Проклятие Хотэя

Из больницы их выписали через две недели. Сяо Хуа считал, что можно было и раньше, но У Се делал такие большие глаза, и так убедительно расписывал необходимость лечения после истощения — морального и физического, что Сяо Хуа в конце концов заподозрил во всем происходящем железную руку У Эрбая, тем более, что в кабинетах появились новое оборудование и незнакомые доктора с пугающе профессиональным и совершенно непреклонным дружелюбием назначавшие и назначавшие разнообразные процедуры. — Мастер Се, может вернемся на ту базу? — бубнил вечером Слепой. — Пытки почти такие же, а сбежать сложнее. Сяо Хуа соглашался. На долю Сяо Хуа достались офтальмологи, проверявшие ему глаза с каким-то маниакальным рвением и очевидно жалевшие, что нельзя их просто вытащить, чтобы рассмотреть под микроскопом без неприятного довеска в виде остального Сяо Хуа. К большому неудовольствию докторов, обнаружить удалось только легкую близорукость. И даже рецепт на очки уже был в его медицинской карте, которая невесть как оказалась у них в руках, что настроения специалистов не улучшило. Сяо Хуа завидовал Слепому. Того проверяли психиатры и выглядели они после этих проверок несколько оглушенными, а Слепой пожимал плечами и просил У Се принести нормальной еды, а лучше — попкорна, чтобы наблюдать мучения мозгоправов с полным комфортом. — Что ты им такого наговорил? — спрашивал У Се — Правду и только правду. Сяо Хуа фыркал. Если действительно правду, то мозгоправам не позавидуешь. У Се почти поселился в палате — то ли волновался, то ли следил, чтобы не сбежали. Улучив момент, когда он отошел в туалет, Слепой подозвал Сяо Хуа к окну и указал вниз. Там прогуливались пациенты. Ага, поздним вечером. Плечистые такие пациенты. Только что не строем. Так что пришлось оставить мысли о побеге. Кормили отвратительно. Страшно хотелось лапши. Впрочем, Сяо Хуа быстро понял, что придирается к условиям просто, чтобы не думать о настоящей причине дискомфорта. Что-то у них со Слепым разладилось. Когда У Се все же уходил, они почти не разговаривали, Сяо Хуа занимался делами, благо, телефон ему вернули, или играл, Слепой рассматривал бумажные журналы, скорее всего, порнографического содержания. Так бывало и раньше, но раньше они все равно были вместе — в номере мотеля, в засаде, в кафе или дома у Сяо Хуа. Даже молча, даже в маскировке, вообще никак не признавая присутствия друг друга. А сейчас так не выходило. Ну или может быть Сяо Хуа слишком привык к связи. Связь, кстати, не то совсем исчезла, не то истончилась до прозрачности. Проверять, так ли это — не тянуло. Когда их пребывание в больнице потеряло всякий смысл, Сяо Хуа отвезли на черном джипе (на самом деле, в кортеже черных джипов) домой. Их обоих отвезли. Ну, почти. Слепой потребовал остановить машину где-то посреди дороги, хлопнул Сяо Хуа по плечу и ушел с прощальным: — Бывай, мастер Хуа-эр. *** В личном рейтинге Сяо Хуа это приключение не только не вошло в пятерку, но и в десятке удержалось исключительно благодаря мистической составляющей. Он привычно проанализировал все случившееся, учел на будущее ошибки и сделал вывод, что основной ошибкой был Слепой. Они стали друг для друга тем слабым местом, на которое слишком легко надавить. Может Слепой тоже это понял, поэтому ушел вот так? Конечно, проводника и консультанта уровня Слепого найти непросто. Нет больше таких проводников и консультантов. Но Сяо Хуа привык полагаться на Слепого, а ведь раньше он прекрасно работал один. Стоило пересмотреть свои приоритеты, заодно и расходы сократить. Слепой обходился недешево. С этой мыслью Сяо Хуа обычно закрывал глаза и пытался уснуть. Обычно безуспешно. Слепой не шел из головы и Сяо Хуа совсем-совсем не хотел заглядывать туда, куда эти мысли вели. В этой кроличьей норе, глубоко на дне, в полной темноте за затянутыми черной тканью окнами восьмилетний мальчик лежал в своей постели и повторял мантру: «Они все умрут». И они все умерли. Сейчас у Сяо Хуа в каждой из комнат — если там были окна, висели стильные дорогие шторы блэкаут. Мальчик вырос. Мантра и темнота остались. В лаборатории Слепой спокойно и обыденно пообещал: — Они все умрут. И они умерли. А если даже и нет. Или не все. Важно было, когда и как Слепой это сказал. И почему. Хотя не спалось не только из-за мыслей. Даже после того, как Хотэй снял проклятие, после всех проверок, показавших, что со зрением Сяо Хуа все хорошо, оказалось, что невозможно понять, открывая глаза в темноте, ослеп ты снова или нет. В первые секунды логика не работала, накрывала паника. Сяо Хуа купил партию ночников, отправил в детский дом, а образцы прикарманил и расставил во всех местах, где спал. Он менял лежбища регулярно, только в особняке их было пять, а иногда Сяо Хуа оставался в залоговых домах. Он привык к осторожности и не давал никому шанса узнать о своих слабостях. Недосып Сяо Хуа пока что не определял как серьезный, проводил встречи с обычной концентрацией, а консилер скрывал темные круги вокруг глаз. Но проблема требовала решения. Сяо Хуа считал и благословением, и проклятием привычку, въевшуюся в плоть и мозг, заканчивать одно дело, прежде, чем начинать следующее. Дело Хотэя не могло считаться законченным. Ему нужен был Слепой. Поскольку сон избегал его, Сяо Хуа ночами гулял по соседним улицам, рассматривая фонари, где они были, и ночное небо, где фонарей не было. И думал. Он, конечно, мог просто позвонить Слепому. Но созванивались они обычно только, чтобы обговорить детали очередной вылазки… Сяо Хуа вынул из рукава нож — подарок Слепого. Если связь сохранилась, то достаточно воткнуть в ладонь лезвие, и Слепой почувствует. Сяо Хуа примерился, а потом рассмеялся. Идиотизм какой-то. Может быть недосып все же мутил ему голову. Звонить все еще не хотелось. «А ты, мастер Хуа-эр, перечисли мне чего-нибудь на счет, и я сразу появлюсь» — сказал Слепой в больнице. Почему бы и нет. Сяо Хуа нажал кнопку «Оплатить». В паре метров справа тренькнуло уведомление. Сяо Хуа подобрался. Слепой следил за ним? Проклятие вернулось и ему снова не уйти далеко, а сказать Сяо Хуа он не решился или не смог? Это вообще не Слепой, а кто-то с его телефоном? — Меньше думай, — посоветовал Слепой, вынырнув из темноты. *** Слепой молчал, когда Сяо Хуа тащил его за руку к себе в особняк. Молчал на лестнице — сегодня Сяо Хуа ночевал в мансарде. Молча принял умывальные принадлежности и не взял пижаму. Молча вернулся из ванной и молча уставился черными стеклами на кровать и Сяо Хуа. — Раздевайся и ложись, — велел Сяо Хуа. Слепой разделся и скользнул под одеяло. Голым. Кожа у Слепого была такой же гладкой и прохладной, как тогда, в лаборатории. Он устроился на боку, подпер голову ладонью и поинтересовался: — Чего хочет молодой господин Се? — Спать, — честно ответил Сяо Хуа. — Ты снял меня на всю ночь, судя по сумме, чтобы… поспать? — Да. — Хорошо. Сяо Хуа выключил ночник, прижался к Слепому спиной (Сяо Хуа тоже предпочитал спать без одежды), и уснул. А утром Слепого в постели не было. Впрочем, Сяо Хуа ощущал, впервые с побега, что тот где-то неподалеку, поэтому погрузился в утреннюю рутину. А вернувшись из ванной, обнаружил пропажу, развалившимся в кресле. Плюс два картонных стакана кофе. Больших. И булочки. — Внизу на кухне есть кофемашина. — А вдруг она взорвется, если на кнопки нажмешь не ты? Была и такая мысль. Сяо Хуа взял кофе с булочкой и посмотрел на Слепого. Что-то с ним было не то. Слепой поерзал. — Мастер Хуа-эр, тут такое дело… *** Они стояли перед воротами дома с той же эмблемой, что красовалась на воротах базы с лабораторией. Судя по изысканиям Слепого, именно здесь располагался штаб искателей бессмертия. Охраны не было видно, но в некоторых окнах горел свет. Слепой подошел сзади, уткнулся острым подбородком в плечо Сяо Хуа, запустил холодные лапы ему под футболку и начал водить пальцем по животу. Щекотные иероглифы сложились в фразу: — Они все умрут… Сяо Хуа засмеялся, врезал Слепому локтем под ребра, чтобы руки убрал, поудобнее перехватил нож… И они вошли.