Мелодия на кончике кисти

Открыв глаза, Антон долго не мог понять, где он и почему перед ним серый потолок, а не ярко-синие, безумно-красивые глаза. — Это был сон… Но стоит признать, он в точности до мельчайших подробностей, передал тот день, все ощущения были остры настолько, что тело ныло от боли, а на щеках влажным следом, высыхали слезы. — Это был сон, — снова произнес он вслух. Антон думал, что уже забыл его. Нет. Его желание заполнить свободные минуты, только бы не вспоминать Арсения, только отсрочило его появление в снах. Антон не мог забыть его. Он был частью его души, и это было странно, ведь они не были близки и за всю жизнь разговаривали в школе лишь пару десятков раз. Но эти безумно холодные глаза казались родными. Антон смотрел на медленно движущиеся облака, ветви деревьев покачивались на ветру, а крики ворон вызывали тоску в душе. Но сейчас не время. Засунув подальше крутившиеся мысли о том, что он давно не видел Арсения и к чему это может привести, Антон резко вскочил и побежал в ванную умываться. Ополоснув лицо холодной водой, он взглянул в зеркало, откуда на него смотрел уставший, сонный двадцатитрехлетний парень с потухшими глазами. Вздохнув, Антон взял в руки щетку и, намазав зубы пастой, снова задумался: «Интересно, а Арсений помнит меня?» Очнувшись от размышлений и мысленно влепив себе пощечину, он вытер лицо полотенцем и наконец покинул ванную, оставив мысли об Арсении где-то рядом с тюбиком зубной пасты.

***

Разбив яйцо о раскаленную сковороду и наслаждаясь приятным скворчанием масла, Антон облокотился о подоконник, смотря в окно, куда-то вдаль. В его груди жила тоска, и он уже свыкся с этим, заглушая её. Но теперь душа, витая где-то в облаках, начинающих окрашиваться холодным рассветом, не просила думать о другом. Как бы странно это ни звучало, но он хотел погрузиться в эту пучину боли, чтобы наконец понять какая трещина в сердце дала пробоину. Жуя слегка подгоревшую яичницу, Антон услышал рингтон уведомления. Вяло потянувшись к телефону, он разглядел на экране имя друга. Тот спрашивал, сможет ли он прийти на работу раньше. Отпив из кружки ароматный чай, он принялся печатать ответ.

Антон:

привет, тебе прям срочно?

Я ещё дома

Позов: да тут дело есть, не особо важное, но срочное знаю что ты не очень любишь куда-то ходить, поэтому лучше все лично объясню

Антон

хорошо, я выхожу

Быстро допив остатки чая, он свалил грязную посуду в раковину и схватив с полки в коридоре: портмоне (если конечно потрепанный кошелек можно так назвать) мятную жвачку, пачку сигарет, зажигалку и ключи, выбежал, на ходу запрыгивая в кеды. На улице было прекрасно, пасмурное небо не слепило глаза, прохладный воздух освежал, а аромат выпечки, доносящийся из открытого окна уютной квартиры, щекотал нос и почему-то вызывал печаль. Он так давно не чувствовал себя дома. Ведь дом это там, где тебя ждут, где по выходным, с утра будит не противный будильник, а запах ароматных блинчиков, ночью заботливые руки укрывают тебя теплым одеялом, а днём, во время работы, нежно растрепывают волосы. Антон шел по тротуарам, разбрызгивая лужи и вдыхая запах пожухлой листвы. В наушниках играла музыка, кудряшки подпрыгивали в такт ходьбы и развевались от осеннего ветерка. Завернув за угол и подходя к нужному зданию, он снова вспомнил сон: перед ним словно наяву появились глаза — глубокие, как море в шторм, ясные и проницательные. В них было что-то холодное, как лед под солнечным светом. Этот взгляд захватывал и не отпускал, оставляя тебя абсолютно растерянным. — Нет, сейчас не время. Эти простые слова видимо становились его девизом и это было забавно, но ведь это правда, если он позволит себе погрузиться в мысли о человеке, который был всего-лишь его детской любовью и не имел никакого отношения к его нынешней жизни, то ему не будет дела ни до работы, ни до самого себя. Выключив музыку, Антон потянул на себя стеклянную дверь. Помещение было наполнено гулом множества голосов. Окинув взглядом зал, он начал искать друга. Его внимание привлек знакомый теплый взгляд и легкая, насмешливая улыбка. Антон помахал рукой в ответ и протиснувшись сквозь толпу, наконец оказался рядом с Димой. — Привет, — выдохнул Антон, пытаясь отдышаться. — Здорово, Антох, — ответил Дима, хлопнув друга по плечу так, что тот слегка пошатнулся. — Ну и что там у тебя за дело? — Антон прищурился. — Из-за которого мне пришлось пожертвовать своей утренней сигаретой, между прочим! — добродушно проворчал он. — Да фигня, на самом деле, — Дима улыбнулся, но в его голосе промелькнуло что-то смущенное. — Я купил билеты на концерт для мамы, хотел сводить ее… но у нас планы поменялись, и сдать их уже нельзя, концерт сегодня. Антон вздернул бровь, ожидая продолжения. — Ну, я тут подумал, — Дима почесал затылок, быстро взглянув на друга, — у тебя же сейчас с вдохновением проблемы, а я слышал, что художников музыка вдохновляет. Музыкантов наоборот, говорят. Может, сходишь, развеешься? Вдруг и муза нагрянет. — Он выдал все это на одном дыхании, явно опасаясь, что Антон откажется, даже не дослушав. Но Антон задумался, он был приятно тронут заботой друга и тем, что тот даже помнит о его проблемах, хотя для Димы они наверняка не кажутся серьезными, ведь тот был совершенно не творческим человеком, далеким от искусства. Недолго поразмыслив и вспомнив что планов на вечер не было. Антон вопреки своему обыкновению решил выбраться куда-то из своей норы. Он ухмыльнулся и прищурив глаза, покачал головой. — Ты мастер уговаривать. В ответ на вопросительный взгляд, он быстро кивнул и улыбнулся другу. – Да, Дим, я не против Тот облегченно выдохнул и вложив слегка помятый билет в руку Антона, пробормотал что ему уже пора в офис своего отдела. И вновь похлопав по плечу, скорее всего не веря своему везению, поспешил уйти, пока Антон не передумает. Оставив удивленного друга наедине с бумажкой, на которую тот лишь мельком взглянув, удостоверился что концерт пройдет в Большом зале Филармонии в 20 часов вечера. Подумав сколько времени у него будет между работой и началом представления, решил что дорога до концертного зала займет около пятнадцати минут. Он удовлетворительно кивнул самому себе и развернувшись двинулся в сторону лестницы ведущей к его офису.

***

Работа, давно перестала приносить хоть малейшее удовлетворение. Серые стены, гудение кондиционеров и мягкий шум клавиатур стали его неизменным окружением. Время будто застывало: часы медленно ползли вперед, стрелки тянулись так, словно специально издевались над ним. Его задачи сводились к бесконечному заполнению таблиц, проверке отчетов и редактированию документов, которые никто никогда не читал. Почтовый ящик разрывался от однотипных писем с просьбами выполнить что-то «как можно быстрее», а звонки от начальника напоминали бубнеж старого радио. Никакого творчества, никакого простора для мысли. Даже коллеги вокруг выглядели одинаково усталыми и безразличными, проводя время в бесконечных обсуждениях погоды, скидок в супермаркетах и недавних поездок, из которых никто не возвращался счастливым. Обеденный перерыв стал единственным моментом, когда Антон мог отвлечься, но даже еда не приносила радости — всё было однообразным. Он ел за своим столом, уткнувшись в телефон, и снова возвращался к рутинной суете. Единственное, что держало его в этом месте, — это деньги. Зарплата, которую он получал, помогала оплачивать квартиру и поддерживать жизнь на плаву. Но внутри него всё больше росло ощущение пустоты: он знал, что проживает не свою жизнь, а лишь существует в бесконечном цикле, где дни сливаются в единое серое пятно. Антон бросил беглый взгляд на экран компьютера, где медленно загружался очередной отчет. Стрелки на часах приближались к концу рабочего дня, и он с облегчением выдохнул. Закрыв все окна на экране и выключив компьютер, Антон скинул на стол документы, небрежно закинув их в папку. Рабочий день был закончен, но в голове уже крутилась мысль о предстоящем концерте, на который его буквально вытолкнул Дима. Он накинул пальто, взял сумку и быстро попрощавшись с коллегами, вышел из офиса. Пройдя через стеклянные двери, Антон вдохнул прохладный вечерний воздух. Улицы были уже привычно оживленными — шум машин и голоса прохожих сливались в один неразборчивый фон. Он шел домой, опустив голову и закутавшись в шарф. «Музыка, говорят, может пробудить вдохновение…» – думал Антон, вспоминая слова друга. Он чувствовал легкую тревогу и предвкушение. Он не был на концертах уже давно, и это был шанс вырваться из рутины хотя бы на вечер. Может действительно, среди гармонии мелодии он найдет что-то, что вытряхнет его из апатии и позволит глотнуть свежего воздуха, который так ему нужен. Антон добрался до своей квартиры и не успев толком перевести дух, быстро скинул куртку, бросив её на диван. Он понял, что ведет себя странно — он впервые за долгое время торопится, чтобы не пропустить какое-то событие. Он слегка улыбнулся. Быстро переодевшись, схватив пальто и закрыв дверь, он побежал по лестнице, к ожидающему его такси.