Моя искра, – твоё небьющееся сердце.

      Мир, в котором оказались Андрей и Флакджикей, был покрыт багровым туманом, и каждый шаг отдавался глухим эхом. Мёртвые деревья и такая же тишина. Андрей шёл рядом с Флакджикеем, привычно сунув руки в карманы своего халата и с интересом осматривая всё вокруг. Он склонился над отломившейся веткой дерева, аккуратно беря её в руки и осматривая.       — Андрей, — неожиданно раздалось эхом, заставляя учёного вздрогнуть и поёжиться. Флакджикей указал куда-то дальше по полю, в туман. — Смотри, там что-то движется.       Андрей хмуро взглянул в указанную сторону. Каждый раз, когда Флакджикей говорил с ним, его сердце словно сжималось. С чего вдруг?       — Будь осторожнее, — коротко ответил Андрей, вставая. Он знал, что Фляжка пойдёт туда. Это же Фляжка. Ему всё нипочём.       Флакджикей засмеялся и быстрым шагом пошёл вперёд, сказав что-то вроде: «Да ладно, не так уж всё плохо!» Андрей смотрел, как фигура друга растворяется в тумане, и всё внутри него сжалось. Дыхание участилось, глаза забегали, а рот стал судорожно глотать, казалось, ядовитый воздух.       К нему пришло осознание. Не было никакого эха тогда. И сердце его сжималось не просто так. Подскочив на кресле, Андрей ударился носом о стол, хватаясь за него обеими руками. Кошмар. Опять.       — Блядство, — подумал Андрей, глянув на заготовку куклы у стола. Он отпустил нос, прилаживая первую попавшуюся бумажку к нему, запуская другую руку в волосы, вздыхая и пытаясь выровнять дыхание. Как он не уснёт, ему снится одно и то же. Из-за этого ему пришлось попрощаться со здоровым сном, буквально вырубаясь раз в несколько суток.       Андрей подошёл к кукле на шарнирах. Она была полностью голая. Буквально. Не было причёски, лица, одежды... Короткий взгляд на стол. Футболка, бандана, расположение шрамов, глаза... Он быстро развернул скомканную бумажку у носа. А вот и волосы нашлись. Найдя в старой, богом забытой аптечке, где ничего, кроме перекиси, но-шпы и чёрного активированного угля, не лежало, вату, он всунул её в нос, чтобы не мешалось работать дальше. Прихватив по дороге через кухню хлеб, Андрей принялся за изготовление других деталей.

***

      Руки трясутся, а по сухим щекам катятся слёзы. Кто же знал, что отламывать частичку от искры настолько больно? Сквозь боль и зубы Андрей слабо улыбается, смотря на еле светящийся кусочек от искры в своих руках.       — Этого должно хватить... — Он на подкашивающихся ногах подошёл вплотную к кукле, размещая руку со светящимся камнем около груди. Грубый толчок, и Андрей поспешно отходит, потирая уже пустую ладонь, что слегка пощипывало. Он с предвкушением наблюдал за куклой, ожидая.       Кукла дрогнула, её искусственные пальцы сжались, а затем разжались. Андрей замер, сердце застучало быстрее. Неужели действительно получилось? Он сделал шаг вперёд, внимательно наблюдая за тем, как кукла начинает двигаться. Она повернула голову в его сторону, её пустые глаза уставились на него без всякого выражения.       — Флакджикей? — Андрей сдавленно прошептал, не веря, что это действительно происходит. Он внимательно наблюдал за ним, чтобы, если что, словить.       Кукла медленно поднялась на ноги, шатаясь. Её движения были резкими, механическими. Вместо обычной уверенности и плавности, которые Андрей так привык видеть в настоящем Флакджикее, она выглядела неуклюже, словно марионетка на натянутых верёвках.       — Привет?.. — голос прозвучал неестественно для того жизнерадостного тона, которым всегда говорил Флакджикей. Он сделал шаг вперёд, но вместо того, чтобы весело и бодро шагнуть навстречу Андрею, как это сделал бы настоящий Флакджикей, кукла оступилась и почти упала.       Андрей бросился вперёд, пытаясь поддержать её, но тут кукла вдруг замерла, повернув голову вбок, словно прислушиваясь к чему-то невидимому. Её плечи судорожно дёрнулись, а затем она резко засмеялась. Флакджикей бы тоже рассмеялся, если бы упал на ровном месте, но этот смех был пустым, хриплым, совершенно не тем, которым пользовался Фляжка.       Андрей почувствовал, как ледяной холод сковал его сердце, и сделал шаг назад с ужасом, понимая, что в этом теле нет ни малейшего следа того Флакджикея, которого он знал. Только холодная и бездушная оболочка.

***

      Сколько уже неудачных заготовок было в кладовой у Андрея? Он перестал считать после седьмой куклы.       Всё было не тем. Шутки были не такими, поведение, привычки, движения... Всего этого не было. А без этого это был не Флакджикей.       С каждым отсутствующим кусочком искры Андрей слабел всё больше. Не было уже как таковой мотивации. Не было сил и желания. Руки дрожали всё больше, а ноги заплетались чаще, нужно ли что-то говорить про сонливость?       Андрей стоит перед последней куклой. Держа в руке последнюю попытку для оживления. Он отставил кофе на стол, уже привычным грубым движением втискивая искру. Раньше на это требовалось намного меньше силы... Андрей отошёл, но в глазах резко поплыло, а в голову будто что-то ударило, от чего парень свалился без сознания на пол.       Как окажется потом — он умер. Умер от слишком слабой искры. Последний "Фляжка" даже не пошевелился. Искра пот ухла раньше, нежели кукла сумела обрести разум.