Гарри Поттер и Принцесса Слизерина

— В наш особняк можно попасть сейчас только так. Камин, который мама Мариэтты открыла по моей просьбе, будет соединен с домом Андромеды Тонкс еще несколько минут. — А если просто трансгрессировать? У меня получилось перенести Дамблдора так близко к школе, как было возможно. — Хочешь выбираться пешком или на метле с территории Хогвартса достаточно далеко, чтобы трансгрессировать, — будь моим гостем, Поттер. А я собираюсь пройти через шкаф, который сама починила, и через минуту быть в «Горбине и Бэрке», где есть камин. — Ну-ну, племяшка. Может быть, наш малютка Поттер наконец-то одумался и решил, что будет лучше, если всех грязнокровок укокошат до его прихода… — А ничего, что одну грязнокровку вы сейчас лапаете? Да хватит уже ко мне прижиматься, я не плюшевая сова! Группа ребят остановилась у гобелена с танцующими троллями, и Малфой принялась ходить туда-сюда. — Ну-ну, — сказала Беллатриса, резко вдохнула и прижалась щекой к волосам Гермионы. — Не волнуйся, моя грязнокровочка. Мы их спасем, да-да. Единственная грязнокровка, которую сегодня-завтра разорвут — это ты… моими пальцами… — Что именно сказал Крэбб? — отчаявшимся голосом сказала Грейнджер. — Да не мешай же ты мне! — сердито бросила Малфой, открывая глаза. — Черт. Сказал, что она будет… ммм… главным развлечением на сегодняшнем празднике. — Только не профессор Бербидж, — заламывала руки Гермиона, — она такая добрая, она не заслужила… — А кто заслужил? — громко сказал Гарри. — Да никто… — стушевалась Гермиона. — Я все еще не понимаю, что тут делает она, — жестко заявил Поттер и поправил очки — как будто они начали сползать из-за того как много он смотрит исподлобья. — А я думала, что ты сообразишь первым, малютка Поттер, — хладнокровно заявила Беллатриса, свешиваясь с плеча Гермионы и качая головой. — В конце концов, ты ведь так любил Сириуса… который разменял честь и гордость Блэков на этого задаваку Джеймса Поттера. — Хватит! — прикрикнула Дракия, и Гарри, уже сделавший шаг к Беллатрисе, замер. Беллатриса фыркнула, наматывая кудрявые волосы на палец и кусая губу. — Она здесь, потому что Снейп сказал, что только зелье держит ее в узде. А эффект от зелья проявляется, только если Грейнджер рядом с ней. Попытаемся их разлучить — и она тут половину школы взорвет. Я открыла Выручай-Комнату, — добавила она. Перед ними в каменной стене красовался арочный вход. — Ну что, идем? — решительно спросил Поттер, растормошил волосы и сделал шаг к двери. — Подождите! Справа к ним из-за угла бежала целая толпа учеников. С обеих сторон раздались радостные возгласы облегчения. — Джинни, — вырвалось у Гермионы. — Рон боялся, что тебя сбили с метлы Пожиратели… — А они и сбили, — весело ответила Джинни, но улыбка тут же пропала с ее лица, едва она осознала, кто именно свешивается с плеча подруги с устало-презрительно искривленным ртом. — Это еще что? — полным отвращения голосом спросил Голдстейн. Джастин смотрел разинув рот, а Невилл — неверящим взглядом. — Гермиона, что ты делаешь? — выхватила палочку Джинни, и Невилл тут же последовал ее примеру. — Джинни! — рванулась было к подруге Гермиона, но Беллатриса резко притянула ее к себе, обвив рукой талию. — Осторожно, — прошипела она, — ты же не хочешь упасть, солнышко? Так и пораниться можно… кровь пойдет… а она и так грязная. Гермиона возвела затуманенные влагой глаза к потолку. — Мы опоили ее Амортенцией, чтобы разговорить, и теперь она не может от меня отлипнуть, но при этом подчиняется. Дамблдор сказал, чтобы мы взяли ее с собой — мол, ее помощь может пригодиться, потому что она очень сильная ведьма, — скороговоркой сказала Грейнджер. — Это что, шутка? — Джинни смотрела на Беллатрису как на гадюку. Невилл выступил вперед, лицо белее мела: — Ты… ты пытала моих родителей. Беллатриса рассмеялась и даже отпустила Грейнджер — высоко, звонко, но истерично. Словно расстроенный, помятый колокольчик. — Ну… они не хотели со мной разговаривать. — Она скорчила угрюмую рожицу и покрутила кулачками под глазами, изображая плач. — Ах ты тварь… — Невилл, нет! — Сразу несколько голосов раздалось в коридоре и на мальчике повисли сразу Кэти, Джинни и Энтони. Джастин, заколебавшись на секунду, выхватил палочку. — Отойди от Гермионы! — Аккуратнее! — взвизгнула Беллатриса, делая оскорбленное лицо и закрываясь Гермионой. — Если нападешь — мне придется сжечь нас обеих. — Ребята, успокойтесь, — дрожащим голосом попросила Гермиона. — Ситуация… под контролем. Я все понимаю, но… мы не знаем, что нас ждет в Малфой-Мэнор. — Да нихрена у нас не под контролем, — вдруг сказал Гарри и провел рукой по лицу. — Ладно. Некогда, пойдемте. Вам Патронус Дамблдора уже рассказал, в чем суть миссии? Тогда вперед… — Гарри! — возмущенно крикнула Джинни. — Это же Беллатриса Лестрейндж! — Ты думаешь, я этого не вижу?! — Она пытала моих родителей… — Я ЗНАЮ, НЕВИЛЛ! ОНА УБИЛА СИРИУСА! Черт бы вас побрал. Гарри открыл дверь в Выручай-Комнату. — Мы теряем время. Там, — он указал вглубь Комнаты, — выход отсюда. К тем, кому нужна помощь. — Какой ценой… — начал было Голдстейн. — МЫ ОТРЯД ДАМБЛДОРА ИЛИ НЕТ?! — взорвался Поттер. — Я человек Дамблдора! От макушки до кончиков пальцев ног, ясно? Дамблдор дал мне приказ. Мы не можем связаться с остатками Ордена Феникса, не можем отправить в дом Малфоев отряд авроров, и не можем полагаться на то, что Добби с Кикимером вытащат всех пленников незамеченными. Так что или вы идете со мной — или идете к чертям собачьим. Он штормом понесся дальше в своей черной маггловской толстовке. Дракия, не колеблясь ни секунды, побежала следом. Через минуту у Исчезательного шкафа стояли все. Дракия слегка удивленно осмотрела толпу, прежде чем открыть шкаф. По-видимому, верность для этих ребят была не просто поводом ерепениться и строить из себя святош. Кое-как они забрались в шкаф. — Пассус, — прошептала Малфой. Шкаф затрясся и все замолчали. — Гермиона, — дрожащим голосом спросила Джинни, — что с Роном? Кто-то сказал мне, что он выпал из окна… — Он жив, — успокоила ее девочка. — Я видела его имя на Карте Мародеров. И он двигался. Джинни судорожно кивнула. — Держись на виду, Лестрейндж, — процедил сквозь зубы Поттер. — То, что я принял решение тебя терпеть, не означает, что я тебе верю. Как и в твой спектакль. Беллатриса зашлась в хриплом смехе. Резко успокоилась. Сделала шаг вперед, сравнявшись с Гарри. Склонила голову налево и тряхнула волнистыми волосами, прежде чем прошептать, делая большие глаза: — А вот Сириус бы мной гордился. Дракия быстро взяла Гарри за руку. — Не надо, — сказала она. В глубине души она была рада, что у нее нашелся повод. Поттер явно избегал даже смотреть на нее. Она была благодарна уже тому, что тот позволил ее пальцам изучать линии на его ладони целых пять секунд, прежде чем высвободить руку. — Идем, — сказал Поттер и распахнул дверцу шкафа.

***

Камин в «Горбине и Бэрке» доставил их в дом Андромеды Тонкс. Ее — и ее мужа — предупредил Патронус Дамблдора. Андромеда старалась игнорировать своего зловещего близнеца, и Беллатриса ответила ей взаимностью. Через минуту они уже выходили из камина в комнате матери Дракии. Это был просторный будуар с кроватью, который был соединен с общей хозяйской спальней. Здесь властвовали белые, черные и зеленые тона. У окна стоял столик с зеркалом. — Два часа ночи, — проворчала Кэти, отряхиваясь. — Думаете, они спят? — Вряд ли, — едва слышно отозвалась Дракия. — Темный Лорд наверняка пообещал спустить шкуру с тех, кто упустит пленников. Весь особняк может быть битком набит Пожирателями смерти. — И какой план? — Джастин явно храбрился. Воцарилось молчание. — Лучшим тактиком у нас был Рон, — сказал Гарри. — Я как-то больше по импровизации. — Ну, значит, твой выход, — съерничала Дракия. — Чего это? Твой дом, ты и говори, что делать. — Мой дом — но не мои Пожиратели смерти. Я даже не знаю, сколько их и где они. — Нам ведь просто отвлечь их надо? — спросил Энтони. — Может быть нападем с лестницы, займем там оборону, и уйдем через камин? — Нет, — покачала головой Дракия, — камин потеряет связь с сетью с минуты на минуту. — Ты не сможешь притвориться, что еще выполняешь волю Волан-де-Морта? — спросил Гарри. Дракия — как и половина членов ОД — содрогнулась. А вот Беллатриса зашипела. — Закрой рот, Поттер! Не произноси его имя! — Не смогу. — Дракия жестом попросила Гарри не отвечать. — Крэбб, Гойл и Флинт наверняка побывали здесь с пленниками, так что пересказали им о нашей… стычке. — Ну, тогда я один выход вижу. — Поттер повернулся к Беллатрисе. — Иди вниз. — Еще чего? — вздернула бровь Пожирательница смерти. — Иди вниз, скажи, что вырвалась из Хогвартса, отвлеки внимание… — Ага, вырвалась и трансгрессировала прямо в комнату сестры, — скривилась Беллатриса. — И вообще, я никуда без грязнокровки не пойду. — Сделай вид, что схватила ее, ведешь пленницей, — предложила Дракия. — Опять? — жалобно спросила Гермиона. Беллатриса захихикала. — А что, идея. Может я даже позволю им посмотреть, как развлекаюсь со своей новой игрушкой. — Гермиона не твоя игрушка, — сердито бросил Гарри. — Зря вы так думаете, — снова хихикнула Беллатриса. — Впрочем, ладно, поймете еще. Пошли, грязнокровка. — Командует так, как будто это я под зельем, а не она, — пробурчала Грейнджер. Но пошла, влекомая чужой когтистой рукой. Они вышли из комнаты. — А как мы поймем, что пора вмешаться? — тревожно осведомился Голдстейн, подходя к Гарри. — Это же тетя Беллатриса, — буркнула Дракия. — Мы услышим крики. Через несколько секунд внизу и правда начался разговор на повышенных тонах, а потом — треск и грохот. — Вперед, — скомандовал Поттер, толкнул очки на переносицу и рванул вниз по лестнице. Дракия побежала следом. Внизу, в гостиной, Беллатриса кружила грязнокровку — как будто они танцевали самое рискованное танго на свете. Она пихнула ее в угол, отразила летящее в нее заклятие и поразила человека в рваном балахоне своим. Выдернула ее из угла — мгновением позже туда врезалась молния — и спрятала за спиной. Тут же взмахнула палочкой — канделябр упал на пол, трансфигурировался в огромного паука и загнал кого-то на кухню, после чего оттуда раздались ужасные крики. Дракия поспешно повернулась. Гарри уже выскочил на середину комнаты и одним выпадом палочки кубарем отправил мужчину с шерстью на шее и в рваной одежде в камин. Подбежал, схватил с камина горсть летучего пороха и с криком «Министерство Магии!» бросил ее туда — оборотень тут же исчез в зеленой вспышке пламени. Джинни и Невилл пробежали за спиной Поттера и тут же ввязались в дуэль с Пожирателем смерти, который караулил дверь. — Розье! Леандрос Розье! — крикнула ему Малфой с лестницы. — Где Бербидж?! — Ее ждет кое-что веселое! — рявкнул тот в ответ. — Ты еще можешь уйти отсюда живым, если скажешь, что с ней! — Пошла ты… — взревел молодой Пожиратель, но Джинни наслала на него Летучемышиный сглаз, и пока тот орал, Невилл наслал на него чары Оцепенения. Дракия была уверена, что слышит в подвале какие-то легкие хлопки, которые обычно сопровождали трансгрессию. — Сторожите дверь! — крикнула она Джинни. — Голдстейн, Белл, нужно проверить комнаты на первом этаже… Они понеслись по коридорам, открывая двери. То и дело кто-нибудь из них кричал «чисто!». Когда Дракия рывком отворила обе двери библиотеки, на нее налетел еще один мужчина в плаще. Левой рукой он прижал ее руку с палочкой к полу так, что она не могла ею двинуть, а правой вцепился в горло. — Попалась, — прошипел мужчина. — Не стоило становиться бабой, если намеревалась бороться. Может, подождать надо было, а? Дракия поняла, что еще немного — и она потеряет сознание. А палочка по-прежнему указывала куда-то в сторону книжных полок. «Акцио La Bible des Cannibales», — отчаянно подумала она. С четвертого ряда выпорхнула книга, которую ей в детстве строго-настрого запретили брать, раскрылась на лету, врезалась в Пожирателя и принялась орать и лязгать металлической окантовкой. Пока мужчина пытался отодрать, Дракия выпалила заклинание: — Эверте Статум! Мужчина взлетел в воздух, врезался в потолок и рухнул на пол. Книга продолжила вяло его жевать. Дракия вылетела в холл, а оттуда — в большой обеденный зал. Там над обеденным столом висела в воздухе профессор Бербидж. Дракия в два счета взлетела на стол. — Фините Инкантатем! — крикнула она и попыталась в воздухе подхватить тело блондинки. Женщина застонала и схватила Дракию за руки. — Я нашла ее! — закричала девушка. Раздался тяжелый удар, затем вопль и смех Беллатрисы. — Черт, — прошептала Малфой, — что она там опять удумала? Давайте, профессор, вставайте… Она кое-как умудрилась поставить женщину на ноги и потащила ее в гостиную. — Я нашла Бербидж. Что у вас тут происходит? — И тут же осеклась. В центре гостиной стоял Хвост. Спиной к нему и на коленях стоял Поттер. Петтигрю держал палочку светящейся мертвенно-бледным светом рукой у его горла, и на нем был глубокий порез. Вокруг него стояли члены ОД, палочки наизготовку. И только Гермиона тщетно пыталась вырваться из хватки своей же пленницы. — Хвост, — дрожащим голосом попросила Дракия, отпуская Чарити Бербидж, которая схватилась за шкаф, — отпусти Поттера. — С чего это? — огрызнулся Хвост. — Из любви к его покойному папаше? — Не смей говорить о моем отце! — просипел Поттер, игнорируя волшебную палочку, которая врезалась в шею. В глазах его была чистая ярость, и ни капли страха. В то время как Дракия купалась в панике. — Много ты знаешь о Джеймсе, — окрысился Петтигрю. — Что ты несешь, предатель… — Поттер, ради Мерлина, заткнись, — срывающимся голосом попросила Малфой. — Хвост… ты еще можешь уйти. Мы победили. — Ага, как же, — хмыкнул Хвост, но крысиные глазки забегали, и Малфой это отметила. — Именно, — сказала она, аккуратно делая шаг вперед, — почти все сторонники Темного Лорда или лежат с травмами, или скручены аврорами в Хогвартсе. Даже здесь мы избавились от последних… — Последних? — Хвост аж закрутился от наглости. Он не смел бросить Поттера, но и спокойно реагировать на такое заявление не мог. — Вы пришли, когда здесь оставили только… — Самых бесполезных? — тут же отреагировала Дракия, делая еще шаг вперед. Она заметила мелькнувшее в глазах Гарри странное выражение, похожее на гордость. Гордость ею. И немного успокоилась. — Вот притащу Темному Лорду вас двоих — узнаем, какой я бесполезный, — разозлился Хвост. — Здесь оставили только тех, кому Темный Лорд мог доверить охрану пленников. — Вижу я, как ты оправдал его доверие, — фыркнула Беллатриса, зажимая рот Грейнджер, которая настойчиво что-то мычала, глядя на Гарри. — Заткнись, Белла! — взвизгнул Хвост. — Ты вообще что делаешь с… с ними?! — Они меня опоили зельем, Хвостик, — надулась Беллатриса и ее рука скользнула по груди Гермионы, от чего та задергалась еще сильнее. — Я вроде все и понимаю, а сопротивляться не могу. Посмотри, какая эта грязнокровка забавная? И она легонько сжала шею Гермионы. Кэти, Энтони и Джинни заколебались, не зная, в чью сторону направлять волшебные палочки. — Так забирай ее, Беллатриса. — Хвост облизнул губы. — Забирай и уходи. — Что? Тетя Беллатриса, не вздумайте… — замотала головой Малфой. — А что? Это идея, — неожиданно согласилась Пожирательница смерти. — Я смогу вдоволь позабавиться с ней, пока эффект не спадет… а потом… Она уткнулась в шею Грейнджер, и та завопила сквозь пальцы ведьмы. — Даже не дергайся! — чеканным голосом сказала Джинни и направила палочку на ведьму. Та только засмеялась, просовывая кончик языка между зубов: — А то что? — Дайте нам выйти! — крикнул Хвост и начал пятиться к холлу, пытаясь тащить за собой сопротивляющегося Поттера. — Может быть, Темный Лорд пожалеет их или найдет им применение. Или они умрут сейчас! Беллатриса, посмеиваясь, начала отступать вместе с ним, волоча за собой Грейнджер. — Нет! — рявкнула Джинни, вырывая руку из хватки Кэти и следуя за двумя Пожирателями смерти и их заложниками. Беллатриса отступала куда резвее, чем Петтигрю. — Беллатриса, Темный Лорд не примет тебя! — крикнула Дракия, заставляя себя двигаться, идти вперед. — Ты не выполнила его волю, ты оглушила мистера Гойла, ты, черт возьми, помогла нам освободить пленников! Беллатриса! — Кто сказал, — зашипела колдунья, — что я иду к нему? Она остановилась у порога. — Торопись, Беллатриса, — тонко выкрикнул Хвост, тыкая палочкой в Гарри. — Прости, Хвостик, — на губах Беллатрисы заиграла жестокая улыбка, — но я с крысами привыкла играть по-другому. Круцио! Заклятие ударило Петтигрю в спину. Хвост завизжал, истошно, гадко, забыв обо всем, выронив палочку и отпустив Гарри. Он барахтался на полу, прижимая к груди толстые пальцы с грязными желтыми ногтями. Дракия рванулась к Поттеру. Она взяла его за руку, обняла за шею, приподнимая голову и прижала к груди. Все, чего она хотела в тот момент — ощутить тяжесть его тела в своих руках. Зажать рану на шее, баюкать его в своих руках, перебирать волосы. Такой… плотный. Такой живой. Это была единственная мысль в ее голове. На мгновение их глаза встретились, и в глазах Гарри промелькнуло что-то, похожее на вину. Но им не дали времени. Беллатриса схватила Грейнджер за волосы, вытащила за порог и поволокла дальше. — Я СПАСЛААА ГАААРРИ ПОООТТЕРА! — раздался безумный лающий смех ведьмы. — Не дайте ей уйти! — захрипел Гарри, вскакивая с пола и зажимая рану ладонью. Джинни, Невилл, Джастин, Энтони и Дракия кто перескочил, кто обогнул Хвоста. Кэти осталась позади и начала оплетать его заклятием Инкарцеро. Беллатриса широким шагом неслась по дорожке к воротам, волоча Гермиону за волосы словно куклу. Она оглянулась на ходу. — Конфринго! — выпалила она, указывая палочкой на верхнюю часть дверного портала особняка. Раздался взрыв, и камни посыпались на порог — ребята едва успели отскочить. Джастин потерял сознание — его взрывом отбросило в кусты. Джинни упала на дорожку, но тут же молча вскочила, не обращая внимания на кровь на лице. — Ступефай! — крикнула Джинни на ходу, но Беллатриса его отразила. Энтони наколдовал какое-то заклятие, заставившее волноваться и шуметь кусты по обеим сторонам дорожки, и через миг они выбросили ветки, пытаясь схватить беглянку и ее заложницу. — Диффиндо! — визжала Беллатриса, обрывая зеленые лапы. — Беллатриса, куда ты бежишь! — крикнула Малфой. — Беллатриса, стой, я могу уговорить Дамблдора… — Нет! — взревел Невилл. — Ей нет прощения! Беллатриса Лестрейндж! Сразись со мной! Колдунья остановилась. — Ты пытала моих родителей, — гневно заявил Лонгботтом, шагая по дорожке, — если не трусишь, давай, попытайся закончить начатое? Ну! Беллатриса обернулась вместе с Грейнджер. На мгновение стало заметно, что та плачет. — Какое… заманчивое предложение, — на мгновение горделиво-презрительные черты лица ведьмы стали более резкими и неприятными. — Я ведь уже предлагала посмотреть, как долго ты сможешь выдержать, да? Может наша маленькая заучка могла бы составить график от самого хилого Лонгботтома к самому выносливому, — она опустила уголки рта, словно бы оценивая собственную идею, а потом обнажила зубы в улыбке. — Так давай, — отчаянно крикнул Невилл, — чего ты ждешь? Отпусти… — Грязнокровку я не отпущу, — улыбка тут же исчезла. — И хотя меня безумно возбуждает идея сразиться с вами всеми разом, пока я левой рукой затыкаю грязный рот этой девчонки… мне придется отказаться, — она отвесила издевательский поклон. — Скоро сюда нагрянут авроры, и мне совсем неохота с ними встречаться. Беллатриса попятилась. Ребята закричали, вскинули палочки, не зная, что наколдовать, чтобы не задеть Гермиону, но было в любом случае поздно — Пожирательница смерти растворилась во тьме за воротами вместе с Гермионой Грейнджер. — Нет! — выдохнул Невилл. Дракия пару секунд молча стояла рядом с ребятами и смотрела во тьму, а ветер продолжал путать и трепать ее волосы и подол черной мантии. Потом она развернулась и пошла в дом. Дверь была завалена обломками. И где-то на той стороне был Поттер. Она выбила заклинанием окно и влезла туда. Все еще молча, до крови закусив губу. Поттера она нашла барахтающимся в луже собственной крови в темном круглом холле, который освещали только свечи на стенах. — Где… Гермиона… — прохрипел он. Дракия упала рядом с ним, положила его голову к себе на колени. — Не двигайся, — прошептала она. — Вулнера Санентур. Рана начала заживать. Спасибо, Блейз. Научил хорошему. — Где… Он не смог договорить. Но было и не нужно. — Беллатриса забрала ее, — она потупила взгляд. — Мы не смогли… ничего. Прости, Поттер. Тот почти завыл, сжимая в кулаке клочок мантии Малфой. — Что-то… не так, — прохрипел Гарри. — Молчи… пожалуйста. Тебе лучше не… — Ты не памаеш. Не… то. Слишком… мало пжрт. — Что? — смахнула слезу Дракия. Она ощущала, что слишком занята попытками не разреветься, чтобы всерьез воспринимать его бормотание. — О чем ты говоришь, Поттер? Мозги через шею вытекли? Заткнись и лежи спокойно. Поттер схватил ее за галстук и приблизил к себе. Она смотрела на бушующее зеленое пламя за стеклышками, и ей вдруг стало страшно — она видела там что-то, чего никак не могло отражаться в зрачках. — Слишком мало… Пожирателей, — внятно сказал Гарри. — Где… Волан-де-Морт? И тут его дернуло, сломало, распрямило. Как будто струну натянули, сорвали, и снова попытались натянуть. Он бился в руках Дракии так, как будто это был припадок. — Поттер…. Дракия почти плакала. — Поттер! Она не знала что делать. Ни одно заклинание не помогло бы унять то, что он видел. — Тише, тише, — она прижалась грудью к его лицу, нащупывая палочку в рукаве, — я иду, Поттер, иду. Дотронувшись губам до раскаленного шрама на лбу, Малфой коснулась головы парня волшебной палочкой и прошептала: — Легилименс!

***

Лорд Волан-де-Морт шел по большому пустому коридору дворца. Дворец был старым. Его коридоры украшали гобелены и портреты аристократов, королев и королей в пышных одеяниях и мантиях. Поворачивая за угол, Темный Лорд краем глаза убедился, что двое его приспешников все еще следуют за ним. Оба были в черных мантиях и железных масках, на которых застыло выражение мучительной боли. Один был мускулистым и широкоплечим, другой — высоким. Первый шел стремительно, с напором, как танк, второй — скользил вперед, бесшумно наступая на старый камень, держа тело чуть вполоборота. На его плечах, коленях и локтях виднелись подлокотники. Они вертели головами по сторонам. Самым необычным во всем окружающим для них был не камень замка (видали они и подревнее), а то, что картины навечно застыли в одной-единственной позе. — Сосредоточьтесь, — прошипел Лорд Волан-де-Морт. Его верные Пожиратели смерти тут же сфокусировались на цели перед ними: больших широких двойных дверях, у которых стоял темнокожий и лысый мужчина с серьгой в ухе. Лорд Волан-де-Морт повел головой влево, точно пытаясь хорошенько разглядеть противника правым глазом. — Худ, — произнес он. Колдун с наколенниками и налокотниками шагнул вперед. Первые вспышки заклятий раздались эхом в пустом коридоре. Худ бросил очередное заклятие, но вместо того, чтобы отражать заклинание Кингсли Бруствера, трансгрессировал, оказался за спиной мракоборца и ударил в спину. Но Кингсли был опытен. Он отразил эту попытку. Худ исчез в воздухе и оказался слева — мракоборец был готов и к этому. Он исчез снова — Кингсли развернулся вправо, но там никого не было. Худ возник на потолке, оттолкнулся от него коленом и рухнул прямо на мракоборца. Подмял его под себя, прижал коленом к полу и взмахнул палочкой, точно кинжалом — слева направо. — Диффиндо! На шее Кингсли возник глубокий порез — до кости и глубже. Его глаза сразу же потускнели. Худ встал с колена и склонил голову. — Лучший мракоборец, как же, — хмыкнул крупный Пожиратель смерти, проходя мимо вслед за Темным Лордом. — Он и был им, Раббан, — небрежно произнес Волан-де-Морт. Волан-де-Морт не стал утруждать себя тем, чтобы распахивать двери Палаты Лордов руками; один взмах кривой, точно коса, волшебной палочки распахнул их для него. — … в связи с этим мы никак не можем позволить себе, чтобы этот вопрос ушел в Палату Общин. Эти невежды просто не знают, с чем столкнутся! Поймите, премьер-министр, вопросы следует решать лично с магами, и у нас есть связи, — успел договорить худощавый мужчина в возрасте в костюме и с моноклем. — Совершенно с вами согласен, лорд Хартфорд, — высоким и чистым голосом заявил Темный Лорд. — Кто вы и что тут делаете? — возмущенно крикнул кто-то из собравшихся пэров. — Раббан, — небрежно произнес Волан-де-Морт, поворачивая безносое лицо влево. Пожиратель смерти тут же заткнул рот магглу заклятием Немоты. — Это же… это… — залепетал другой. Худ заткнул рот ему. Раздались первые крики. Часть пэров попыталась рвануть к выходу, мужчины и женщины, забыв о чувстве достоинства, лезли через сиденья. Крупный Пожиратель смерти взмахнул палочкой — фиолетовая волна прокатилась по залу, и магглы с ужасными воплями попадали на пол. Лорд Волан-де-Морт издал смешок. — Советую всем присесть, — мягко прошипел он, невесомо проходя между рядов красных сидений. — Позвольте представиться: лорд Волан-де-Морт. Он прошел в дальний конец Палаты и, взмахнув руками так, чтобы мантия взвилась и застыла в воздухе, сел на королевский трон. Лорды, не сводя ужасающихся и паникующих взглядов с Темного Лорда, заняли места. — Я смотрю, вас немного, — отметил очевидное лорд Волан-де-Морт. — Здесь только те, кто посвящен в тайну… эм… вашего существования, — нервничая, ответил лорд Хартфорд. — Да, — отсутствующим тоном сказал Темный Лорд, — и что же вы тут обсуждаете? — Ваши террористические атаки, — неожиданно твердым голосом сказал кто-то. Лорд Волан-де-Морт повернул голову, с любопытством изучая осмелившегося заговорить премьер-министра, который выполз из-под лавки в первом ряду. — Что-что? — переспросил Темный Лорд. — Террористические атаки. Нападения на гражданское населения. Убийства, несомненно политические. Даже если я не знаю, какую роль эти люди играли в вашей политике… и не знаю, какую роль играют все эти нападения… я увидел достаточно, чтобы распознать какую-то закономерность. — Знаете, я должен отдать вам должное, — перебил его Волан-де-Морт, разваливаясь на троне, — вы первый человек, кто понял, что я не просто так спускаю своих Пожирателей смерти на «безвинных магглов», — волшебник изобразил кавычки длинными белыми пальцами. Магглы дружно содрогнулись, услышав, как Темный Лорд назвал своих приспешников. Лорд Волан-де-Морт счел это забавным: они никак не отреагировали на его имя, но название организации его самых радикальных сторонников их уже пугало. — И при этом вы — маггл, — презрительно повел ладонью волшебник. — Знаете о чем я думаю прямо сейчас? Хватит ли этого, чтобы оставить вас в живых, — Волан-де-Морт подался вперед и вперил в премьер-министра свои змеиные глаза. — Умолять о пощаде не буду, лорд как-вас-там. Я слышал от Фаджа достаточно, чтобы видеть вас наквозь, — сплюнул премьер-министр. — Может вы и волшебник, а мало отличаетесь от всех остальных террористов, с которыми мы имеем дело: я дам вам палец, а вы откусите руку. — И именно поэтому я не могу позволить вам оставаться на своем посту, — лениво заявил Темный Лорд. — Авада Кедавра! Премьер-министр рухнул, как кукла, у которой обрезали ниточки. — Кто-то еще ценит свое достоинство или имеет гордость? — поинтересовался Темный Лорд, держа палочку пальцами обеих рук. Два мужчны встали и выпрямили спину, и еще два мужчины и женщина рванулись к выходу. Раббан и Худ вскинули палочки. Замелькали зеленые вспышки, оставшиеся сидеть люди закрывали глаза и уши руками. Через миг все было кончено: на полу Палаты Лордов остались лежать несколько человек. — Замечательно. Теперь можно поговорить начистоту. Лорд Волан-де-Морт с легкостью — как будто его тело ничего не весило — вскочил с трона и неожиданно стремительно спустился в центр квадратного зала, где сидели оставшиеся в живых заложники. — Сидящие здесь слышали о магии и волшебниках, — тихо сказал он, — но, полагаю, не очень-то воспринимали их всерьез. Для вас чистая кровь гордого волшебника — пустой звук. Старейшие роды — не более чем денежные кошельки… или крысоловы, когда в подвале завелась какая-нибудь магическая дрянь. Вы настолько привыкли к статус-кво, которое возникло после создания Статута о Секретности, что просто забыли о нас… и вспоминали только тогда, когда вам было удобно. Темный Лорд медленно кружил вокруг столов в центре Палаты Лордов, убеждаясь, что каждый оставшийся маггл его слушает. — Но даже вы вряд ли осознаете всю степень нашего унижения, — улыбнулся Волан-де-Морт, показывая белоснежные зубы. — Я расскажу. Позвольте обратить ваше внимание на название… учреждения, которое якобы следит за правопорядком и безопасностью волшебников — Министерство Магии. Хартфорд вздрогнул. Еще несколько магглов переглянулись. — Да-да. Полагаю, вы слышали это название… и оно вряд ли вызвало у вас вопросы. Кто-то из вас наверняка задался вопросом: «Почему Министерство называется так, словно курирует вопросы магии в каком-то другом правительстве?»… Но вы быстро забыли об этом. В конце концов, волшебники — лишь пародия на «нормальных людей». Может, они плохо знали, что значит «министерство» и над названием не думали? Лорд Волан-де-Морт тихо рассмеялся, не обращая внимания на то, что это заставило вырвать клок волос с головы сидящего рядом старика. — Но все куда проще. Министерство Магии — это ветвь вашего, маггловского правительства. Отвратительного ублюдка, зачатого Англией и Шотландией в том же году, в котором они объединились в Великобританию и поставили магов перед выбором: либо подчинение и отчетность парламенту британских магглов, либо скоординированное истребление. И задача этого Министерства — не защищать магов, не улучшать их жизнь, а контролировать нас. Министр магии, видите ли, должен по каждому чиху бегать и докладывать о происходящем человеку, который сейчас лежит мертвым рядом с местом спикера. Некоторые магглы со страхом в глазах покосились на тело премьер-министра. — И самое унизительное, мои благородные сэры и леди, что эту обязанность бегать как собачонки за магглами мы, волшебники, водрузили на свои плечи сами. Сами соткали себе из магии оковы. И сломать эти оковы можете только вы. — Что мы должны сделать, мой Лорд? — воскликнул Хартфорд. — Мы ведь разумные люди, мы можем договориться… Волан-де-Морт засмеялся гортанным смехом, обнажил зубы. — Лорд Хартфорд… вы ведь мечтаете восстановить власть благородного сословия? — Голос Волан-де-Морта из громкого и ясного стал шипящим. — Д-да, но откуда… — Лорду Волан-де-Морту известно все, Хартфорд. Сколько у тебя детей… и сколько особняков. Я могу оказаться в любом из них через секунду и убить твою старую жабу-жену. Не напомнишь, где твои внуки? Старик поднял глаза, преисполненные ужаса, на Темного Лорда. Его змеиные глаза ответили ему взглядом жадности и триумфа. — Ах да, — улыбнулся Темный Лорд уголками рта, — в Германии. С твоим старшим сыном. Я могу оказаться через секунду и там. Старик хлопнулся на колени с лавки. — Пожалуйста, я сделаю все, что вы прикажете! Вслед за ним упал на пол и заголосили еще несколько людей. — Я знаю, — рассмеялся Темный Лорд, — поэтому я и здесь. Видите ли… мы не можем перебить всех магглов. Даже если будем обрушать мосты и устраивать массовые аварии каждый день. Вы… расплодились. Он снова закружил вокруг стола в центре. — Но я могу перебить вас. И ваших детей. И внуков. Это мы можем сделать буквально за вечер. И никакие укрытия, никакие убежища вас не спасут. К счастью, мне не придется этого делать, не так ли? Мы просто проведем… реставрацию как наших отношений, так и ваших отношений с плебсом. Надеюсь, что мы сможем рассчитывать друг на друга…. — Вы говорите о сделке! — поднялся с колен один из мужчин в дорогом костюме. — И если речь о сделке, то я настаиваю, чтобы мы выдвинули свои условия… Лорд Волан-де-Морт взмахнул палочкой в сторону говорящего. Он вдруг замолк, глаза его закрыла пелена. Мужчина подошел к столу в центре и начал биться о него головой. Сначала тупые и глухие удары сменились мокрыми и чавкающими. Темный Лорд равнодушно ждал, пока он закончит. Магглы тихо подвывали. Вскоре тело мужчины безвольно валялось на полу. — Никаких условий с вашей стороны не будет. Все, что вы получите — получите по воле и милости Лорда Волан-де-Морта. Хартфорд! — Да, мой Лорд? — Старик поднял лицо в слезах на стоящего над ним бледного высокого волшебника, усы его подрагивали. — Прежде всего нужно подготовить почву. Вынесите информацию о существовании волшебников остальным магглам. Здесь есть владельцы газет? В воздух неуверенно поднялось несколько рук. — Вот и отлично. Мне все равно, что вы напишите — ругайте и проклинайте нас последними словами. Но о нас должны узнать все. Думаю, что мы предоставили вам достаточно… материала для первой полосы, не так ли? Темный Лорд развел руки, словно бы обнимая хныкающих пэров, лежащих на полу мертвецов и засмеялся. — Но, сэр, люди будут в… если позволите, ярости… Оскал исчез с лица Волан-де-Морта. Он наклонился к старику. — Прежде всего они будут напуганы, Хартфорд, — с холодком в голосе ответил Темный Лорд, — но ярость более чем соответствует моим планам. Мне не нужно, чтобы ты задавал вопросы, хотя, если ты подумаешь о моем приказе хотя бы с минуты, ты поймешь, зачем я это делаю. Раздался визжащий утробный хлопок, и три мужчины исчезли — как будто никогда и не появлялись в Палате Лордов.

***

В кабинете директора Хогвартса перед рассветом было необычно людно. Гарри и Дракия сидели на креслах перед Дамблдором, который вытянулся в кресле за столом. У камина боролся со сном Невилл. Джинни, Кэти Белл и Энтони Голдстейн стояли за креслами Поттера и Малфой, пока Джастин, разинув рот, изучал Фоукса. — … после чего она трансгрессировала вместе с Грейнджер, — закончила долгий рассказ Дракия. Поттер покосился на нее — он был рад, что не ему приходится на этот раз отчитываться Дамблдору об очередном происшествии в конце учебного года. Но ее спокойствие его убивало. В голову прыгнуло воспоминание о том, как гриффиндорцы хотели праздновать «год, когда Гарри Поттеру не пришлось спасать школу». Скорее «год, когда Гарри Поттер наконец-то в этом провалился». — Что мы будем делать, чтобы ее найти? — Гарри очень постарался, чтобы его голос не дрогнул. — Гарри, — мягко сказал Дамблдор, — Беллатриса умная ведьма. Прямо сейчас у нас нет зацепок… — Чушь собачья! — выпалил Гарри. — Она же убьет ее! Как только эффект от зелья выветрится… Сзади скрипнула дверь. — Я начинаю сомневаться в ваших талантах зельевара, о которых так громко распространяется профессор Слизнорт, Поттер, — раздался холодный голос Снейпа. Гарри вскочил и обернулся. — При чем тут это? — сказал он, свергая глазами из-под очков. — Вы дали Амортенцию с частицей человека, которого Беллатриса ненавидит. — Зельевар соединил пальцы в замок и прошел к креслу директора, за которым и встал. — Крайне… неудачное решение. — Это было не мое решение! — выплюнул Гарри и не удержался от яростного взгляда на Малфой. Та опустила взор. — Вообще-то решение не лишено определенного… изящества, — сказал Снейп. — Амортенцию довольно трудно применять для допроса — субъект больше думает о поцелуях, чем об ответах на вопросы, но в условиях отсутствия сыворотки правды это неплохая альтернатива. Однако… — Что? — тихо спросила Малфой. — Вы дали Беллатрисе зелье с частицей человека, которого она ненавидит, мисс Малфой. Не того, кому она уже симпатизирует, которого недолюбливает или к которому равнодушна. Ненавидит. А ненависть — сильный катализатор. — Профессор Снейп пытается сказать, — поднял ладонь Дамблдор, подслеповато жмурясь, — что зелье не перестанет действовать. — То есть? — оторопел Гарри. — Его наиболее сильный эффект нивелируется со временем, это верно, — сказал Снейп, — но полностью от чувств Беллатриса не избавится. Амортенция не творит любовь, она создает страсть. Но страсть и ненависть вместе могут дать… одержимость. Гарри потрясенно откинулся в кресле. — Откуда вы знаете, что это и правда так? — Беллатриса продемонстрировала поведение, свойственное этому состоянию, — закатил глаза Северус. — Налицо все основные признаки: она осознавала, что действует под эффектом зелья, хотя обычно человек это отрицает. Смешивала боль и привязанность... — В данном случае это хорошо, — добавил Дамблдор. — Беллатриса не ощутит потребности убить Гермиону еще пару недель… и за это время мы сможем найти хоть какие-то следы. Я уже попросил Министерство собирать для нас нужную информацию. Поверь мне, Гарри, никто не бросил мисс Грейнджер на произвол судьбы. Они замолчали. — Что с Роном? — тихо спросила Джинни. — Падение из окна башни ему не повредило — основной удар принял на себя Фенрир Сивый. Сивый мертв. К сожалению, до этого он успел покусать мистера Уизли, — кратко сказал Дамблдор. — К сожалению, полнолуние наступит уже завтра. Значит эффекты от… укуса будут по крайней мере значительны. Гарри показалось, что его ударил под дых бладжер. — Хотя полноценным оборотнем он, может, не станет, — сказал Снейп с отсутствующим взглядом. — Директор, может быть, стоит послать за Люпином?.. А также за семьей Уизли. — Да, Северус, отличная идея, — поднял голову директор. — И отведите мисс Уизли к брату. — Мы тоже сходим, — сказал Невилл. Джастин и Энтони переглянулись и кивнули. Кэти неуверенно отняла руки от спинки кресла Дракии. — Хорошо, — разрешил Дамблдор. — Прежде чем вы уйдете… Он встал — с трудом, опираясь кончиками пальцев здоровой руки на стол. — Позвольте выразить вам всем огромную благодарность. От лица школы и от меня лично. Вы действовали не как школьники, а как взрослые, готовые защищать окружающих. Каждый из вас проявил лучшие качества своего факультета, да и других факультетов тоже: храбрость, холодный и острый ум, преданность товарищам и недюжинную смекалку. Все вы, включая мистера Уизли, мисс Грейнджер и мисс Лавгуд, будете приставлены к награде «За заслуги перед школой» — это минимум того, что я могу сделать. На лицах ребят возникло удивление. Награды не могли унять боль и потрясение полностью, но немного их взбодрили. — Вы можете идти. Мисс Белл, задержитесь. Растрепанная Кэти со смущенным выражением лица замерла. Когда дверь закрылась за ребятами, следующими за Снейпом, Дамблдор сказал: — Мисс Белл, вы заканчиваете школу в этом году. Прежде всего, позвольте выразить глубочайшую благодарность за ваши действия. — Да что вы… — забормотала девушка. — Нет-нет. Вы сделали то, чего и ожидают обычно от гриффиндорцев: перебороли свой страх и вступили в борьбу с врагом, от которого косвенно и сами пострадали. Малфой поежилась в кресле. Гарри испытал мстительное удовлетворение. — Но то, чего мы ожидаем от учеников, — необязательно то, чего мы вправе от них требовать. Кроме того, вы пропустили значительную часть года в больнице Святого Мунго, — продолжил Дамблдор. — Вы можете выпуститься из школы или вернуться сюда в следующем году — если захотите, конечно. Я обязательно уточню и для экзаменаторов, и для всей остальной школы, что вы сделали это не по причине плохой успеваемости. — Спасибо, сэр, — забормотала Кэти. — Я могу подумать? — Конечно, моя девочка. И если вы откажетесь — я думаю, что смогу предложить вам кое-что другое. Идите, отдыхайте. Кэти еще раз откланялась и удалилась. — Мисс Малфой, — откинулся в кресле директор. — Я так полагаю, вы захотите обсудить условия сделки? Гарри увидел, что Дракия кинула на него виноватый взгляд. Правильно. Это все твоя вина. — Я просто хочу убедиться, что мама в порядке, — наконец ответила она. — С ней все хорошо. Она сейчас у своей сестры, Андромеды, под защитой Ордена Феникса. — Она… — Малфой вздохнула. — Она что-то говорила обо мне? Дамблдор внимательно изучил девушку поверх очков. — Она не хочет видеть вас, мисс Малфой. Малфой выглядела так, словно кто-то плеснул холодной грязной воды ей в лицо. Гарри мог видеть трепещущие, точно крылья, ресницы и сжимающие мантию тонкие пальцы. Несмотря на всю свою злость, Гарри пожалел Дракию. Как и сам Гарри, она видела в зеркале Еиналеж рядом с собой любящих родителей. Хоть обстоятельства и были очень разными, Дракия наверняка чувствовала себя сейчас очень одиноко. И на мгновение у него появилось желание взять ее за руку. Но он подавил его. — Она передумает, Дракия, — мягко сказал Дамблдор. — Нарцисса любит вас. Ей нужно время, чтобы принять реальность, и сейчас… не лучшие обстоятельства, чтобы это произошло. Дайте ей время. Дракия кивнула. — Лично я считаю ваш долг перед Хогвартсом оплаченным, — сказал Дамблдор, и Гарри удивленно, даже потрясенно посмотрел на него. — Никто не может потребовать от человека бросить мать на произвол судьбы, но вы сделали все, чтобы исправить последствия своих действий. Все похищенные ученики возвращены в постели. — Что насчет мертвых? — хриплым и дрожащим голосом, в котором едва угадывался яд, спросила Малфой. — Их вы тоже воскресили? — Нет, — серьезно ответил директор, — к сожалению, это невозможно. Но я хочу напомнить вам обоим: лорд Волан-де-Морт собирался совершить эту атаку независимо от того, открыли бы вы дверь Беллатрисе или нет. Гарри вдруг понял, что взорвется, если не откроет рот. — Он собирался использовать Снейпа, — выпалил Гарри, — чтобы снять защиту и превратить школу в ловушку. Вы все еще уверены, что он на нашей стороне? — Ты ведь видел его действия на вершине башни, Гарри, — покачал головой Дамблдор. — Он мог бы позволить убить меня, если бы захотел. Или убить сам. — Тогда я бы убил его, — жестко ответил мальчик. — Не думаю, мой мальчик, — покачал головой старый волшебник. — Профессор Снейп чрезвычайно опытен и искусен в том числе и в Темных искусствах. Победить его может только сам Волан-де-Морт и, возможно, Беллатриса Лестрейндж. При звуке этого имени Гарри накрыла ярость. — Не произносите это имя! — заорал он. — Она отняла у меня Сириуса, а теперь лучшую подругу! Дракия сползла в кресле, опасливо косясь на парня. — Еще не отняла, Гарри. Мы обязательно вернем… — начал было Дамблдор. — Вы этого не знаете! — Гарри вскочил на ноги. Его обуяло такое же желание крушить кабинет, как и в конце прошлого года. — Люди умирают на этой войне! Это не какие-то дурацкие испытания загадками, дьявольскими силками и шахматами! — Ты совершенно прав, Гарри. Это война. И Волан-де-Морт только что изменил ее правила, — спокойно ответил Дамблдор. — Так что мне нужно обсудить с вами обоими еще один вопрос, прежде чем я отпущу мисс Малфой, а ты перейдешь к разгромлению моего кабинета. Его очки почти весело блеснули, отражая свет восходящего солнца. Гарри рухнул в кресло. — Ну? — Безопасность самой Дракии, — кратко сказал директор. — Видишь ли… ты, моя девочка, спутала сразу ряд его планов. Похищение магглорожденных учеников, громкое убийство профессора Бербидж, ну и, чего уж мелочиться, громкое политическое убийство директора Хогвартса. Гарри фыркнул. Волан-де-Морт вряд ли смог бы устроить засаду на директора без помощи Дракии, а сам Дамблдор и так был при смерти. — Так что теперь ты наверняка одна из его самых злостных врагов, — Дамблдор обращался к Дракии, игнорируя Гарри. — И та, кому нужна особая защита. Поэтому очень важно, чтобы ты в следующем году вернулась в Хогвартс. Но есть еще и летние каникулы. — И где же я проведу эти каникулы? — невесело поинтересовалась Дракия, поправляя волосы, а потом лицо ее скривилось: — В какой-нибудь богом забытой дыре в горах Шотландии? — Нет. Это будет зависеть от Гарри. Гарри округлил глаза. — От меня? — Я, конечно, могу предоставить Дракии убежище в Хогвартсе, — пояснил Дамблдор, — приставить к ней охрану… но Хогвартс большой, и летом его охрана не настолько надежна. — Если ее вообще можно назвать надежной, — проворчал Гарри. — Она настолько надежная, насколько может быть, — возразил директор. — Если бы от Темных сил можно было защититься легко, мы бы их так не опасались. Парень пожал плечами, не желая встревать в споры. — А я тут при чем? — Есть только одно место, которое находится под еще более надежной защитой до конца июля, — объяснил Дамблдор, складывая пальцы в замок, — и это дом твоих дяди и тети. Гарри выпучил глаза. — Я подумал, что ты мог бы пригласить свою девушку погостить у тебя дома, — невозмутимо заявил Дамблдор. Дракия открыла рот. — Она… Гарри задохнулся, не зная, как закончить это предложение. — Даже если вы на самом деле не встречаетесь, — быстро сказал старый волшебник, — я думаю, что тебе небезразлична безопасность мисс Малфой, Гарри. Если вы планируете поддерживать эти слухи, провести лето вместе может быть довольно удачным решением. — Ну да, а дядя Вернон просто вот так вот возьмет и согласится! — фыркнул Гарри. — Его, как и Петунью, я беру на себя, — серьезно сказал Дамблдор. — Так что решение исключтельно за тобой. Гарри заколебался. Малфой на Тисовой улице? Бред. Безумие. Дядя Вернон свой галстук сожрет от ее ненормальности. Тетя Петунья наверняка повырывает волосы на голове, и хорошо если только своей. Дадли… когда Гарри заявит, что белокурая тонкая красавица с горделивым профилем — его девушка, кузен наверняка откроет рот и тупо спросит: «У тебя есть девушка? Она?» Не говоря уже про саму Малфой, которая впервые столкнется с необходимостью жить в маггловском доме и не применять магию, которую ей наверняка разрешали применять родители на каникулах. Она небось и не знает, на что магглы способны. Не говоря уже о том, что она будет рядом. Ее дурацкая заносчивая мордашка будет рядом. Ее изящные пальцы, и выступающие ключицы, и вечно недовольный, растягивающий слова голос с интонациями Драко Малфоя, мальчика, который изводил его, Гарри, целых пять лет. В общем, Дамблдор был прав — сплошные плюсы. — Ладно, — пожал плечами Гарри. — Отлично! — хлопнул в ладоши Дамблдор. — Подождите, — всполошилась Дракия, — вы что, серьезно? Жить… с магглами? — в ее голосе прорезалось презрение. — Можно меня просто высадить в Дырявом котле? — Нет уж, — вместо Дамблдора ответил Гарри, — поедешь со мной. — Чего это ты раскомандовался, Поттер? — с холодком в голосе процедила Дракия. — Ты же моя девушка, — почти весело ответил парень. — Что обо мне подумают, если я вернусь в Хогвартс в следующем году, а ты погибла? Пострадает моя репутация. — Какой же ты самовлюбленный, наглый… — растягивая слова, начала говорить Малфой. — Мисс Малфой, — поднял ладонь директор, и девушка испуганно замолчала. — Я думаю, что лучше и безопаснее места я для вас уже не найду. В конце концов — через день закончится учебный год. Я бы советовал вам пойти в больничное крыло и убедиться, что собраны все вещи. Дракия сглотнула, неуверенно поднялась с кресла, расправила мантию и с гордо выпрямленной шеей пошла к двери. — До свидания, — буркнула она. Но потом обернулась. — Поттер. Гарри обернулся. В глазах Малфой застыла паника. Она посмотрела на его шрам. Он знал — Дракия видела то же самое, что и он. Он кивнул ей. — Ничего, — она быстро отвернула голову и поспешно скрылась за дверью. — Ну что ж, Гарри, — весело сказал Дамблдор, когда она закрыла дверь, — перейдем к уничтожению моего имущества? Обещаю предупредить, если это что-то, что я планировал завещать тебе. Но Гарри только пожал плечами. Буянить уже расхотелось. Осталась только усталость. — Какой смысл? Нет, серьезно, во всем этом? Дракия спасла вас, но вы же все равно… — Она спасла не только меня, — живо возразил директор, поднялся с кресла и отошел в заднюю часть кабинет, завлекая мальчика за собой жестом руки. — Она спасла множество учеников, а также их родителей, которые, несомненно, были бы следующими. — И все же, — упирался Гарри, — это не очень похоже на то, что было в пророчестве. Разве Малфой не должна была сделать Волан-де-Морта слабее? — Она и сделала, — раздался голос Снейпа. — Северус! — воскликнул Дамблдор. — Идите к нам. Директор отвел их в закуток в задней части директорской башни, где был камин и три кресла. — Присаживайтесь, — любезно сказал он и достал две бутылки и два стакана. — Северус, мы с вами будем пить отличный огневиски. Гарри — тебе придется обойтись сливочным пивом. — Ничего, — быстро ответил парень, присаживаясь в кресло. Снейп плюхнулся напротив, недовольно изучая гриффиндорца. Дамблдор сел между ними, взмахнул палочкой — пробки вылетели из бутылок. Взмахнул еще раз — в камине заплясал огонь. Снейп разлил огневиски для себя и для директора, а Гарри взял бутылку пива. — Ну-с, за еще один день в этом сумасбродном мире! — жизнерадостно заявил Дамблдор и заговорщически подмигнул Гарри. Тот невольно улыбнулся и сделал глоток. Снейп хмыкнул, прежде чем пригубить виски. — Так что там с мальчиком, Северус? — Уизли уже навещают сына. Я отправил сову в Министерство, чтобы младшего Уизли зарегистрировали как пострадавшего — вы знаете, иначе они могут… — Да-да, понимаю, — быстро сказал Дамблдор. — Как вы оцениваете его шансы на выздоровление? — К сожалению, высоко, — заявил зельевар с мрачной миной, — я лично отдал мадам Помфри свои лучшие зелья и залечил наиболее глубокую рану, но дело не в этом. Уизли уже демонстрирует высокий уровень регенерации тканей при крайне высокой температуре. Люпин согласен со мной — скорее всего, мальчика ждет судьба оборотня. Гарри, напряженно слушающий разговор, прерывисто вздохнул и сжал подлокотники кресла. — Ладно. — Он постарался пока выбросить из головы эти мысли. — А что по поводу проро… — он замялся. — Профессор Снейп в курсе пророчества, Гарри. Да, что вы говорили, Северус? — Хватка Темного Лорда на магическом сообществе ослабла, — ничего не выражающим тоном сказал Снейп. — Уизли убил Фенрира Сивого. Кроме того, оборотни составляли значительную часть нападавших. Теперь, оставшись без вожака и понеся потери среди радикалов, они колеблются. Люпин уверен, что сможет переманить на нашу сторону множество новых союзников. — Надеюсь, я смогу убедить Скримджера, что нужно сделать шаги им навстречу, — нахмурился Дамблдор. — Полагаю, его репутация теперь зависит от моих дальнейших заявлений. Может, теперь мне удастся его убедить. — И это все? — нахмурился Гарри. — Малфой косвенно привела к смерти Сивого, и к нам переметнется часть оборотней? Снейп закатил глаза. — Нет, не все. Удав, которого вы наколдовали для защиты мисс Малфой, убил Корбана Яксли. — И что? — озадаченно спросил Гарри. — Яксли был одним из немногих по-настоящему сильных Пожирателей смерти, кто имел доступ в Министерство магии. Мне удалось узнать, чем занимался Яксли по поручению Темного Лорда. Он искал — и небезуспешно — способы наложить заклятие Империус на следующего в очереди на кресло министра магии: Пия Толстоватого. — Теперь он не сможет этого сделать, — констатировал Дамблдор, — интересно. Значит, Волан-де-Морт будет искать другой способ взять Министерство под свой контроль. Лицо Снейпа осунулось и помрачнело. Он отпил виски, прежде чем заговорил снова: — Не будет. — Что это значит, Северус? — Темный Лорд изменил планы, когда понял, что атака на Хогвартс не увенчается вашим убийством, — вздохнул Снейп. — Он держал их в тайне. Да, он решил попробовать убить двух зайцев одним выстрелом, когда мисс Малфой вернулась и предложила сделку, но особо он на ваше убийство уже не рассчитывал. Его новый план уже вступил в действие. Я не знаю, что произошло в точности, но… — Я видел кое-что, — сказал Гарри, прочистив горло. Он поставил бутылку на столик и сел прямее в кресле. — Видение. Волан-де-Морт напал на маггловский парламент… убил нескольких людей. И угрожал другим, что убьет их семьи. — Чего он хотел? — спросил Дамблдор. — Чтобы они рассказали маггловскому миру о существовании волшебников. Воцарилась тишина. — Я не могу понять Темного Лорда, — Снейп вдруг запустил крючковатые пальцы в сальные волосы. — Что выиграют чистокровные от того, что на всех магов начнут охоту? — Он хочет замарать нас всех, Северус, — мрачно сказал Дамблдор. — Не-волшебники вряд ли смогут отделить Пожирателей смерти от остальных волшебников. Паника и взаимное недоверие, которое подтолкнет волшебников и ведьм на сторону Волан-де-Морта, — вот его план. — Но пророчество… — Исполнилось, Гарри, — мягко сказал старый волшебник. — Дракия встала на защиту Хогвартса, и этим запустила череду событий, которая значительно ослабила влияние Волан-де-Морта в волшебном мире прямо сейчас. — Но вы сказали… — Прямо сейчас, Гарри. Заложников у Волан-де-Морта нет. Поэтому родители уже шлют письма в Министерство с требованием принять меры. Почти все Пожиратели смерти, которые участвовали в атаке, были задержаны аврорами и уже на пути в Азкабан. — Откуда Темный Лорд их быстро выдернет, — мрачно сказал Снейп. — Возможно, Северус. Но прямо сейчас у него очень мало сторонников. Атака на Хогвартс оставила очень мало голосов в поддержку его идей и приглушила голоса тех, кто выступает против магглорожденных. Ведь в атаке пострадать мог кто угодно. Оборотни колеблются. То, что вскрылась личина Яксли, почти наверняка приведет к полномасштабному расследованию и чистке Министерства — или я не знаю Скримджера. Но самое главное… Дамблдор встал со стаканом в здоровой руки и подошел к окну. — Я говорил с мистерами Пайком и Ноттом, — сказал он, полуобернув лицо к Гарри и Северусу. — Они, кажется, очень сожалеют о своем участии в нападении. — Вранье! — четко заявил Гарри. — Я в этом не уверен, Гарри, — покачал головой старый волшебник. — Они стали свидетелями убийства. Оно разрывает душу убийцы, и любой волшебник, который видит это, — чувствует это зло. Они впервые столкнулись лицом с тем, о чем рассуждали абстрактно, и, кажется, поняли, что не смогут этого сделать. Они сдались Рону Уизли, причем Теодор Нотт сделал это добровольно. Мистер Уизли подтвердил это. Гарри сделал здоровенный глоток сливочного пива. — И что? — брякнул он. — Вы думаете, есть надежда разорвать связь Темного Лорда с факультетом Слизерин, — не отрывая глаз от директора сказал Снейп. — Да, Северус, я так и думаю. Мисс Малфой показала, что можно пойти наперекор родителям, традициям, и даже лорду Волан-де-Морту, и даже вроде как выиграть. Гарри скептически перевел взгляд с директора на Снейпа. Слизерин — исправится? «Держи карман шире», как говаривал Рон. Черт, Рон… Гарри сделал еще глоток. — Волан-де-Морт все поставил на взаимную ненависть магглов и волшебников, — почти под нос пробормотал директор. — Как же это в его духе. Пророчество говорило, что действия Дракии дадут силам света время подготовиться, не так ли? — Да, — сказал Гарри. — Значит, этим и нужно будет заняться, — решительно заявил Дамблдор и обернулся. — Северус, останьтесь — обсудим наши дальнейшие шаги. Гарри, тебе я советую идти отсыпаться. Впереди пир — да-да, он все еще состоится — и дорога домой. Гарри встал и поставил бутылку пива на столик, но его все еще тревожила одна мысль. — Сэр, — нерешительно сказал он, — а как же ваше проклятие? Снейп отвел глаза и уставился в огонь. — Боюсь, тут уже ничего не поделать, мой мальчик, — грустно ответил Дамблдор. Он подошел к Гарри и обнял его здоровой рукой, прижавшись щекой к его волосам. — Помни: всем нам когда-то придется умирать, и мне повезло больше других: я умираю, прожив долгую, наполненную смыслом жизнь. Дамблдор отпустил его и взял его рукой за предплечье. — Чего желаю и тебе: наполни смыслом каждое мгновение своей жизни, — старый волшебник очень серьезно посмотрел в глаза Гарри и встряхнул его. — Ты никогда не знаешь, когда смерть настигнет тебя, а тучи сгущаются. Поэтому я желаю тебе самого лучшего седьмого года в Хогвартсе. Когда Дамблдор отпустил его, и у него, и у Гарри в глазах стояли слезы. Гарри поспешно смахнул их рукавом и направился к двери, думая только об одном: стоит ли ему пошутить, что Рон станет самым рыжим вервольфом на свете, когда он его увидит.