Стань моим танцем

      «Будет грустно, если тебя не станет».       Что это, черт возьми, вообще было?       Будильник прозвенел так же резко, как и Феликс подскочил в кровати. Эту ночь он спал плохо. Появившийся из ниоткуда незнакомец поселил в блондинистой макушке кучу вопросов, ответов на которые не было. Как и времени на очередные размышления.       Встав на ноги и дойдя до ванной, Феликс наспех умылся. Вода не смыла ни начавший раздражать голос в голове, ни усталость от бессонной ночи. Парень накинул кожанку, насквозь пропахшую дымом от сигарет, и вышел из помещения. Вслед ему смотрел лишь почти засохший цветок в горшке, который Феликс купил в надежде приукрасить свою серую квартирку. Он знал: не поможет. Но попытка — не пытка.       Было уже почти девять — в это время практически каждые будни парни собирались в их так называемой берлоге. Джисон копался в компьютере, ища информацию о новых фестивалях, а Минхо что-то пришивал к своему сценическому костюму. Обычное утро.       Кивнув друзьям и стряхнув с лица остатки странной ночи, юноша завалился на старенький кожаный диван. Взгляд зацепился за тот самый конверт, и на секунду Феликсу даже показалось, что он светится. Или это блики солнца играли с его глазами?       — Выглядишь, будто всю ночь очередную хорягу учил. Ты точно спал? — наигранно-бодро поинтересовался Джисон, повернувшись корпусом. Он не просто интересовался — осторожно подкрадывался, ведь чувство вины кололо где-то под ребрами. Феликс злится?       Блондин перевел взгляд на Джисона, хмыкнул. Феликс решил не рассказывать им о вчерашнем, так как у друзей явно появится куча вопросов, а у него их и так хватало. Желания получить порцию новых было мало, поэтому тот лишь пожал плечами.       — Бессонница, — бросил в ответ, прожигая взглядом конверт.       Джисон переглянулся с Минхо — молча, слишком быстро. Как всегда. «Опять их немой спектакль», — мелькнуло в голове Феликса. Диалог почему-то был напряженным. Возможно, отголоски ситуации в клубе — все-таки друзья оставили его. Хотя Феликс и не особо злился, его раздражало, что эти два придурка не признавали очевидного, и вместо того, чтобы сказать прямо, играли в перестрелки глазками и искали отговорки для уединения.       — Слушай, если это из-за нас… — немного поникше начал Хан.       — Не из-за вас, — парень резко встал, задев конверт. Тот упал, обнажив пачку купюр.       Тишина.       Минхо наконец оторвался от иглы:       — Ого.       — Да, — Джисон заёрзал. — Кстати, насчёт новенького…       Блондин не слушал. В глазах снова всплыло то лицо у озера.       «Будет грустно…»       — Феликс? — голос резко вырвал парня из мыслей.       Он моргнул:       — А?       — Я говорю, что в итоге делаем с новеньким? Позовем на пробу?       — Зовите, — сорвалось с губ, прежде чем мозг успел запротестовать.       Пара часов прошла как на иголках. Тех самых, которые Минхо полчаса собирал по полу, проклиная Джисона и его «до жути забавную» идею пощекотать старшего. Шквал матов прервал резкий стук — кто-то бил костяшками по железной двери гаража. Блондин, державший в руках конверт, поднял глаза на источник звука и увидел в проходе…       Его.       Такое до жути знакомое лицо. Но где он мог встретиться с ним раньше? Феликс моргнул, пытаясь натянуть ниточку ассоциаций. Кафе? Улица? Клуб?       — Приветик, — улыбка новенького была чересчур тёплой для чужого.       Юноша выглядел слишком расслабленно и уверенно. Его широкие плечи размеренно поднимались и опускались в такт дыханию, черные волосы были небрежно собраны в маленький хвостик на затылке, а руки…       Феликсу на секунду показалось, что он перестал дышать.       Пальцы — длинные, с тусклым блеском пары колец. Запястье — перехваченное браслетом со звенящими побрякушками. Слишком красиво.       — Хван Хенджин, — лениво протянул тот, слегка оглядываясь по сторонам. — Интересное местечко…       — Это что-то вроде нашей базы, — оживился Хан. — Мы здесь тренируемся, шьем костюмы и в целом просто вместе проводим время.       Феликс остался молча стоять на месте, пока Джисон пригласил Хенджина войти и усадил на свободный стул, попутно представляя своих друзей. Минхо с легким напряжением наблюдал за ними, словно ему не нравилось, как Хан держит новенького за плечи. Феликс этот ревнивый взгляд уловил, но никак не прокомментировал.       — Итак… Раз я здесь, то, полагаю, мое предложение вас заинтересовало? Или… — вопрос в лоб и взгляд на Феликса, вцепившегося руками в конверт, — …есть возражения?       Он будто знал. Знал, что блондин захочет выразить сомнение, захочет проверить и вывернуть наизнанку. Захочет показать, что попасть к ним не так просто — за деньги талант не купишь. На пару секунд повисла тишина, но ее нарушил Феликс:       — Даже для возражений нам нужно хотя бы знать, что ты умеешь, — отрезал самый младший, всем видом показывая, что настроен не совсем положительно.       В ответ Хван слегка рассмеялся, прикрыв глаза и опустив голову. Феликса аж током прошибло. Дежавю? Почему голос в моменте показался настолько знакомым и пробирающим до мурашек? Почему в голове снова начал всплывать образ таинственного парня с озера?       — Ожидаемо, — Хенджин встал со стула и подошел к колонке, которую заметил еще с самого начала. Разблокировав телефон, он, даже не спросив разрешения, подключился, найдя нужный трек. Нажал на кнопку. Из динамика раздалась мелодия, выводя всех присутствующих из своеобразного транса и заставляя сосредоточиться на темноволосом.       Первые гудящие ноты песни «Play with fire» ударились о стены гаража. Хенджин резко опустился, встав в стойку — колени теперь были согнуты, а пальцы растопырены так, словно у него были когти, которыми он вцепился в землю. Парень был похож на дикую пантеру, готовящуюся прыгнуть на добычу. И самое жуткое — взгляд янтарно-медовых глаз был прикован к Феликсу. Словно той самой добычей был именно он.       Тело Хенджина волной прогибалось назад, почти касаясь пола, затем резко выпрямлялось в прыжке. Каждое движение было выверенным ударом — то плавным, как стекающая смола, то резким, как щелчок бича. А взгляд оставался все там же. По спине блондина то и дело волнами пробегали мурашки — то ли от страха, то ли от восхищения.       Минхо бессознательно прикусил губу, когда Хенджин сделал особенно сложный поворот на одной ноге. Джисон же вообще перестал моргать, боясь пропустить хоть одно движение. Когда музыка смолкла, их взгляды встретились в немом вопросе: это был танец или вызов?       И вот финал. Парень останавливается ровно перед Феликсом, игриво касаясь пальцем подбородка блондина. Хенджин ничего не сказал, но Ли-младший был уверен, что услышал, как тот произнес: «Не стоит во мне сомневаться». Феликс резко отстранился, в его глазах читалось раздражение. Место, где только что был хвановский палец, горело пламенем. При такой близости он уловил резкие кофейные нотки, исходящие от темноволосого, что аж затошнило на секунду. Это парфюм такой? «Надо будет спросить название, чтобы случайно не купить», — оценил тот в голове. Врал. Просто даже самому себе признаваться не хотел.       Выпрямившись, новенький оттряхнул кофту и вытер рукой лоб, приводя дыхание в норму. Он сел обратно на стул и глянул на Минхо:       — Водички не найдется?       Тот кивнул в ответ, доставая бутылку с водой и передавая ее Хенджину. Все понимали — ни сомнений, ни возражений не осталось. Этот танец послужил лучше любых слов. Феликс почему-то чувствовал себя проигравшим, но не был уверен, жалел ли он.       — Теперь у вас есть почва для возражений. Я слушаю.       Никто не решался говорить. Но блондин не был готов сдаться так просто.       — Почему ты выбрал именно нас? — вполне очевидный вопрос, который интересовал явно не только Феликса. — Таких, как мы, — огромное количество.       Хенджин откинулся на спинку стула, довольно потянувшись, и распустил волосы на голове — они все равно растрепались в ходе танца.       — Странный вопрос. Ты настолько недооцениваешь свою команду? — ухмыльнулся Хван, закручивая крышку бутылки. Звук от этих действий показался светловолосому слишком громким и раздражающим. Даже его дыхание сейчас действовало на нервы.       — Что ты несешь? — блондин злился. Джисон осторожно вклинился между ними и положил руку ему на плечо — он искренне не понимал реакцию парня. — Ты прекрасно знаешь, к чему этот вопрос.       — Так, давайте успокоимся, — вздохнув, произнес Хан. — Хенджин, спасибо за выступление. Мы пока не готовы вынести свой вердикт, нам еще нужно все обговорить. Сейчас ты можешь идти. Номер твой у нас есть.       Юноша пожал плечами и поднялся. Поправил рукава, звеня браслетом, и направился в сторону выхода все той же небрежной походкой. Он уже был готов выйти, как неожиданно остановился и чуть повернул голову набок.       — Будет действительно грустно, Феликс.       Мир сузился до точки. Звон в ушах раздался с неимоверной силой.       Он.       Феликс понял.       Но к тому времени высокая фигура уже исчезла из прохода, унося с собой запах терпкого кофе и сигарет. Тех самых.       — Я чет щас ничего не понял… — неожиданно заявил Минхо, до этого все время стоявший в углу. — Что это было?       Друзья посмотрели на Феликса. Феликс — на них.       — Он ведет себя как напыщенный мудак. Он серьезно думает, что такой крутой? — взорвался блондин. — Блять, да вы видели его самодовольную рожу во время танца?       «Вообще-то нет, потому что ты единственный, кто смотрел на его лицо, а не на движения», — мысль Минхо так и осталась неозвученной.       Ситуация будто выходила из-под контроля, а злость перекрывала шок от осознания. Минхо с Джисоном даже немного испугались — Феликс редко злился, к тому же настолько. Но оба понимали, что Хенджин действительно прекрасный танцор, и такой их команде не помешает. Смесь харизмы и идеально отточенных движений — просто взрыв для публики. А если они хотели продвигаться в своем занятии дальше — этот парень именно то, что нужно. Так еще и деньги платить будет. Разве не мечта? Оставалось только убедить в этом блондина.