Все мы повязаны

Минуло сотни лет с тех пор, когда его кровь буквально бурлила и кипела, жгла изнутри потоком магмы, когда сердце пело от предвкушения скорой битвы, когда разум заволакивало пьянящим восторгом, а все его естество испытывало нестерпимую жажду сражения. Он обладал (да и обладает) поистине неукротимым нравом. Любимое дитя Природы, олицетворение стихийного бедствия, справиться с которым никому не под силу. И имя ему Рашиль. Чем старше он становился, тем сильнее крепчал и развивался его атрибут. И не осталось вскоре соплеменника, желающего бросить ему вызов. Смертельная скука испортила и до того скверный характер дракона, так что Рашиль стал поистине невыносимым созданием, разжигавшим конфликт на ровном месте с каждым встречным. За всю его насыщенную жизнь Рашиль перепробовал все доступные ему стили боя. Он сражался и только с помощью магии, и только с атрибутом, давая противнику фору для нанесения урона. Чуть позже овладел и активно использовал разные типы холодного оружия. Когда же даже находясь в выгодных условиях противники не могли его одолеть, Рашиль стал драться исключительно кулаками его полиморфной формы, используя только физическую силу. Но после беспрерывной и нескончаемой череды побед кровь в его жилах перестала кипеть, а в сердце погасло пламя жизни. Раньше он любил серый цвет - этот прекрасный, с металлическим блеском, оттенок. Серый - это блеск острого клинка, занесенного над жертвой - смертоносный, разящий, неотвратимый. На его взгляд этот цвет достоин иметь лишь он сам. Мир же, выкрашенный в серый, казался таким унылым, безынтересным и до смерти скучным, что хотелось побиться головой о камни. Как же ему избавиться от этого зудящего неприятного чувства, которое словно придавливает его, неукротимого, к земле? В поисках ответа (ну и интересного занятия) Рашиль облетел оба континента, побывал везде, встретился со всеми населяющими мир расами. Но чем ему могут помочь слабаки? Ничем. Они недостойны даже стоять перед ним. И рассудив, что этот мир больше ничего не может ему предложить - ни занятия по душе, ни достойного противника - Рашиль решил отойти от дел. Обустроив давно пустующее логово, Серый Дракон остался в нем на несколько столетий, погрузившись в глубокий сон. В грезах скука его не тяготила. Именно тогда у него мелькнула мысль, что теперь то он нашел занятие, достойное его неукротимости. Словно древний вулкан, Рашиль отошел в спячку. Но только до тех пор, пока его неисчерпаемая мощь вновь не понадобится миру.

***

– Проснись и пой, мой дорогой! Лишь отточенные в бесчисленных битвах инстинкты позволили мирно спящему Рашилю пробудится и в последний момент уклониться от лезвия косы. – Ты что творишь, старуха? Совсем из ума выжила? - крикнул дракон, обнажая острые клыки. Капля холодного пота стекла по спине. Давно он не чувствовал себя таким уязвленным и малость смущенным из-за внезапного нападения. – Упс, промахнулась, - наигранно-сожалеющим тоном произнесла Мила. - Ничего, следующий раз будет точно в цель. Бежевый Дракон, вытащив лезвие косы из проткнутой подушки, перехватила свое орудие и перекинула его через плечо. Взгляд наблюдающего за её действиями Рашиля потемнел. – Хэй, старуха, ты мне за испорченную подушку заплатишь! Это была моя любимая, между прочим! - сквозь зубы прорычал дракон. – Ну вот, опять, - Мила тяжело вздохнула, - молодежи в наше время не хватает воспитания, - дракон демонстративно постучала по черенку косы. - Нужно как-то с этим бороться. Рашиль с трудом подавил мелкую дрожь. Добродушная улыбка старшего дракона его пугала. Нет, конечно, такой великий обладатель неукротимого атрибута не ведал страха и никогда не бежал от битвы, но… – Зачем явилась? - злобно зыркнув исподлобья на Бежевого Дракона, Рашиль принял оборонительную позицию. Мила самодовольно улыбнулась. – Руки лишние нужны. Идем, сгодишься мне в одном деле. – Да катись со своим де…! Ослепительный блеск начищенного лезвия косы вкупе с тонко-острой улыбкой Милы пресекли дальнейшие возмущения Рашиля на корню.

***

Яркий свет озарил полумрак просторной комнаты, расположенной на последнем этаже подземной виллы. Рашиль, скрестив руки на груди, прожигал злобным взглядом спину Милы. – Добро пожаловать. Драконов ждали. Кейл Хэнитьюз - хозяин виллы - ранее развалившийся на необычном кресле, неспешно встал и поприветствовал гостей. – Здравствуй, учитель, - Мила тепло улыбнулась единственному человеку в комнате. - Не против, если он нам поможет? - Бежевый Дракон указала зажатой в руке тяпкой на Рашиля. Кейл посмотрел ей за спину, ловя раздраженный взгляд Серого Дракона. – Учти, я не собираюсь рыться в земле, как эта старая сви… – Не волнуйся, ему недолго…ох, прости, оговорилась, - старшая мило прикрыла рот рукой. - Он ненадолго. Добродушная улыбка Милы была острее лезвия ее тяпки. Кейл предпочёл промолчать. Злобный Бежевый Дракон уже все за них решила.

***

– Это… - запас слов Серого Дракона иссяк. Он стоял, разинув рот, у входа в амбар и смотрел на бесчисленное множество горшочков - ящичков с рассадой. Их нескончаемые ряды уходили куда-то вглубь здания и пропадали во мраке. – Это именно то, зачем я тебя позвала, - закончила за Рашиля Мила. - Давай, рассаду в лапы и телепортом в Лес Тьмы к нашему общему знакомому. И смотри, чтобы больше шести ящиков не брал, - пригрозил напоследок, Бежевый дракон подтолкнула Рашиля к ближайшему ящику, а сама направилась к стоящим в стороне горшкам. – А… - Серый дракон, сделав шаг вперед, остановился и вопросительно посмотрел на старшую. - Старух, ты… кхм… - он покосился на косу в руке Милы, - вы… а магия вам на что? - под конец вырвалось у него. Мила, отзеркалив недоуменный взгляд Рашиля, наигранно спросила: – А ты сам разве не предпочитаешь магии кулаки? – Но это другое! - возмутился тот. – Неужели? - Мила склонила голову набок. - Тогда считай это за тренировку. Тебе полезно размяться после долгого сна, - и, отвернувшись от застывшего от такой наглости Рашиля, вернулась к горшкам. – Да из-за вас всех я и пяти лет не поспал! И вообще, если нужны свободные руки, то используй своего драконыша, а меня не впутывай! Я ухожу, - напоследок злобно зыркнув на Милу, Рашиль, пыхтя от гнева, двинулся к выходу из амбара. В стенах здания эхом прозвучал обреченный вздох Бежевого Дракона. – Сколько же проблем с этими подростками. Солнечные дни - такие, как сегодня - были определенно неудачными для Серого Дракона.

***

– Да чтоб у этой огородницы спина отсохла, - рычал себе под нос Рашиль, перетаскивая телепортом ящики-горшочки с рассадой из логова Милы, попутно расставляя их в одном “старухе” известном порядке. Действие совершенно бессмысленное, монотонное и утомительное. К тому же и оскорбительное для тонкой душевной организации сурового дракона. На протяжении получаса Рашиль высказал все, что думает о Миле, ее “просьбах”, о рассаде - в общем и целом обо всем, что попадалось ему на глаза. Бежевый Дракон, имевшая наглость тихо посмеиваться над его действиями, стояла у окна комнаты Кейла и играла роль надзирателя наблюдателя. Сам хозяин виллы, устав считать нескончаемые ящики с рассадой, обессиленно рухнул в излюбленное кресло и тупо уставился на противоположную стену. – Хэй, спускайся. Это последний, - крикнул Рашиль Миле, не забыв состроить ей недовольное выражение лица. Мила, проигнорировав оклик, помахала ему рукой - мол, “поднимайся”. Со злобным рыком Рашиль потопал ко входу, попутно костеря старшего дракона на все лады.

***

– Ох, спасибо тебе, удружил, - благодарный тон Милы звучал как насмешка. Она ласково похлопала Рашиля по плечу, ее прищуренные глаза мягко блестели. – Все, я пошел, - Рашиль поспешил скинуть ее руку с плеча. - И больше не… – Постой. Рашиль замер, насторожившись. Голос Милы, ставший на октаву ниже, разил опасностью. – После того, как мы с учителем посадим все ростки, польем их и отгородим от всяких вредителей, - вкрадчиво вещала Мила, - останется мно-ого пустых горшочков и ящиков. - Она, склонив голову набок, посмотрела прямо в глаза Рашилю, будто змея, гипнотизирующая мышь. Тот подался назад, вот только уперся в дверной косяк. – Поэтому, будь добр, перенеси после того, как мы закончим, оставшуюся утварь, хорошо? Рашиль хотел было возмутиться, когда взглядом наткнулся на лезвие косы, которую держала Мила. И когда она успела поменять тяпку? Осознав всю тщетность бытия и, наверное, впервые в жизни примирившись со своей участью, Рашиль буркнул что-то себе под нос, принятое Милой за согласие. По-детски хлопнув в ладоши, она радостно сказала: – Прекрасно! Учитель, - обратилась она к мигом отмершему Кейлу. - Пойдемте, я расскажу вам некоторые тонкости предстоящей вам работы. Поравнявшись, Рашиль и Кейл неожиданно для себя ощутили некое чувство солидарности. Обменявшись обречено-сочувствующими взглядами, они разошлись. Осознание, что оба они не одиноки в своих мучених, слегка придавало сил и малость обнадеживало. Дверь с тихим щелчком закрылась за спиной Серого Дракона. – Чёртова старуха, - сквозь зубы прошипел Рашиль. В мыслях он костерил Бежевого Дракона на все лады, однако с острого языка не сорвалось и слова; Мила ещё не покинула здание, к тому же на слух “старуха” не жаловалась. С минуту постояв истуканом посередине комнаты, при этом изучая удушающую ауру гнева, Рашиль всё-таки смог взять себя в руки. Раздраженно рыкнув, мужчина провел рукой по короткому ежику волос. На него внезапно накатила усталость - все же эмоции и физический труд отнимали непозволительно много энергии. Рашиль бы с удовольствием телепортировался в свое логово, да только не было гарантии, что “старуха” его оставит в покое. Да и не отпускала она его. От последней мысли в груди дракона вновь вспыхнул огонек раздражения. “Я что, мальчик на побегушках? Если уж ей так нужно, пускай припахивает своего сына-драконыша, какого хрена я ей сдался?” Рашиль шумно выдохнул. Все, с него хватит. Да и что вообще в Миле, помимо её косы, такого опасного? Ну ударит она его - и что с того? Он - Рашиль - Неукротимый дракон! Решив, что ему жизненно необходимо восстановить режим сна (который он до недавнего времени не нарушал десятилетиями) вот прям сейчас, а все остальные пусть пропадут в воронке Бесконечного, Рашиль гордо вскинул голову и выпустил ману. Серая дымка окутала внушительную фигуру, дракон уже готов был к перемещению, вот только… Что-то настойчиво шептало ему не действовать опрометчиво. Рашиль нахмурился. “Харе ссать,” - дал он себе мысленную оплеуху. Тем не менее, энтузиазма у дракона поубавилось. Мана, словно утренний туман, медленно рассеялась. “Ладно, я только проверю, что старуха занята, а после быстренько смотаюсь”, - с этой мыслью Рашиль подошёл к окну. Первое, что бросилось ему в глаза - это красная шевелюра Хэнитьюза, так ярко выделяющаяся на фоне черной земли. Тот сидел на корточках с маленькой лопаткой в руке и выглядел до того несчастно-обреченно, что даже Рашиль, глядя на “Слабого Человека”, почувствовал к нему жалость. Тем страшнее казалась высокая фигура Милы, стоявшей прямо за спиной Кейла с видом довольного надсмотрщика и раздававшая тому какие-то указания. Хэнитьюз старался не смотреть на внушительную гору ящичков-горшочков - фронт работ был просто огромен - ему не хватит и двух жизней, чтобы ВСЕ ЭТО посадить. Плечи юноши опустились, а сам он стал выглядеть как будто бы еще меньше. “Несчастный ублюдок”, - Рашиль жалостливо поджал губы, краем мысли отметив, что Эрухабен как нельзя точно и емко описал Хэнитьюза. - “Он же сам себе могилу роет. Вот чего бы ему не сесть на попе ровно и не наслаждаться короткой человеческой жизнью? Так нет, надо ему во что-то эдакое ввязаться, что даже Древний Дракон хватается за голову!” Рашиль не заметил, как вновь распалился. Только теперь источником его праведного гнева служили не действия Милы, а обострившееся чувство справедливости и жалость к несчастному человеку. На языке осел горьковатый привкус досады. Как ни странно, Серый дракон даже не вспомнил, что именно Кейл стал причиной прерванного сна Рашиля и главным источником всех бед, свалившихся на седую головушку. Исходя из этого, дракону следовало бы желать именно Кейлу всех мук ада, а не Миле. Однако Хэнитьюз и без крепких проклятий Рашиля страдал. От того несчастного просто нельзя было ненавидеть. – Агх, - Рашиль взъерошил свои волосы. - Ладно, старуха, я подожду! - прошипел в пустоту мужчина и, демонстративно скрестив руки на груди, плюхнулся на первое попавшееся сидение. Им оказалось любимое Кейлом кресло-качалка: от резкого движение оно наклонилась назад, так что Рашиль, не ожидавший такого подвоха от простого предмета мебели, инстинктивно вцепился в подлокотники. Кресло, недовольно скрипнув, качнулось вперед. – Твою ж налево, - вырвалось у округлившего глаза дракона. Со стороны это выглядело весьма комично. К счастью, имидж сурового неукротимого дракона не пострадал - Рашиль был в комнате один. Наконец, взбунтовавшаяся мебель вернулась в состояние покоя. С губ мужчины сорвался облегченный вздох - все же не каждый день с ним происходят такие приключения. Посидев так некоторое время, Рашиль с удивлением отметил, что необычное для него кресло было… – А это удобно, - задумчиво пробормотал мужчина. Глубокое кресло с мягкой спинкой и сиденьем однозначно было выполнено мастером на заказ - уровень комфорта и уюта, который оно дарило, был подстать великому и могучему (и привередливому) дракону. Рашиль незаметно для себя расслабился, убаюканный мерным покачиванием и тихим скрипом изогнутых ножек кресла. Мысли лениво ворочалась в его голове, веки налились свинцовой тяжестью, дыхание выровнялось. Коротко зевнув, Серый Дракон уснул, откинувшись на мягкую спинку сиденья.

***

Тихо. Не слышно даже стука собственного сердца. Тепло. Приятно ласкает кожу вязкая вода. Он будто парит в мягком ничто - таком уютном и безопасном. Темно. Лишь где-то высоко над головой переливается и мягко сверкает солнечный свет, тонкой шёлковой тканью укрывает спокойную вязкую тьму. Тягуче. На языке оседает приятная сладость. Темное нечто слегка холодит кожу, успокаивая клокочущий где-то под клеткой ребер вулкан, который вечно жег изнутри. И не было раньше от этого жара спасения. И так не хотелось с ним расставаться, поскольку стал до боли привычен. Тонкий запах свежести слегка отрезвляет, но не избавляет от томной неги. На глаза набегает тень, лишая ощущения тепла на коже. Рашиль чуть хмурится во сне, но не спешит и пальцем пошевелить. Его сон, лишенный четких образов и цветных красок, тем не менее насыщен и реалистичен, а от того приятен. Долгожданен. Это был первый за сотню лет, пусть и не красочный, но не серый, сон. Мила до неприличия долго вглядывается в черты спящего Серого Дракона, и не может сдержать нежной улыбки. Черты молодого, но вечно хмурого и напряженного мужчины сглаживаются, уходит вечная тень с глаз, придавая лицу более юный вид. Рашиль имеет привычку смотреть на всех чуть исподлобья, словно зверь перед прыжком. В такие моменты на его глаза набегают тени, взгляд становится острее: в нем чудится сталь. Но для старших драконов Рашиль выглядит не страшнее шипящего котенка. Они с высоты прожитых лет игнорируют вызывающее поведение молодняка, лишь украдкой поджимая губы. Жаль, что иначе вести себя этот юноша не может. Придёт ли к нему осознание, что пресловутая эгоистичность и агрессивность драконов - лишь маска, позволяющая оставаться беспристрастными, а не суть их естества. Миле остаётся лишь тихо вздыхать, смотря на “потерянного ребенка”, и благодарить судьбу за то, что та позволила ей дожить до рождения Додори и увидеть его взросление. И пускай у Бежевого Дракона есть опыт в воспитании детей, все же Мила мало что может изменить в характере Рашиля. “Я вижу, что он ещё не раскрыл весь потенциал своего атрибута. Впрочем, оно и неудивительно - неимоверно трудно контролировать “Неукротимость””. – Угх, - со стороны кресла раздаётся тихий стон. Рашиль щурится, трёт глаза, а после тянется рукой к затекшей шее, а чуть позже начинает мять виски. Реальность свинцовой тяжестью оседает на плечах; он уже скучает по гостеприимным объятиям вязкого сонного нечто. – Проснулся? - участливо спрашивает Мила, чуть склоняясь над сидящим в кресле. Тон ее приторно сладок и способен уязвить нежное нутро подростка. Ответом ей служит чуть осоловелый взгляд серых глаз да спокойное, на грани слышимости, “да”. Мила прикладывает титанические усилия, чтобы удивление не отразилось на её лице. Чтобы вспыльчивый подросток проигнорировал её провокацию? Это что-то новенькое. Хотя все можно списать на ещё полусонное состояние дракона. – Подъем, тебе ещё нужно помочь доставить пустые ящики в мой амбар, - Бежевый Дракон мягким, но не терпящим возражений, движением заставляет Рашиля принять вертикальное положение. – Сам справлюсь, - Рашиль стряхивает с себя чужую руку и, нахмурившись, двигается прочь из комнаты, намереваясь спуститься по лестнице. Однако на полпути к двери Серый Дракон внезапно замирает и, как-то неловко кашлянув в кулак, поворачивается к Миле тихо спрашивает: – Ты…Знаешь, где сейчас этот несч…Хэнитьюз? В светлых глазах Милы отразилось искреннее удивление, быстро сменившееся недоверием. “Он же не собирается напасть на Учителя? Хоть у него есть на это причины, но я все же надеюсь на его благоразумие”. Мысленно трехнув головой, отгоняя бредовые мысли, Мила ответила: – Учитель сейчас внизу, обустраивает последнюю грядку. Серый Дракон на это тихо усмехнулся. Не понимая, что так его развеселило, Мила проводила того недоуменным взглядом.

***

Нашёлся Кейл полусидящим-полулежащим на лавочке возле виллы в состоянии выжатого лимона. В грязной рабочей одежде, со слипшимися от пота прядями и с бледным, как полотно, лицом, он выглядел как мученик перед казнью. Ему предстояло найти в себе силы подняться, дойти до комнаты и привести себя в порядок, что не представлялось возможным. Рашиль поспешил задавить в себе мерзкое чувство жалости к слабому человеку. Привычное раздражение, ощитинившись, заскреблось под кожей, разбудив нечто злобное, до этого дремавшее в глубине души. “Вот что бывает с теми, кто осмеливается идти против драконов! Теперь этот нахал помучается,” - злорадненько прошипело недовольство. Потратив некоторое время, чтобы задвинуть кипящие чувства как можно дальше, Рашиль, наконец, решился подойти к человеку и завязать с ним разговор. – Кхм, давно не виделись, - мужчина развязно махнул рукой, пытаясь сымитировать ту особую ленность, присущую старшим драконам. Секундная заминка вначале сводила на нет его усилия. Кейл чуть повернул голову на звук. Встретившись взглядом с Рашилем, тот еле-заметно кивнул, слегка прикрыв глаза; сил открыть рот и что-то сказать у незадачливого огородника уже не было. Разговор не клеился. Но Рашиль не был бы драконом, если бы не умел стоять на своем. От Хэнитьюза ему нужна была информация об одной интересной вещице. Вот только как бы получше задать вопрос… “А может совсем не церемониться и просто-напросто потребовать его в качестве платы?” Пока в голове Рашиля постепенно вырисовывался план по приобретению желаемого, его лицо становилось все мрачнее. Невольный свидетель этих молчаливый размышлений с каждой минутой все больше волновался за собственную жизнь, впрочем, никак это не показывая. Прерывать мнимо безопасную тишину он также не спешил. – Слушай, там…кресло странное, но…ну…удобное, - мысль совершенно не хотела оформляться в нечто цельное, но мужчина решил сказать хоть что-то, чтобы нарушить неловкое молчание. Кейл не совсем понимал, что от него хочет этот вспыльчивый дракон, поэтому решил просто со всем соглашаться. – Удобное, - бесспорно, ведь оно было его любимым. – … – … И снова затянувшаяся пауза. И снова он, Рашиль, тратит время впустую. Бесит. – Хэй, наглый человек, ты знаешь, что отвлек меня от важного занятия? - мужчина подошёл ближе к скамейке и встал напротив Хэнитьюза, возвышаясь над щуплым Кейлом всей своей громадой. Тот, весь подобравшись, исподлобья следил за каждым движением дракона. Мозг заработал с новой силой, анализируя жесты, позу и сказанные ранее слова собеседника. Решение пришло незамедлительно. – Прошу прощения, Рашиль, если своими действиями поставил вас в затруднительное положение. Как насчёт компенсации за доставленные неудобства? - губы уже почти сложились в улыбку, названную Раоном мошеннической, но Кейл старался сохранить отстраненно-спокойное выражение лица. Мотивы такой прямолинейной личности, как Рашиль, были очевидны. – Кхм-кхм, вижу, ты знаком с правилами приличия. Да и в хорошем отдыхе знаешь толк. Похвально, - как ни старался Серый Дракон спрятать свою радость за маской хмурости и строгости, у него это не выходило. – Благодарю за похвалу, - Кейл улыбнулся уголком губ, - могу ли я в качестве извинений преподнести то приглянувшееся кресло-качалку? – Хорошо, - дракон в душе тихо ликовал, - вот только то, что у тебя, мало для такого великого меня. Так что сделай другое, по типу твоего, но побольше. И помягче. Кейл быстро в уме подсчитал, сколько времени на это понадобится знакомому мастеру. – Через месяц будет готово. – Идет, - Рашиль мгновенно протянул руку. Кейл ответил на рукопожатие и довольно улыбнулся. Ему представился шанс наладить дружеские отношения с сильным, но вспыльчивым союзником. Таким грех не воспользоваться. – Ну тогда приду через месяц. И чтоб было все в лучшем виде, - махнув на прощание, дракон удалился. Больше ему было незачем оставаться. Даже по возвращению в свое логово, с лица Рашиля так и не сошла довольная улыбка кота, объевшегося сметаны. Несмотря на некоторые трудности (его разбудили), дракону представилась возможность опробовать новый способ отдыха. Мерное покачиванием и тихое поскрипывание деревянных ножек кресла успокаивали бушевавший от долгого безделья Атрибут. Ранее, когда силу было невозможно было сдержать, Рашилю приходилось просыпаться и идти выплескивать зудящую под кожей стихию. Возможно, новое приобретение поможет отсрочить следующую “вспышку”. Всё-таки как удачно сложилось, что Кейл Хэнитьюз сам предложил ему это необычное кресло в качестве “компенсации”. Видимо, тот старик, Эрухабен, говорил правду: несчастный человек ленив. А раз так, значит он ценит комфорт превыше всего. Как приятно найти кого-то, кто имеет схожие интересы и убеждения! Засыпал Рашиль с ощущением приятного тепла в груди. Вот только… Из светлой головы дракона не может ведь пропасть - забыться - какая-либо информация. …Ведь так?

***

Драконий Атрибут - уникальное явление. Многофункциональный оружие. Неповторимая способность. И название у него должно быть неординарным, исчерпывающим, точным. “Соединяя вместе”. Свой Атрибут Мила изучала несколько столетий. А после второй фазы роста она буквально открыла его для себя заново. Можно склеить вещь. А можно примирить врагов. Наладить дружеские отношения. Соединить так, чтобы были вместе. Мила полагала, что несмотря на прохождение второй фазы роста, Рашиль ещё не до конца сроднился со своим Атрибутом. “Неукротимость”. Это ведь не только про сражения с превосходящим силой соперником. Это неподчинение. И, порой, даже себе. Атрибут, словно дикий зверь, бился и рвался на волю, скребся изнутри, причиняя боль собственному носителю. Неукротимая, словно сама природа, стихия, заключенное в теле живого существа. Возможно, даже для дракона бремя такой силы было неподъемным. Мила не знала, как Рашиль с этим справляется, хотя предполагала, что привычка Серого Дракона спать столетиями возникла неслучайно. Остаётся только надеяться, что решение загадки под названием “Атрибут” найдется. И, кто знает, может Рашилю поможет в этом некий ленивый, но чересчур деятельный человек. А пока…Стоит наведаться к Серому Дракону и высказать все, что Мила думает о его забывчивости!