Kinktober

Кристофер заметил его почти сразу. Стройный, почти хрупкий парень с высветленными волосами притягивал взгляд своей необъяснимой аурой и поразительной, почти неземной красотой. Он отличался от других посетителей не только внешностью, но и странной для многих привычкой: даже в самый жаркий летний день Феликс приходил в кофтах с длинными рукавами и удлиненных шортах, скрывающих тело от любопытных глаз. В этом была какая-то мучительная загадка, которую Кристофер не решался разгадывать вслух, но которая не давала ему покоя. Феликс не прибегал к услугам тренеров, выполняя свою собственную программу, но его техника не уступала самым заядлым «жителям» зала. Он приходил под вечер и оставался практически до закрытия, часто уходя самым последним. Кристофер не решался подойти к нему, ощущая себя нерешительным подростком, и лишь украдкой следил за его отражением в зеркалах, ловя каждый плавный жест. Тот вечер ничем не отличался от остальных. Проводив своего последнего подопечного, Кристофер отпустил Юци пораньше, оставшись наводить порядок в зале и заниматься уборкой в раздевалках и душевых. Закончив обход в женской раздевалке, он погасил свет и замер у приоткрытой двери, ведущей в мужскую. У шкафчиков, спиной ко входу, стоял Феликс в темных спортивных штанах. Он был без кофты, и Кристофер увидел то, что, как ему казалось, не было предназначено для чужих глаз. Его взгляд прилип к спине парня. Необычно яркая белая татуировка занимала почти всю правую сторону его стройного — теперь он был в этом уверен — тела. В плавных тонких линиях угадывался дракон, но не европейский, а восточный, мифический змей. Его длинное чешуйчатое тело извивалось по спине, уходя на плечо и руку, а хвост скрывался под резинкой штанов, видимо, заходя на бедро. Кристофер видел немало татуировок в своей жизни, но именно эта притягивала и гипнотизировала его. Он стоял, ослепленный красотой мифического животного и телом этого загадочного посетителя, чувствуя, как в висках нарастает глухой, смутный стук. Погруженный в свои мысли, Кристофер не заметил, как буквально впился взглядом в обнаженную кожу. Он не видел, как Феликс медленно натянул свою черную кофту и повернулся. И только когда голос, низкий, бархатный, но со стальными нотками, окатил его словно ледяной водой, Кристофер поднял взгляд. — Мне стоит рассказать Соён, что вы подсматриваете за посетителями? Кристофер вздрогнул и встретился взглядом с Феликсом. Тот стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на него выжидающе, с легкой усмешкой в уголках губ. Стыд жгучей волной прилил к щекам Кристофера. — Я… Простите, это… я просто проверял душевые, — он замялся, чувствуя себя полным идиотом. — Это недоразумение, честно. Пожалуйста, не рассказывайте Соён. Феликс улыбнулся. Не злобно, а скорее понимающе, будто видел его насквозь. Он плавно, почти бесшумно приблизился к Кристоферу и, поравнявшись с залитым краской парнем, аккуратно коснулся его плеча. — Эта техника называется какуси-боро, если тебе действительно так понравился рисунок. Больше не говоря ни слова, Феликс прошел мимо, и через пару секунд Кристофер услышал, как за ним закрылась дверь. Он медленно опустился на ближайшую скамейку и закрыл лицо руками. Перед глазами снова стояла картина: полуобнаженная спина, переливающиеся при свете ламп белые контуры дракона. Воображение услужливо дорисовывало картинку дальше, и ему пришлось с силой встряхнуть головой, чтобы прогнать наваждение. Взяв себя в руки, он закончил обход и, погасив свет, покинул зал. Но словно наваждение не давало Кристоферу покоя все последующие ночи. Белый дракон преследовал его во снах, извиваясь на теплой коже, заставляя просыпаться с сухим ртом и бешено стучащим сердцем, с невыносимым желанием, которого он не испытывал со времен юности. Борясь с желанием узнать об этой технике подробнее, Кристофер все таки сдался. Вбивая в поисковую строку название техники, он почти сразу пожалел о своем любопытстве. Какуси-боро — «скрытый рисунок» — это древняя японская техника, когда татуировка наносится особыми бесцветными чернилами, которые проявляются только при нагреве кожи или определенном освещении. Увидеть такое тату — редкая привилегия, знак огромного доверия или... случайность, вроде его собственной. Фантазия разбушевалась, словно у него вновь начался пубертат. Желание увидеть ее снова, уже наяву, боролось со здравым смыслом. Кристофер никогда не испытывал тяги к своему полу, но Феликс был словно выше этого. Он был той самой запретной загадкой, разгадывать которую было одновременно страшно и сладко. Снова и снова представляя светловолосого юношу, Кристофер не мог больше спокойно пересекаться с ним в зале, а потому, выведав его расписание, сменил свой график так, чтобы не видеться с объектом своих фантазий. Это помогло. Несколько недель тишины немного поумерили пыл Кристофера. Казалось, будто жизнь вновь вернулась в привычное русло. Он все еще мечтал о том драконе, но больше это не казалось навязчивой идеей. Но у жизни и судьбы бывают свои планы. В один из вечеров Кристофер был занят в зале, показывая пожилой паре основы работы на эллипсоиде. Он не сразу заметил легкую, знакомую фигуру в серой кофте с капюшоном. Но когда Юци поманила его к стойке, мир на мгновение ушел из-под ног. — Крис, тебя ждут, — сказала она, улыбаясь. — Для личной тренировки. Феликс записался к тебе. Кристофер медленно повернулся. Перед ним стоял он. Все тот же спокойный, с тем же загадочным блеском в глазах. — Я уже испугался, что ты уволился, — прозвучал тот самый голос, бархатный и проникающий прямо в душу. Уголки его губ дрогнули в подобии улыбки. — Менять зал проблематичней, чем график тренировок. Кристофер молча кивнул, чувствуя, как вновь предательски краснеет. Тренировка стала для него испытанием на прочность. План, который Феликс предоставил, был насыщен элементами, где тренеру необходимо было поправлять технику, касаясь клиента. Кристофер чувствовал под пальцами напряжение мышц через тонкую ткань кофты, ловил легкий аромат его кожи, пота и медового геля для душа. И что-то подсказывало ему, что Феликс выбрал этот комплекс далеко не случайно. Пара часов, на которые была рассчитана программа, казалась адом и раем одновременно. Кристофер не мог не ловить на себе довольный, изучающий его реакцию взгляд Феликса, когда его руки касались его спины или плеча. Ему словно доставляло удовольствие видеть смесь смущения и восхищения в глазах тренера. Провожая его к стойке после занятия, Кристофер старался не смотреть на него, ведь даже короткий взгляд вновь рисовал перед глазами белоснежного дракона, который сейчас, наверное, проступил на его коже, усыпанной веснушками, от напряжения и жара тела. — Юци, я бы хотел, чтобы Крис был моим постоянным личным тренером, — донесся до слуха Кристофера ровный голос Феликса. Он с широко распахнутыми глазами посмотрел на него. — Надеюсь, это не проблема? — Феликс перевел взгляд на Кристофера, и в его глазах заплясали чертики. Он не знал, что ответить, в миг в голове кончились все слова и даже звуки. В тот момент голос Юци, звонкий и жизнерадостный, прозвучал как приговор: «Да, конечно!». — Супер, — Феликс взял из ее рук бутылку с водой. Он отошел от стойки и, проходя мимо Кристофера, словно невзначай, кончиками пальцев коснулся его обнаженного предплечья. Кожа под этим прикосновением вспыхнула. — До встречи, Крис. И он ушел, оставив Кристофера стоять с бешено бьющимся сердцем и с одним лишь образом в голове — белый дракон, который только что мягко провел по нему когтем, заявляя свои права.