Фальшивые бездельники

Как только Се Юй это сказал, в воздухе повисло молчание. Хэ Чжао долго ничего не говорил, поэтому он уже решил, что на этом тема исчерпана, однако тот вдруг подал голос: — Как по мне, я самый охеренный. Раскинув свои конечности, парни лежали плечом к плечу, из-за усталости совершенно не беспокоясь, как выглядят со стороны. Хэ Чжао ощущал, что температура его тела была даже выше температуры поверхности земли. У Се Юя не было сил подшучивать над ним, да и к тому же он был впечатлен его толстокожестью. Однако он хотел пнуть его и уже поднял для этого ногу, но промазал, потому что Хэ Чжао резко принял сидячее положение и вновь заговорил: — Ну серьезно, ты хоть раз встречал такого, как я? Этот мир бесконечно огромен, но именно тебе повезло встретить меня. — У тебя ещё есть силы говорить? — Да даже фея пера согласилась бы со мной. Вспомнив тот вечер, когда они вызывали фею пера, Се Юю вдруг захотелось рассмеяться. — Но есть и те, кто не согласился бы, — решил пошутить он и, указав на себя, сказал: — Я, твой дед¹. ¹ – 你大爷我 используется в шутливом или провокационном контексте; буквально переводится как «я твой дедушка/дед» и может выражать ироничное превосходство или вызов — Дед? — Да, внучок? — Маленький друг, ну вот что ты надо мной издеваешься? — внезапно став младше на целых два поколения, Хэ Чжао улыбнулся и схватил Се Юя за воротник, притворяясь недовольным. Однако он не контролировал силу, не ожидая, что тот будет просто лежать и позволять ему делать всё, что угодно. В итоге это привело к тому, что он случайно расстегнул его воротник. Кожа у Се Юя была очень светлой, однако из-за бега под палящим солнцем слегка раскраснелась. Краснота распространилась с лица и шеи вниз и захватила ключицы и грудь. Опустив взгляд ниже, Хэ Чжао увидел стройное и привлекательное тело – настолько красивое, что даже манило. — И кто над кем теперь издевается? — похлопал Се Юй его по руке. — Пусти. Хэ Чжао разжал пальцы и сел, какое-то время в лёгком оцепенении смотря в одну точку, а после снова лег и неловко произнес: — У тебя... хорошая фигура. — Спасибо, у тебя тоже неплохая, — спокойно ответил Се Юй. Спутанные мысли в голове Хэ Чжао прекратились, а сам он почти забыл, что его так беспокоило. Однако тело, от горла и до самой груди, горело, что затрудняло дыхание. Может, у него лихорадка? Не понимая, что с ним происходит, потерянный Хэ Чжао украдкой взглянул на свою промежность. — ... Се Юй и не подозревал, что в это время мысли Хэ Чжао унеслись куда-то далеко-далеко, и продолжал лежать, глядя на небо, через время даже прикрыв глаза. Вокруг было тихо. Лишь сбоку слышалось тихое дыхание Хэ Чжао и его почему-то все ещё учащенное сердцебиение. Мгновение спустя воздух разрезал его голос: — У тебя так сердце стучит. Так устал, что ли? Хэ Чжао вытер лицо и промямлил: — А, да... Из-за бега что-то и правда подустал. В это же время Ло Вэньцян, пробежав десять кругов, рухнул на землю неподалеку от них. Отдохнув какое-то время, он ушел за водой, купив ее и для этих двух сумасшедших. Добравшись до них, парень сел на корточки и передал каждому по бутылке. — Боже, вы серьезно пробежали пятнадцать кругов? — Спасибо, — поблагодарил Се Юй, принимая из чужих рук мокрую из-за конденсата бутылку. Хэ Чжао сел, взял воду и залпом осушил больше половины. — Раз сказали пятнадцать, значит надо пятнадцать. — Впечатляет, впечатляет, — похвалил их Ло Вэньцян. — Вот тогда на осенних спортивных соревнованиях вы и побежите забег на длинную дистанцию. — А? — не сразу среагировал Хэ Чжао из-за быстрой смены темы. Се Юя впервые пригласили участвовать в спортивных соревнованиях. Забег на длинную дистанцию его устраивал, однако Ло Вэньцян был больно уж слишком воодушевлен. Соревнования только через полмесяца, а он уже об этом думает. Но Ло Вэньцян покачал головой и сказал: — Ах, жизнь слишком быстротечна. Се Юй: — ... Хэ Чжао: — ... «Братан, не слишком ли серьезно ты настроен?», — промелькнуло в голове Хэ Чжао. Отдохнув ещё немного, парни встали и направились обратно в класс. Идя по коридору, они слышали из каждого класса смех и громкие голоса. — Так шумно. Проходя мимо класса 2-8, парни заметили, как Шэнь Цзе и несколько человек поют караоке. Хэ Чжао заткнул одно ухо пальцем, не желая слушать их, и сказал: — Почему у нас в классе шторы закрыты? И что за тишина? Обычно галдеж стоит, — и с этими словами толкнул заднюю дверь класса 2-3. Перед их глазами предстал включенный на большом экране фильм, просмотренный уже наполовину. Будучи старостой, Лю Цуньхао сидел у кафедры, чтобы в случае прихода учителя быстренько всё выключить. — Боже, напугали, — увидев вошедших, парень снова включил фильм. — Я думал, кто-то из учителей пришел. Давайте дальше смотреть. Если хотите сделать ставку, идите к Вань Да. Только деньги потом не возвращаются. Плотно задернутые шторы и выключенный свет создавали атмосферу мини-кинотеатра. — Что делаете? — недоуменно спросил Се Юй. — Гадаем, кто убийца, ставка пять юаней. Вы в деле? — Нет-нет, как-то это несправедливо по отношению к нам со стариной Се. Мы же не смотрели первую половину фильма, — сказал Хэ Чжао, а затем похвалил: — Но, должен признать, у тебя неплохо с коммерческим чутьём. Веселье ребят не продлилось и получаса, как в класс нагрянул завуч Цзян: — Отлично время проводите, я погляжу! Пока я проверял ваши работы, решили тут не знай что устроить?! Восьмой класс превратили кабинет в караоке-бар, вы – в кинотеатр! Вы хоть знаете, какие у вас баллы? Как только можете так спокойно веселиться?! Хэ Чжао наклонился поближе к Се Юю, шепча ему на ухо: — Мы в любом случае умрем. Почему бы тогда просто не умереть счастливыми? — А вы о чём там шепчетесь? Мало было пятнадцати кругов? — указал на последнюю парту завуч Цзян. Хэ Чжао уже собирался ответить «Ни о чём», как его прекрасный сосед по парте предал его, вслух повторив то, что он сказал. Весь класс сразу же залился смехом. — Раз так хочешь умереть, я прямо сейчас же исполню твое желание, — кипел от злости мужчина. — Быстро вышел из класса и встал в коридоре. — ... Привыкший к подобным приказам, Хэ Чжао преспокойненько направился на выход. Завучу Цзян, видимо, было недостаточно отругать только Хэ Чжао, поэтому, выставив его из класса, он продолжил свои нравоучения. Устав просто так стоять, Хэ Чжао сделал пару шагов назад и прислонился к косяку задней двери, чтобы поболтать с Се Юем: — Маленький друг, почему ты так со мной поступил? — Потому что раздражаешь. — ...Мы также нашли решение проблемы с опозданием учеников, живущих в общежитии. С завтрашнего дня все вы будете вставать вовремя. И в этом вам поможет кое-какая сила, — всё продолжал завуч Цзян.

×××

Сила, которая поможет проснуться... Сейчас они не чувствовали никакой силы – лишь желание убивать. Ранним утром следующего дня всё здание общежития наполнилось громкой музыкой – а именно мелодией патриотической песни «Служение Отечеству», а также последовавшими за ней словами: «Когда огненный дым поднимается, взгляд устремляется на север страны Флаг дракона свёртывается, скакун ржёт, меч блестит, словно иней Моё сердце безгранично, как речная вода в Хуанхэ За последние два десятилетия, кто осмелился бросить вызов власти?» В шесть утра ученики вскочили с постели, даже не надев тапочки, и открыли двери своих комнат, синхронно крикнув: — Блять! — Какого хера здесь происходит? Сейчас только шесть утра, мы можем спокойно поспать, нет?! — Кто, мать вашу, включил это?! Хэ Чжао натянул одеяло повыше, намереваясь всё это перетерпеть, однако головная боль, вызванная этой ревущей песней и громкими проклятиями за дверью, настолько была сильная, что он не выдержал и поднялся, выругавшись: — ...Какого черта? После ночного сна дали о себе знать последствия вчерашних пятнадцати кругов. Особенно это касалось ноющей, ещё не до конца зажившей лодыжки. Взъерошив волосы, Хэ Чжао встал с кровати и медленно побрёл к двери, а распахнув ее, сказал: — Так вот, что он имел в виду. «Служение Отечеству»... И правда сила, помогающая проснуться, — голос Хэ Чжао был негромким, но очень узнаваемым. Тон, как всегда, был повышен и смешан с непринуждённым поддразниванием. Один из парней увидел его и перестал жалобно кричать: — Доброе утро, Чжао-гэ. Хэ Чжао ничего не ответил, лишь помахал рукой, зевнув, и сонно направился к комнате напротив. Из-за постоянного стремления разделять вместе радость и горе, он постучал в дверь и крикнул: — Старина Се, вставай... Как ты можешь спать? Волосы Хэ Чжао были растрепаны, а одежда помята. Он несколько раз стучал в дверь, но ему так никто и не ответил. За это время даже песня уже перестала играть. Когда он уже собирался уйти и снова лечь спать, дверь, наконец, со скрипом открылась. — Может, блять, хватит уже? — вытащив беруши из ушей, Се Юй опёрся о дверной косяк. — Чего ты так долбишься? Не обращая внимания на то, что парень, кажется, не совсем рад его видеть, Хэ Чжао проскользнул мимо него в комнату. — Пойдем завтракать. Се Юй не закрыл дверь, продолжая стоять в проеме, смотря на него взглядом «свали отсюда». Хэ Чжао же старательно делал вид, что не замечает этого. Хоть звучащая до этого по всему общежитию песня и прекратилась, речь завуча Цзян только начиналась: — Раз, раз. Меня слышно? Ах, хорошо. Доброе утро, ученики! Все знают, что как утро начнёшь, так день и проведешь... — Блять, он ещё не закончил, что ли? — недоумевал Хэ Чжао. Се Юй закрыл глаза и помассировал виски. Видимо, уснуть ему больше точно не удастся, даже если захочет. Закрыв дверь, он направился в ванную. — Зуб даю, проверив мою работу, математик точно прослезился, — пока Се Юй чистил зубы, Хэ Чжао стоял в дверях ванной, прислонившись к косяку. — Вот увидишь, он обязательно меня похвалит. Я ещё никогда так хорошо не писал экзамен. Стопроц все ответы правильные... Закончив чистить зубы, Се Юй набрал в ладони воду и начал умывать лицо. Как только изо рта Хэ Чжао вырвалось «На этот раз я точно сдал», вытирающийся Се Юй не выдержал и бросил ему в лицо полотенце. Надоело его слушать. И так любое упоминание экзамена раздражало, так еще и этот говорит, что сдал. — Да че ты? — спросил Хэ Чжао, снимая полотенце с лица. — Не с той ноги встал? Се Юй опустил руку вниз и начал расстёгивать молнию брюк, что сразу говорило о том, что он собирается сделать. — Выйди и закрой с той стороны дверь. — Чего стесняться-то? Тут все свои, — несмотря на свои слова, Хэ Чжао отвернулся и направился к столу. Се Юй же, проигнорировав его, расстегнул ширинку до конца. Вчера во время экзамена по математике он спросил у Хэ Чжао, как он написал, чтобы знать, насколько мало баллов набрать самому. Однако задания были почти такими же, как и в домашке, так что ответы он больно-то и не изменял, чтобы не показаться слишком глупым. И когда Хэ Чжао сказал, что справился хорошо, Се Юй ему поверил. Как никак, уроки же он теперь почти не прогуливал. С того момента, как на него наорал учитель математики, на занятиях ему приходилось не очень – телефоном пользоваться было запрещено, поэтому приходилось всё время смотреть на доску. Неясно, понимал ли тот что-нибудь, но он постоянно говорил что-то типа: — А-а, вот значит как. Так легко, оказывается. Ты всё понял? Я вот да. Он... вообще ничего не понимал. Когда все уже сдавали свои работы, Се Юй прошёлся глазами по ответам Хэ Чжао и понял, что тот полностью его подвёл. Обойдя комнату пару раз, парень, наконец, сел на кровать. Сходив в туалет и вымыв унитаз, Се Юй помыл руки и вышел из ванной. Перед глазами предстал спящий на его кровати Хэ Чжао, хотя буквально пару минут назад он стучал в дверь и звал завтракать. Подол его рубашки был задран. Хоть он и выглядел высоким и худым, у него было всё, что нужно. Там, где талия переходила в нижнюю часть живота, виднелись четко очерченные мышцы, которые при дыхании становились ещё заметнее. Однако присущая юности неопытность смягчала их агрессивность. Половина лица Хэ Чжао было зарыто в одеяло. Се Юй покрутил запястьями, желая кому-нибудь разок-другой вмазать.

×××

Ежемесячные экзамены были окончены, и все, независимо от результатов, смогли, наконец, расслабиться и вернуться к своей обычной спокойной жизни. Приходящие в школу ученики болтали о своих кумирах и о популярном телесериале, который показывали вчера ночью. Дождавшийся звонка на урок Бешеная псина стоял у ворот в ожидании опоздавших. Эффективность учителей их школы в проверке работ была невероятно высока, – вчера они забрали их домой, а просидев над ними всю ночь, на следующий день принесли уже проверенными. На протяжении всей перемены Вань Да сидел у двери учительской на корточках и, прижавшись к ней ухом, пытался подслушать. А когда Тан Сэнь открыл дверь, чтобы вынести мусор, он внезапно встал, развернулся и направился в туалет. — Погоди, — поманил его мужчина, который, вообще-то, не был слепым. — Иди сюда, — когда Тан Сэнь только начал здесь работать, он слышал от других учителей, что этот ребёнок любит подслушивать – и сегодня сам стал свидетелем этого. Держа в руке мешок для мусора, он сделал несколько шагов вперёд и спросил: — Что именно ты успел услышать? Вань Да честно ответил: — Что наш класс на самом последнем месте. Первые и вторые места среди второгодок заняли наши ученики, однако это места с конца. У второго класса самый высокий средний балл. Так, ещё... кто-то там набрали высший балл по математике. А, Сюй Цинцин хорошо сдала английский... В следующем месяце учитель китайского выходит замуж. Из учительской Тан Сэнь только мельком увидел Вань Да, однако кто знал, что он успел подслушать так много. — У тебя довольно острый слух. Или, может, у тебя несколько ушей? Что ещё ты слышал? — Это всё. Поскольку урок должен был вот-вот начаться, Тан Сэнь не стал его отчитывать и просто сказал: — Раз у тебя так много свободного времени, лучше почитай книгу. А теперь иди в класс. А, скажи Хэ Чжао ближе к двенадцати зайти ко мне. Вань Да поспешно согласился и уже собрался уйти, как Тан Сэнь, немного помолчав, вдруг сказал: — ...Скажи это и Се Юю.

×××

Хэ Чжао и Се Юй сидели на своих местах и играли в самодельную из бумаги игру «Пять в ряд»², партию которой они закончили на прошлом уроке ничьей. ² – 五子棋 [wǔzǐqí] – «Пять в ряд», популярная китайская настольная игра. Играют в нее 2 человека, поочередно ставя на поле свои фишки. Нужно постараться выставить ряд из 5 фишек одного цвета по вертикали, горизонтали или диагонали Хэ Чжао был силён в логическом мышлении и умел растягивать игру – каждый раз, когда у Се Юя пять камней соединялись в одну линию, ему всегда удавалось вмешаться и нарушить эту комбинацию. Се Юй не понимал, было ли это случайностью, особенно учитывая интеллект Хэ Чжао. Вань Да вернулся сразу после звонка и с порога сообщил: — Чжао-гэ, Юй-гэ, старина Тан сказал ближе к двенадцати подойти к нему. Вы двое... Как можно из раза в раз получать последние места? Услышав это, Хэ Чжао понял, что Вань Да узнал об их оценках, и, отложив ручку, спросил: — Я? Насколько всё плохо? Уже догадавшийся о результате Се Юй даже не поднял головы. Как и ожидалось, Вань Да сказал: — Ты на самом последнем месте. По математике у тебя всего десять баллов. Хэ Чжао, казалось, был так погружён в свою мечту сдать экзамен, что, услышав «десять», даже слегка удивился: — Неужели я был всего в шаге от однозначных баллов? — Ага, впечатляюще. Настолько впечатляюще, что ты понизил средний балл нашего класса на два балла, — сказал Вань Да, но вдруг заметил, что Хэ Чжао выглядит каким-то подавленным. — Что такое, Чжао-гэ? — Не обращай на него внимания, он ещё не проснулся, — ответил вместо того Се Юй. — Всё ещё ждёт, когда математик похвалит его... Спи, в твоих снах может быть всё, что ты пожелаешь. В последнее время Вань Да чувствовал, что неплохо так общается с Се Юем, поэтому выпалил: — Юй-гэ, ты набрал двадцать баллов. Почти столько же, как Чжао-гэ, но ты недалеко от него ушёл. — ...Получить захотелось? — косо посмотрел на него Се Юй. Услышав это, Хэ Чжао разразился смехом, и чем больше он смеялся, тем громче звучал его голос.

×××

Быстренько пообедав, Тан Сэнь поспешил в учительскую, где принялся ждать учеников, занявших на экзамене два последних места. Он даже написал несколько сценариев предстоящей беседы, но в итоге решил просто импровизировать. — Учитель Тан, эти двое такие ещё с первого года, — другие учителя наблюдали, как Тан Сэнь внимательно просматривает работы Се Юя и Хэ Чжао. — Просто учите их, как обычно. Они всё равно не будут слушать, так что вы ничего не сможете сделать. Я это говорю не для того, чтобы вы отказались от них, но эти двое... С ними просто невозможно. Им уже ничто не поможет. Тан Сэнь продолжал просматривать экзаменационные работы Хэ Чжао и Се Юя, не опровергая слова учителя. Однако он вовсе не считал, что делает что-то бесполезное или трудное, поэтому сказал: — Для меня преподавать, как обычно, – это стараться изо всех сил. Разве я прилагаю недостаточно усилий? Десять минут спустя прибыли виновники разговора и, постучавшись, сообщили: — Мы здесь. — Заходите, — сказал Тан Сэнь, закрыв учебник. Нетрудно было догадаться, зачем их позвали – конечно же, чтобы раскритиковать за результат экзамена. На первом году их так же вызывали к себе учителя, однако разговоры с ними ничего не меняли, и всё оставалось, как прежде. Хэ Чжао выглядел расслабленным, вероятно, потому что часто сталкивался с подобным. — Присаживайтесь, — Тан Сэнь положил на стол их экзаменационные работы. — Скажите, что именно вызывает у вас трудности? Давайте вместе попробуем их решить. Другими словами, «почему у вас такие низкие баллы?». Се Юй не мог назвать настоящую причину. Он знал правильные ответы, но избегал их, поэтому, чтобы не шокировать учителя Тана, об этом лучше молчать. Хэ Чжао же спокойно ответил: — Всё трудно. — Хэ Чжао, я только недавно хвалил тебя перед учителем Таном за твою успеваемость, — только закончив есть, к ним подошёл учитель математики, держа в руке зубочистку. — Как ты умудрился написать на такие баллы? Хэ Чжао ничего не ответил, зато вместо него это сделал его сосед по парте: — Во время уроков он тоже думал, что всё понимает. На этот раз учитель математики не знал, что сказать. Покачав головой, он направился к своему месту, бормоча себе под нос: — Вы просто нечто.