону, Минсо пришло сообщение от Сумин. Она интересовалась состоянием подруги, а также рассказала занятную информацию, которой Минсо непременно воспользуется чуть позже. Как оказалось, ту сумку, о которой грезила Сумин, купил никто иной, как Хенджин. «Занятно, Хенджин, занятно… Вы оба такие милые», – подумала Минсо, ехидно ухмыляясь. – Эй, Со, немного не по себе тебя оставлять одну сейчас, но отец попросил вернуться домой. Что твой брат подумает обо мне? Я окажусь таким безответственным в его глазах… Он доверил мне присматривать за тобой, а я ухожу… – парень выглядел действительно расстроено и вряд ли у Минсо выйдет его по-настоящему успокоить. – Не страшно, правда. Хенджин должен прийти, помнишь? Да и Чанбин тоже вернется совсем скоро. Скажу ему, что ты заставил меня съесть бутерброды. Он будет рад, так что ты не испортишь его мнение. Иди. Я буду в порядке. Чонин сомневался, но все же покинул девушку. Одной скучать и правда долго не пришлось, так как минут через десять заглянул Хенджин, предварительно написав сообщение. Он настолько крепко обнял подругу, что казалось, приложи он чуть больше усилий, сломал бы ей пару ребер. Парень принес огромный пакет с разнообразной едой и напитками. Также поругал, грозно покачивая в воздухе указательным пальцем, вызывая лишь приступ смеха – настолько ему не идет злиться. В конечном счете, пожалел и взял с нее слово лучше относиться к собственному здоровью. – Эх, мы ведь договаривались встретиться, а я все испортила своим состоянием… – Разве это проблема? Сколько у нас еще будет этих встреч! – Уже почти половина каникул позади, если ты вдруг не заметил. Скоро я уеду и, вероятно, больше мы не сможем собираться тем же составом. Все верно. Время пролетает так незаметно, заставляя Минсо невольно грустить. Последний учебный год, давление со стороны родителей, экзамены, поступление. Слишком тяжелый год предстоит. Дальше будет легче – так она себя успокаивает. – И это говорит та, что бросила своих друзей, даже сменив номер. Умно, слушай, – рассмеялся Хенджин, за что получил легкий удар в плечо. – С тобой же я продолжала общаться! – Вам всем определенно нравится меня бить, – друг скривился, словно ему больно, а затем его лицо украсила самая хитрая ухмылка. – Кстати, знала бы ты, как Чонин сходил с ума вчера. Он всех на уши поднял. Мы еле успокоили его. Казалось, еще немного и он расплачется. И я не смеюсь с него, это скорее трогательно и мило. Минсо закатила глаза. – Согласна. Вот только от него мне это не нужно – ты и сам знаешь. А с Сынмином я словно бьюсь о скалы. Даже пытаюсь выискивать в его поведении какие-то намеки на взаимность, хотя понимаю, что это совершенно безумная идея. – А вдруг ты ошибаешься? – Нет, я не хочу думать о таком. Те моменты, которые я считаю странными, слишком притянуты. Я выискиваю намеки там, где их нет, понимаешь? – Ладно, в этом есть смысл. А насчет Чонина… Минсо сразу прерывает Хенджина, пресекая возможность договорить, выставляя перед собой руку. – Мы договорились с ним просто дружить. Он крутой товарищ, но не более. Я не могу изменить свои чувства лишь по одному моему желанию. Сделала бы это, но, увы, не обладаю таким навыком. – Даже немного обидно, что ты с ним так сблизилась. Раньше мы с тобой была не разлей вода, а теперь он отобрал мою прелесть. – Ой, не говори так. Твою настоящую прелесть, – она сделала акцент на этом слове, – никто не отбирал. – В каком смысле? – Согласна, я не сильна в намеках. Тогда сразу к делу - я о Сумин. Глаза парня округлились, словно раскрыли его самую большую тайну. Минсо с самой первой их встречи этим летом догадывалась, что оба неравнодушны друг к другу. Теперь все больше факторов указывает на это. Самый главный – реакция друга на слова о Сумин. Да и подарок он сделал ей не из дешевых. Просто друзьям такое редко дарят. – Ты ведь купил ей ту сумку. Я знаю, да. Не буду настаивать, но можешь со мной поделиться. Ты же всегда выслушивал меня, когда я ныла о своей любовной драме. Настала моя очередь? Хенджин рассмеялся и потянул девушку за щеку, заставляя ее фыркать от возмущения. Он испытывал неловкость, но знал, что скрывать такое от подруги нет смысла. – Я влюблен в нее, все правильно. Удивительно, как она сама не догадалась. Такая глупая. Столько намеков уже сделал… – Тогда ты не умнее, – хихикнула Минсо. – Попробуй признаться ей. – Что? Нет, ни за что! – Хенджин активно покачал головой, отказываясь принимать предложение подруги. – Доверься, хорошо? Ты же никогда не сомневался во мне, так? Вот и сейчас просто сделай это и наслаждайся результатом, параллельно коря себя за то, что не рискнул раньше. Было видно, что Хенджин активно обрабатывает ее просьбу. В глазах открыто читался страх утратить Сумин совсем, если она не чувствует того же в ответ. Парень долго молчал и хмурился, но в конечном счете согласился хотя бы обдумать эту затею, подробно рассмотрев ее со всех сторон и выписав на листочек все плюсы и минусы. Минсо и этого было достаточно. Она посеяла в нем семя уверенности, что все пройдет идеально. – Что ж, я пойду, а то обещал заглянуть к Джисону перед закрытием кофейни. *** Как только Минсо выпроводила друга, она, наконец, смогла вздохнуть свободно и заняться своими делами. Их было мало, но все жизненно необходимые. Первым делом, разумеется, покурить. Она взобралась на свое излюбленное место на крыше, где провела долгих двадцать минут. Выкурив сигарету, она не спешила уходить. Случившаяся ситуация знатно напугала ее. Потеря сознания происходит не впервые с ней, но настолько плохо она еще никогда себя не чувствовала. Кажется, пора прекратить пренебрегать едой. Все же здоровье ей еще потребуется. Она в самом расцвете сил, впереди ее ждет много еще непознанного. Как она справится со всем, если будет ходячим мертвецом? Принятие душа также входило в список ее желаний на данный момент. Минсо казалось, что она не мылась по меньшей мере неделю. Как только теплые капли коснулись ее кожи, брюнетка удовлетворенно ахнула. Мысли потихоньку стали собираться в кучу, когда как до этого они еще блуждали в разных частях ее головы. Груз вины постепенно отходил на задний план, когда она пообещала самой себе хорошо питаться. Брат и все остальные будут явно спокойны. Не исключено, что наберет вес, но это может сыграть ей на руку. Фигура станет чуть более округлой. Возможно, Сынмину нравятся девушки с формами. Минсо тут же ударила себя по голове, ойкая от боли, но избавляясь от мыслей о Сынмине и его предпочтениях. Сразу после душа Минсо решила разнообразить гардероб, стащив футболку у Чанбина. Она долго копалась в его шкафу, стараясь отыскать что-то наиболее соответствующее ее вкусам. Вещи брата оказались довольно однообразными. Штук десять однотонных футболок, например. Минсо они показались слишком банальными, и она продолжила искать. В самом низу удалось обнаружить одну отличающуюся. Обычного черного цвета, но с надписью на английском. Выглядит так, словно он и не носил ее. Максимум пару раз. «Наверно кто-то подарил», – подумала девушка и тут же надела ее на себя, любуясь в зеркало. – Моя одежда смотрится на тебе лучше, чем на Чанбине. Минсо дернулась, не ожидая, что кто-то в принципе находится в доме. Она обернулась и увидела Сынмина, облокотившегося о дверной проем. Как давно он здесь? Видел ли он момент ее переодевания? Лучше об этом не думать. – Это твоя футболка? Она просто была в шкафу Чанбина, вот я и решила позаимствовать. Могу снять, – забеспокоилась девушка. Сынмин хохотнул и покачал головой, а до Минсо наконец дошло, что в ее слова также можно вложить иной смысл. Более неприличный. – Поосторожнее с предложениями, – он подошел ближе и щелкнул ее по носу, как неразумное дитя. – Можешь оставить себе, если понравилась. Она почти новая. Я однажды забыл ее тут, а Чанбин, видимо, уволок в свой шкаф. Минсо смущенно кивнула. – Спасибо. Чанбин уже дома? – Да. Я с ним приехал. Он купил тебе много разной еды. Твой брат правда старается, так что постарайся взять себя в руки. Уж не знаю, есть ли у тебя проблемы с пищевым поведением, но, если они есть, лучше сразу скажи. Никто не станет тебя высмеивать. Все желают только лучшего. Ты и сама это знаешь. – Спасибо, я понимаю. Со мной все в порядке. Я обязательно скажу, если что-то будет не так. Девушке было приятно, что он беспокоится за нее, хотя она и не желала доставлять ни ему, ни еще кому-либо лишних неудобств. Парень кивнул и развернулся, чтобы покинуть комнату, но Минсо его остановила, обхватив своими тонкими пальчиками его плечо. – Постой… У меня кое-что есть для тебя. В моей комнате. – Да? Любопытно. Как только они вошли в комнату, Минсо стала обыскивать сумку в поисках подарка. Спустя минуту она его нашла и смущенно подняла глаза на парня, смахивая с лица мешающие волосы. В комнате резко воцарилась атмосфера неловкости. – Ничего особенного, знаешь, – она протянула ему небольшой брелочек, слегка подрагивая от волнения. – Ого… неожиданно. Спасибо, – Сынмин растерянно осматривал украшение на своей ладони. – Такая маленькая, но важная буква… – прошептала она тихо, не желая, чтобы он услышал. – В смысле? – уточнил парень, который все же смог разобрать, что она сказала. Он смотрел на нее так внимательно, что девушка хотела провалиться сквозь землю в эту же секунду. Минсо замялась, не зная, как выкрутиться. – Эм, ну… Я имею ввиду, что буква на брелоке выглядит маленькой, но с нее начинается твое имя. Значит, она важна для тебя, – несла она полнейшую чушь, искренне надеясь, что он поверит. – Да? Ладно, принимаю. Прозвучало странно, конечно… Кончики ушей покраснели, а сама она резко отвернулась, когда осознала, что он не поверил в ее бред. Сынмин ухмыльнулся и покинул комнату, оставляя девушку наедине со своими влюбленными мыслями. Она упала на кровать, вышвыривая маленькую подушку куда-то в дверь, стараясь выплеснуть на ней свое раздражение от собственной глупости. – Да что я несу вообще? Хочу в край опозориться перед ним? Чтобы он еще ходил и смеялся над моими чувствами? Или чтобы его самооценка взлетела до небес? Впрочем, она уже там. Тогда она бы пробила стратосферу и стала бороздить по глубинам космоса, расширяясь быстрее него. Девушка вздрогнула, представляя его самодовольное лицо, в которое сразу захотелось плюнуть. Он не должен знать, что ее детские чувства не только не исчезли, но и увеличились в трехкратном размере. Она приложит все усилия для этого. Позора не избежать, если Минсо провалится в этом вопросе. – Хотя он правда ведет себя необычно. Я понимаю, что действительно могу притягивать за уши и мне все чудится из-за чувств к нему, но все же… Ладно, нельзя даже мечтать о большем, иначе будет слишком больно падать, так и не достигнув этой звезды. Дверь внезапно распахнулась и на пороге стоял растерянный Сынмин. Девушка подскочила, решив, что он мог все слышать. – Кхм, если тебе станет лучше, то можешь в субботу помочь мне. Должок закрыть должна, помнишь? – А, да, конечно! – немного резко ответила она, активно закивав. Кажется, он ничего не слышал. – Отлично. Тогда на вечер ничего не планируй. – Почему именно на вечер? – удивилась Минсо. – Потому что днем там иногда бывают другие сотрудники, от которых меня уже тошнит, – парень ответил с отвращением, скорчив соответствующее лицо. – Да и тебе там появляться как бы нельзя. – Ладно, договорились. Сынмин задержал на ней взгляд, словно задумавшись. Минсо смотрела на него в ответ, будто ее глаза были примагничены к нему. Он приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но в последний момент передумал и поспешил выйти из комнаты. Девушка озадачено смотрела на закрывшуюся дверь, не понимая, что это только что было.