***
— У тебя рассечён лоб. Это хорошо, — сказал пророк, оглядев раны Иуды. Они отдыхали в пустыне после убийства Ваала и бегства из города. — Почему? — Иуда уже начал привыкать, что пророк смотрит на мир иначе. — Есть одна традиция. В жертву Богу мы приносим не всех животных, но самых лучших. Без физических дефектов. Также рассуждают демонопоклонники, когда приносят в жертву людей, так что если у тебя будет шрам на пол-лица, ты в жертву не годишься. Он взглянул на лицо пророка: — Тебя тоже пытались принести в жертву? Илия промолчал.12. Такова традиция (Илия, Иуда, Фидия)
12 октября 2024 г., 17:30
— Зачем? — прошептал юноша, глядя на мёртвое тело Сары с красным цветком в груди. Стеклянные глаза смотрели в расписанный золотом потолок храма.
Она прожила в святилище несколько месяцев и неоднократно пыталась сбежать. Юноша любил слушать её рассказы про внешний мир, хотя иногда она говорила бредовые вещи. Что во внешнем мире из-за демонов война: люди разделились на тех, кто поклоняется демонам и приносит в жертву себе подобных и тех, кто против этого.
«— А тебе никогда не хотелось сбежать, увидеть внешний мир? — спросила она, склонив голову набок. Волнистые волосы заструились, как водопад или священная завеса, за которую могут заходить только жрицы.
— Нет, я очень люблю храм. К тому же я и так рано или поздно покину его.
— Вот именно, что поздно и вперёд ногами! Дурак! Пророка Илии на тебя нет.
— А кто это?
— Великий человек! Он один спасся от преследования».
— Такова традиция, — спокойно ответила его мать, жрица Фидия. — Быть принесённым в жертву Ваалу — большая честь.
— Традиция убивать людей?! — в ужасе воскликнул он. — Значит всё, что говорила Сара — правда! И демоны тоже? Она… её тело окажется на столе у одного из них?
— Мы, как и подобает по традициям, украсим её тело цветами и фруктами, и преподнесём великому Ваалу.
— Нет, нет… Как ты можешь так спокойно об этом говорить?
— Я делаю это каждый месяц на протяжении многих лет. Это моё служение. Моя жизнь. Я всех своих детей, кроме тебя, моего первенца, отдала великому Ваалу.
— А меня, значит, приберегла напоследок?
Она кивнула:
— Да, ты станешь моей самой большой жертвой. Мне даже представить тяжело, что придётся расстаться с тобой, — она погладила его по щеке, а он оцепенел и не смог отодвинуться, хотя её прохладная рука была ему противна. Она будто превратилась в склизкое жало змеи. — Но это необходимо.
В тот день он перестал существовать и отказался даже от своего имени.
И ожил, лишь когда пророк Илия сказал ему:
— Отныне тебя зовут Иуда.