Октябрьские зарисовки

Лео-Франциск перебирает чётки, прислонившись к холодному камню, и параллельно с молитвой напряжённо думает. Раненая Розетта в бессознательном состоянии лежит на коленях у Хроно. Они втроём замурованы в этой пещере, которая снаружи оцеплена роем демонов. Мелких, но опасных из-за их количества. Безвыходная ситуация. А ведь он ответственен за этих детей. Он, монах-экзорцист среднего возраста, в прошлом член одной из Нью-Йоркских банд. Детей… Чуть не забыл, что Хроно — демон в облике ребёнка. Сейчас он не может воспользоваться своими сверхъестественными способностями. Он берёт их из жизненных сил Розетты, сокращая время её жизни. Она ранена и истощена. Если в он в данный момент воспользуется своими способностями, это её убьёт. Остаётся лишь слабая надежда, что их вовремя найдут. — Брат Франциск, неужели ничего нельзя сделать? — спрашивает Хроно дрогнувшим от отчаяния голосом. — Я думаю, — коротко отвечает по рождению Лео, в постриге Франциск. — Думаю и молюсь. Хроно поджимает губы. Чуткий слух экзорциста улавливает шорох в тёмном углу. Лео-Франциск направляет туда пистолет. — Надо же, святой в моей пещере, — раздаётся из темноты низкий голос. В голосе звучит опасение, смешанное с любопытством. — Это демон, — быстро говорит Хроно, склоняясь над Розеттой. Он чувствует тёмную энергию существа. И знает то, о чём не может сказать брату Франциску. Другой демон тоже разглядел его святость, ведь они «веруют и трепещут» (Иакова 2:19). Хроно тяжело находится рядом с братом Франциском, брызги его святой крови для демонов как кислота. Но парадокс в том, что святой никогда не может признать свою святость. — Кто ты и чего хочешь? — Лео-Франциск не спешит стрелять. У него зреет план. — Можешь звать меня Вайолет. Хочу посмотреть, кто нарушил мой покой. — Мы тоже хотим на тебя посмотреть. Выходи, стрелять не будем. Существо выходит из тени. Неясно, мужчина это или женщина. Короткие сиреневые волосы, заострённые уши, красновато-сиреневые глаза. Из одежды — штаны, куртка и сапоги неопределённого зернистого оттенка. Фигура щуплая, лицо юное. Лео-Франциск думает, что это, скорее всего, паренёк вроде Хроно. Будто прочитав его мысли, существо расстегивает куртку. Под ней чёрная обтягивающая майка, под которой, если приглядеться, вырисовываются контуры груди. Значит, женщина. Скорее всего. От этих тварей можно ожидать любого подвоха. Гораздо больше экзорциста интересует чёрная татуировка в виде надписи у неё на груди. Розетта издаёт стон боли. Взглянув на её бледное лицо, Лео-Франциск принимает решение. С Богом! — Вайолет, я хочу заключить с тобой контракт. Ты воспользуешься моей жизненной силой и вытащишь нас отсюда. — Может, всё-таки не надо? — неуверенно возражает Хроно. — Значит, я тебе всё-таки понравилась? — с кокетливой улыбкой спрашивает Вайолет у экзорциста. — Приятно. Не каждый может разглядеть бриллиант в этом облике. — Ты сможешь вытащить нас отсюда? — Смогу. И с ватагой снаружи в два счёта справлюсь. Поцелуешь меня для заключения контракта? — она приближается к Лео-Франциску и жадно смотрит на него, не пересекая, однако, опасной черты. — Нет. Давай лучше подпись поставлю, как это по классике. — Ты скучный, — вздыхает она и подаёт ему плоский камень. — Произнесём клятву и распишемся здесь. Слова их клятв гулко отскакивают от стен. Сердце Хроно сжимается. Он вспоминает, как два года назад заключил контракт с Розеттой, и непрошенная слеза катится по его щеке. Лео-Франциск расписывается на камне своей кровью из стигматов: «Лео-Фр» и рядом крест, конечно. Удобно, даже резать себя не надо. Хоть какая-то польза от этих ран, которые он считает бесовским наваждением. — Волнительно-то как! Будто на свадьбе! — демонесса продолжает нести чушь, поглядывая на него из-под неестественно длинных ресниц. — Кое-кто даже всплакнул. Камень с подписью она быстро суёт в карман. — Можешь использовать всю мою силу. Главное, вытащи нас отсюда как можно быстрее, — коротко отдаёт приказ Лео-Франциск. — Будет сделано, хозяин! — Вайолет подмигивает ему, посылает воздушный поцелуй и исчезает во тьме. — Зря ты дал ей такую свободу действий, — сетует Хроно. — Она ведь и правда может всё потратить. — Я своё пожил. Мне главное Розетту спасти. — Спасибо, — тихо говорит демон. Брат Франциск сжимает чётки, чувствуя первые болевые толчки в теле. Кровь льётся из всех стигматов — из лба, рук, ног. На груди расцветает кровавый рисунок сердца, как на иконах изображают Пречистые сердца. Хроно наблюдает за тем, как экзорцист бьётся в судорогах, и ничем не может помочь. Хорошо, что Розетта этого не видит. Пещера дрожит от каменного грохота и воя демонов. Хроно закрывает Розетту собой, боясь, как бы в неё не попал случайно отколовшийся камень. Наконец, всё стихает. С широко раскрытыми глазами шумно дышит брат Франциск. Значит, живой. — Ты мне нравишься, так что я не стала тратить всё. Даже половину не потратила, — с гордостью говорит Вайолет. Она появляется бесшумно и сразу подходит к хозяину. — Как ты себя чувствуешь? — заботливо спрашивает она, опускаясь на землю рядом с ним. — Помочь? Я хорошо делаю искусственное дыхание. И массаж сердца тоже могу. Хотя нет, от массажа, пожалуй, воздержусь, — она с опаской косится на святую кровь. — Ты обещала вытащить нас отсюда. — Ах да, точно. Начну с тебя. — Сначала детей. — Как скажешь, любимый. У Вайолет за спиной появляются демонические крылья. Она подхватывает Розетту и Хроно и несётся по туннелю, который сама только что продолбила. Потом возвращается за хозяином. — Обычно в первую брачную ночь мужчина несёт женщину на руках, но ты ведь тоже против стереотипов, — мурлыкает она сквозь шум ветра в ушах, пока несёт его на поверхность. Спасибо и на том, что не лапает. Ему было бы всё равно, особенно в таком состоянии, просто как-то неприятно. Мерзко. Наверху ловит связь, так что Хроно успел воспользоваться телефоном в ящике за своей спиной и вызвать помощь. Кстати, о помощи… — Спасибо, что вытащила, — бурчит Лео-Франциск, лёжа на всё том же твёрдом камне, но наконец-то под небом. — А теперь уйди. — Ах, как же мужчины непостоянны! Не могу я уйти. Контракт, как и брак — на всю жизнь. И, как говорят, на всю смерть, — красноватые глаза загадочно сверкают из-под длинных ресниц. «На всю вечность», — мысленно поправляет он. — Брак у меня уже есть. С Христом, — он вновь начинает перебирать чётки. — Ну вот, а теперь и я с тобой. Придётся и меня за собой в рай тащить, святой. По тону непонятно, шутит она или серьёзно. Да уж, сестра Кейт очень обрадуется ещё одному демону в вверенном ей монастыре!