When The Storm Passes

      Первая неделя после того, как Лили переехала жить к Северусу и Тому, прошла в напряженной тишине. Оба мужчины были заняты оформлением документов, покупкой школьной формы, разгребанием рабочих дел, которых успело скопиться не мало, Лили же, все еще восстанавливающаяся после операции, проводила почти все свободное время в своей комнате.       Том даже специально поправил график, и теперь вторую половину дня работал из дому, чтобы быть рядом, если ей что-то понадобится, однако это абсолютно ничего не меняло. Она избегала гостиной и кухни насколько это было возможно, появляясь там только по необходимости — чтобы поесть, или если ей что-то было нужно. И даже тогда она старалась быстро забрать тарелку и вернуться в святилище своей комнаты. Каждый раз, когда Том или Северус пытались заинтересовать ее, она вежливо кивала или шептала «хорошо», а затем уходила обратно наверх, исчезая за дверью.       Единственные звуки, намекающие на то, что в доме находился еще кто-то живой кроме них, были случайные перелистывания бумаг или приглушенные звуки кашля, который она успела напоследок подхватить в больнице. Но настоящие разговоры? Установление связи? Этого не было.       Северус, всегда терпеливый, предложил дать ей пространство — в конце концов, девочка только что перенесла операцию, а инцидент с ее предыдущей приемной семьей явно эмоционально ее истощил. Но Том, с его более теплым, более практичным подходом, не был уверен, что это правильный путь.       Первый совместный ужин был более неловким, чем они ожидали. Она все также занималась в своей комнате, пытаясь догнать весь пропущенный школьный материал, когда Северус постучал в дверь ее комнаты, чтобы сказать, что ужин готов. Несколько мгновений спустя мягкое «хорошо» раздалось из-за двери.       Когда Лили наконец-то показалась в дверях кухни, она выглядела нерешительно, как будто вторглась на запретную территорию, а не пришла поужинать. На мгновение она застыла, пока Том, заметив ее дискомфорт, не указал на место за столом напротив него.       — Проходи, садись, дитя, — мягкая загадочная улыбка заиграла на губах Тома в предвкушении, он пытался заставить свой голос звучать непринужденно. — Сегодня на ужин паста. Северус готовил.       Еще мгновение Лили колебалась, глядя на Северуса, стоящего у стойки и внимательно наблюдающего за ней. Она кивнула, ничего не говоря, прошла к столу и осторожно села на предложенный стул, выглядя напряженной.       Ужин прошел в тишине. Северус и Том пытались задавать Лили вопросы о ее дне, школьных заданиях, или о чем-угодно, что могло бы заставить ее заговорить. Но она отвечала односложно, едва поднимая взгляд от тарелки. Паста была прекрасной, но ей казалось, будто вкуса не было. Все, чего хотелось это быстрее доесть и сбежать в безопасность своей комнаты.       Северус наконец-то решил сжалиться, видя ее дискомфорт, его острый взгляд отмечал каждое ее движение. То, как она ерзала, как держала свободную руку под столом, очевидно вцепившись в стул, периодически бросала едва заметные взгляды на дверь, будто думая лишь о том, как долго ей еще оставалось тут находиться. Он обменялся взглядами с Томом, молчаливо убеждаясь в том, что он тоже все это видит.       Стоило лишь Лили доесть, она тихо извинилась, убрала тарелку в раковину и скрылась на лестнице.       Том тяжело вздохнул, откидываясь на спинку стула.       — Нам предстоит долгий путь, не так ли?       — Она напугана, — медленно кивнул Северус, задумчиво глядя туда, где еще минуту назад была Лили. — Ей понадобиться время, чтобы понять, что ей не нужно прятаться от нас.       Наступила вторая неделя, а вместе с ней и школа. Ее выздоровление шло хорошо, и физические последствия операции прошли. Северус отвез Лили в школу в первый день учебы, а Том позаботился о том, чтобы ее принадлежности были аккуратно упакованы в рюкзак.       И все же следующие несколько дней все повторялось по кругу с единственным изменением — Лили сбегала в школу, а по возвращению вновь исчезала в своей комнате, едва ли взаимодействуя с Северусом и Томом.       Они хоть и были готовы к такому эмоциональному отчуждению, не могли не чувствовать тяжесть ее изоляции. Оба ожидали, что привыкание займет какое-то время, но то, как Лили абсолютно закрылась, не оставляло даже шанса начать строить отношения с ней. Им хотелось, чтобы она чувствовала себя как дома, в безопасности, знала, что не обязана прятаться от них, но также никто не мог заставить ее открыться. Было очевидно, что девочка не была готова ослабить бдительность.       Очередным вечером, когда Лили вновь проскользнула наверх после ужина, Северус и Том переместились в гостиную, обсуждая дальнейший план их действий.       — Она все еще изолирует себя, — Северус признал неприятный факт. — И хотя я понимаю необходимость исцеления, физического и не только, это не может продолжаться. Она даже не дает себе шанса узнать нас.       — Она боится привязаться, — Том вздохнул, откидываясь в кресле. — Ей проще держаться на расстоянии, чем рисковать и доверять нам. Но нам это не подходит. Лили должна знать, что является теперь частью семьи. Я не хочу ее подталкивать, но если мы не поможем ей сейчас, боюсь она полностью закроется.       Том задумчиво разглядывал лестницу, на которой исчезла Лили, пытаясь придумать что они могли с этим сделать. Северус пробежался рукой по волосам, разглядывая огонь в камине. Он уже начинал ставить под вопрос правильность его решения дать ей время, возможно Том был прав и им стоило брать все в свои руки.       — Может нам стоит начать с малого. Не давить на нее слишком сильно, но… поощрять быть рядом с нами, даже если она не хочет много говорить. Просто находиться в одной комнате может помочь.       Северус задумался на мгновение, отталкиваясь от спинки дивана, после чего медленно кивнул:       — Возможно, тихий вечер внизу. Что-то простое, будь то просмотр фильма или просто чаепитие.       — Мне нравится, — согласился Том. — Мы можем сделать это непринужденно — без давления. Просто дать ей пространство, чтобы быть рядом с нами.       Следующим вечером Том постучал в дверь Лили.       — Мы собираемся посмотреть фильм внизу. Подумал, что ты можешь захотеть присоединиться.       Какое-то время из-за двери не доносилось ни звука. Лили застыла на кровати, школьный рюкзак был забыт рядом. В животе вновь застыло что-то непонятно-тревожное.       Том так и стоял, ожидая ответа. Затем ее мягкий голос послышался через дверь:       — Нет, спасибо.       Том колебался, глядя вниз лестницы, где его ожидал Северус.       — Не беспокойся. Просто подумал, что мы проведем немного времени вместе. Ты можешь присоединиться позже, если захочешь.       Лили застыла. Она не хотела отказываться. Это казалось грубым. Но она не могла даже думать о том, чтобы сидеть там с ними. Это казалось ужасно неловким. Но стоило лишь ей отказаться, как она почувствовала себя неправильно. Она видела, как они старались провести время с ней, она просто ничего не могла сделать с тем, что это казалось таким сложным. Но на самом деле глубоко внутри она хотела…       На несколько мгновений повисла тишина. Том вздохнул и повернулся, чтобы спуститься вниз, когда дверь слегка приоткрылась. Лили стояла там, схватившись за край дверного проема, выглядя маленькой и неуверенной.       — Я хочу, — тихо сказала она.       Том тепло улыбнулся, жестом приглашая ее следовать за ним.       — Отлично. Давай заварим тебе чай.       Лили тихонько спустилась вниз, села на край дивана, пока Том пошел на кухню, чтобы приготовить ей чашку чая. Северус сидел рядом с ней, не делая никаких попыток заговорить — он знал, что лучше не перегружать ее вопросами или болтовней. Он просто включил телевизор и выбрал легкий фильм.       Когда Том вернулся с чаем, Лили молча взяла его, обхватив руками тепло кружки. Они не давили на нее, чтобы она заговорила. Они просто позволили ей быть в одной комнате с ними, частью их мира без каких-либо требований. Медленно Лили начала расслабляться. Она пила чай, время от времени поглядывая на них, хотя в основном держала свой взгляд на экране. Ей нравилась их компания, но одновременно с этим вовсе нет. Ей хотелось, но всего этого было слишком много.       Тем не менее, несмотря на эту маленькую победу, оба Северус и Том знали, что ее нежелание общаться не исчезло. Она все также продолжала свою рутину — тихо исчезала в своей комнате, быстро ела во время ужина, а затем ускользала, прежде чем кто-либо из них мог действительно начать разговор.       Тем вечером они остались на кухне после ужина, обсуждая следующий шаг. Том медленно пил свой чай, постукивая пальцами по столу.       — Она сдерживает себя. Я вижу это. Она все еще не знает является ли она частью семьи.       — Это ожидаемо, — Северус тяжело вздохнул, потирая переносицу. — Она через многое прошла, чтобы так просто доверять. Но мы должны помочь ей увидеть, что она уже часть семьи.       — Может нам нужно что-то более осязаемое, — Том мягко улыбнулся. — Как традиция? Что-то, что мы делаем каждую неделю. Только мы втроем.       — Что ты предлагаешь? — Северус выглядел заинтригованным.       Том откинулся на стуле, задумываясь.       — Что-то небольшое, как приготовление ужина, или настольная игра.       — Это может сработать, — задумчиво протянул Северус.       В четверг, когда Лили отдыхала в своей комнате после школы, Том тихонько постучал в приоткрытую дверь, заглядывая внутрь:       — Лили? Мы думали приготовить ужин вместе сегодня. Не хочешь нам помочь?       Лили, сидящая за столом над домашним заданием, удивленно уставилась на него.       — Хотите чтобы я помогла?       — Да, — Том мягко улыбнулся. — Мы подумали, что было бы весело приготовить пиццу. Ты можешь выбрать начинку.       Лили замешкалась, глядя на домашнее задание.       — Хорошо. Я приду.       Том кивнул, и вскоре Лили оказалась с ними на кухне, стоя у стойки, пока они готовили тесто. Северус передал ей немного муки, чтобы рассыпать по поверхности, и хотя она все еще молча находилась рядом, в этот раз это давалось ей легче. Пока они работали вместе Том начал рассказывать о своем дне, и Лили даже легко улыбалась его шуткам.       Когда ужин был наконец-то готов, они сели за стол, и Лили смогла насладиться ужином в их компании. Она задержалась, слушая как Северус расспрашивал Тома об их исследованиях, и Том спросил ее о ее дне. И, хотя она не делилась многим, она оставалась там. И это, для Северуса и Тома, было прогрессом.       В течение второй недели изменения были маленькими, но настоящими. Лили все еще была осторожна, все еще не уверена. Но каждый вечер, проведенный вместе, каждый маленький шаг навстречу доверию, был шагом к тому, чтобы эта новая семья ощущалась немного больше домом.

***

      Утро субботы было по-зимнему прохладным, холодный воздух и хрустящая под ногами земля встретили их, стоило лишь покинуть дом. Лили держала руки глубоко засунутыми в карманы куртки, пар вырывался изо рта с каждым выдохом. Она не протестовала против предложения Тома о прогулке — казалось, у нее все равно не было выбора, когда тот предложил это во время завтрака, сбегать в свою комнату было поздно. Да и в любом случае у нее не было других планов.       Она держалась на шаг позади них, наблюдая как иней блестит на ветках в свете утреннего солнца, и мягкие следы остаются на заснеженной тропе от ее ботинок. Северус и Том шли впереди, тихо что-то обсуждая, но от Лили не ожидалось, что она присоединится к разговору.       Том бросил взгляд на нее с легкой улыбкой.       — Все хорошо, Лили? Не слишком холодно?       Лили покачала головой, ее щеки покраснели от холода, но в остальном она была довольна.       — Нет, я в порядке, — тихо ответила она, выдыхая облачко пара.       Северус, идущий рядом с Томом, продолжал смотреть вперед, но остро ощущал присутствие Лили позади. Он не упустил того, как она старалась держаться на расстоянии, но все же оставалась достаточно близко, чтобы они шли вместе. Это был прогресс — ее способ показать, что она была здесь с ними, даже если она еще не была готова полноценно взаимодействовать. Лили прошла долгий путь с тех первых дней, когда она запиралась в своей комнате, избегая какого-либо контакта.       Том, чувствуя то же самое, поддержал непринужденный разговор:       — Есть что-то приятное в этих зимних утрах, хоть и холодно. Но все такое тихое.       — В этом определенно есть какое-то умиротворение, — согласно пробормотал Северус, разглядывая голые деревья, припорошенные снегом.       Лили ничего не сказала, но теперь шла чуть ближе, и единственным звуком, который она издавала, был тихий хруст снега под ее ботинками. Он ей нравился, это делало тишину вокруг менее тяжелой, менее неловкой. Воздух казался легче, когда они разговаривали, будто она не несла все на себе.       — Работа вчера была сплошным хаосом, — раздалось от Тома с легким смешком, нарушая тишину. — В одной из лабораторий отключился свет, и мы провели половину утра пытаясь все стабилизировать.       Бровь Северуса взлетела вверх, губы слегка дрогнули. Он бросил взгляд на Тома, прежде чем оглянуть пустынный парк, хотя все еще продолжал обращаясь к нему:       — Без сомнения катастрофа. Все выжило?       — Едва ли, — Том разочарованно покачал головой. — К вечеру закончили регистрацию повреждений. Большинство исследований либо в порядке, либо не так долго повторить, либо не так важно. Что на счет тебя? Как идут исследования по новому проекту?       Северус скривился, теперь разглядывая снег под ногами. Он пытался сдержаться от того, чтобы бросить взгляд на Лили, не желая заставлять ее чувствовать, будто они постоянно следят за ней.       — Утомительно. Как и большинство исследований. Но мы делаем успехи. Я подумываю переключить внимание на то, как мы можем улучшить продуктивность некоторых соединений — что-то, что может дать более практический результат.       Том кивнул, слушая ответ, хотя оба знали, что этот разговор был скорее для Лили, чем для кого-либо еще. Они не обсуждали ничего сложного — просто достаточно, чтобы заполнить пространство спокойным, знакомым ритмом.       — Я мог бы помочь тебе провести некоторые тесты, когда ты будешь готов, — предложил Том, наклоняясь вперед. — У меня будет немного свободного времени на следующей неделе.       — Я подумаю, — Северус был признателен, но все еще не был уверен будет ли он готов так быстро. — Твое скрупулезное внимание к деталям может быть действительно полезным в этот раз.       Том рассмеялся, звук был таким теплым, что Лили резко перевела взгляд на него, любопытство вспыхнуло в ее зеленых глазах. Слышать его смех было чем-то непривычным.       Лили ничего не сказала, но казалось, что ей не было так неловко, как раньше. Они знали, что она слушает, и этого было достаточно. Она не обязана была говорить — пока нет. Она все еще привыкала к своей новой жизни, этой новой версии семьи.       Всегда внимательный Северус бросил взгляд на Тома, обмениваясь короткими понимающими взглядами. Они оба были в одной лодке — они хотели создать безопасное место для нее, позволить ей выйти из своей раковины в своем собственном темпе. Без давления. Без ожиданий.       — …провел остаток дня мечтая о горячем кофе и камине.       Лили, настолько удивленная смехом, пропустила несколько фраз, однако на отрывке последней на мгновение подняла взгляд, улыбаясь комментарию Тома. Она не была частью разговора, но и не была в стороне. Было приятно просто находиться рядом. Холодный колючий воздух заставил ее вздрогнуть, но тепло момента согревало.       Северус слегка повернул голову, отмечая как Лили сильнее укутывается в куртку.       — Если станет слишком холодно, мы вернемся, — мягко, но твердо сказал он. — Не стоит переохлаждаться.       — Я в порядке, — пробормотала Лили, мотая головой. Она не хотела быть обузой.       Том, всегда легкий на подъем, мягко улыбнулся ей, замедляя шаг.       — Ну, если передумаешь — просто скажи. Я думал мы могли бы остановиться и выпить горячего шоколада по пути назад.       Лили подняла взгляд, мысль о горячем шоколаде пробудила интерес. Она ничего не сказала, но на лице промелькнула легкая тень благодарности. Она подобралась еще на немного ближе, шагая следом, чувствуя комфорт их присутствия.       Парк, хоть и был пустым и холодным, теперь казался менее одиноким. Просто звук от ботинок и тихий разговор Северуса и Тома. Она еще не привыкла к этому — к этой тихой нормальности — но понемногу это становилось все более знакомым.       Пока они шли, Том наклонился к Северусу, его голос стал тише, но игривее:       — Знаешь, если мы продолжим в таком духе, возможно даже заставим ее сказать больше, чем предложение.       — Терпение, Том, — Северус бросил на него косой взгляд, его голос был сухим, но веселым. — Такие вещи требуют времени.       Лили уловила суть их разговора, и почему-то легкая улыбка тронула ее губы. Она не чувствовала необходимости прятать ее в этот раз. Возможно этому поспособствовал холодный воздух, или может это было тепло их поддразниваний, заставляющее ее хотеть быть частью этого.       Несколько мгновений спустя они добрались до небольшой скамейки у края парка. Том указал на нее:       — Как насчет перерыва?       Лили кивнула, ее ноги немного устали от ходьбы, и все трое опустились на холодную деревянную скамейку, слегка скрипнувшую под их тяжестью. Какое-то время они так и сидели в приятной тишине, зимний пейзаж простирался перед ними. Мир казалось замерз, но каким-то образом все еще был полон жизни.       Северус бросил взгляд на Лили, отмечая румянец на ее щеках от холода, и как ее зеленые глаза задержались на покрытых инеем деревьях. Сегодня она казалась более расслабленной. Это было небольшим, но все-таки прогрессом.       Спустя пару минут Том потянулся и встал:       — Ладно, я думаю пришло время горячего шоколада. Что думаешь, Лили?       Лили подняла взгляд, не в силах сдержать расцветающую на лице улыбку.       — Да… Звучит неплохо.       — Хорошо. Давай тебя согреем, — Том улыбнулся, нежно взъерошив ей волосы, когда они встали, чтобы уйти.       Это было таким непринужденным. Лили казалось, что Том впервые коснулся ее. И ей совсем не хотелось отшатнуться или поправить волосы. Это было таким странным… странно приятным.       Когда они направились к главной дорожке, Лили обнаружила, что ей не хотелось держаться как можно дальше от них. Тепло от присутствия Северуса и Тома прорывалось сквозь зимний холод. Она еще не была готова идти с ними бок о бок, но что-то все равно изменилось сегодня. Быть рядом с ними, слушать их разговор, и знать, что они были здесь — ей этого хотелось.

***

      К окончанию второй недели в доме начало зарождаться мягкое тепло рутины. Между ними все еще порой возникали моменты неловкости, и Лили проводила много времени запираясь в своей комнате, но редкий смех за ужином или легкие улыбки, трогающие ее губы во время вечерних фильмов были хорошими признаками. Том и Северус замечали это, и не хотели потерять прогресс.       Однажды вечером, после тихого ужина вместе, Северус и Том обменялись взглядами. Они думали о том, как занять Лили, что-то, что гарантировало бы, что она не скатится к старым привычкам изоляции теперь, когда школа занимала ее время в течение дня.       Том тихо прочистил горло, его взгляд переместился на Лили, перекатывающую кусочек брокколи по тарелке.       — Лили, — начал он неторопливо, — что скажешь на счет провести время вместе в пятницу вечером? Только мы втроем.       Лили подняла взгляд, осторожный интерес зажегся в ее глазах. Она слегка пожала плечами.       — Например?       Северус наклонился вперед, положив предплечья на стол, подхватывая спокойно и размеренно:       — Что-то простое. Нам нравится твоя компания во время ужина или просмотра фильмов, и мы думали, что мы можем заняться чем-то еще.       — Как ты относишься к игровому вечеру? — Том улыбнулся, мягко продолжая. — Мы можем найти настольную игру, какую-то интересную, в которую мы можем поиграть вместе. Ты сможешь выбрать игру.       Лили моргнула, слегка нахмурив брови, обдумывая их слова.       — Игру?       — Да, — кивнул Том, улыбаясь. — Мы могли бы выбрать что-то простое, может даже глупое. Это не должно обязательно быть что-то соревновательное, просто веселое.       Северус кивнул, соглашаясь.       — Или если есть что-то еще, что ты предпочитаешь — выпечку, прогулку, что-угодно — мы открыты к предложениям.       Лили закусила губу, раздумывая над предложением. Они не давили на нее с этим, это было простое, ни к чему не обязывающее предложение. Казалось они просто… хотели, чтобы она была там. Лили медленно кивнула.       — Я думаю… игровой вечер может быть веселым.       Улыбка Тома стала шире, в глазах промелькнуло облегчение.       — Отлично! Мы возьмем несколько игр, и ты сможешь выбрать какая тебе больше понравится.       — И если ты захочешь заняться чем-то еще после этого, просто дай нам знать, — добавил Северус. — Мы никуда не спешим.       Лили кивнула, ее губы изогнулись в едва заметной улыбке. Она не знала почему, но идея провести больше времени вместе — без принуждения — начинала ее завораживать. И каким-то образом мысль об игре вместе показалась ей… приятной.       Том заметил небольшое изменение в ее поведении, и откинулся на спинку стула, расслабляясь. Его улыбка из мягкой превратилась в более игривую.       — Но я предупреждаю тебя, Северус может быть очень серьезным по отношению к правилам.       Северус бросил на него мягкий взгляд, но в его голосе слышалось веселье:       — Если следовать правилам, игры проходят гораздо глаже.       Улыбка Лили стала немного шире от их словесной переброски, и она почувствовала себя немного более непринужденно.       Том наклонился к ней и продолжил заговорщическим тоном:       — Не волнуйся, если он станет выигрывать, мы объединимся.       Лили не смогла сдержать маленький смешок.       Когда они закончили с ужином, Лили задержалась за столом, и разговор оставался легким и непринужденным. Это не было чем-то большим, но для Тома и Северуса этот небольшой момент разделённого смеха, эта небольшая трещина в стене отчуждения, построенной Лили, были бóльшим, чем они могли надеяться.       К концу вечера они договорились: в пятницу они устроят игровой вечер. И было не важно будет ли это обычная настольная игра, или что-то более сложное. Что было важно — так это то, что Лили сказала да.

***

      Том провел весь вечер подготавливая стол с набором настольных игр, выбранных им ранее, желая убедиться, что у них был широкий выбор для Лили. Северус в его типичной сдержанной манере тихо раскладывал снэки — маленькие миски попкорна, чипсов, и немного нарезанных фруктов, ничего излишне экстравагантного, но достаточно чтобы сделать вечер особенным. Они хотели, чтобы Лили чувствовала себя комфортно.       Лили спустилась вниз из своей комнаты когда закончила с домашним заданием, взглядом сканируя стол с играми, губы ее изогнулись в улыбке. Это все еще было странным — эта новая рутина совместного времяпровождения, ощущение себя частью чего-то. Идея игрового вечера интриговала ее всю неделю. Лили ничего не говорила об этом, но теперь, когда время наконец-то пришло, она обнаружила, что с нетерпением ждет его.       — Вот и она, — поприветствовал Том с привычной мягкой улыбкой. — Готова выбрать игру?       Лили кивнула и подошла к столу, оглядывая различные коробки, разложенные перед ней. Она выбрала одну и оглядела ее, слегка нахмурившись, когда прочитала описание.       — Что это?       Том наклонился, чтобы посмотреть:       — Это игра-викторина. В ней есть разные категории, так что мы можем выбрать вопросы по истории, поп культуре, или различным фактам. Но, ох, просто чтоб ты знала — Северус довольно хорош в них.       Северус, стоящий у стойки, приподнял бровь.       — Это называться иметь богатые знания, Том.       — Или быть всезнайкой.       Лили тихо фыркнула, бросая взгляд на Северуса, выглядящего удивленным. Она отложила игру-викторину, и выбрала другую.       — Как на счет этой? Выглядит интересно.       Том вновь бросил взгляд на коробку.       — Это Pictionary. Она неплохая. Тебе нравится рисовать?       — У меня получается, — пожала плечами Лили.       — Ну в этом случае тебе не нужно быть отличным художником — это об угадывании что другой человек пытается показать, — с энтузиазмом объяснил Том.       Северус, молчаливо наблюдающий за происходящим, кивнул:       — Это требует больше креативности, чем мастерства. Я думаю это нам подойдет.       Лили задумалась на мгновение, прежде чем кивнуть. Ее лицо немного смягчилось.       — Хорошо, давайте поиграем в эту.       — Отличный выбор, — ухмыльнулся Том. — Я принесу доску с маркерами.       Пока Том все подготавливал, Северус занял место за столом, поглядывая на устроившуюся на стуле напротив Лили. Она выглядела немного неуверенной, но ей, казалось, не было некомфортно — скорее любопытно. Это было хорошим знаком, подумал Северус, учитывая какой замкнутой она была всего несколько недель назад.       Как только все было готово, Том объяснил правила, сохраняя свой голос легким и веселым.       — Один из нас рисует что-то, пока остальные пытаются отгадать что это до того, как истечет время. Готовы?       Лили бросила взгляд на Северуса, ободряюще кивнувшего ей.       — Дело не в победе или поражении, — мягко сказал он, — мы можем просто расслабиться.       И на этом они начали. Том рисовал первым, и его попытки были просто уморительными. Его «собака» выглядела больше похожей на жирафа, а дом был абсолютно неузнаваемым. Лили не могла сдержать смех, и даже обычное стоическое выражение лица Северуса расплылось в мягкой улыбке.       — Том, что это? — спросила Лили, прикрывая рот от смеха.       — Это очевидно машина! — защищался Том.       — Если это машина, я бы беспокоился о дорогах.       Лили хихикнула на сухое замечание Северуса, чувствуя себя немного лучше с каждым раундом.       Когда пришла ее очередь, Лили на мгновение заколебалась, маркер завис над доской. Но стоило ей начать, и нервозность исчезла. Она быстро набросала ряд линий, которые, спустя несколько секунд, стали более узнаваемы. Том угадал почти сразу:       — Дерево! — выкрикнул Том, ухмыляясь, когда Лили улыбнулась ему, довольная тем, что рисунок получился узнаваемым.       По мере продолжения игры смех в комнате нарастал, атмосфера становилась легче и веселее. Лили расслаблялась все больше с каждым раундом, ее осторожное поведение уступало место веселью. Она больше не была такой сдержанной, и это было видно в том как она менялась, полностью погруженная в игру.       Всегда внимательный Северус заметил изменение ее энергии. Он тихо гордился тем, какой путь она проделала за столь короткое время, хотя он и не показывал этого открыто. Вместо этого он старался убедиться, что игра продолжала быть сбалансированной — не быть слишком соревновательной, но и не слишком простой.       — Твоя очередь, Северус, — Том передал ему маркер с усмешкой. — Покажи нам на что ты способен.       Северус взял маркер и поднялся, выглядя спокойным и собранным. Он рисовал быстро и эффективно, линии складывались вместе с присущей ему точностью. Уже через несколько мгновений Лили и Том начали пытаться угадать.       — Это дракон? — попыталась Лили, наклоняя голову, изучая доску.       Северус бросил на нее взгляд с легкой ухмылкой:       — Близко, но нет.       — Самолет? — Том почесал голову.       — Опять не то, — покачал головой Северус.       — Лодка? — глаза Лили зажглись.       — Верно.       — Она лучше меня в угадываниях, — наигранно пожаловался Том.       Лили улыбнулась, первой настоящей широкой улыбкой за долгое время.       — Может я просто лучше понимаю рисунки, — поддразнила она.       Комната вновь наполнилась смехом, и впервые за долгое время Лили почувствовала себя на своем месте. Вечер тянулся, и в конце концов после нескольких раундов они объявили ничью — без победителей, без проигравших, просто хорошо проведенное время.       Когда игра подошла к концу, Том вытянулся на стуле, ухмыляясь:       — Что ж, это было весело. Что скажешь, Лили? Может, повторим снова позже?       — Да, — Лили кивнула, улыбка задержалась на ее лице, — с удовольствием.       Северус встретился с ее взглядом, его взгляд потеплел.       — Мы можем сделать это традицией.       Той ночью, когда Лили направилась в свою комнату, она вовсе не спешила скрыться за дверью. Она задержалась на лестнице на мгновение, оглядываясь на Тома и Северуса, убиравших игру. Тепло вечера все еще окутывало ее, и впервые за долгое время она чувствовала, будто это могло быть ее место — ее семья.       Закрыв дверь в свою комнату, она улыбнулась своим мыслям о следующем игровом вечере.

***

      Шли дни, и Северус с Томом продолжали приглашать Лили провести с ними время. Помимо приемов пищи на кухне, они стали иногда приглашать ее присоединиться к ним в гостиной, пока смотрели фильм или читали. Поначалу она часто отказывалась, предпочитая уединение своей комнаты. Но постепенно, шаг за шагом, начала принимать их предложения.       Однажды вечером в пятницу Том и Северус сидели в гостиной, на заднем плане тихо звучал фильм. Они не ожидали, что Лили присоединится к ним, но примерно через двадцать минут услышали тихий звук ее шагов, спускающихся по лестнице.       Она на мгновение неуверенно замерла в дверях.       Том оглянулся, мягко улыбнувшись. Это был первый раз, когда она выбралась из своей комнаты добровольно и пришла к ним.       — Мы смотрим фильм. Хочешь присоединиться?       Лили поколебалась, но кивнула, подойдя к дивану. Она села в дальнем конце, прижимая к себе подушку и подтягивая ноги к груди, держа дистанцию, но все еще находясь рядом.       Северус взглянул на нее, одаривая тихой одобрительной улыбкой.       Остаток вечера Лили просидела на диване, молча смотря фильм. Она особо не говорила, и не придвигалась ближе, но это было похоже на маленькую победу. Она была здесь, с ними, в одной комнате. И этого было достаточно.       Первые несколько недель были трудными, наполненными тишиной и дистанцией. Но Северус и Том знали, что это было частью процесса. Лили проверяла почву, выясняя, безопасен ли дом, были ли они теми людьми, кому она может доверять.       Они ее не торопили, не давили на нее слишком сильно. Вместо этого они предлагали ей небольшие моменты в их компании — чай на кухне, фильм в гостиной, тихие ужины, когда ее не заставляли говорить.       И постепенно эти маленькие моменты начинали накапливаться. Лили все еще проводила много времени в своей комнате, но теперь практически каждый день она присоединялась к ним внизу, даже задерживаясь после ужина. Это было немного, но это было начало.       И Северус с Томом знали, что в конце концов эти маленькие моменты перерастут во что-то большое.