Глава 5.
6 июня 2025 г., 23:56
С самого утра Хан названивал Минхо, по всей видимости из-за того, что тот не отвечал ему с вечера. Минхо же без задней мысли уснул, не оповестив друга об итогах разговора с Феликсом. Однако в такой ранний час это последнее, что волновало Ли.
— Хан, семь утра, — недовольно пробубнил тот, даже не открывая глаз.
— Надо было вчера отвечать! — возмутился собеседник на том конце провода. — Вы поговорили?
— Ты больной? — начал раздражаться старший. — Давай потом.
Минхо услышал, как Хан расстроенно цокнул, а затем сбросил звонок, даже не попрощавшись. Обиделся. Ли невольно представляет эту картину: Хан надувает щеки, скрещивает руки на груди, всем своим видом показывая, что недоволен, и, театрально закатывая глаза, чуть вскидывает вверх голову. И парень понимает, что уже не уснет. Джисон, в отличие от Минхо, всегда был ранней пташкой, и, когда они ночевали вместе, старший никак не мог привыкнуть к этому, просыпаясь от малейшего шороха или стука чашки на кухне по утрам.
Парень проводит руками по лицу, тяжело вздыхая и негодуя. Сегодня Минхо надеялся выспаться впервые за неделю, но ему снова не дали этого сделать. Будь это любой другой, юноша бы уже был вне себя, потому что тревожить столь драгоценную вещь, как сон, могли только два человека: Феликс и сам Джисон. Почему-то когда речь шла о втором, то любые границы дозволенного по отношению к Минхо стирались сами собой. Этому вечно веселому и порой чересчур эмоциональному парню хотелось разрешить делать с собой вообще что угодно. Ли казалось, что даже если друг кого-нибудь убьет, то старший лишь поинтересуется, нужно помочь избавиться от тела или нет.
— Идиот. Знаешь же, что перезвоню, — сказал парень вслух, поднимаясь с постели.
Он широко зевнул, потирая все еще не проснувшиеся глаза, и, надев мягкие тапочки, поплелся в ванную для утренних процедур. Из всей троицы Минхо — единственный, кто тщательно ухаживает за кожей лица, поэтому его полки постоянно забиты кучей различных средств. Холодная вода приятно бодрила сонные веки, словно приказывая открыться. Закончив, он заварил себе чай и развалился на стуле, попутно набирая Джисона. Горячая жидкость приятно обжигала горло, позволяя немного расслабиться.
— Я поговорил с ним, — сказал Минхо, как только на звонок ответили.
— Так бы сразу. И как? — поинтересовался собеседник.
— Пока неизвестно, — Ли вздохнул, пальцем обведя край чашки. — Думаю, ему нужно время все осмыслить. Знаешь же, какой он иногда… принципиальный.
— Прямо как ты, — тихо и с нотой горечи буркнул Джисон, сразу же пожалев о своих словах, потому что друг на несколько секунд замолк, вводя Хана в напряжение.
— Давай не будем начинать этот разговор.
«Ну конечно… как обычно», — промелькнуло в мыслях Хана, отчего тот расстроенно покачал головой, пусть Ли и не видел его реакции. Минхо всегда выстраивал стену, как только диалог касался чувств. Юноша хотел бы сказать, что привык, однако реальность неприятно колола прямо в сердце.
— Как Дживон? — старший умело перевел разговор в безопасное для него русло.
— В порядке. Я думал, что, когда приеду, Дживон еще будет спать, а он уже ждал у двери с альбомом для рисования, — слегка оживился Хан, избегая неловкости и вспоминая, с какой радостью брат кинулся на него для объятий. — Ближе к обеду собираемся в зоопарк. А ты чем заняться планируешь?
Минхо бросил короткий взгляд на календарь, одновременно с этим прокручивая в голове список дел на сегодня. Планов толком не было, но и сидеть без дела не хотелось. Он перебрал несколько вариантов, задумчиво промычав в трубку, а затем все же вынес вердикт:
— Зайду к Феликсу на работу, а потом пойду в берлогу. Хочу разобрать хореографию, чтобы на совместных тренировках было проще.
— Я тогда вечером зайду к тебе, — сказал Хан, чувствуя, как душа радостно затрепетала. — Феликсу от меня «привет» и поцелуй в зад!
— Ага, пламенный, — недовольно фыркнул Ли, закатывая глаза.
— Не ревнуй, — хихикнул Джисон и сбросил вызов.
Минхо цокнул, откидывая телефон и нервно постукивая пальцем по столу. С чего вдруг ему ревновать? Не желая об этом думать, парень тряхнул головой, запустив пальцы в волосы, и сделал глоток любимого чая. Несколько месяцев назад Ли перепутал свой стакан со стаканом Хана, а когда обнаружил в нем черный чай с малиной — получил подкол от второго и, дабы отвести подозрения, что ему понравилось, решил наигранно поморщиться. Только вот тоннами скупленные упаковки теперь выдавали Минхо без слов. То ли чай настолько вкусный, то ли дело в Джисоне.
***
Прохладный весенний ветерок обдувал лицо, смешиваясь с клубом дыма от сигареты. Прокручивая в руке пачку помятого мятно-виноградного «Винстона», Минхо подумывал купить новую, раз подвернулся удобный случай. Вообще, Ли не знал — решение Феликса работать в табачке было гениальным или наиглупейшим. С одной стороны, платят неплохо, с другой же — зависимость от никотина взлетает до небес, а учитывая предрасположенность блондина к такому, это было опасно для жизни. Парень глянул на перегоревшую вывеску «Smoke & Mirrors». Тяжелая дверь с затонированным стеклом издала знакомый скрип, а колокольчик сверху негромко прозвенел, оповещая о посетителе. В нос моментально ударил резкий запах табака, смешанный с дешевым парфюмом. Минхо посмотрел по сторонам, разглядывая знакомые ему полки и различные приспособления для разрушения своих легких. Из колонок ненавязчиво играл какой-то расслабляющий трек, вполне соответствующий магазину. За прилавком спиной стоял Феликс, гневно махая руками и что-то яростно доказывая по телефону. Его светлые волосы были собраны в небрежный хвостик — единственный контрастирующий с этим темным местом элемент. — Я не нанимался в рабство, блять! У меня должны быть выходные, — злобно процедил в трубку собеседнику тот. — Ищите людей или выходите на смену сами. Блондин повернулся к пришедшему. Минхо, не дожидаясь разрешения, взял с полки в столе ключ, перед этим наклонившись и ткнув Ли-младшего в ногу локтем, чтобы тот подвинулся, и потянул за покрытую слоем пыли металлическую пластинку. Табачный диспенсер открылся с протяжным скрипом, предоставляя обзор на не шибко большой ассортимент сигарет. — Опять воруешь? — наконец сбросив звонок, ухмыльнулся Феликс и скрестил руки на груди. — Вообще-то я всегда плачу, — опровергнул клевету в свой адрес Минхо, а затем кивнул в сторону телефона блондина. — Че у тебя там? Юноша цокнул и закатил глаза, приземляясь на свой старенький стул. Старший последовал его примеру и развалился на черном гостевом диванчике, словно у себя дома. — Этот ублюдок хочет, чтобы я работал шесть через один, потому что больше некому, — банка из-под энергетика зашипела в руках, когда Феликс открыл ее. — А тренировки нам когда проводить? У нас фестиваль на носу, блять. — Нормально он прихуел, — подтвердил Минхо. — Не буду я в таком графике работать, пусть выкручивается как хочет, — подытожил блондин. В голове старшего всплыли утренний диалог с Джисоном и его просьба. — Тебе, кстати, от Джисона «привет», — бросил тот. «Думаю, Феликс и без поцелуя в зад обойдется», — заявил он про себя. — Он к родителям поехал? — поинтересовался блондин, вставая со стула и жестом зовя Минхо выйти на улицу. Посетителей в такое время бывает мало, поэтому можно позволить устроить себе перерыв. Феликс не любил курить в помещении и в основном всегда делал это на свежем воздухе. — Видел, что он в группе писал. — Да, — кивнул шатен. — Пошел с Дживоном в зоопарк, а вечером ко мне в берлогу зайдет. Блондин тут же покосился на друга, отчего Минхо осекся, поняв реакцию Феликса. Младший неоднократно делал намеки, что все слишком очевидно, что этим двоих уже стоило бы сдвинуться с мертвой точки, но Минхо упрямо стоял на своем и делал вид, что ничего не понимает. Они с Ханом ведь обычные друзья. Так? — Долго спектакль этот устраивать будешь? — поинтересовался блондин, доставая сигареты и поджигая одну себе, а вторую другу. — Ты о чем? — снова невинная овечка. — Да блять, — начал раздражаться Феликс. — Ты реально идиот? Или притворяешься? Сам мне философские штучки затираешь, а как речь о тебе и Джисоне заходит, так ты ни в хуй ногой. Минхо чувствовал, как напряжение нарастает внутри и растекается по всему телу. Он пару секунд молчал, ошеломленно хлопая глазами и смотря на друга. — Не ты ли нам с самого начала твердил, что в команде не должно быть никаких отношений? — взгляд старшего был серьезный и проницательный, будто смотрящий в самую глубь Феликса. Блондин сделал затяжку, мысленно ругаясь на себя за свои же слова, сказанные несколько лет назад. Он до сих пор помнил, с каким энтузиазмом шатен согласился с его позицией, и сейчас в какой-то степени жалел об этом, потому что Феликсу было искренне жаль Джисона. Юноша любил и Минхо, и Хана, но первый, по мнению Ли-младшего, поступал как последняя сволочь. Хотя… Разве ему судить? — Да, но… — Феликс выдохнул, чувствуя, что говорит с непробиваемой стеной. — Хо, я же вижу, как вы смотрите друг на друга. Ты его уже второй год морозишь… Хоть на секунду представь, как ему больно. Шатен хотел что-то возразить, но его слова оборвал пришедший посетитель, поэтому Феликс был вынужден удалиться работать. Минхо лишь кивнул в знак прощания через большое окно и поплелся в «берлогу». Да почему в последнее время на него наваливается столько проблем сразу? Хотя Джисона проблемой называть не хотелось, но Ли был слишком раздражен и зол именно из-за того, что связано с ним. Они же просто друзья. Ну, подумаешь, целуются они. Подумаешь, занимаются иногда сексом. Официально ведь никто никому ничего не обещал, значит и отношений тоже нет, верно? К тому же все это слишком опасно. Команда — очень хрупкий организм, и рушить его такой глупостью, как любовь, парню отнюдь не хотелось. А может, команда — просто отмазка от слишком суровой правды? Отношения — это страшно. Это груз ответственности, ком, от которого ты не избавишься и не убежишь просто так. По крайней мере так было у Минхо. Все его попытки строить что-то адекватное всегда заканчивались крахом. Однако от мысли, что стоит отказаться от подобного контакта с Ханом, становилось до невозможности паршиво. Минхо даже представил это: он заходит в гараж, а Джисон не встречает парня с лучезарной улыбкой на лице, не кидается в объятия, не чмокает в щеку незаметно от Феликса, не прикасается к его пальцам якобы случайно и не поглядывает на шатена с такой нежностью в глазах. Для Ли это было сродни кошмару. Кулаки непроизвольно сжались, скулы напряглись, и Минхо резко замахнулся, ударяя в первый попавшийся столб. Нахлынувшая боль в костяшках пальцев слегка отрезвила, а кожа покрылась мелкими кровоподтеками. — Пошло все к черту, — сплюнул Ли, заходя в гараж.***
Время тянулось медленно и одновременно слишком быстро от понимания, что приход Хана все ближе и ближе. Движения хореографии, которые шатен пытался повторить, выходили слишком резкими и агрессивными, ноги путались, и тот обессиленно рухнул на мягкий диван. Голова разболелась, а дышать стало в разы сложнее. Пытаясь унять пульсацию в висках, юноша прикрыл глаза и шумно выдохнул. Глоток холодной воды понемногу успокаивал, постепенно приводя Минхо в чувство. Железная дверь с гулом открылась, и из нее показался Джисон в явно приподнятом настроении. Ли определил это по широкой улыбке и сияющим глазам, которые снова смотрели на него с еле заметной лаской. — Чего ты такой хмурый? — сразу поинтересовался Хан, усаживаясь на диван к старшему, дабы обнять. Но, когда Джисон не почувствовал крепких рук на своей талии в ответ, улыбка начала понемногу спадать. — Устал просто, — равнодушно проговорил Минхо, отводя взгляд в сторону. Джисон отстранился, не понимая, что за странное напряжение витает в воздухе. Причиной был неприятный осадок после сегодняшнего разговора по телефону? Или он снова накручивает себя? Однако взгляд зацепился за руки друга, а если точнее — за раны на костяшках. Джисон осторожным движением взял его пальцы в свои ладони, мягко очерчивая ссадины. — Ты с кем-то подрался?.. — спросил Джисон так тихо, словно боясь спугнуть только что прирученного уличного кота. Минхо недовольно прошипел. — Да, — цокнул Минхо, вставая с дивана. — Со своими демонами в голове. Хан промолчал, искренне не понимая, что происходит. Он встал следом за Ли и подошел почти вплотную. Минхо повернулся к нему лицом и встретился с обеспокоенным взглядом, от которого сердце готово было разорваться на тысячи мелких кусочков. — Хо… — прошептал Джисон, но не успел закончить свою фразу, как почувствовал чужие губы, жадно впивающиеся в него так, словно Хан — воздух, без которого невозможно дышать. Словно Хан — наркотик, от которого Минхо зависим уже много лет и готов на все, лишь бы получить новую дозу. Поцелуй был слегка грубым, что парень ощутил сразу, но не оттолкнул, позволяя старшему растворить в нем все плохое, что могло произойти за сегодня. Он лишь положил ладонь на щеку и мягко погладил в успокаивающем жесте, на что Ли несильно прикусил его нижнюю губу. Через несколько секунд последний неожиданно оторвался от юноши, приходя в себя. — Что случилось, Минхо? — растерянно заглядывая в глаза другу, все же спросил Джисон. Минхо сделал пару шагов назад, тяжело дыша и мечась взглядом по полу. Он будто потерял контроль, сошел с ума. И это его пугало. — Ты случился, блять, — процедил Ли, протерев рукавом губы и, даже не посмотрев на Хана, поспешно вышел из гаража, оставляя его одного.
