Октябрьские зарисовки

— Один прыжок до цели, — сказал Лео, глядя на окна их когда-то дома. Приюта. Фермы, на которой их выращивали как еду для демонов. Вио не понравился его жёсткий холодный взгляд. — Я наконец-то смогу убить её, — продолжил он. — Убить свою… мать, — он с трудом проговорил это слово. — Отомстить за все смерти, в которых она повинна. За Риту, за нашего ребёнка. Если в смерти Риты, погибшей во время битвы с демонами на Пруду, их мать была косвенно виновата, то в смерти ребёнка точно нет. Она даже не знала про его существование. В его смерти никто не виноват. Если только Вио чуть-чуть, потому что скрыла беременность и не соблюдала необходимые предосторожности. — Только не делай глупостей, — она сжала его руку. — Ферму мы захватили, но нельзя терять бдительность. — Конечно, нельзя! Особенно с такой ведьмой, как наша мать! — Ты слишком взволнован, тебе надо успокоиться, — она погладила его по щеке, размазывая чужую кровь. Уже неясно, человеческую или демоническую. Сражаться пришлось со всеми. — Как я могу успокоиться? Я не чаял дожить до этого дня! Глубоко усталые глаза на юном лице, горящие безумным исступлением. Седина в каштановых волосах. Шрам, перечеркнувший половину лица, и серия более мелких по всему телу. Вио коснулась обгрызка мизинца. У неё был точно такой же. Демон откусил. — А ты постарайся. *** Осколки имени бога демонов валялись на полу. Лео сразу, как только вошёл в комнату, выстрелил в главную святыню матери. Часть осколков была в окровавленных материнских руках — пыталась собрать и порезалась. — Здравствуй, мама, — сказала Вио. — Она нам не мать! Женщина, похожая на Лео, с удивлением посмотрела на неё, потом воскликнула: — Виолетта! — Да, это одна из отправленных тобой на смерть, — ответил за неё Лео. — Что, не чаяла встретить, матушка? Кстати, мы с Вио — муж и жена. — Но вы же как брат и сестра, выросли вместе. Разве этому я вас учила? — Единственное, чему ты нас учила — это лжи и лицемерию!.. Вио не слушала, что он говорит. Лишь вглядывалась в маленькую женщину и пыталась понять, что к ней испытывает. Несмотря на всё зло, что она сделала, Вио отказывалась ненавидеть её. — Прошу, не убивай её, — она загородила мать собой. — Ради нашего ребёнка. Она знала, куда давить. — Нет, этого не может быть, — в глубине его глаз промелькнула тень сомнения. — Ты уверен? — И ты говоришь мне об этом только сейчас? После того, как, будучи беременной, полезла в самое пекло? Ты снова хочешь его потерять? — Ты с самого начала знал, что я не перестану рисковать. Они застыли в немой битве.