Между нами нет ничего, кроме химии

      Комнату для тренировок наполняет тяжёлое дыхание. Глубокий вдох, мощный быстрый выдох и размеренный скрип педалей велотренажёра.       — Продолжай сохранять темп педалирования, — голос Джувона раздался из динамика внутри зала, пока он сам находился за стеклом в комнатке с замудрёным медицинским оборудованием и компьютером. — Твои показатели неплохо возросли, ты стал гораздо выносливее. Держи темп ещё пару минут, и тренировка будет окончена. Не забывай правильно дышать.       Бин молча следовал указаниям своего тренера и продолжал работать, смотря прямо перед собой. Становилось тяжело, на мышцы накатывала усталость, но оставалось совсем чуть-чуть. Всего лишь небольшое увеличение нагрузки и времени, неужели он не сможет с этим справиться? Сможет, конечно же. Но собственная усталость действовала на нервы, как и различные датчики, прикреплённые к его телу. Джувон в очередной раз отслеживает данные во время и после тренировок: выходную мощность и частоту пульса во время спринта. Он ведь только недавно корректировал планы тренировок для достижения оптимального результата… Что у него вообще на уме?       — Последняя минута, — оповестил шатен и нажал на одну из клавиш на клавиатуре. В зале что-то противно запиликало, и звук напоминал сбой аппарат жизнеобеспечения, только ускоренный в несколько раз. — Сейчас выложись на полную, я отслежу частоту твоего пульса и давление. Не отвлекайся на звук.       Хонг ускорился до своего предела, и раздражающее пиликанье почти сразу же ускорилось вслед за ним. Красноволосый подумал, что вот-вот взорвётся, как самая настоящая бомба. Секунды тянулись настолько медленно, что парню казалось, будто он физически ощущает скорость времени. Будто оно скользит по его телу вместе с каплями пота. В голове что-то стучало, взгляд немного плыл, а сердцебиение, по ощущениям, перегнало эти медленные тягучие секунды. Он уже и не помнит, сколько времени тут пашет, как проклятый. За окном уже темнело, а едкий свет люминесцентной лампы немного слепил, сильнее давя на мозг.       — Стоп, — наконец, сказал Рю, и Юбин остановился, продолжая тяжело и загнанно дышать. Тренер встал со своего стула и вышел в зал, взяв с собой полотенце. Подойдя к красноволосому, он протянул ему полотенце с довольной улыбкой. — Прекрасная работа. Наши тренировки идут тебе на пользу. Я сегодня немного рискнул и увеличил нагрузку чуть сильнее, чем следовало бы, но ты показал превосходный результат. Видимо, моё лекарство делает свою работу даже лучше, чем я предполагал. Продолжай его пить, и ты добьёшься таких результатов, о которых никто никогда и мечтать не сможет.       — Угу, — сухо, без особого энтузиазма ответил Бин, слезая с велотренажёра и вытирая пот со лба полотенцем. — Не слишком ли часто стали проходить мониторинги?       — У меня есть особая причина, по которой я сделал повторный мониторинг на этой неделе, — внезапно, тон Рю изменился, стал более серьёзным и холодным, хотя выражение его лица продолжало быть довольно милым и невинным. Почти слащавым.       — Неужели, — Хонг безучастно хмыкнул, накинув на полотенце на плечо и устремив хмурый взгляд на своего тренера.       — Я думал, что твой синдром Ваарденбурга будет помехой, но, на удивление, никаких особых проблем я не выявил, — пожал плечами парень, а затем посмотрел прямо в глаза Бину. — Однако твои показатели ещё очень ничтожны, чтобы сравниться с кем-то вроде Оуэна. Это же твоя цель, не так ли?       — Когда следующая тренировка? — проигнорировав вопрос старшего, сразу перешёл к делу велосипедист.       — Завтра будет лёгкая силовая, чтобы не дать твоим мышцам слишком сильного спуску, — тихо засмеявшись, ответил кареглазый. Напряжение в воздухе сразу же развеялось. — Но об этом уже поговорим завтра. Сейчас прими душ, и я дам тебе новую ампулу.       Хонг нахмурился, потому что раньше он давал «лекарство» до водных процедур. Это немного напрягло парня, но он отбросил странные мысли и направился в раздевалку с душевыми кабинками. Несколько минут под струями воды немного сняли напряжение в мышцах, и после душа красноволосый ощущал себя будто совершенно другим человеком. Вытирая влажные волосы полотенцем, парень вышел из кабинки и почти сразу же столкнулся с Джувоном. Нахмурившись, Юбин молчаливо посмотрел на тренера, одним взглядом задавая очевидный вопрос «что ты тут делаешь?».       — Держи, — выудив из кармана пиджака ампулу с ярко красной жидкостью, Рю протянул её младшему. — Пей.       — Угу, — Бин хотел было уже обойти его и направиться к раздевалке, но шатен его остановил.       — Нет, Юбин, пей сейчас, — тон тренера стал каким-то более суровым, несмотря на сладкую улыбку на губах. — При мне.       — Что за бред? — возмутился велосипедист в своей обычной манере. Конечно, эта ситуация ему не нравилась. Он не хотел пить ту дрянь, которую подсовывает ему хмырь вроде шатена. И не пил её. Никогда. Неужели Джувон догадался, что его «подопытная крыса» ничего не принимает?..       «Если я подумаю ещё лишнюю секунду, этот псих что-то заподозрит» — пронеслось в голове у разноглазого, и он взял ампулу из рук тренера. Взглянув на красную жидкость за стеклом, слегка нахмурился.       — Это что-то другое, — после быстрого анализа выдал Хонг, переводя взгляд на фармацевта. Он даже не старался скрыть свою подозрительность, всячески показывая Рю, что не собирается принимать сомнительные ампулы.       — Я добавил побольше нужных компонентов исходя из твоих последних показателей, ничего криминального, — с невинной улыбкой ответил шатен, тихо засмеявшись. — Не волнуйся, Юбин, не в моих приоритетах травить тебя. Я собираюсь сделать из тебя уничтожителя велотрассы, а не инвалида. Ты можешь доверять мне, мы в одной упряжке.       «И почему мне не хочется верить ему?..» — подумал красноволосый и перевёл взгляд обратно на ампулу, отломив стеклянный кончик. Он не был уверен, к чему это приведёт, но знал одно: в помощи Джувона он нуждается. Рю нужен ему и как тренер, и как финансовое подспорье, потому что именно он выкупил его из полиции, помог оплатить часть лечения для матери, дал ему квартиру, одежду, и сейчас тренирует его почти на профессиональном уровне.       — Что-то не так, Юбин? — с ноткой нетерпения спросил старший. — Ты ведь принимал все те ампулы, которые я тебе давал?       Сердце велосипедиста забилось чаще. Ему не хотелось терять свою последнюю надежду показать себя, получить чёртовы деньги и доказать, что он не простой урод из низших слоёв общества. Стиснув зубы, разноглазый быстрым движением вылил в горло содержимое. Джувон наблюдал за выражением лица велосипедиста пару секунд, а затем сразу же мило улыбнулся.       — Вот и славно, — чуть ли не пропел фармацевт. — Как себя ощущаешь? Это лекарство должно работать чуть интенсивней старой версии, может быть лёгкая головная боль, но она пройдёт после хорошего сна.       Хонг отвёл взгляд, стараясь сконцентрироваться на своих ощущениях. Вроде ничего необычного, хотя он и не знал толком, что именно должен ощущать.       — Ничего такого, — ответил Бин, обходя старшего и направляясь к своему шкафчику со сменными вещами.       — Тогда всё прекрасно, — довольно выдохнул шатен. — Переодевайся, и я отвезу тебя отдохнуть.       — Что? — обернувшись через плечо, спросил Хонг. — Куда?       — Выпьем, расслабимся, — продолжил парень. — Не беспокойся, твоё лекарство никак не реагирует на алкоголь. К тому же, я угощаю.       Открыв шкафчик с уличной одеждой, Юбин оглядел его в раздумьях.       — У меня сегодня дела, — сухо отверг предложение тренера он. — К тому же, завтра тренировка.       — Хорошо, хорошо, — засмеялся Рю. — Тогда я просто подброшу тебя до дома, идёт? Это, так сказать, компенсация за то, что я тебя сегодня перенапряг сверх установленной нормы. Я буду ждать тебя в машине.       Бин пожал плечами и натянул свою футболку, когда Джувон скрылся за дверями раздевалки. Полностью одевшись, красноволосый впихнул в сумку тренировочный костюм и, закинув её на плечо, направился к выходу из здания. Он всё ещё думал над тем, что будет происходить с его организмом, пытался выявить хоть какое-то странное изменение в его теле. Но больше казалось, что фармацевт подсунул ему плацебо. Мысли начали роиться в голове Хонга, когда улица встретила его приятной сумеречной прохладой. Машина Джувона явно выделялась на парковке среди других. Она сияла в свете фонарей и рекламных вывесок, выбивалась на парковке среди тёмного пространства, от неё так и веяло дороговизной. Юбин скривил недовольную физиономию, но уселся на пассажирское сидение рядом с шатеном.       — Точно не хочешь пропустить пару стаканов? — ещё раз убедился Рю, заводя машину.       — Точно, — без энтузиазма ответил Бин, уставившись в окно и подперев подбородок ладонью. Он не удостоил тренера даже взглядом.       Автомобиль тронулся с места. В салоне повисло тяжёлое молчание, перебиваемое лишь шумом двигателя. Шатен вёл машину не спеша, вальяжно откинувшись на спинку своего сидения и расслабленно одной рукой вертя руль. Дорога впереди ярко освещалась фарами, и Рю задумчиво смотрел вперёд, думая о своём.       — Тебя что-то тревожит, Юбин? — поинтересовался он спустя пару минут, искоса взглянув на младшего. — Ты можешь поделиться со мной всем. Ты же знаешь, я именно тот, кто может тебе помочь.       — Ничего, — ответил разноглазый, также хмуро глядя в окно на лениво пробегающие пейзажи. На самом деле, он прожигал взглядом отражение Джувона в стекле.       — Мне важно не только твоё физическое состояние, Юбин, — тихо и снисходительно засмеялся Рю. — Твоё ментальное здоровье может также сильно влиять на твою мотивацию.       — Я не хочу обсуждать свои проблемы с кем либо, — раздражённо выпалил Хонг, всё же бросив взгляд на собеседника. В его глазах читалась усталость с толикой ненависти ко всему живому и дышащему.       — Я всего лишь хочу тебе помочь, — с очередной слащавой улыбкой ответил на грубость Вон. — Тебе не мешало бы расслабиться.       Бин проигнорировал эти слова, чётко поняв, что переспорить его Джувон не сможет. Повисло очередное молчание. Красноволосый хмуро наблюдал за поворотами и думал о том, что с ним происходит. Куда катится его жизнь? Что он будет делать после того, как спасёт свою мать и докажет всем свою ценность? Что тогда? Правильный ли это был путь? Имеет ли это хоть какой-то смысл? У него не было прав выбирать, потому что путь единственный, но то, как он изменился… Уход из Колибри, вступление в Шаббат, тренировки с Рю, расставание с Юми… Всё это стало таким грузом, который тянет на дно, хотя кажется и ощущается верным путём.       — С Юми ты также обращаешься? — будто прочитав мысли Бина, спросил тренер, останавливаясь на светофоре.       — Какое тебе дело? — раздражённо выпалил он.       — Я её друг детства, один из самых близких людей, Юбин, — засмеялся Рю. — Конечно же, мне есть до неё дело. Я бы не хотел, чтобы её парень с ней плохо обращался. Она прекрасная девушка и…       — Я не её парень, — резко перебил фармацевта Хонг. — Мы расстались.       Шатен удивлённо взглянул на парня и застыл на пару мгновений.       — Серьёзно? Она мне ничего не говорила, — тихо высказался после секундного шока Рю. — А я только хотел спросить, что же именно по твоему мнению она в тебе нашла. Почему захотела с тобой встречаться? Парень из бедной семьи, да ещё и с редким заболеванием, внешности которого сторонились и сторонятся до сих пор. А характер-то, ух, не дай Бог. Неужели… из жалости?       Бин молчал, стиснув зубы. Слушать это совсем не хотелось. Конечно, он и сам задавался вопросом, чем так привлёк девушку вроде неё — красивую и уверенную в себе. Он не может ей дать ничего, абсолютно, и, к тому же, долгое время не замечал её и откровенно динамил. Но она всё равно продолжала стоять на своём.       — Не волнуйся, с моей помощью у тебя будет абсолютно всё, и ты станешь достойным парнем не только для Юми, но и для любой другой девчонки, какую только пожелаешь.       Резкая боль ударила в виски красноволосого сразу же после этих слов. Зрение немного поплыло, пространство начало странно искажаться, в животе появилось странное ощущение какой-то невесомости. Хонг схватился за голову и с силой стиснул зубы, чуть ли не до скрежета, пытаясь не подать виду, что что-то не так. Но это слабо получилось — Джувон сразу же повернулся к нему с лёгким беспокойством в глазах.       — Ты чего? — настороженный вопрос.       — Что за хуйня?.. — прохрипел Бин.       Фармацевт съехал с дороги и остановился, сразу же наклонившись к спортсмену.       — Посмотри на меня, — шатен старался поймать взгляд Бина, но он, очевидно, не мог сфокусироваться на чём-то одном. Его глаза в панике расширились, а зрачки хаотично бегали по салону автомобиля. Хонг старался проморгаться, прийти в себя, но ничего не выходило. Всё вокруг резко показалось каким-то незнакомым. Рю крепко схватил его за плечо и попытался встряхнуть. Это не особо помогло, взгляд велосипедиста с трудом уловил лицо фармацевта. И тот… улыбался?.. — Всё хорошо, Юбин, не беспокойся. Я позабочусь о тебе.       Слабые очертания ухмылки Рю стали расползаться и меркнуть. Красноволосый ощутил только то, как его лоб ударяется о стекло окна автомобиля.       

***

      Звон в ушах Бина постепенно нарастал, пока он не открыл глаза. Он совершенно не понимал, где находится. Вокруг был слабый мягкий тёплый свет, однако этого было недостаточно — в комнате по большей части царствовал интимный полумрак. Взгляд обессилено скользнул по коленям в спортивных штанах, ощущения постепенно начали усиливаться, и Хонг спустя пару секунд понял, что совершенно не может двигаться. Его тело будто свинцовое, он даже не может пошевелить ногами. Быстро подняв голову, он в панике огляделся. Взгляд почти сразу же поплыл после резких движений, но по обстановке было понятно, что это довольно богатые апартаменты. Это не его квартира.       — Какого?.. — хриплым и слабым голосом спросил парень, повернув голову вбок и смотря в панорамное окно. Он где-то в высотном многоквартирном доме, район по крышам небоскрёбов он узнаёт смутно. И уже ужасно поздно.       — О, ты проснулся, — голос Джувона послышался сзади, и Юбин снова резко развернулся. — Тише, тише, не верти так головой. Кружиться будет дольше.       Бин стиснул зубы, отвернулся и попытался подняться на ноги, но у него всё также не получалось ими пошевелить. Подняв взгляд исподлобья, он только заметил огромное зеркало. В отражении были прекрасно видны его сильные ноги, зафиксированные брендовыми дорогими широкими ремнями для мужских брюк и привязаные к ножкам стула. Он смог бы вырваться, если бы не общая мышечная усталость. Руки также были скованы за спиной, и спортсмен не чувствовал той неприятной боли в лопатках, пока не увидел свою позу в зеркале. Мозг красноволосого не принимал факт того, что руки в совершенно неестественном положении, но, судя по всему, препарат, который ему дал Рю, блокирует ощущения.       — Джувон?! — прорычал пленник, требуя объяснений. — Что за поило ты мне дал?! Какого хуя происходит?!       — Не кричи, Юбин, — с милой улыбкой сказал фармацевт, подойдя к парню и положив руки ему на плечи. В зеркале было видно, что шатен улыбается, а его руки съехали по плечам вниз, оглаживая крепкие мышцы рук. — Я просто хочу немного повеселиться.       — По-твоему, это весело?! — моментально вскипел Хонг, пытаясь стряхнуть с себя руки, которые теперь вызывали лишь чувство омерзения, даже учитывая то, что он и не чувствует толком прикосновений. — Где я?!       — Ты у меня в квартире, не волнуйся, — Рю оставил свои руки на почти что каменных плечах «подопытного». — Ничего страшного я с тобой не сделаю.       Он снова поднялся ладонями к плечам, а затем медленно наклонился к уху младшего, спустив руки по широкой груди. Бин видел в отражении, как шатен его буквально обнимает со спины, и злость мгновенно вспыхнула.       — Я просто хочу получить от тебя немного взамен, ведь я уже столько тебе дал, а отдача минимальная, Юбин, — прошептал на ухо Вон, а затем аккуратно подцепил языком мочку Бина и зажал её своими губами. По ногам Хонга быстро поползло омерзение, будто тысячи пауков щекотали длинными тонкими волосатыми лапками, а по спине прошёл неприятный холодок. Ощущение холодной влажной слюны резко контрастировало с горячим дыханием Джувона возле щеки, и разноглазый зажмурился и попытался отвернуться. Несколько долгих секунд помучив так своего «подопытного», Рю, наконец, отстранился, и на его губах появилась слабая ухмылка. — Что такое, Бинни?       — Отвратительно, — прошипел в ответ тот сквозь зубы.       — Действительно? — тихо засмеявшись, тренер провёл носом по шее младшего так, словно он не против, словно у него нет прав отказать, словно он его собственность, часть дорогой мебели. — И что же Юми в тебе нашла?..       После этого вопроса, Рю отстранился, выпрямился и положил руку на макушку Хонга. Без какого-либо предупреждения, он схватил парня за волосы и резко развернул к зеркалу, заставив устремить взгляд прямиком на своё отражение.       — Взгляни-ка на себя, — с ухмылкой сказал он, также посмотрев в отражение «бешеного пса». — Сейчас ты выглядишь жалко ровно настолько же, насколько и сексуально. Ты бы с лёгкостью мог вырваться из этих ремней, порвав их к чертям, но сейчас твои мышцы не в состоянии делать такие подвиги после тренировки и одного из компонентов твоего «лекарства». Какая жалость. Впрочем, я бы на твоём месте наслаждался положением. Сейчас на тебе денег больше, чем твоя мать заработала бы за всю свою жалкую жизнь на своей жалкой работе.       В глазах у красноволосого вспыхнула такая ненависть, что он буквально прожигал взглядом нахальную ухмылку Рю через отражение. От гнева у него начало пульсировать в висках, а из груди вырвалось почти животное гортанное рычание.       — Завали ебало, — прорычал, не сводя глаз с отвратительной физиономии своего тренера. — Если ты родился с серебряной ложкой во рту, это не даёт тебе права смотреть свысока на меня и мою семью, выблядок.       — Я знаю, как делать деньги, и только я могу тебе помочь выбраться из канавы, в которой ты родился, — последнее высказывание Хонга явно разозлило шатена, и он крепче схватил парня за волосы. — И тебе бы не помешало побольше молчать, твой язык сыграет с тобой когда-нибудь злую шутку…       Рю замолчал, глядя несколько секунд на губы красноволосого в отражении, а затем властным рывком заставил велосипедиста запрокинуть голову. Старший наклонился к нему и впился в шершавые губы. Он был готов к тому, что Юбин что-то выкинет в ответ, но действовал напористо. Разноглазый практически сразу же укусил нижнюю губу фармацевта, и мгновенно получил за это хлёсткую пощёчину. Это было достаточно отрезвляюще, чтобы ощущение тяжести собственного тела прошлось мощной волной, и Хонг начал чувствовать всё гораздо чётче. Боль в плечах и лопатках прорезалась сквозь пелену, а к ногам полностью вернулась чувствительность. Джу вытер пальцем кровь со своей нижней губы и с отвращением и пренебрежением посмотрел на пленника. Зрительный контакт продолжался долгих десять секунд, и оба чувствовали жаркий обжигающий прилив взаимной ненависти.       — Ты должен быть хотя бы немного благодарен мне за то, что я для тебя делаю, — прошипел Вон, снова наклонившись к лицу Хонга и вновь схватив за яркие красные волосы. — Вожусь с тобой больше, чем с обычными спортсменами, из-за того что ты просто урод с редким заболеванием, а ты ещё смеешь огрызаться… Не удивительно, что Хванён тебя называет псом. Бешеный пёс. Настоящий бешеный пёс. Надеюсь, я не подхвачу рабиес после этой твоей выходки.       Губы фармацевта расползлись в холодной улыбке, а в глазах плясали тени безумия.       — Бешенством ты заразишься вряд ли, — процедил Бин, глядя прямо в глаза тренеру. — Но сдохнешь в таких же муках, если не отпустишь меня сейчас же.       — Как страшно, — с самым наигранным испугом, на какой только способен, саркастично ответил Джу, чем разозлил собеседника ещё сильнее. Хонг буквально запыхтел от ярости, крепко стиснув зубы. Джувон прекрасно понимал, как ему сложно сейчас — Бин хочет разорвать его на куски, но не может физически. — Надо же, а ты и правда горяч. Я начинаю понимать, что Юми в тебе увидела. Она любит подобных тебе парней, ведь агрессию и пылкий нрав глупый девичий мозг приравнивает к страсти. А страсти ей как раз не хватает. Посмотрим, какой ты в состоянии возбуждения.       Шатен отпустил волосы младшего и ушёл куда-то за его спину, начиная копаться в своих шкафчиках. Разноглазый пытался разглядеть в зеркале, что он там делает, но ничего толком заметить не смог. Послышался странный «резиновый» звук, тихое бульканье, тихий странный щелчок.       — Ты думаешь, ты способен меня возбудить? — ответил Бин на пассаж Рю с едкой ухмылкой. Хотелось также надавить на него морально, если уж не может расправиться физически. — Не льсти себе. Я не интересуюсь парнями. Тем более, такими ублюдками, как ты.       — О, так я не в твоём вкусе? — продолжал парировать выпады Ю Джувон, наконец выйдя в комнату. Речь его была менее разборчива, так как он держал в зубах колпачок от шприца. — Какая жалость. Но твоё желание значения не имеет, Бинни. Твоё тело — всё, что меня интересует. И «общаться» я буду исключительно с ним.       Глаза велосипедиста расширились, когда он увидел инсулиновый шприц в руке фармацевта, и тот направлялся прямиком к нему, связанному и беспомощному. Сердце забилось чаще от подступающего страха неизвестности. «Какую ещё херню он собирается вколоть мне?» — подумал он.       — Не трогай меня, — предупреждение вышло довольно слабым, поскольку велосипедист понимал, что просто не сможет ему помешать, а дебаты никогда не были его сильной стороной.       — И как ты мне помешаешь? — остановившись прямо перед ним, спросил Рю и взглянул прямо в глаза пленнику с издевательской ухмылкой. Затем он несколько раз ударил ногтём среднего пальца по телу шприца, выплеснул немного содержимого, выпустив лишний воздух, и выплюнул колпачок в сторону, сам себе удовлетворительно кивнув. Красноволосый не знал, куда он будет колоть жидкость из шприца, но когда Джувон схватил пояс его спортивных штанов и рывком стянул их, к щекам Хонга прилил жар. Ему стало ужасно стыдно. Он ещё не ощущал себя настолько униженным. Хотелось начать вырываться, но ноги и руки не слушали приказы мозга, будто связь между ним и мышцами была оборвана. Юбин не мог ничего сделать, кроме как опустить голову и покорно наблюдать за тем, что делает его мучитель. А шатен в этот момент аккуратно провёл пальцами, облачёнными в ткань медицинских перчаток, по мягкой невозбуждённой плоти полового члена. Джувону было итак прекрасно понятно, что в данной ситуации его «подопытный» просто физически не сможет возбудиться естественным путём, поэтому, протерев спиртовой салфеткой область для инъекции, он аккуратно ввёл иглу в ствол члена Хонга. Сверху послышалось болезненное шипение сквозь зубы, но Рю начал вводить содержимое шприца внутрь, а после того, как выдавил всё, довольно умело вытащил шприц и сразу же приложил к месту укола спиртовую медицинскую салфетку. Несмотря на то, что он делал все эти вещи без согласия Ю, будто ему вообще было плевать на его мнение и состояние, фармацевт, всё же, действовал профессионально.       — Ублюдок, — единственное, что смог выдавить из себя красноволосый, перетерпев боль.       Это высказывание Джувон проигнорировал, продолжая держать салфетку на месте укола. Выражение его лица было довольно серьёзным, несмотря на то, как он пытался играть роль беззаботного ведущего в их «игре». Он терпеливо ждал, когда кровь остановится.       — Не волнуйся, Бинни, — он подал голос спустя пару минут, взглянув на место укола. Всё было нормально, без каких либо гематом, поэтому он отбросил шприц и салфетку на пол, снова выпрямившись в полный рост и отойдя в другую комнату. — Примерно через десять-пятнадцать минут препарат подействует, и мы с тобой хорошенько развлечёмся. Хотя, ты в хорошей физической форме, так что, может, подействует и раньше.       — Тварь, — продолжал оскорблять его разноглазый, не поднимая взгляда. Он крепко сжимал руки в кулаки, потому что ощущал, как реагирует его тело на препарат из шприца. Его член начал наливаться кровью, подниматься и твердеть. Несмотря на то, что он не хотел этого. Несмотря на то, что он пытался думать о чём-то мерзком, отвратительном. Лекарства действовали сильнее собственных мыслей.       Рю вернулся к нему, держа в руках ножницы. Он без каких либо вопросов просто разрезал футболку велосипедиста, оголив его торс. Юбин уже не мог возмущаться, он просто терпеливо ждал момента свободы, чтобы уничтожить Джувона собственноручно и без колебаний. Чем больше он на него давит, тем сильнее окажется конечное сопротивление. Фармацевт отбросил ножницы, стянул зубами перчатки с рук и отбросил туда же на пол, к другим медицинским отходам, сразу же коснувшись пальцами сосков своего пленника. Они были мягкими, но моментально среагировали на прикосновение и затвердели. Это вызвало почти маниакальную ухмылку на лице Джу.       — Хороший мальчик, — прошептал он, принявшись медленно играть с чувствительным соском указательным пальцем, пока Хонг до побеления костяшек сжимал кулаки и пытался высвободить хотя бы руки. — Просто взгляни на себя, Бинни.       Продолжив дразнить эрогенную зону, Рю насильно заставил посмотреть разноглазого в зеркало на своё отражение. Его член уже полностью встал, но в глазах не было ни блеска желания, только чистая ненависть.       — Твоё тело выглядит потрясающе, — продолжил свой монолог тренер, прекратив, наконец, мучить сосок спортсмена и переместив руку на его плечо. — Это плод наших совместных усилий. Наше детище.       Старший снова наклонился к уху Бина и продолжил говорить приглушённым тоном.       — Тебе просто необходимо работать со мной вместе, чтобы держать планку, — Вон шептал, внушал, как змей-искуситель. В его глазах также не было сексуального желания, не было похоти. Было удовлетворение, будто бы он успешно завершил прокачку своего персонажа в игре, будто бы добился максимального уровня. Он был доволен тем, что может трогать Хонга везде, как свою личную игрушку. — Тебе нужно угождать мне, чтобы ты смог жить достойной жизнью. Пойми, твоё существование зависит от более богатых и влиятельных людей. Тебе повезло, что именно я твой проводник по этому пути до «высшего класса». Никто другой не стал бы терпеть твой паршивый характер. Ты выиграл в лотерею.       Бин молчал, хотя его трясло от злости. Внутри него был готов вот-вот взорваться вулкан, но выйти эта лавовая агрессия не смогла бы никак. Джувон выпрямился и стянул свой пиджак светло-песочного цвета, отбросив его на дорогой диван неподалёку. Послышался тихий «звяк», и он быстрым движением вытащил ремень из своих брюк. Тренер накинул его на шею Ю, а затем затянул и застегнул. На шее сбоку у его «пленника» теперь красовалась латунная пряжка «Louis Vuitton». Старший натянул ремень, заставив Бина выгнуться назад, а его пальцы начали аккуратными движениями массировать головку искусственно возбуждённого члена.       — Ах, да, ты же ещё совсем невинный? — с усмешкой спросил Рю, взглянув на отражение парня в зеркале. — Ещё ведь школьник, но какой перспективный… Твой член до меня ещё никто не трогал, я прав?       Хонг продолжал молчать, и Джу воспринял это как согласие.       — Ну, это очевидно и без подтверждения, — ухмылка снова украсила лицо фармацевта. — У тебя красивый член. Могу с уверенностью сказать, ты настоящий жеребец, если возбудишься естественным образом.       Но Юбин не выдавал никакой реакции на высказывания парня, и улыбка с лица Рю быстро исчезла. Он сильнее натянул ремень, заставив Хонга держать голову прямо и наблюдать за тем, что делает его вторая рука. А вторая рука Джувона начала стимулировать член Ю. Движения рукой у старшего были уверенными, обхват чётким, а темп средним. Дыхание у красноволосого сбилось, но он поджимал губы, чтобы не издать ни звука. Член начал выделять немного смазки и влажно поблёскивать в отражении, и фармацевт тихо засмеялся на ухо школьнику.       — А каков фасад, ах, — Рю продолжал двигать рукой и распределять смазку по всему стволу. — Будет лучше, если ты расслабишься и просто сдашься. Твоё тело теперь физически требует разрядки, даже если ты этого не хочешь.       — Пошёл к чёрту, — с пылом ненависти выдохнул «бешеный пёс», сразу же с силой сомкнув губы.       Он старался держаться, но многие факторы разрушали стойкость всё успешнее и успешнее с каждой секундой. Его тело отвечало на касания мучителя, а действовал Рю довольно умело: невинный школьник не смог бы долго сопротивляться приятным ощущениям, пусть они даже и не желанны. Это было новым. Совершенно новым для Юбина. Шатен прекрасно знает, как трогать, как давить, как играть с его телом и ощущениями. Сразу заметно, что в медицинском институте он много времени потратил на изучение не только химии, но и человеческого организма. В частности, его реакции на раздражители.       

И Джувон раздражал.

      Тело Хонга дрожало, когда старший безостановочно на протяжении двух минут стимулировал его колом стоящий член. Но у него всё ещё были силы не давать никаких звуковых реакций. Ремень на шее давил, из-за чего задерживать дыхание для сдерживания стонов было сложнее. Рю ещё и натягивал его на себя, сильнее придушивая. Рука тренера перестала стимулировать весь ствол полового члена, уделив теперь максимальное внимание чувствительной раздразненной головке. Аккуратными поглаживаниями Вон обводил венчик, и, дойдя после нескольких кругов до уздечки, медленно, уверенно, но с какой-то странной трепетной нежностью, гладил уже её. Бину становилось всё сложнее держаться. Он начал кусать свои губы, чтобы прийти в себя. Джувон внимательно наблюдал за выражением его лица в зеркале, улавливая каждую эмоцию, каждую морщинку на лице младшего.       — Ты почти сломался, — прошептал Рю, сразу же принявшись игриво дразнить языком ухо пленника. — Можешь не сдерживаться, я знаю, как много нервных окончаний внутри твоего члена просто взрываются сейчас от приятных ощущений. Их стимуляция доставляет удовольствие даже в том случае, если ты не хочешь секса. Разве не забавно? Рассинхрон между желаниями тебя и твоего тела… Интересно, как быстро ты кончишь от моих рук.       Хонг жмурился, чтобы не видеть ни своё отражение, ни отражение ужасно довольного лица своего мучителя. Внутри будто всё резко опустело, будто все чувства растаяли, смешались с кровью, растворились в ней. На лбу и висках выступило несколько капель пота, которые красные волосы отчаянно пытались впитать, лишь бы не лишать организм драгоценной влаги. В глотке пересохло, Бину ужасно хотелось пить. Джувон покрывал поцелуями его ухо, затем перешёл на скулу и линию челюсти. Он прекрасно знал, что Ю омерзительно, но именно это и заводило. Из груди младшего постепенно вырывались слабые возбуждёные выдохи, которые он так отчаянно пытался сдержать, а твёрдый член податливо скользил внутрь кольца изящных пальцев. Велосипедист не знал, сколько ещё ему нужно терпеть эту пытку, но внезапно Джувон убрал руку с его члена и… Хонг ощутил странное разочарование. Его тело желало ещё подобных прикосновений, и красноволосый возненавидел себя за это. Его сердце бешено колотилось от ненависти и ярости, и он снова попытался вырвать руки из оков. Рю смотрел на эти жалкие попытки со снисходительной улыбкой, а затем положил ладонь на его макушку и медленно, издевательски, сжал яркие алые волосы.       — Какая жалость, да? — спросил фармацевт, шепча в искусанные губы. — Твоё тело желает меня, а твоё нутро — моего убийства. Но тебе нельзя мне вредить, ведь я твой последний шанс на достойную жизнь… Только я способен тебя понять, способен вклинить тебя туда, где тебе самое место. Я тот, кто тебя не бросит, потому что мы с тобой в одной упряжке, Бинни. Твой беспомощный и подавленный вид сейчас меня ужасно возбуждает. Я имею над тобой полную власть, ты должен исполнять любое моё желание, пока не поднимешься выше на социальной лестнице…       Юбин резко харкнул Джувону прямо в лицо.       — Пошёл нахуй, — грубо, кратко, в своём стиле ответил Хонг, выжигая взглядом на лице Рю «ублюдок».       Шатен сразу же разозлился и отвесил очередную пощёчину пленнику.       — Да как ты смеешь… — прошипел он, свысока смотря на младшего и всё также крепко держа его за волосы. — Ты нарвался, Юбин.       Тренер снова отпустил алые волосы и опять ушёл куда-то. Разноглазый уже не знал, что может быть хуже его положения сейчас. Его насильно лапают, морально издеваются, используют, как личную вещь, будто у него нет чувств. И сделать с этим что-то он не может. Он не сможет рассказать об этом, потому что это позор. Собственный тренер накачал его чем-то, а теперь играет с ним, как хочет. Кто ему поможет? Что он сможет получить от окружения, кроме злоебучего сочувствия? Джувон никого не будет слушать, потому что он эгоистичный ублюдок. Даже если попросит Юми. Этот парень просто улыбнётся ей в лицо, скажет, что больше такого не повторится, и сделает раза в два-три хуже. Не понятно, что может быть хуже, но нет никаких сомнений — Рю на это способен.       

Дерьмо.

      Послышался звук льющейся воды, и Бин понял, что его мучитель умывался после плевка. Очередная попытка высвободиться не увенчалась успехом, отчего Хонг устало и обречённо выдохнул. Хотелось дать волю слезам, но это ещё большее унижение, чем он уже перенёс.       Со спины послышались шаги. Джувон вернулся, по пути расстёгивая свою рубашку.       — Слушай внимательно, Бинни, — его голос звучал сурово, холодно и властно. Приказной тон всегда выводил красноволосого из себя, а с его положением вовсе сжигал последние оставшиеся нервные клетки. — Если ты сейчас будешь вести себя хорошо и слушать меня, я оплачу часть лечения твоей драгоценной мамаши, договорюсь с докторами о проведении необходимых процедур для поддержания её стабильного состояния и оплачу это. А если нет, то дам ей препарат, с которым её больная печень не справится. И она умрёт. Умрёт, Юбин. Ты меня услышал?       Сердцебиение Хонга на мгновение оборвалось. Он поднял взгляд на фармацевта, который стоял прямо перед ним. Сейчас младший был настолько потерян, настолько выбит из колеи, что просто не мог принять решение. Что должно страдать: собственная гордость или мама?       Повисло долгое молчание. В конце концов, преодолев себя, разноглазый ответил.       — Оплати только поддержание её стабильного состояния, пока я не заработаю денег на полноценную операцию, — прохрипел Бин, опустив голову и судорожно выдохнув. Он привык проигрывать, но никогда не умел мириться с поражением.       — Если ты будешь сейчас вести себя хорошо, я оплачу уход за твоей матерью… хм, скажем, на пару недель, — Вон улыбнулся, погладив Ю по щеке. — Не сдерживайся, не пытайся выровнять своё дыхание, просто сдайся. Сломайся, Бинни, ради мамы.       Красноволосый молчал, покорно склонив голову. Джувон снова обхватил пальцами его член, и Хонг промычал, сразу же поджав губы по привычке. Поняв, что не должен так делать, он расслабился. Рю, увидев это, начал двигать рукой. На этот раз Бин реагировал, — выдохи были шумные, в какой-то степени чувственные. Джу принялся массировать большим пальцем головку его члена и периодически мягко надавливать на чувствительную зону, вырывая ещё более чувственные стоны из груди младшего. Покорность шатену нравилась, и он опустился на колени перед своим пленником, продолжая его ласкать.       — Я хочу кое-что попробовать, но для этого мне будет необходимо хорошо смочить твой член, — снова подал голос фармацевт, и почти сражу же коснулся губами ствола полового органа. По телу Бина сразу же пробежалось отвращение, смешанное со странным удовольствием. Нервные окончания доставляли в мозг импульсы наслаждения, но сам мозг просто не мог воспринимать факт того, что ласку получает от другого парня. Тем временем Рю принялся ласкать ртом и языком головку. Очевидно, он был совсем не опытен в том, что делает, но и Ю также не имел какого либо опыта с подобного рода утехами. Старший отстранился, а его лицо было искажено омерзением. — Отвратительно на вкус.       Но, несмотря на свой вердикт, снова взял в рот, на этот раз глубже. Этим действием он вырвал из груди Хонга слабый хриплый стон. Тренер сразу же поднял взгляд на его лицо и отстранился с хитрой ухмылкой.       — Приятный звук, — сказав это, старший отстранился и выудил из кармана брюк телефон. Через пару секунд послышалось тихое пиликанье. Джувон включил диктофон. — Продолжай.       По спине «пленника» в очередной раз пробежали мурашки.       — Зачем ты это записываешь?.. — в полнейшем недоумении спросил красноволосый.       — Буду слушать одинокими ночами, вспоминать тебя и неистово дрочить, — ответили снизу и сразу же снова взяли в рот. До конца не было понятно, правдой ли было такое высказывание, или это сарказм. Но было понятно одно — он будет использовать это в своих целях. Он может начать шантажировать или ещё хуже, но молчать бину нельзя, иначе пострадает мама.       Ощущение влажного и горячего рта вокруг чувствительной плоти доставляли удовольствие, но глядя в отражение зеркала, Бин сразу же чувствовал омерзение. То, как чувственно двигалась голова Рю, когда он старался брать глубже, то, как он тихо стонал, пуская по члену еле ощутимую вибрацию… Это было отвратительно, но горячо.       — Ты омерзителен, — выпалил Бин в отчаянной попытке отыграться. Старший молчал, а Хонг наблюдал за тем, как его костюм обтягивает ноги, бёдра… Рю, не отвлекаясь от процесса, стянул с себя белую дорогую рубашку, оголив красивую спину, и его рука исчезла где-то спереди внизу. Нетрудно было догадаться, что сейчас его тренер стимулирует собственный член. Юбин сразу же отвёл взгляд от зеркала, чувствуя давящую противную неловкость.       Продолжалась эта пытка несколько минут, после которых Джувон с влажным причмокиванием отстранился и жадно втянул ртом воздух. Он поднялся на ноги и с едкой усмешкой посмотрел на связанного.       — Посмотри-ка на это, — фармацевт схватил себя за выпирающий бугорок в области паха, демонстрируя своё возбуждение. — Это из-за тебя.       — Что, если люди узнают, что тебя так возбуждают парни? — очередная попытка огрызнуться. — Жалкий пидор.       — О, люди меня поймут, увидев тебя, — схватив парня за волосы, Рю прижался пахом к щеке младшего, медленно потёршись о его лицо. — Ты либо выводишь из себя, либо заводишь. Равнодушным к тебе быть нельзя. Тем более, когда ты в таком виде… Хм…       Тренер снова вытащил из кармана телефон и включил камеру.       — Я хочу запечатлеть этот момент, — он навёл камеру на лицо Бина, перекошенное яростью и ненавистью, крепко держал его за затылок и всё также прижимался к его лицу своим возбуждённым членом в брюках. Сделав несколько фото, он убрал телефон и продолжил говорить. — Бинни, расстегни мне брюки.       — Что? — вопрос красноволосого звучал угрожающе, будто он был готов в любой момент откусить его достоинство, даже если похоронит своё.       — Зубами, Бинни. И без фокусов, — будто прочитав во взгляде намерения пленника, уточнил Вон. — Мы договорились.       В очередной раз приходится переступить через гордость. Тело трясло от злобы, но старший крепко держал его за волосы на затылке и не давал отвернуться. Сердце велосипедиста грозилось вот-вот взорваться от стыда и негодования, но, с трудом преодолев отвращение, он попытался подцепить зубами бегунок на замке ширинки брюк. Конечно, это с первого раза не получилось сделать, пришлось повозиться. Это бесило ещё сильнее. Будто всё, что происходит сегодня, пытается вывести Хонга из себя. Быстро расстегнув ртом ширинку, разноглазый попытался отвести взгляд.       — Хороший мальчик, — какая ублюдская похвала со стороны Рю. Он отошёл от парня, и тот судорожно выдохнул, будто до этого почти не дышал. Далее фармацевт сам снял свои брюки и, полностью оголившись перед младшим, снова подошёл почти вплотную. Шатен схватил велосипедиста за головку члена и принялся аккуратно насаживаться. Хонг сначала запаниковал, но быстро осознал, что выхода у него нет. Он с отвращением отвернул голову, не желая даже видеть, что творит с его телом тренер.       — Гх…больше, чем я думал, — через силу выдохнул Джувон, а затем резко насадился полностью и болезненно вскрикнул. Бин сдавленно прохрипел от тёплой тесноты внутри парня и сразу же закусил свою нижнюю губу до крови, чтобы прийти в себя. Разноглазый ощущал нижней частью живота, как его касается возбуждённый член старшего. То, как влажная головка едва дотрагивается кубиков крепкого пресса.       — Ты просто… — возмущению младшего не было предела. Сложно было бы передать словами, какой внутри него сейчас коктейль из ненависти, отвращения, подавленности. Собственное безвыходное положение ужасно угнетало.       — Ну же, скажи мне, какой я ублюдок, — прошептал Джу прямо в искусанные губы, затем по-собственнически закинул руки на плечи пленника и обнял за шею. Каждое его движение на нём доставляло дискомфорт и наслаждение одновременно. — Скажи это и поцелуй меня.       — Ты думаешь, что между нами будет что-то? — прорычал в ответ красноволосый, опалив горячим дыханием нахальную ухмылку.       — Между нами нет ничего, кроме химии, — едва касаясь губ, засмеялся старший.       — Отпусти, — очередная отчаянная попытка.       — Нет, ты теперь абсолютно мой, — наигранная невинность в тоне Рю выбешивала. — Твоё тело, твои силы, твоё нутро. Это всё принадлежит мне.       Он схватил за конец ремня на шее парня и натянул.       — Мой личный пёсик, моя личная игрушка, в которую я готов вкладываться, — продолжал Джувон. — Лишь бы ты дал достойный результат. Я готов заботиться о тебе, исследовать твоё тело, твой организм. Готов обеспечить тебя. Я уже дал тебе квартиру, дорогую одежду, чтобы ты был похож на человека рядом со мной и людьми, подобными мне. Я прошу у тебя не так уж и много. Всего лишь поцелуй меня. Покажи мне свою привязанность, свою покорность. Покажи мне, как ты хочешь спасти свою дорогую мамочку.       Долгое молчание с прожигающим взглядом, и Ю неуверенно касается своими губами чужих. Рю сразу же берёт инициативу на себя, прекрасно понимая, что младший совсем не имеет опыта в подобных делах. Однако тренера приятно удивило, что даже в этом случае Бин пытается научиться. Он действует более решительно почти сразу же, напористо пытается прощупать, где поцелуй должен быть приятным. Всё это время шатен не двигал бёдрами, согревая член парня внутри себя, расслабившись и позволяя Хонгу изучать. Их поцелуй немного затянулся, и фармацевту даже показалось, что красноволосый полностью отдался ему. Но нет. Открыв глаза после поцелуя, он встретился с таким же полным ненависти взглядом. От пленника веяло таким лютым холодом, несмотря на то, какой горячей казалась ситуация Джувону всё это время. И старший в этот момент понял, что Бин вот-вот предпримет очередную попытку, высвободиться. Шатен сразу же зацепился ногами за ножки стула, как только разноглазый попытался его скинуть с себя, резко двинув бёдрами. Этим действием он только толкнулся глубже, заставив Рю вскрикнуть, выгнуться и вцепиться одной рукой в крепкое плечо.       — Даже не пытайся, — тихо засмеялся он после того, как перевёл дыхание, медленно вернув голову в нормальное положение. — Ты сейчас себе же хуже делаешь, Бинни.       — Что может быть хуже моего положения? — горько усмехнулся Ю, взглянув прямо в глаза старшему. В его голосе слышалось такое отчаяние, такая усталость, которая никогда не может сравниться ни с отчаянием от поражения в главном заезде, ни с усталостью от ударов судьбы. — Ты просто издеваешься надо мной, Джувон.       — Тише, тише, — прошептал в ответ парень, снова коснувшись шершавых губ смазанным быстрым поцелуем. — Это для твоего же блага, ты ведь понимаешь это.       Это был не вопрос, Джувон утверждал. Внушал. Внушал ему эти мысли, будто они принадлежали самому Бину. Красноволосый смолчал. Он понимал, что это и правда его единственный выход, это для его будущего и для будущего его матери, но говорить об этом в слух просто невыносимо. Принять это можно только молча кивнув, проглотив обиду на собственную жизнь.       — Не двигайся, — прошептал Рю, и начал аккуратно елозить верхом на нём. Судя по выражению лица фармацевта, ему было и правда довольно приятно, в то время как от Хонга были слышны только хриплые сдавленные стоны.       — Слишком…       — Что? — с довольной ухмылкой спросил тренер, снова обняв парня за шею и прижавшись к нему всем телом. — Слишком тесно? Брось, я знаю, что твоему члену приятно.       — Я ненавижу тебя, — прохрипел Хонг, метнув взгляд на отражение в зеркале. Ему было прекрасно видно, спина Рю изгибается, как он медленно покачивает бёдрами, дразня член внутри своего тела, сжимая его ещё сильнее. Как шатен начал медленно подниматься и опускаться, довольно чувственно двигаясь.       Создалось впечатление, что вся его надменность испарилась ещё на моменте, когда он взял в рот. Сейчас Джувон казался больше нуждающимся, чем властным. Его движения были осторожными, но в то же время уверенными. Он не занимался таким до этого, но явно был заинтересован. Но самое страшное не это. Самое страшное то, что Юбин понимал, — его телу тоже приятно. Как бы он не старался блокировать ощущение удовольствия, его член неумолимо просил большего. С каждым движением старшего красноволосый судорожно выдыхал и сжимал руки в кулаки. Собственные стоны постепенно стали громче, мысли спутаннее. Рю также тихо стонал ему на ухо, и явно получал наслаждение от процесса, из-за чего хотелось заставить его чувствовать боль. Сделать хоть что-нибудь, чтобы Вон перестал ловить кайф от того, что буквально насилует его. У Хонга было удобное положение, чтобы укусить старшего в плечо. И он это сделал. Он вонзил зубы в светлую кожу и постарался как можно сильнее сомкнуть челюсть. Его целью было доставить максимальную боль, чтобы она отрезвила старшего. Чтобы он пришёл в себя. Но беда в другом — Рю Джувон, на данный момент, был абсолютно адекватным. Тренер сразу же зашипел от боли и впился ногтями в спину своего пленника, тут же ускорив темп движений бёдрами. Бин под ним сразу же громко и прерывисто замычал в такт заданному Джувоном темпу, поджав пальцы на ногах. Его тело задрожало, в паху приятно скрутило, и через пару секунд Ю излился прямо внутрь старшего. Ноги сразу же схватила приятная судорога, а Рю остановился и тихо засмеялся.       — Твой член всё ещё твёрдый… — задумчиво протянул тренер, сразу же снова начиная медленно двигаться, как в самом начале. — Возможно, я немного переборщил с дозой препарата, и эрекция продлится гораздо дольше. Воспользуюсь этим по полной программе.       После этих слов, Джувон снова принялся активно двигаться, уже для того, чтобы доставить максимальное удовольствие себе. Из-за того, что внутри теперь была склизкая сперма, двигаться стало гораздо проще. Трение уменьшилось, и Рю почти скользил вверх-вниз по стволу полового органа велосипедиста. Хонг же начал думать, что эта пытка не закончится никогда, что он теперь будет в вечном сексуальном рабстве у этого ублюдка. У него не осталось сил сопротивляться. Морально он был абсолютно раздавлен от собственной безысходности. Его тошнило от того, что он наблюдал в отражении зеркала: его семя скользило по стволу члена, вытекая из Рю, немного спермы скопилось вокруг колечка мышц старшего, и она влажно поблёскивала в мягком приглушённом тёплом свете. Семя и смазка смешались, растягиваясь тонкой белой паутинкой между бёдрами обоих парней. Вон немного менял положение, выгибался и искал позу, в которой было бы приятнее, и вскоре нашёл. Парень закусил свою нижнюю губу, запрокинул голову назад и продолжал чуть ли не скакать верхом на Бине. После нескольких грубых и резких движений, Джувон кончил, испачкав пресс Хонга, остановился и немного откинулся назад, опершись на его крепкие колени с довольным выдохом.       — Давно не было так хорошо, — удовлётворённо улыбнувшись, Рю ещё немного подвигал своими бёдрами, а затем поднялся и слез с измученного тела своего "пленника". — Даже будучи полнейшим бревном, ты достаточно хорош. Может, тебя стоит сдавать в реальное сексуальное рабство? Многие девчонки хотели бы также прокатиться на тебе, даже отвалив за это свою полугодовую зарплату, смекаешь?       — Пошёл к чёрту, — выпалил Хонг. — Ты доволен, уёбище? Теперь отпусти меня, блять.       — Отпущу чуть позже, — мило улыбнувшись, шатен на дрожащих ногах поковылял в сторону ванной комнаты. — Сначала приму ванну, затем выпишу чек и заявление на интенсивную терапию для твоей мамочки на завтра и послезавтра, а там уже и тебя освобожу. Чтобы ты не выкинул чего-то, что может мне навредить.       Реакцией Юбина были неистовые попытки высвободиться, ведь именно этого он хотел сейчас. Навредить, покалечить, убить к херам. Но ему нельзя, просто нельзя. Нельзя кусать руку, которая тебя кормит.       — Сукин сын! — истошно заорал Бин.       — Заткнись, — тон Рю быстро сменился на холодный и суровый. — Заткни пасть. Ты не в том положении, чтобы возмущаться.       Тяжёлое усталое сопение на этот раз были ответом со стороны красноволосого. Он просто молча сидел, опустив голову. Как только послышался звук закрывающейся двери и набора воды в ванну, плечи Хонга затряслись. По его щекам просто покатились слёзы. Осознание собственного положения упало на него таким тяжёлым грузом, что школьник просто не был способен сдержать эмоции. Крупные прозрачные капли копились на остром подбородке и падали на живот, смешиваясь с чужой спермой. Запястья болели от трения с ремнём, лодыжек Юбин уже не чувствовал. И ему некуда спрятаться, ему некуда бежать, некому признаться в том, что с ним случилось. Ему никто не сможет помочь, ведь единственный способный на это человек — его насильник. Это закончится лишь тогда, когда его мама сможет поправиться, а на это надежды всё меньше и меньше.       Бин не может даже вытереть свои слёзы. Ему хотелось в ванну, смыть с себя остатки этого грязного и отвратительного соития, но Джувон явно не торопился. Внутри ощущалось лишь полнейшее опустошение. Единственное, что было у Бина стабильным со школы, его гордость и чувство собственного достоинства, рассыпалось на миллиард осколков. Это больше не собрать. Это больше не починить. Он сломан окончательно.       Пустой взгляд блуждал по полу, мечась с пустого шприца на дорогие шмотки хозяина квартиры. Послышался щелчок шпингалета, и из ванной вышел Джувон в белом банном халате. Он сразу же направился в одну из комнат и пропал там на несколько минут. Вернувшись, фармацевт всунул в ладонь Хонга стопку помятых бумажек и что-то маленькое и стеклянное.       — Это за сегодня, — добавил он, развязав, наконец, руки своему пленнику. Взглянув на содержимое своей правой руки, Юбин был готов взорваться. Пальцы сжимали плотную стопку с купюрами, внутри которых была ампула с его обычным «лекарством». — Я немного подумал, и по поводу интенсивной терапии для твоей матери я договорюсь с утра, когда буду в больнице по делам. Это меня обезопасит. Сейчас прими ванну, её я уже подготовил, а я найду тебе новую футболку. Ты не будешь носить ту дрянь, в которой пришёл. Не позорь меня.       Крепко сжав в руке пару сотен тысяч вон, Юбин раздавил ампулу и отбросил всё в сторону. Быстро расправившись с остальными ремнями на своё теле, велосипедист направился в ванну и, громко хлопнув дверью, скрылся внутри. Он быстро спустил набранную воду и принял душ, потому что плавать во всех этих остатках не хотелось. Его почти тошнило, когда он вспоминал о произошедшем, но душ потихоньку помог смыть часть омерзения, застывшего тонкой плёнкой по всему его телу. Почти сразу же парень стал полностью ощущать свои конечности. Мозг включился окончательно, и теперь мысли были связаны с телом. Эрекция пропала.       Бин не помнил, сколько времени он провёл в душе, но выйдя из него, он увидел на спинке дивана обещанную футболку. Джувона в этой комнате пыток не было, поэтому он быстро собрался и покинул апартаменты. Не хотелось больше видеть ни этого ублюдка, ни эту квартиру, ничего. Хотелось спалить к чертям этот дом, этот район, да весь Сеул. Холодный ночной воздух не мог утихомирить бешенство внутри тела красноволосого. Ноги ужасно болели после тренировки и долгого пребывания в одном положении, но Хонгу ужасно хотелось бежать, будто это помогло бы ему. Лишь паршивее становилось от того, что завтра он снова увидит эту физиономию, завтра снова будет с ним контактировать. Ему придётся. Ему придётся снова и снова терпеть всё это, чтобы спасти себя, свою мать и своё существование.       

Лишь после этого он сможет сполна отомстить ублюдку.