Октябрьские зарисовки

— Ты похож на спящий вулкан, — внезапно сказала Муалани, вырвав Кинича из потока мыслей. Она сидела на траве, обняв руками колени, и задумчиво на него смотрела. Он отослал Ахава и наконец-то мог полежать на траве без надоедливого ворчания под ухом. Сегодня у Кинича выходной. Какое странное слово! Муалани всё пыталась научить его расслабляться, а он считал отдых пустой тратой времени. Ну как пустой, досадно необходимой. Хотя в компании Муалани тратить время приятно. Оно незаметно утекает сквозь пальцы. — Почему это? — Держишь все чувства в себе. Однажды ты так взорвёшься. Вот, например, что ты думаешь про наши отношения? Я тебе нравлюсь? — Ты надёжный человек, — осторожно ответил Кинич. К чему она клонит? — Я про другое. Вот ты мне очень нравишься, — она покраснела, но продолжала смотреть ему в глаза. У него перехватило дыхание, но он выдержал эти гляделки. — Чем такой как я может понравится? Вокруг полно людей получше. Он вновь почувствовал себя ребёнком, которого бросила мать и дразнили сверстники. Одиноким и никому не нужным. — В тебе очень много хороших качеств, а главное, нам хорошо вместе, — будто в доказательство своих слов она взяла его за руку, и он ощутил прилив тепла. Ей нравились прикосновения, и он позволял ей прикасаться к себе — платил за проведённое вместе время. Это тоже своего рода сделка. — Чего ты хочешь от меня? — он всегда ждал подвоха. — Встречаться с тобой. Если ты сам этого хочешь, конечно. — Встречаться… — протянул Кинич. Он не задумывался об этом раньше. Был уверен, что подобное не для него. — А тебя не смущает Ахав и мой с ним договор? — Я думала об этом. Меня беспокоит, что он собирается занять твоё тело после твоей смерти, но я готова с этим смириться. — То есть тебе неважно, кто будет в моём теле? — с любопытством спросил Кинич. — Наоборот важно, ведь вы с Ахавом совершенно разные. Я про то, что не собираюсь тебя просить разорвать ваш договор. — Я и сам не в восторге от нашей с ним сделки. С тех пор, как у меня появился глаз бога, я мог бы обойтись и без Ахава, но это нужно хорошенько обдумать. Встречаться, как и брак — это тоже своего рода договор. — Мне не очень близок твой подход к жизни, что за всё надо платить. Я многое делаю просто так, от сердца, но в чём-то ты прав. В любых отношениях важна взаимность — делать шаги друг другу навстречу, уделять время, заботится. — Да, мы с тобой разные. Иногда ты неразумно тратишь деньги. — Ну да, бывает, — Муалани смущённо улыбнулась. — Но не забывай, я помогаю родителям в магазине, так что в финансовой грамотности кое-что смыслю! — Не отрицаю. Я думаю, что изменится, если мы начнём встречаться? Не будет ли это пустой тратой времени? Другие договоры исполнять проще, обычно они имеют чёткий срок, а отношения могут закончиться внезапно. Как случилось у моих родителей, — тихо добавил он в конце. — Кинич, я не стану внезапно уходить. Если я захочу расстаться, я обязательно поговорю с тобой об этом. Того же я бы хотела от тебя. Что до потери времени, то я считаю, что отношения — это в любом случае ценный опыт. — Сможем ли мы остаться друзьями после расставания? — Хороший вопрос. Лично я думаю, что смогла бы, хотя обстоятельства бывают разные. Если бы это случилось из-за измены или ещё какого-нибудь предательства, не думаю, что смогла бы продолжать общение. Да, в нашем случае отношения — это риск потерять дружбу, но вдруг мы в итоге обретём счастье? — Ты мне очень нравишься, Муалани, — он всё-таки это сказал, не отрывая взгляда от родных алых глаз, повторяя их подвиг, — но мне нужно серьёзно подумать. — Хорошо. Спасибо, что выслушал меня и поделился своими чувствами. По крайней мере в ближайшее время взрыв вулкана нам не грозит, — подмигнула она ему.