На пути к счастью

С того происшествия прошла всего неделя, хотя ощущалось, что целая вечность. В этой ситуации тяжесть упала сразу на обоих. Отныне Нарочинская полностью потеряла доверие к нему. Даже после его многочисленных извинений и обещаний, что изменится. Не получилось у него завоевать её доверие. Мысленно она понимала, что не стоит прощать и наступать на одни и те же грабли, но сердце говорило иное. Находясь рядом с ним, она начинала забывать все обиды. То тепло, которое она ощущала только с ним. С ним она чувствовала себя в своей тарелке. Ей казалось, что весь мир крутиться только вокруг него. С ним она теряла здравый разум и зов сердца ей кричал о нем. Ей хотелось броситься к нему в многочисленные взаимные объятия и наплевать на все свои принципы. Но она всячески старалась оберегать себя от этого, и избегала разговоров с ним. Но, зная характер и упрямство Брагина, это было весьма затрудненно. Всю эту неделю он заходил к ней, просто, чтобы побыть рядом. Он старался всеми силами поднять её настроение или просто поговорить. А она в ответ старалась быть максимально отстранённой и холодной. Но с ним, у неё выходило это очень сложно. Олег видел её состояние – не только физическое, но и моральное. Он понимал, что причиной этому – он сам. Он старался поддерживать её во всём, заглаживая свою вину перед ней. Раннее утро. Солнце пробиралось из-за облаков. Его лучи пробирались сквозь шторы и слепили глаза пациентам института Склифосовского. Марина была не исключением. Светловолосая женщина приоткрыла глаза и оглянулась вокруг. Это была всё та же палата в той же больнице. Вокруг были медицинские аппараты, а впереди – телевизор. Как же ей хотелось этого всего не видеть сейчас, а отказаться у себя дома в своей родной постеле. Но, видимо, это произойдет не скоро. Как ей сказала медсестра, выписать они могут только через две недели. Голубоглазая посмотрела в окно и очень удивилась такому красивому виду. Солнце пряталось за облаками и лучи проходили сквозь разрывы в них. Такой узор называют сумеречными лучами. Марина пыталась взглядом отыскать свой телефон, чтобы сфотографировать эту прекрасную картину. Сам телефон лежал на тумбе возле её койки. Заметив его, она потянулась рукой до мобильного. Она уже практически достала его, но вдруг почувствовала резкую боль в плече, которая отдалась по всей руке. Она замерла на несколько секунд, пытаясь осознать что произошло. Марина попыталась пошевелить рукой, но поняла, что боль чересчур сильная. Она пыталась понять из-за чего это. Но голову ничего не приходило. Боль только усиливалась. Нужно было позвать кого-нибудь на помощь, но до кнопки вызова врача она не дотягивалась. Боль была невыносимой настолько, что хотелось кричать. Она громко крикнула, с целью привлечь внимание врачей. Ей хотелось, чтобы поскорее этот ад закончился. Когда боль потихоньку начинала утихать, она старалась этой же рукой достать до кнопки, но когда она шевелила ей снова, то всё возращалось. – Да кто-нибудь подойдет ко мне или нет? Вра-ачи-и! – протянуто прокричала она. В глубине души ей хотелось, чтобы к ней зашёл именно Брагин. Он не только поможет с травмой, а еще и поднимет настроение. Рядом с ним она себя ощущала очень комфортно. Но признать это самой себе она не могла. Пока она ждала помощи, ей в голову прилетела мысль: «А вдруг это вывих?» Скорее всего так и есть. Но лучше ей дождаться прихода врачей. А то самой себе диагнозы ставить – это тот еще риск. Из её глаз уже катились слёзы от боли. Казалось, что она ждала уже очень долго, хотя на самом деле прошло всего пару минут. – Ну вы издеваетесь что ли? Мне нужна помо-о-ощь – голос у неё уже садился и было сложно кричать. И наконец на её последний крик прибежала медсестра. Она влетела в палату и была очень удивлена увиденной картине. Нарочинской лежала на спине с вытянутой рукой и рыдала. Вот такой её медицинский персонал видел впервые. Не считая доктора Брагина, конечно же. – Боже мой, Марина Владимировна! Что случилось? – взволнованно спросила она. – Почему вы кричите? – Руку вывихнула походу. – еле выговорила она – Позовите Брагина, пожалуйста.. – в моменте ей показалось, что только он один существует. Она напрочь забыла про остальных врачей, хоть в этой больнице их было сотни. – Хорошо, сейчас. – послушалась медсестра и пошла искать Олега. Выйдя из палаты, она сразу же заметила его в поле своего зрения. Он ходил по коридору туда-сюда, будто решался на какой-то поступок. Она попыталась привлечь его внимание, позвав, но он не откликался. Тогда она начала медленно подходить к нему, и докоснувшись рукой до его плеча, только тогда она смогла перевести его внимание на себя. Он вздрогнул от неожиданности, будто его вытащили из временного транса. – Боже мой! – воскликнул он. Переведя взгляд на медсестру, он натянул свою фирменную улыбку и произнес: – Мария, что вас принесло ко мне? – конечно он решил пошутить. – моя красота настолько притягательна? – Олег Михайлович, Вас там Марина Владимировна требует. Попросила подойти к ней в палату. – выполнив просьбу, она отправилась выполнять свои медицинские обязанности. – Понял. – ответил он. « Вот это уже интересно. Зачем я понадобился Нарочинской? » – подумал он, приближаясь к двери. Но подойдя к ней вплотную, он положил руку на дверную ручку и остановился на несколько секунд. Тяжело выдохнув, он распахнул дверь. Войдя в палату, он улыбнулся и решил рассказывать анекдот, еще не смотря на Нарочинскую: « – Где ты провел каникулы, Роджер? – Первые три дня – в Альпах. – А остальные? – Остальные – в гипсе.. » – он громко рассмеялся и поднял глаза на женщину, только увидя её состояние. Он был удивлен и его улыбка резко сползла с его лица. – Вот не смешно, Брагин. – она указала взглядом на свою руку, которая всё еще висела над телефоном. – Ой, – испуганно проговорил он. – мы играем в морских фигур, или что с тобой? – он пытался её успокоить своими шутками, но только это не особо получалось. – Ты мне поможешь или мне звать другого врача? – пригрозила ему Марина. – Я резко дёрнула рукой и видимо вывихнула плечо. – рассказала она и внимательно наблюдала за его действиями. – Так.. – он подошёл к ней и аккуратно взял в свои ладони её руку. Он осмотрел её и попытался пошевелить, но, видя реакцию Марины, он всё понял. – Щас будет немного больновато. – Предупредил он. И прежде, чем она успела опомниться, он ей вправил сустав. После этого послышалась незамедлительная реакция: – Ай! – громко крикнула она. – Брагин! Больно вообще-то. – Ну всё. – с облегчением сказал Брагин и аккуратно положил её руку на кровать. – Нужно снимок сделать. Когда тебе удобно? – Да хоть сейчас. – она усмехнулась и мужчина в этот же момент выбежал из палаты и начал искать в коридоре больницы инвалидную коляску. Найдя её, он подбежал к ней и прикатил её в палату к Марине. – Хочешь анекдот? – спросил он, подходя к койке Нарочинской. Она попыталась встать. – Давай по пути расскажешь, а сейчас помоги мне. – попросила она его, протягивая здоровую руку для опоры. Он подошел ещё ближе и подхватил её к себе на руки. Одной рукой он держал её за талию, а другой зацепился об её колени. – Ты чего? – удивилась она. – Я тебе помогаю, ты же попросила. – Брагин положил Марину в коляску и обошел её сзади, чтобы повезти. Марина не стала ничего говорить. Он вывез её из палаты и они направились в рентген-кабинет. – Слушай анекдот. « Попадает мужик в рай и хохочет... Его ангелы спрашивают: – Ты чего ржешь? – Да над хирургом смеюсь — я уже здесь, а он меня еще оперирует там. » – Дурак! – проговорила Марина, звонко смеясь. В это время они уже доехали до места назначения. Он прикатил коляску к алюминиевому столу и обошел её с другой стороны. – Снимай халат, надо снимок сделать. – попросил Брагин. Ей было конечно неловко, но что поделаешь. Он же врач, а не извращенец какой-нибудь. Сняв одежду, Олег вручил ей рентгенозащитный халат и помог ей надеть его. – Тебе помочь забраться? – спросил он. – Да, пожалуйста. – в этот миг Брагин опять похватил Марину на руки, так, что он обхватил одной рукой её талию, а другой – её ноги. – Брагин, зачем ты меня уже второй раз на руки берешь? Я не безногая. Мне просто нужна твоя опора, чтобы подняться. – она сказала это больше для приличия, чем от негодования. Нельзя было сказать, что ей не нравились его действия. Он опустил её на аппарат и вышел за стеклянную стену, чтобы сделать рентген. Он подошел к компьютеру и начал рассматривать экранные снимки. Ничего страшного там не было, вывих он вправил идеально. Олег ещё несколько раз проверил, нет ли никаких осложнений и после этого подошел к аппарату, на котором лежала Марина. – Я тебе щас перевяжу руку для полного восстановления. – предупредил он и принёс повязку ДЕЗО. Он помог ей сесть и пошел за повязкой. Он вернулся, он без труда перевязал ей руку. – Готово. – сообщил Брагин. – Спасибо большое. – поблагодарила его Нарочинская и он снова взял её на руки и перетащил на коляску. Они вышли из рентген-кабинета. Олег покатил её обратно в палату. Шёл он медленно, наслаждаясь временем, проведенным с ней. – Марин, знаешь почему нельзя врать каннибалам? – Почему? – поинтересовалась она. – Они тебя раскусят. – она несколько секунд обрабатывала шутку, а потом до неё дошло. Она засмеялась. Брагин был доволен собой, что уже который раз смог рассмешить её. После этой шутки они ехали в тишине. Была какая-то неловкая пауза. Вроде они столько не виделись и им должно быть, что друг другу рассказать, но каждый думал о своём. Олег, конечно, пытался поддержать разговор, но у него не выходило. На все его вопросы он получал сухие ответы, не выливающиеся в диалог. Но, с ней ему даже молчать было комфортно. Он довёз её до палаты и распахнул её. Возле окна стоял Неклюдов и с кем-то громко спорил по телефону. Брагин уже хотел возразить, мол это палата Марины, и что он тут забыл, как она ему жестом показала молчать. Нарочинская знала отношение Олега к Жене, именно поэтому и сделала эту немую просьбу, ради избежания конфликта. К тому же Неклюдов не услышал, как они вошли, поэтому есть хорошая возможность подслушать, с кем он так занимательно беседует. – Вы меня вообще слышите? – грубым тоном сказал мужчина. – Я не занимаюсь таким! Даже за большие деньги! – он сделал паузу, слушая собеседника. – Нет, я не буду это делать! Да я не гей! До свидания. – он сбросил трубку и закатил глаза. Неклюдов повернулся к двери и вздрогнул от неожиданности. Он трясущимся голосом спросил: – А вы тут давно стоите? – Ну уже минут 10. – решил прикольнуться Олег. – Господи! Только я вас умоляю, о том, что слышали, Нинке не слова. – попросил он и быстро покинул палату. Дверь захлопнулась и в палате раздался хохот. Олег с Мариной еще несколько минут не могли перестать после этого смеяться. Так ещё и Брагин добивал своими шутками. Когда они оба успокоились, мужчина помог Нарочинской перебраться с коляски на койку, а сам сел возле неё. Она легла на бок, на здоровую руку. Стоило ей только прилечь, так сразу начало клонить в сон. Глаза начали слипаться и он всё понял. Он подскочил и пошёл закрывать шторы. Олег сел возле неё и укрыл её пледом, рассказывая ей какие-то истории из жизни, и поглаживая её рукой по спине. Так она и уснула. Нина закончила свою смену и решила зайти к своей подруге. Она открыла дверь и перед её глазами была представлена картина: Марина спит, отвернувшись от поля зрения Дубровской в другую сторону. А на её койке сидит Михалыч, который пристально смотрел на неё и поглаживал по спине. Неизвестно сколько времени он так просидел, но со стороны это выглядело очень мило. Нина уже понадеялась на то, что у них всё наладилось и встало на свои места, но это только начало. Он не мог перестать умиляться, смотря на белокурую. Олег смотрел на неё так, будто впервые видит. Сейчас она была самой искренней и самой настоящей. Женщине, стоящей в дверном проёме не хотелось отвлекать его от этого уж очень интересного занятия, но пришлось. – Михалыч.. – шёпотом проговорила она и зашла в палату. А он опять вздрогнул, не ожидав тут никого увидеть. Он забыл про всех на свете, для него существовала только она. – Тебя Хромов зовёт, он просит тебя ему ассистировать, там пациент сложный. – Нина подошла к кровати еще ближе и спросила: – Как она? – на что последовал незамедлительный ответ: – Да вроде нормально.. – тихо произнёс он. От его голоса Марина проснулась, но не падала виду. – Я не знаю, что мне делать. Кажется я всё испортил. – Олег решил пооткровенничать с ней. – Да.. Но, я думаю, что ей просто нужно время. – Нина говорила искренне то, что думает. – Если ты опять ничего не натворишь. – Спасибо. Ладно, я пошёл на операцию. Присмотри за ней, пожалуйста. – сказав это, Брагин покинул палату. За эту неделю к Марине Нина заходила несколько раз, она тоже помогала и поддерживала её. Про ситуацию с Михалычем конечно она знала и давала советы, как ей лучше поступить. Но Нарочинская стояла на своём и поступала, как ей вздумается, не слушая остальных. – Нин, ты? – приоткрыв глаза, спросила Марина. – Да, Мариш, как ты? – она решила лично поинтересоваться этим. – Да нормально. Олег тут был? – после удивленного выражения лица её подруги, она решила рассказать. – Я не спала и всё слышала. – в ответ та лишь рассмеялась. – Марин, да не издевайся ты ни над ним, ни над собой. Мне кажется, что он действительно изменился. – Нина постаралась вразумить подругу и переубедить её. А Марина смотрела в потолок и молчала. Это действительно тот случай, в котором она совершенно не имела понятия, что ей делать. Настала немая пауза. Дубровская лишь смотрела на неё, в ожидании ответа. А подруга продолжала молчать и перерабатывать эту информацию у себя в голове. – А если он опять налево? Ну дам я ему шанс, и что? Он опять предаст и опять будет больно. – тихо ответила Марина, не опуская взгляд на подругу. – По-твоему легче будет сейчас мучаться? Мне кажется, что стоит рискнуть, а не потом локти себе кусать. Даже если предаст, то это будет просто пройденный этап. Значит тебе сужденно пройти этот этап. – распиналась Нина. – А если он не предаст? А если он окажется хорошим? – Марина уже хотела возразить, но поняла, что это ни к чему. Может стоит прислушаться к совету Нины? – Может, ты и права.. – неуверенно ответила она и после чего посмотрела на свою подругу. Тем временем Брагин уже добрался до операционной. Перед входом его встретил Иван Николаевич. – Вы готов? – поинтересовался Хромов – Конечно, я всегда готов. – после этих слов они оба вошли в стены операционной. Помывшись, мужчины приступили к делу. Операцию дополняли хирурги — Куликов и Лазарев, реаниматолог Костя и две медсестры. Решили, что Брагин с Куликовым будут на бедре, а Лазарев с Хромовым на животе: – Серёжа, займись, пожалуйста, бедром. У нас тут просто фарш, – попросил Иван Николаевич, тяжело вздыхая. – Плюс ещё перелом позвоночника. Ну ладно, будем бороться. – Хромов всегда старался быть оптимистом в любых ситуациях, даже не смотря на такие тяжелые случаи. – Так, шьём печень. – проинформировал хирург. – Давай, Кость. – Шить. – приказным тоном сказал Лазарев. – Давай пинцет. – попросил Куликов одну из операционных медсестёр. – Пережали сосуды. Кровотечение остановлено. – выдохнув сказал Иван Николевич. – Давление не держит. Где-то ещё есть источник кровотечения. – сообщил Костя и продолжил следить за аппаратами. – Ага, ищем. – объявил пожилой врач и продолжил копаться в пациенте. – Серёг, что у тебя с бедром? – поинтересовался Брагин, внимательно рассматривая действия друга. – Тут перелом с повреждением нервно-сосудистого пучка. – оповестил Куликов. – Господа, ну тут ампутация. Ну если есть время, можно попытаться. – он взял у медсестры хирургическую принадлежность и продолжил. – Думайте быстрее. Так. Всё, у меня пережато всё. Кровотечения нет. – Кость, печень твоя может? – Олег пытался всеми способами найти источник проблемы. – Печень я почти ушил. – известил Костя. – Тоже всё пережато. Селезёнка? – предположил он, но в ответ получил лишь молчание. – Ребята, тут с диадинамикой беда. – с тревожностью сказал реаниматолог. – Почему? – с удивлением спросил Костя, смотря на хирургов, окружающих его. – Где-то внутри. Что-то внутри! – сказал Хромов. – Посмотрите! Можете повреждения на аорте? – предположил Брагин. – Костик, ты дошил? – спросил Иван Николаевич, заглядывая под его руку. – Да, всё, почти, скоро – неуверенно сказал тот и продолжил своё дело. – Ой, тут диффузная кровоточит. – проговорил хирург, пытаясь принять какие-то меры. – Говорить не о чем, не спасём. – с сожалением сказал Костя. – Ну надо найти источник кровотечение, посмотрите аорту, ну что вы как упрямые, а? – Олег Михайлович прибавил тон. – Фух, тут заливает всё! Нет, я не вижу! Я на аорте не вижу! – Покачивая головой повторял Хромов. – Всё, шансов нет. – печально проговорил он. – Щас, я посмотрю. – Брагин оттолкнул хирурга и встал на его место. – Отойдите. – он раздвинул руками кожу и осмотрел. Органы начали кровоточить. – Я же говорил аорта! Бараны упрямые. – со злостью проговорил он, стараясь исправить положение. – Была посттравматическая аневризма аорта и разорвалась. – оправдывая себя проговорил хирург. – Да чёрт бы с ней! Она бы итак разорвалась. Зажим. Бегом. – в приказном тоне проговорил Олег. Он взял зажим в руки и попытался остановить кровотечение. Аппарат запикал. – Остановка! – крикнул Костя и подвинул дефибрилятор. В это время Брагин не останавливался и продолжал операцию. – Ставь на 120. – попросил реаниматолог медсестру. – Да всё-всё. – сказал Костя, смотря на хирурга, который пытался до последнего спасти пациента. Тот откинул зажим и отошел от пациента. А Костя продолжил реанимацию. – Разряд! 150. Разряд! Ставь 200. Разряд! – в ответ кардиомонитор продолжал пищать. Олег снял перчатки, понимая, что это конец. Тем временем Марина сидела в своей палате на своей койке, уткнувшись в свой телефон. Она переписывалась со старым знакомым, а если точнее сказать, то со своим бывшим парнем. Зайдя на свою старую страничку в Instagram, она удивилась, увидя то, что он ей написывает. – Марин, привет! Ты, наверное, забросила этот аккаунт. Я уже более недели тебе пишу, а ты мне не отвечаешь. – она прочитала сообщение. – О! Ты прочитала, неужели. Я тебе пишу, чтобы предложить работать у нас в Бурденко. – Слава, ну ничего себе. Удивил, так удивил. Как ты вообще? – поинтересовалась Нарочинская. Вот только Мартынова ей для полного счастья не хватает. После этого сообщения она выключила телефон и убрала его подальше от себя. Она спросила, как он, только для приличия. На самом деле её это вообще не интересовало. Хотя она и попыталась представить себя вместе с ним, но сразу после этой мысли начинало тошнить. Он ей неприятен и она даже сама не могла объяснить причину. Хотя, может потому, что её интересовал совершенно другой человек. Он был особенный, а Слава ей казался совершенно обычным. Марина с радостью бы согласилась встречаться с Олегом, если была бы возможность. Но она старалась не признавать этого и делать вид, что ей не нужны отношения с ним. Также ей очень хотелось вернуться в Склиф, и если у них с Брагиным действительно не будет конфликтов, то она без вопросов вернётся. Со своими чувствами она разберётся сама и они не будут влиять на работу. Её раздумья прервал Олег. Он так тихо зашел в палату, что она даже не заметила его. Она лежала на боку, повёрнутая к стене и выглядело это так, будто она спит. Поэтому Брагин и старался быть максимально тихим. Он аккуратно сел на край койки, а Марина вздрогнула и резко повернулась к нему лицом. – Напугал. – подтвердила она и присела, облокотившись спиной об стенку. Она посмотрела на окно, а потом перевела взгляд на него. – Ой, извини. – проговорил Брагин. Через несколько секунд, он опёрся руками ко лбу и облокотился о свои колени, сидя на краю кровати. Выглядел он расстроенным и уставшим. Нарочинская подвинулась и села возле него. Она сразу поняла, что случилось. Она слышала об этом пациенте и понимала, что шансов мало. И стоит ли ей возвращаться в это место? Место, которое так выматывает из себя. – Устал? – поинтересовалась она и положила голову ему на плечо. Он был удивлён, но рад этому. Хоть какие-то признаки внимания с её стороны. – Немного. – признался он и выпрямившись, обнял одной рукой Марину. Даже от таких обычных действий пробежались мурашки по телу. Полноценно обнять она его не могла, так как одна рука была полностью загипсована, зато он прижал её к себе как можно ближе и рукой забрался рукой под её золотые пряди. Женщина не стала ничего делать, а сама того не замечая, растворилась в этом моменте. Плохие из них друзья. Просидев так минут пять, Брагин встал, как бы невзначай поцеловал Марину в макушку и покинул палату. Она очень удивилась и проводила взглядом Олега. Дверь палаты захлопнулась и она уставилась в потолок и задумалась. Как же ей хотелось сейчас утонуть в его объятиях, в его глазах. Просто остановить время и быть с ним наедине вечность. Может ей действительно прислушаться к совет Нины и не мучать ни себя, ни его. По мужчине было заметно, что он действительно поменялся. Сложно понимать, что у вас всё взаимно, но вы не можете быть вместе. Она схватилась рукой за место поцелуя и улыбнулась. Вдруг стало очень тепло на душе. По-видимому это и вправду её человек. К нему тянет необъяснимой силой. Брагин вышел из палаты расстроенный. Нужно было ему действовать, а он просто взял и ушёл. Выглядел он опустошённо, будто он маленький ребёнок и у него забрали его любимую игрушку. Этого не могла заметить мимо проходящая Нина. Она всегда была готова поддержать своего друга, который был ей почти как родной брат. – Михалыч! – крикнула ему Нина, находящаяся от него в нескольких десятках метров. – Что? – негромко сказал он и начал подходить к своей подруге. – Что с тобой? Ты чего такой поникший? – поинтересовалась она, уже стоя возле Олега. – Всё нормально, – сухо ответил он и постарался развернуться, но Дубровская не позволила ему это сделать, она схватило его за запястье и потащила в ординаторскую. – Нина! Я же сказал, что всё нормально. – прикрикнул он, но в ответ ничего не получил. Пришлось следовать за Ниной. Она буквально затолкала его в ординаторскую и войдя следом призакрыла дверь. – Вот теперь рассказывай. – с ходу начала она. – Что рассказывать? – Брагин сделал удивленное лицо и улыбнулся. – Я тебя поняла. Что у тебя с Мариной? – Всё, я пошёл. – решительно сказал он и быстрым шагом пошёл к двери. Но женщина перегородила дверь собой так, чтобы он не смог пройти. – Нет, мой дорогой друг, пока всё не расскажешь – отсюда не уйдешь. – пригрозила ему она. – Да видишь, у меня всё хорошо, – он демонстративно улыбнулся. – я никакой не поникший, выпусти меня, мне нужно идти по делам. – Дела подождут, если дело касается моих друзей. – Ладно, чё ты хочешь услышать? – спросил он. – Как там себя ведёт Марина? Вы ещё не вместе? – спросила Нина, хоть и сама знала ответ на этот вопрос. – Что за комната пыток? – пошутил Михалыч и даже постарался улыбнуться. – Ну это вопрос времени. – будто не слушая его, продолжила она. – И что мне надо сделать? – он щас сделал бы всё возможное, чтобы вернуть свою девочку обратно. – Например, сходи с ней на свидание. После того, как она выпишется. – предложила Нина. – Пока она в больнице, почаще мозоль ей глаза собой, тогда может она и примет тебя обратно. Она ведь всё ещё тебя любит, но не может простить предательства. Ты докажи ей, что изменился. – Я понял. – предупредил он и вышел из ординаторской. В этот раз Нина не стала его останавливать, она получила всё, что хотела.