Фальшивые бездельники

Около часа ночи Шэнь Цзе разбудил телефонный звонок. Он втянул вытекшую во сне слюну и, не разлепляя глаз, начал шарить рукой по кровати, а найдя телефон и подняв трубку, недовольно пробурчал: — ...Кто это? Ты время видел? — его раздражение можно было понять – у любого, кого разбудить посреди ночи, будет такая реакция. Но стоило Шэнь Цзе увидеть на экране «Чжао-гэ», как его будто подменили: — Чжао-гэ, чем могу помочь? — он принял сидячее положении, включая прикроватную лампу. — Хочешь раков с тринадцатью специями? Или, может, жареные баоцзы с мясной начинкой? Или просто поболтать? — ... Шэнь Цзе готов был сделать всё, что только его Чжао-гэ скажет, но тот лишь произнес: — У меня вопрос есть. — Спрашивай! Конечно спрашивай! — Как думаешь, Се Юй... Тот Се Юй, которого ты знаешь... — на мгновение Хэ Чжао заколебался, не зная, как спросить. Почесав затылок, он всё-таки задал свой вопрос, из-за которого Шэнь Цзе теперь всю ночь не уснет: — Думаешь, он позволит мне обнять его, пока мы будем спать вместе? — Что? — только и смог выдавить парень. В последнее время он редко захаживал к Хэ Чжао, поэтому вполне себе возможно, что мог пропустить что-то важное. Но какого вообще лешего события развиваются именно так? Может, он всё ещё спит? — Чжао-гэ, я не думаю, что Се Юй, которого знаю я, или Се Юй, которого знаешь ты... согласится на такое. Я даже представить боюсь, каким смертельным пыткам он за это тебя подвергнет. — Уверен? — Конечно! — через несколько секунд после этого «конечно» Хэ Чжао сразу же разочарованно повесил трубку. Но даже не видя его лица можно было понять, что это не простое разочарование, а разочарование, смешанное с другими самыми разными неописуемыми эмоциями.

×××

На следующий день Хэ Чжао не пришел к Се Юю и не пригласил его позавтракать вместе, как делал это обычно. Выйдя из своей комнаты, Се Юй бросил взгляд на закрытую дверь, за которой не слышалось ни звука. Поколебавшись мгновение, он всё-таки не стал стучать и просто направился в класс. — Нет, в нашей общаге реально что-то странное происходит, — только он переступил порог кабинета, как услышал, как Вань Да снова распространяет нелепые слухи. — Я же говорил, что слышал на втором этаже стук? Вчера ночью он вдруг прекратился. Разве не странно? Его слышали многие, так что это точно не было какой-то галлюцинацией. — Да хватит уже всех запугивать. Кто вообще в такое поверит? — как человек, не живущий в общежитии, в эти необоснованные слухи Лю Цуньхао не верил. Сюй Цинцин с ним согласилась: — Ну. Завязывай трындеть об этом. Сказал пару раз – и ладно, зачем по сто раз-то повторять? Да и вообще, почему тогда ничего такого нет в женской общаге? Если бы этот, как ты говоришь, призрак постучал ко мне, я бы просто открыла дверь и так херакнула бы его по голове, что он бы мать родную не вспомнил. Один из парней поднял руку: — Я... я тоже слышал стук. Только не на втором этаже, а на третьем.

×××

Через какое-то время в класс к ним забежал Шэнь Цзе и, сев на место Хэ Чжао, спросил: — А где Чжао-гэ? Не пришёл ещё, что-ли? Се Юй просто посмотрел на него, как бы говоря самому на это ответить. Невзирая на его холодный взгляд, Шэнь Цзе горел желанием задать вопрос – очень уж ему хотелось узнать, воплотил ли Хэ Чжао в реальность ту свою безумную и странную идею: — Как спалось? Кажется, о стуке на третьем этаже теперь знали уже многие, поэтому Се Юй предположил, что Шэнь Цзе пришел посплетничать: — Сам как думаешь? — Ну... Может... тебя... как-то... м-м... побеспокоили?

×××

Хэ Чжао пришёл в класс, только когда прошла половина утренних уроков. — Чжао-гэ, учитель Тан просил тебя ближе к обеду подойти к нему, — сообщил вернувшийся из учительской Лю Цуньхао. — У тебя такие синяки под глазами... Из-за позднего пробуждения Хэ Чжао опаздывал на урок, поэтому привести себя в порядок даже не потрудился – вид у него был убитый, одежда какая-то мятая, а из-под поло вылезала красная верёвочка, которую он, опустив голову, засунул внутрь. — Ладно. Утром, как к классному руководителю, к Тан Сэню пришел жаловаться касательно частых прогулов Хэ Чжао один из учителей-предметников. Тот извинился за сегодняшнее отсутствие парня, стараясь хоть немного успокоить мужчину: — Да, я обязательно поговорю с ним. Ещё до прихода Хэ Чжао Тан Сэнь заранее подготовил речь, собираясь как следует с ним побеседовать. — Хэ Чжао, присаживайся, пожалуйста, — сказал он, как только тот пришёл в учительскую. Парень слегка удивился, ведь ещё ни один из учителей никогда не предлагал ему присесть, да ещё и так вежливо. — Возможно, наш разговор займет довольно много времени. Полчаса спустя Хэ Чжао понял, что именно означало это «довольно много времени». — Знаю, у подростков совсем другие ценности, и это нормально, что вы не любите учиться, — остановившись, Тан Сэнь сделал глоток воды и снова продолжил: — Я прекрасно это понимаю. Но даже если тебе не нравится какой-то предмет, прогул – не самое лучшее решение. Настоящий мужчина должен обладать боевым духом и смело бросать вызов- — Когда мы уже закончим? — вдруг прервал его Хэ Чжао. Взглянув на подготовленный план своей речи, Тан Сэнь честно ответил: — Три части из пяти уже позади. Остались ещё две большие. — ... В итоге остановился он, лишь когда прозвенел звонок на урок. — Так, ну, тогда закончим на сегодня, — даже не дослушав его до конца, Хэ Чжао уже встал и направился на выход из учительской, но Тан Сэнь вдруг сказал: — У тебя такие темные круги под глазами... Парень остановился как раз, когда уже собирался открыть дверь и побыстрее отсюда уйти. Впервые он почувствовал, как неприятно, когда тебя вызывают к учителю. — У нас, подростков, богатая ночная жизнь. По возвращении в класс Хэ Чжао сразу же улёгся на парту и заснул. Пара пуговиц была не застегнута, открывая вид на его ключицы и небольшую часть груди. Случайно кинув туда взгляд, Се Юй подумал, что как-то это уж очень неприлично. В коридоре стояли несколько девушек и указывали в их сторону, смущённо перешёптываясь. Ещё с начала семестра они собирались после урока вместе и шли со стаканчиками в руках за горячей водой, а затем просто стояли в коридоре возле их кабинета и не пойми что делали. В классе уже даже начали делать ставки, на кого они каждый раз приходят поглазеть. Поставив тогда пятьдесят юаней, Вань Да подошёл к Хэ Чжао, чтобы тот напрямую спросил об этом у девушек, на что тот сказал: — Конечно же на меня, — и стоило ему только подойти к окну и прислониться к подоконнику, как девушки сразу же смущённо закрыли лица и убежали, не дав ему сказать и слова. — Я выиграл! — вскочил со своего места Вань Да. Хэ Чжао не понял его реакции: — Что выиграл-то? Они убежали, ничего не сказав... Как невежливо. Отойдя от радости, Вань Да вдруг понял, что что-то тут нет так: — Чжао-гэ, ты... твоя способность понимать девичьи сердца... — Эй, — раздался сбоку голос Се Юя. Хэ Чжао никак не отреагировал, продолжая дремать, поэтому он взял учебник по английскому, свернул его и ударил парня по голове. — ... — Хэ Чжао не поднялся, лишь приоткрыл один глаз. — М-м? — Нормально застегнись, — указал на свою грудь Се Юй, но тот ничего не понял: — Что? — Смотреть больно¹. ¹ – В оригинале 辣眼睛 [làyǎnjīng], в переносном смысле использующаяся, когда говорят о чём-то некрасивом, неприятном для глаз, на что невозможно смотреть — Знаю, у меня невероятная фигура. Но, гэ, только не ослепни, — сказал Хэ Чжао, застёгивая пуговицы. — Ты ночью вообще не спал? — Не зря мы с тобой столько соседи по парте. Ты ведь беспокоишься обо мне? — Да, — насмешливо произнес Се Юй. — Беспокоюсь, что ты какого-то стука испугался. — ... Честно говоря, испугался Хэ Чжао чуть ли не до смерти. Это правда, что он ничего не боялся, но вот призраки были исключением. На ночь вместо сказок братьев Гримм для выработки иммунитета мама читала ему страшилки. Однако у него не только не выработался этот самый иммунитет, но и появился огромный страх – настолько сильно на нем отпечаталась тень детства. Но сохранить лицо он всё ещё хотел: — Да о чем ты? Как я мог такого испугаться? — О чём болтаете? — к ним вдруг подошел Вань Да, спасая положение Хэ Чжао. Усевшись на свободный стул, он продолжил: — Мне ваша помощь нужна. Тут как тут нарисовался и Лю Цуньхао: — Можете показать свои шпаргалки? Следующим у них стоял английский, на котором они будут писать по памяти слова. К пополнению лексики за счёт написания подобных словарных диктантов их учитель был очень требователен. Если их работа не будет его удовлетворять, им придётся писать всё заново, так ещё и в учительской. Все уже успели сделать на своих партах какое-то подобие шпаргалок. Вань Да с Лю Цуньхао даже начали спорить, чьи были лучше: — Посмотри на мои, меня точно не спалят. А твои что? Это уже давно устарело... Свою шпаргалку Лю Цуньхао планировал прикрыть учебником и был этим способом вполне удовлетворен: — Да что ты понимаешь? Я уже давно пользуюсь этим методом, и меня ещё ни разу не спалили. Во время ссоры они случайно заметили, что из двух худших учеников один преспокойненько себе спал, а другой так же невозмутимо играл в телефон. — Может, они уже сделали шпаргалки? — Если честно, я не думаю, что писать на столе безопасно. Давай их спросим? У них уж точно побольше опыта будет. — Их навыки списывания, наверное, лучшие из лучших. — ... Под нетерпиливыми, полными надежд взглядами Вань Да и Лю Цуньхао Хэ Чжао посоветовал им стандартный способ: — Да чего так париться-то? Откройте учебник да спишите. Се Юй: — ... На какое-то время Вань Да даже оцепенел, а придя в себя, согласно кивнул: — Никакая шпаргалка не может быть лучше простого списывания. — Потрясающе, Чжао-гэ, — поднял вверх палец Лю Цуньхао. Но всё же, как оказалось, Хэ Чжао был не так хорош, как они думали. — А че, где? — Хэ Чжао открыл учебник, но так и не нашел слова для диктанта, даже после того, как прошёлся по всем страницам. — Почему половина учебника на английском, половина на китайском? Где вообще взять эти слова? Се Юй-то думал, что идеально играет роль худшего двоечника, а нет, как оказалось, есть кто-то и похлеще него.