Фальшивые бездельники

По классу раздался скрип – двое сидевших впереди Се Юя и Хэ Чжао одноклассников стали потихоньку отодвигать свои стулья вперёд. Остановились они, лишь когда их грудные клетки настолько уперлись в парты, что стало тяжело дышать. По крайней мере, они сделали всё возможное, чтобы дистанцироваться от сидящих позади пугающих парней... — Да ладно тебе, я же слегка дотронулся, — сказал Хэ Чжао. — Нахер пойди. И не прикасайся больше ко мне. Хэ Чжао ничего не ответил, лишь протянул ему руку. Кинув на него взгляд, Се Юй вспомнил его недавние слова про заинтересованность. — Что, опытом хочешь обменяться? — Давай, можешь тоже прикоснуться ко мне. Се Юй: — ... Последний ученик закончил рассказывать о себе и вернулся на своё место. Сюй Ся кашлянула, намекая двум сидящим в конце класса соблюдать дисциплину. — На сегодня всё. Те, кто живут в общежитии, не забывайте придерживаться установленных школой режима и правил. Я не хочу тратить время после уроков на решение ваших проблем, если только это не касается учебы. Надеюсь на ваше понимание, — раздав расписание уроков и извещения от администрации, Сюй Ся добавила: — Лю Цуньхао, раз у тебя есть опыт, за старосту пока ты побудешь. — А, да... — сразу же поник плечами тот. — Так что у тебя там за история с чёрным лаком? — не прошло и двух минут, как Хэ Чжао снова начал докапываться. В голове Се Юя промелькнула мысль, как же сильно раздражает этот человек. Чёрный лак... Он и не предполагал, что эта история оставит такой яркий след на его жизни.

×××

Примерно полгода назад на улице Хэйшуй проводился танцевальный конкурс. Домовой комитет развесил везде баннеры с призывом записаться и принять участие – и это и правда помогло. Однако по оформлению сразу можно было понять, что целевой аудиторией конкурса была вовсе не молодежь – на баннере гласилось: «Вернитесь во времена своей молодости! Возвратите себе уверенность былой юности!». В то время Дамэй только получил одобрение американской визы и уже должен был уехать, поэтому пытался уговорить их поучаствовать в конкурсе. Чжоу Далэй совсем не умел танцевать, поэтому тут же отказался: — Да ни в жизнь, я ж там со стыда помру. Какого лешевого ты вообще собрался участвовать в этом?.. Хочешь с тётушками из домового комитета в танцах посоревноваться? Совсем уже того? — Дамэй, это даже не обсуждается, — так же отказался Се Юй. Ладно если бы там были только тётушки из домового комитета, так там же ещё и Сюй Яньмэй с мамой Далэя будут, заранее начавшие готовиться к конкурсу. Тетя Мэй даже потащила Се Юя с собой на площадь, чтобы он посмотрел на их очаровательный и сложный танец, в котором использовались блестящие зелёные веера. В молодости мама Далэя считалась самой красивой девушкой в округе, однако сейчас её вес составлял более сотни килограммов. Когда они закончили наконец свое выступление, Се Юй, стоя в самом центре площади со смешанными чувствами, выдавил из себя одно лишь: — ...Неплохо. Дамэй на этот раз подошел к делу со всей серьёзностью. Все думали, что его желание поучаствовать в конкурсе было лишь временным и не продлится и трёх минут, но, к их удивлению, продлилось оно целых три дня. Раньше такого никогда не было. — Дамэй, скажи мне причину, — умоляюще попросил Чжоу Далэй. — Хотя бы одну-единственную причину, ради которой я смог бы перетерпеть этот позор. — Гэ, я ведь скоро уезжаю, — протяжно вздохнул тот. — Неужели ты настолько жесток, что не исполнишь даже такое малюсенькое желание? — Да лучше б ты попросил звезду для тебя с неба сорвать, малявка ты такая. Дамэй: — ... Тогда он посмотрел умоляющими глазами на Се Юя, но тот, не желая продолжать эту тему, направился на выход: — Пойду домой ужинать. Но в итоге им всё же пришлось уступить этому маленькому негодяю. Как только стемнело, Дамэй позвал их двоих прогуляться. Втроём они уселись на корточки у бордюра, моментами вздрагивая из-за холодного ветра. Чжоу Далэй посильнее закутался в одежду и опустил голову, чтобы защитить свою прическу, но та всё равно растрепалась. — Дамэй, вот чего ты позвал нас посреди ночи? — Далэй считал, что иногда урок нужно преподавать даже лучшим друзьям. — На драку нарываешься? Дамэй присел перед ними на корточки спиной к ветру, всеми силами пытаясь совладать со своими эмоциями: — Если честно, мне уже давно нравится одна девушка, но я всё никак не решусь ей признаться. И как вы знаете, я ещё скоро и уезжаю... Отношения на расстоянии поддерживать очень тяжело, да я и даже думать об этом не желаю. Точно не в этой жизни. Я просто хочу, чтобы до моего отъезда она запомнила меня как крутого и привлекательного парня. Се Юй: — ... Чжоу Далэй как раз был в том возрасте, когда вся голова забита романтикой и любовью. А может, ему просто ее продуло – как никак, на часах три ночи. Шмыгнув, он на мгновение поколебался, прежде чем сказать: — Неужели есть только один способ показать, какой ты крутой и привлекательный? Других нет? В итоге им всё равно пришлось участвовать в конкурсе. Но когда они втроем встали в очереди для подачи заявки, атмосфера вокруг стала ужасно неловкой. — ...Муженёк, только посмотри на этих мальчишек. — Эти трое... — Мальчишки? Все трое мальчишек решили просто промолчать. У Дамэя было хорошо развито тонкое чувство стиля, и, наверное, если бы время позволяло, он бы ещё и сценический костюм себе создал. Но вместо этого он вытащил флакончик чёрного лака для ногтей, при виде которого Се Юй сразу же с упрёком спросил: — И это ты называешь крутым? — Это пиздецки круто, — ответил тот, нанося на ногти лак. — Поверь, Се-гэ. Я вчера весь вечер смотрел видео, и все крутые парни в них танцевали именно так. Благодаря стараниям Дамэя их сценические образы были не только олицетворением всего нестандартного, но и включали в себя множество странных деталей. И ради этого Се Юй прогулял уроки?.. На самом деле, они даже толком ничего и не репетировали. Се Юй танцевал очень неловко, Дамэй двигался легко и завораживающе, но слишком стеснялся, а вот Чжоу Далэй... Двигался он просто ужасно, но считал, что у него всё очень даже хорошо получается. В итоге на сцене они танцевали невпопад, постоянно сталкиваясь друг с другом. Один был недоволен тем, что ему мешали, а другой – что ему не давали проявить себя. Только на следующий день, сидя на уроке, Се Юй вспомнил, что не стер лак с ногтей. Но Чжоу Далэю повезло ещё меньше. В интернет-кафе проводилось небольшое официальное киберспортивное соревнование, транслирующееся в прямом эфире. В тот вечер десятки тысяч человек наблюдали, как одна его рука с окрашенными в черный лак ногтями держала мышь, а другие пять пальцев с точно такими же ногтями стучали по клавиатуре. Но всё это не имело значения, ведь Се Юя гораздо больше заботило то, что они так и не узнали, кем была та самая девушка. Чжоу Далэй закурил сигарету. — Если честно, у меня, кажется, есть одно смелое предположение. Может, Дамэй влюблён в одну из тех тётушек из домового комитета и просто боится, что мы его осудим?.. Бля, как же сложно. А если всё не так, то тогда я вообще ничего не понимаю. В зале ведь не было ни одной молодой девушки.

×××

Се Юй не стал сильно вдаваться в подробности, но Хэ Чжао, уловив суть, кивнул: — А... Так это было для сценического образа, — скрытые эмоции в его голосе были слишком очевидны. — Выглядишь разочарованным. — Ах, да, немного. Как только Сюй Ся объявила о завершении классного часа, все поспешно собрали свои вещи и направились к выходу. Несколько парней довольно продолжительное время стояли у двери их класса и посмеивались, и только сейчас приоткрыли окно и, опершись о край, позвали: — Чжао-гэ, гоу в баскет. В целом, Хэ Чжао довольно хорошо ладил с другими людьми. Благодаря своему характеру он завязывал знакомства даже со всякими плохими компаниями. Но, несмотря на свою репутацию главного хулигана, на первом году он близко сблизился с одними парнями, с которыми теперь часто ходил играть в баскетбол или в интернет-кафе. Одним из них и был Шэнь Цзе. Выходя из класса, Сюй Ся кинула на него холодный взгляд. Сначала он собирался сказать: «Погнали играть», но прежде чем слова слетели с губ, он понял, что делать этого не стоит: — Я не буду играть, посмотрю просто. А то желудок до сих пор побаливает. Пребывающий в хорошем настроении Хэ Чжао откинулся на спинку стула, махая им рукой: — Идите пока на площадку, скоро буду, — договорив, он нагнулся, достал из кармана брюк маску и уже собирался надеть её, как вдруг вспомнил о чём-то. Замерев на секунду, он вскользь спросил: — Не хочешь с нами? — Нет, — не проронив больше ни слова, Се Юй встал и направился к выходу из класса. Хэ Чжао лишь пожал плечами. Се Юй уже почти дошел до двери, как тот вдруг окликнул его: — Се Юй? Обернувшись и прислонившись к дверному проему, он равнодушно посмотрел на него – на лице так и читалось: «Говори уже быстрее» и «Как же ты раздражаешь». — Просто привыкаю к имени своего нового соседа, — Хэ Чжао уже успел надеть маску. — Позаботься обо мне, соседушка. Се Юй: — ...

×××

В шесть часов вечера Се Юю позвонила Гу Сюэлань. — Ты поужинал? Виделся с учителем и одноклассниками? И как тебе сосед по парте? На первом году у Се Юя тоже был сосед, но из-за того, что его репутация становилась всё хуже и хуже, учителя решили принять особые меры и рассадить их, оставив Се Юя сидеть одного. Бог знает откуда узнав, что в этом году он снова будет с кем-то сидеть, Гу Сюэлань тут же позвонила ему, чтобы спросить об этом. «Никак...» — подумал про себя Се Юй. Но, чтобы избежать неприятностей, сказал: — Хороший парень, веселый, жизнерадостный, спортом любит заниматься. Вот только с оценками не очень. И почему это говорит её сын, занимающий на каждом экзамене последние места?.. Она дала ему ещё несколько наставлений, суть которых сводилась к «не попадай в неприятности» и «хорошо учись», на что Се Юй почти никак не реагировал, отвечая лишь одно-единственное «м-м». — Ладно, не буду больше об этом, — сказала Гу Сюэлань. — Ты уже скоро взрослым станешь и должен сам об этом думать, мама больше не может тебя контролировать... И перестань быть таким импульсивным. — Хорошо-хорошо, ложись сегодня пораньше. Сам Се Юй никому не доставлял никаких проблем, но вот его «веселый и жизнерадостный, любящий заниматься спортом» сосед по парте натворил делов в первый же учебный день. У него шило, что ли, в одном месте... Сегодня во время игры в баскетбол он умудрился подраться с одним парнем, ежегодно входящим в тройку лучших по успеваемости в школе. Разъяренная Сюй Ся вышла из кабинета директора. Давно ее так не отчитывали. У неё спрашивали, как она вообще следит за своими учениками, раз такое произошло в первый же учебный день. Ничего в ответ она сказать не могла, поэтому единственное, что ей оставалось – это долго стоять на месте, склонив голову и выслушивая обвинения в свой адрес. Её лицо то зеленело, то краснело — то ли от злости, то ли от стыда. Вернувшись в учительскую, она громко хлопнула по столу учебным планом. Находящиеся там учителя аж подпрыгнули от неожиданности. Посмотрев на нее и увидев, насколько ужасным было выражение лица учителя Сюй, какое-то время никто даже не осмеливался спросить, что произошло. Как раз в этот момент в учительскую зашёл Лю Цуньхао, чтобы сдать подписанное родителями извещения. Сюй Ся была так зла, что даже не стала контролировать холодное выражение лица и ледяной голос: — Хэ Чжао ещё в классе? Позови его сюда. В глубине души это очень испугало Лю Цуньхао. Хоть все и говорили, что Се Юй из Западного корпуса был более пугающим и отстраненным, а Хэ Чжао из Восточного – более приземлённым и интересным человеком... Больше он всё равно боялся именно его. Ведь он собственными глазами видел, как Хэ Чжао дрался. Было это ещё на первом году. В середине урока у Лю Цуньхао внезапно скрутило живот, и он поднял руку, отпрашиваясь у учителя. Схватив бумажные салфетки и выбежав из класса, он добежал до туалета, но увидел на двери табличку «Закрыто на ремонт». Он уже собирался спуститься на нижний этаж, чтобы удовлетворить физиологические потребности, как услышал доносящиеся из туалета мольбы о пощаде: — Я был неправ... Пожалуйста, не бей, я был неправ... Замерев на мгновение, Лю Цуньхао шагнул вперед и осторожно заглянул внутрь. Зажав сигарету между двумя пальцами, Хэ Чжао возвышался над стоящим на полу на коленях парнем. Хотя одет он был, как подобает, в школьную форму, слово «приличие» не имело к нему никакого отношения. Прищурившись, Хэ Чжао выпустил изо рта облако дыма. Когда он не улыбался, всё его лицо отражало леденящий душу холод и состояние крайней подавленности. Этот человек и тот общительный, приветливый и вечно отпускающий шутки Хэ Чжао будто были двумя разными людьми. Он стряхнул с сигареты пепел, глаза словно заволокло туманом. Присев на корточки, он схватил парня за волосы, заставляя его поднять голову: — А ты, я смотрю, смелый?