Сгораем.

Я никогда в своей жизни не думал о детях.  Не было и мысли о том, кому же я передам свои знания, накопления. В ком оставлю продолжение себя, в конце концов… И тогда, и сейчас мне кажется это бессмысленным — мои дети не мое продолжение. Пусть существуют отдельными единицами.  Я никогда в своей жизни вообще не мог себя представить рядом с детьми. Какой-то провал в социальной жизни: Помню ребенком себя. Помню диплом получал, рано еще было о детях думать. И потом странный разрыв в несколько десятилетий и вот я, уже для детей слишком старый. Не до них мне всю жизнь было.  У меня есть внуки. Я об этом предполагал, когда путешествовал по разным вселенным. Видел их лица, кажется, даже имена знал. Мог бы и запомнить.  И все равно, когда вернулся в родное измерение, для меня это стало шокирующим открытием. Я и подумать не мог, что меня настолько будут радовать мысли о внуках.  Мейбл и Диппер — самые настоящие и эталонные Паинсы. У нашей семьи действительно есть характерные особенности! Критерии, можно даже сказать. Эти двое им безукоризненно соответствуют: 1.Любовь к сладкому.  Важный пункт, поверьте.  2.Пористые каштановые волосы. Абсолютно серьезно. Это наша общая, наследственная проблема.   3.Пробивной характер.  О, это без комментариев.  4.Полная отдача в одержимости чем-то.  Не кем-то!  5.Хе-хе…. Дневники.  У Мейбл куча альбомов для самых разных целей. Диппер подтирает слюни, когда видит мои журналы. Наверняка, даже Стенли имеет где-то личную тетрадку с записями. Не знаком с родителями близняшек, но они, уверен, тоже.  Так волнительно было просто существовать с ними в одном доме, первые несколько дней. Мне даже из подвала выходить стало неловко. Конечно, я стабилизировал все это время ущерб после уничтожения портала, но, тем не менее, свободен был достаточно. Уж хотя бы на парочку часиков разговоров точно. Я боялся, поэтому не выходил.  Кто такие люди, как с ними общаться, а кто такие дети…. Всю свою жизнь я был социально неловким, ну, не хотелось мне, не было потребностей, а тут!  Они по очереди пытались со мной выйти на контакт. Независимо. Самыми изощренными способами.  Произошло это примерно, когда я вышел на второй с ними ужин и так же был молчалив, как и всегда. Все собрались в гостиной перед телевизором, только я один был за столом. Они переговаривались, смеялись, обсуждали, как прошёл день. На единственном кресле сидел Стенли, а уже подле него на подушках расположились дети. Диппер держал тарелку на коленях и переодически оглядывался на меня. Мейбл ела лёжа, (надеюсь, не с одной чашки со своей свинкой) но её любопытные глазки тоже прожигали меня насквозь.  Стенли угрозами умолял меня не давать им и повода мной заинтересоваться. Я опасный всезнайка, а проблемы уже и не пытаются от меня отлипнуть.  Видимо мой брат забыл, в кого эти неугомонные близнецы пошли характером. Было только вопросом времени, когда они сумеют застать меня врасплох.  Я соблюдал все инструкции Стенли, свои собственнные планы, но сразу же после ужина обнаружил в своей лаборатории Мейбл. Она, словно невзначай, стояла в уголке, оглядывала помещение. Крутила на пальце прядь волос.  Как она вообще добралась сюда быстрее меня? Еще пару минут назад они собирались сесть за десерт, а я как раз ушел, чтобы не смущать их своим присутствием.  — Ой! Ну, надо же и как это мы тут встретились…. — Я замер в ступоре, даже не представляя, как правильно ответить. Мейбл подмигивала.  — Дядя Форд…. Или дедушка? Как тебе, ой, или вам комфортнее? — Можешь звать меня, как хочешь, девочка. Я не обижусь. — Пробормотал я неуверенно.  — Тебе нельзя сюда спускаться. Уже слишком уставший и сонный тогда был, чтобы быть непреклонным и строгим.  Надеялся, что она просто уйдет. Без нравоучений и объяснений.  — Дядя Форд… — Она словно пробовала это словосочетание на вкус.  —…Я просто заметила, что ты не остался на десерт и подумала: что-то случилось! Когда я спустилась, правда, мне пришло в голову, что ты просто не любишь сладкое или же! Тебе не нравится сегодняшний десерт! Поэтому я здесь! Давай я сделаю тебе что-то сладкое, что ты любишь? Мы могли бы собраться как-нибудь. Ничего страшного, если ты не умеешь готовить. Я возьму это дело в свои руки!    — Извини, моя работа… На самом деле, это именно то, что сейчас по-настоящему важно. Она довольно опасная и вам с братом не стоит сюда спускаться. Понимаешь?  — Да, думаю, что понимаю. Но мы можем собраться наверху! Как на счет кухни?  Не знаю, что ответить.  Нет, знаю, конечно, но искренне не хочу.  — Прости, Мейбл. Когда-нибудь потом.  Почему всё умудряется быть таким неудачным?  Племянники приехали именно этим летом. Стенли открыл портал именно сейчас.  Их дядя именно я.  Они никогда не узнают, что я их так люблю, хоть мы и не знакомы. И мне так стыдно.  — Лето кончается, дядя Форд. Мы точно проведём вместе время, пока я и Диппер не уехали? — Она точно знает, что спрашивает. Она понимает всё.  Мне нечего сказать. Знаю, но искренне не хочу. Могу только мямлить. Ужасная каша в голове.   Я никогда не был поэтом, но откуда у меня все эти ощущения? Нелогичная интуиция. Громкие высказывания.  Грустно улыбаюсь. Не могу даже просто с ней согласиться. Ну, как мне её обманывать?  Мейбл кивает головой. Немного мнется не месте, но все-таки идет к лифту.  Черт возьми. Это неприятно.  — Подожди, я бы хотел попросить. Ты не могла бы подлатать мой свитер? У тебя это отлично выходит, как я могу видеть.  Такая глупость, но чувствую, что должен был это сделать.  Девочка просияла, подскочив ко мне в полной готовности.  Смотрю на нее и не могу разочаровать.  — Давай договоримся? Я не очень хороший дедушка. Вечно занятой дедушка. Может, ты могла бы мне помочь, а я бы подарил тебе любую свою вещицу, какая понравится? На память. Привезешь домой, будешь вспоминать, а следующим летом…— Что я несу..? — А следующим летом вы с братом приедете и мы очень хорошо проведем время вместе. Уговор?  Я подавил желание протянуть ладонь для рукопожатия. Дурацкая привычка. Опасная привычка. Надо избавляться.  — Конечно! Если хочешь, я могу сделать тебе еще один. Еще лучше! Захожу за стенку, снимаю свитер. На крючке висит водолазка. Столько тяжелых лет в ней провел. Не верится даже, что я не в параллельной вселенной. Все-таки в своей. Это мои внуки. Самые настоящие. Происходящее не иллюзия и не голограмма. Не позволю.  — Мне нечем будет расплатиться за такой подарок, Мейбл. — Пожимаю плечами. Стало легче дышать. Всегда легче, когда горло не сжимают сомнения и горечь.  — И не нужно! Я просто сделаю его и всё. На память, как ты говорил. Будешь вспоминать меня и Диппера.  Не хочу отказываться, поэтому просто молчу. Передаю в руки свой красный свитер и настаиваю: — А теперь точно нужно уйти из лаборатории. Стенли наверняка беспокоится за тебя.  — Доброй ночи, дядя Форд. Я закончу уже завтра!  Никогда не знал, что нужно делать, когда ребенок отходит ко сну. Даже не представлял.  Наши родители никогда не были особо нежными. Не знаю какого это.  И все-таки, смотря на этих любопытствующих двойняшек с горящими глазами, не могу не ловить себя на мысли, что должен что-то сделать. Как у людей сейчас это принято?  Мейбл уходит до того, как я решаюсь. Наверное, и правильно. Я был бы слишком неловким. Кажется, я уже говорил, что они по очереди пытались со мной выйти на контакт. Диппер появился на пороге моего лифта рано утром. На время сна я, все-таки, старался уходить из лаборатории. Спать у себя в старой спальне. Прививать новые привычки. Было некомфортно и странно, но моему организму нужно перестраиваться.  Рано утром я выхожу как раз от туда. Планирую быстро закончить одно дело, а потом уже идти в ванну. Специально встаю в такое время, чтобы никому не мешать. Подъем рано, отбой поздно — это только мой классический распорядок дня. По крайней мере, я так думал, пока не встретил Диппера.  Выглядел он сонным, но уже был одет. Ждал меня. Может боялся идти первый.  Так или иначе, когда он меня заметил, то заметно взбодрился.  — Доброе утро! — Мальчик неловко улыбался. Я улыбнулся тоже. Он так напоминает мне Стенли.  — Я думал, что ты в лаборатории…ха-ха.  — Тебе что-то нужно? — Для приличия интересуюсь. Знаю уже зачем он тут.  — Я просто подумал, может тебе нужна какая-то помощь? Я читал твои дневники… не один раз даже! Вот и подумал, что, возможно, мог бы хоть чем-то помочь… Не успеваю ответить.  —… Да, конечно! Ты уже говорил, что это слишком опасно и ты сам справляешься. Дядя Стэн тоже это говорит, но я все равно подумал? Может быть? Я буду очень осторожным, дядя Форд. Я вообще на всё согласен! Можно? Пожалуйста. У меня уже есть опыт в таких.. — Диппер.  Беру его за плечи. Смотрю в глаза.  Он опечален, вздыхает: — Да, конечно…. — Извини. Есть дела, в которые даже самым опытным опасно вмешиваться. Не хочу больше никогда и никем из вас рисковать. Не вешай нос, уговор?  Он опечален, но старается улыбнуться.  В этот момент краем глаза замечаю в проходе Мейбл. Смотрит так, будто я её предал.  Еще один момент, который я не понимаю в психологии детей. Очередной раз, когда дядюшка Форд не может сделать простейшее действие правильно.  — Я починила твой свитер. — Хмурится она, но тут же старается прийти в порядок.  — Свитер? — Удивлённо восклицает Диппер.  — Дядя Форд попросил меня немного подправить его. Там были зацепки в нескольких местах.  Он увёл взгляд от сестры на меня. Смотрит так, будто я его предал: — Понятно.  Это становится похоже на какую-то не смешную шутку.   — Дети, может быть, соберемся как-нибудь все вместе? Только вы, я и мой брат Стенли. — Он меня убьет, но я не мог иначе. Пора было брать ситуацию в свои руки.  — У меня выпали кое-какие дела и через пару деньков я могу освободить целый день. Ничего не делать вообще, представляете? Может быть, вы составите мне компанию?  Хочется трусливо сбежать.  — Правда?! — Восторженно откликается Мейбл.  — Ты хочешь взять нас в приключение? — Вторит ей Диппер.  — Эээ….может быть, посмотреть какой-то фильм? Или почитать? Поговорить?  Можно было отчётливо услышать, как оба разочарованно вздохнули.  Стало вновь неловко. Главное, только помнить, что я все делаю правильно.  Я не плохой. Просто, так надо.  — Конечно, дядя Форд. Мы можем… поиграть в «Карты на стол», а потом приготовить ужин? — Она смотрит на брата. Щурится и пожимает плечами.  — Да, конечно! А потом посмотреть фильм… Ты любишь научную фантастику, дядя Форд? — Диппер подмигивает сестре.  — Почему фантастику? Как на счет…. — О нет-нет, Мейбл. Я не готов снова пересматривать «Красавчики».  — Но ты должен! Мы обязаны показать дяде Форду всё, что он пропустил за эти годы! — Можно начать и с других культурных памятников… Он наверняка даже не знает о существовании социальных сетей и что фильмы теперь кто угодно может снимать!  Стою и смотрю. Глупый у меня вид, наверное.  Не смотря на спор из ничего, я как будто наслаждаюсь этим. Чувствую себя на месте что ли. Не смотря на то, что постоянно говорю и делаю что-то не так. Как будто все так и должно быть.  Я никогда в своей жизни не думал о детях. Всегда считал, что мне это не нужно. После ссоры со Стенли, множественных предательств и превозмоганий себя все мысли о семье, как отшибло. Не думал, что буду чувствовать себя настолько хорошо в обществе детей. Внуков.  Ну, откуда мне было знать, даже если при виде родственников в других вселенных ничего не щелкало?  Ни одной мысли не закрадывалось, что будет так приятно проводить эти рутинные вечера, один похожий на другой, в компании детей и брата. Что мне этого действительно хочется. Что я в этом нуждаюсь, кажется.  Я был занят все это время, но каждый раз возвращался в голове к обещанию. Выделить целый один день только для того, чтобы не притронуться к работе, оказалось сложнее, чем я ожидал. У меня, словно физически, не удавалось. Какая-то часть меня, неуверенная и сомневавшаяся, хотела дать заднюю. И плевать на обещание.  Не правильно. Не могу я так. Меня разрывает в две стороны, а я и понять не могу почему. Неужели у меня настолько всё плохо с людьми? — После хорошего семейного завтрака полагается поговорить! — Радостно сообщила Мейбл, буквально через секунду после того, как я опустил вилку.  — Дядя Стэн, дядя Форд. Расскажите что-нибудь о себе! Расскажите нам о своем детстве близнецов! — Нет. — Стенли прикрыл лицо газетой.  — У нас что, викторина здесь? — Поинтересовался я.  — Ну, пожалуйста! Мне и Дипперу очень интересно. Может вы чем-то отличались от нас, может вы что-то делали вместе? Семейные традиции какие-нибудь, забавные истории! Мы совсем ничего о вас не знаем… — Нет.  Даже и не сомневался, что мой брат откажется. Дело не только в его сварливом упертом характере, но и в ситуации. Честно говоря, мне и самому вспоминать не хочется.  Чем вообще такие старые бытовые истории могут заинтересовать нынешних детей? Для меня было бы скукой смертной слушать что-то такое. Приключения, риски, авантюры — вот то, что интересовало меня в их возрасте.  …Если так подумать, то и их тоже.  Мы просто со Стенли не даем этим интересоваться.  — Я думала, что смогу записать в новый выпуск «Советы Мейбл» интервью с двумя дядюшками-близнецами. Не получается, Диппер! — Еле слышно шепчет девочка, наклонившись к брату совсем близко. Это их тайный и сугубо личный диалог.  Не могу никак заставить себя перестать слушать. Психология детей, их модель поведения никогда меня не интересовали. Даже глупыми и недостойными внимания казались. Но сейчас, почему-то, мне любопытно. Странное чувство.  — Пусти вместо него мой репортаж о распространении грибных спор по хижине. — В ответ шепчет Диппер.  Меня аж в дрожь бросает от его слов. Столько всякой дряни насмотрелся в других измерениях. Ассоциации сразу же неприятные. И хотя споры, которые пришли из леса Гравити Фолз, вряд ли слишком опасные, я запоминаю. Надо будет принять хоть какие-то меры… — Он слишком выбивается из тематики! Какой совет я вообще могу дать зрителям? Не ешьте грибы? — Голос Мейбл становится громче.  — А какой смысл от интервью с близнецами? Тем более, что с дядей Стенли интервью уже выходило! Не сказал бы, что там есть какая-то мораль… — Этот выпуск был странный, знаю. Но дядя Форд! Это единственный день, когда мы можем провести время вместе.  — Погоди.  Замечаю, что они перестают переговариваться. Диппер буквально замирает на месте в раздумьях. Его сестра тоже погружается в мысли и вдруг начинает его трепать за плечо:  — Я знаю о чем ты!  — Да-да, точно. И как я сразу… — Не догадался? Я тоже!  — Как мы не догадались раньше? — Дядя Форд? Ты не мог бы дать небольшое интервью для моего блога? — Близнецы наконец-то договариваются и ко мне поворачивается Мейбл. Я был готов к тому, что они перестанут шептаться, но вопрос застал меня врасплох.  — Блог? — Кашляю. Делаю глоток сока.  — Это такая страничка в интернете, где ты выкладываешь свои фотографии и видео. В твои времена такого еще не было, да?  — Не было. — Не совсем понимаю о чем она, но пока предпочитаю не переспрашивать.  — Значит, у тебя есть "блог"? А у твоего брата тоже есть "блог"? — У нас теперь общий! Раньше он вел отдельное шоу с разными аномалиями, надеясь выяснить, кто автор дневников.  — Но в этом теперь нет смысла и я его закрыл. — Поспешил объясниться Диппер.  — Так вот! Ты можешь дать нам интервью? Пожалуйста! У нас в студии есть шоколадки и мягкие подушки. А Ваддлс устроится у тебя под боком и будет мило сопеть! Соглашайся, ну, пожалуйста. Пожалуйста, дядя Форд!  Оба ребенка выглядели ужасно нуждающимися. Как будто, если я не соглашусь, наступит конец света.  Если кто-то знает секрет, как противиться и сражаться с таким воздействием на сознание, пожалуйста, подскажите и мне.  Стенли на мгновение убрал газету от лица. Хмурился и внимательно смотрел на меня. Что-то пробурчал. Продолжил читать.  — Думаю, что я могу. — Дёрнул плечами, стараясь не смотреть на брата. Он ситуацией явно недоволен.  — Это будет недолго, верно? Потом, я думаю, вам нужно будет помочь в…магазинчике.  Мне все еще тяжело сдерживать свое презрение к «лавке чудес». Стараюсь в силу своих возможностей.  — Умник прав. Сегодня аншлаг. — Отозвался Стенли. Я буквально смог почувствовать, как напряжение между нами ослабевает. Надо же…. Иногда достаточно сказать несколько совсем простых слов.  — А как же еда? Если мы будем весь день работать в хижине, то мы не успеем приготовить семейный ужин! — Воскликнула Мейбл. Кажется, её это правда волнует. Ну, либо у неё грандиозные планы на обычный прием пищи. Как я начал понимать, это вполне в её характере.  — Тыковка, туристы ждать не будут. — Прагматично пожал плечами мой брат.  — Вы обещали мне помочь.  — Может быть они разделятся? — Все глаза устремились ко мне.  Сразу понял, что решение ждут именно от меня. Это очевидно и это то, чего я не очень хотел.   Что ж, наверняка даже какие-то семейные обстоятельства и выборы могут поддаваться логике. Я никогда в своей жизни не думал о детях, поэтому пользуюсь теми методами, которые мне понятны. Простая честность и закономерность.  — Диппер мог бы помочь тебе в магазине, а я и Мейбл приготовим ужин. — Потому что Диппер всегда помогает мне, когда я прошу, а вот с племянницей я не оставался один на один. Не оставался один на один… — Отлично. Мейбл, детка, не подпускай его к плите. Особенно с инструментами.  Я ведь правда никогда не оставался один на один с ней! Как себя ведут дети? — Я не знаю. Как себя ведут абсолютно нормальные и не закрытые дети, как Мейбл? — Я абсолютно не знаю!  Посмотрел на неё — она сияла от восторга. Диппер несколько сник, но если я правильно его понимаю, то он это показывать не хочет.   Разряжаю обстановку: — Видимо теперь время интервью? Никогда в своей жизни не давал интервью. Ни у кого даже желания не появлялось задавать мне вопросы, хотя в молодости я грезил тем, что однажды дам обширные комментарии не только о своей работе, но и просто о себе. Не помню, что я хотел упомянуть из своей биографии, но сейчас понимаю, что интересного там мало. Даже больше того, что я ни в коем случае не захотел бы рассказывать. Моя жизнь вся наполнена моментами, которые вспоминать неловко.  Теперь, когда выдался такой шанс, я даже и не знаю, что думать, как реагировать.  Мне это уже не нужно. Мне вообще теперь мало что нужно.  — Вы будете выкладывать этот "блог" в…  — Интернет, дядя Форд. И выкладывать мы будем видео в наш блог, который в интернете. Диппер! Свет готов?  Племянник последние пять минут возился со стойкой, стараясь закрепить несколько фонариков, чтобы они светили в одно место. Я сидел на подушках на чердаке. Это место не должно было использоваться, как спальня, но, видимо, Стенли рассудил иначе. Тут было даже уютно. Думаю, что не последнюю роль в этом сыграли сами двойняшки. Вот здесь исследования Диппера на целую стену, а вон там коллекция плюшевых зверушек его сестрички. И еще куча деталей, каких-то неизвестных мне вещей, новые игрушки. Прелесть.  Ничего такого в моем детстве не было.  — Отлично! Сейчас мы включим камеру. Она прямо перед тобой! Смотреть нужно туда. — Мейбл указала рукой. Ко мне под бок подлез её поросенок.  — Угощайся шоколадом, но вообще-то, будет лучше, если ты сначала ответишь на вопросы. Хорошо? — Понял.  Я взял из протянутой вазочки конфету. По просьбе есть не стал — положил в карман. Были последние приготовления.  — Диппер, включай камеру!  — А заставка?  — Я попрошу Зуса добавить её на монтаже.  — Хорошо! Так. Мы начинаем через три…два…один!  Много от куда и от кого я слышал, что журналисты очень ушлые люди. В меру хитрые, в меру надоедливые. Разумеется, это было не совсем настоящее интервью, но мне действительно показалось, что Мейбл поменялась, когда началась запись.  — Это были советы Мейбл о том, как починить свитер, который 30 лет не видел хорошей стирки!  Помните главное: если зацепка очень большая, то действовать надо немедленно! Если зацепка маленькая, то необходимо крючком поддеть петлю изнутри и затянуть обратно. Когда под рукой в межгалактическом путешествии нет крючка для вязания, можно использовать обыкновенную невидимку!  А сейчас, мы дадим вам несколько советов о межгалактических путешествиях! Сегодня мы берём интервью у моего дядюшки Стенфорда Паинса. Не путайте с предыдущим интервью — там был мой дядюшка Стенли Паинс.  Здравствуйте, дядя Форд! Что вы можете сказать о своем настроении? Какого вернуться обратно на Землю?  Все время я сидел с глуповатой улыбкой. Это ведь, правда, такая глупость. Такая забавная бытовая ситуация. Никогда бы не подумал, что однажды еще раз почувствую себя, как в детстве. — Это будет эээ…"в интернете", Мейбл?  — Конечно, дядя Форд!  — Тогда, у меня всё хорошо. Наша Земля самое лучшее место для существования.  — Рада слышать! Нашим зрителям очень интересно узнать вас поближе. Итак:  Что вы можете сказать о своей семье после долгожданного воссоединения? — Семья — это главное.  — Какой короткий, но приятный ответ! Вы были так долго заняты в путешествиях, поэтому нам любопытно: Чем же вы любите заниматься в свободное время?  — Судя по всему, проводить его с семьей? Этот день первый, за долгое время, когда я свободен.  — Ооу! Не смущайте наших зрителей! Это ужасно мило, дядя Форд. Раз уж так, то может быть, вы расскажите немного о путешествиях? Судя по-всему, вы очень занятой человек. Чем же вы занимались, когда посещали множество вселенных?  — Искал путь домой.  Мейбл с каждым вопросом всё грустнела. По голосу это, может, и нельзя было сказать, но лицо выражало многое.  Я знал, что мои ответы не могут удовлетворить их любопытство, но и намеренно срывать "шоу" не хотел.  — Оу, Диппер? Наш оператор хочет задать вопрос! Что же ты хочешь спросить, Диппер?  — Дядя Форд… — За пределами видимости камеры отозвался голос. Мне сразу не понравилась интонация, хоть я и различал их плохо.  — …что означает бронзовый треугольник под горловиной твоего свитера для путешествий?  — Треугольник? — Я не прикидывался. Я знал, что он там был. Я его сам вешал туда. Я просто забыл.  Я… не ожидал, что он не отвалился несколько лет назад, или я его не оторвал сам, или… Или?  Это такая дурацкая ситуация. Никогда в жизни бы не хотел, чтобы этот факт вскрылся.  — Диппер, выключи камеру. — Мейбл нахмурилась и подошла ко мне. Выглядела она виноватой.  — Извини, мы не должны были так быстро об этом спрашивать!  — Я думал, что у тебя больше ничего нет общего с Биллом. — Диппер тоже хмурился, но старательно уводил взгляд.  — Подождите. Было что-то общее?  Племянница широко распахнула глаза и поворачивалась то на меня, то на брата.  Ситуация ухудшается с каждой минутой.  — Ничего общего нет. Я ничего не скрываю, мой мальчик. — Решаю разбить внимание на два.  — Было раньше, в этом он прав, Мейбл.  — Это не то, что нужно скрывать от семьи! Столько слов о семье, но зачем? Почему было просто не сказать всё сразу? — Она подошла к Дипперу вплотную. Такой угрожающей я еще её не видел.  — Ты тоже молчал.  — Прости… — Ненавижу такие секреты!  — Кому-то секреты, кому-то свитер. — Угрюмо уткнулся в свои колени мальчик.  — Всё честно.  — Я люблю тебя, Диппер. Хватит со мной так поступать! Я сразу рассказала тебе о кулоне, но ты ни слова не сказал о Билле! Ты мне не доверяешь?  — В разговорах о Билле никому нельзя доверять!  — Кроме дядюшки Форда, да?  Комната погрузилась в тишину.  Они смотрели друг на друга.  Это чувство мне очень знакомо. Я знаю то, как оно бывает. Сначала вас не устраивают мелочи, а потом вы в высказываниях вообще не сдерживаетесь. Так быть не должно, если может быть лучше. Не позволю. У них есть шанс.  — Дети, я виноват. — Говорю я, и они оба поднимают головы. Глубоко вдыхаю.  — Я не очень хороший дедушка. Я ужасный дедушка, можно даже так сказать. Единственное чего я хочу — чтобы вы всегда были в порядке. Никаких опасностей, никаких рисков. Так не бывает, я знаю. Но когда есть возможность сохранить вас в спокойствии, я буду ей пользоваться. — Всё нормально, я просто расстроилась. — Пробурчала племянница, поджимая к себе колени.  — Мейбл, прости.  Диппер садится рядом с ней. Сначала будто бы не знает с какой стороны зайти, но впечатление было ошибочным. Он просто ждал разрешения. Несколько секунд они смотрели друг на друга и все-таки обнялись.  — Прости меня. — Бормочет он, утыкаясь ей в плечо.  — Прощаю. — Отзывается она, но продолжает задумчиво глядеть в пол.  Я разворачиваю ворот свитера, чуть оттягиваю на себя. В пальцах сжимаю маленький бронзовый кулончик. Треугольник давно утратил металический блеск, как и свое значение. Не вызывает никаких больше эмоций, но все-таки…зачем я продолжаю его носить собой?  — Это его символ. Тогда я правда был рад подарку, но, конечно, не сейчас. — Начинаю говорить, не совсем даже понимая зачем. Поглаживаю большим пальцем шероховатости.  — Видите? Я расплавил ему глаз. Вот тут, где зрачок. И так надо делать с каждой его вещью. Чтобы он больше ничего не увидел. Мейбл молчит. Диппер кривится: — Зачем это вообще хранить? Она же ничего не значит. Даже заставляет вспоминать о, ну…. — Я просто забыл о нем. Раньше всегда носил на себе. Потом выжег глаз. Забыл. Человеческий фактор.  Близнецы смотрят. Внимательно. Неуверенно.  — Дядя Форд, ты не обязан о нем вспоминать. — Лицо Мейбл приобретает какие-то взрослые черты. Мне сразу делается неловко от того, что она переживает. Что она думает об этом, осмысляет. Она не взрослая, это не её работа.  Я виноват.  — Не знаю, что у вас случилось, но я уверена, что ты не виноват. Не нужно себя мучить, заставлять помнить об ошибках. Я не знаю, что у тебя там! У вас, точнее. Просто… Я люблю тебя, дядя Форд.  — И я тоже. — Диппер держит руку на её плече.  — Просто так люблю. Билл всех обманывал! Это не повод бояться всю жизнь.  — Думаю, что Мейбл хочет сказать…Я тоже хочу. Я тоже думаю, что ты просто можешь выбросить эту штуку. Ты же не виноват.  Сжимаю в кулаке кулон. Молчу долго.  Меня всё никак не отпускает.  Я никогда в своей жизни не думал о детях.  Не было и мысли о том, кому же я передам свои знания, накопления. В ком оставлю продолжение себя, в конце концов… Смотрю на Диппера: он буквально не расстается с трудом всей моей жизни.  Я эту жизнь на окровавленных страничках презираю и забыть хочу, а он обожает. Ему интересно. Он изучает.  Смотрю на Мейбл: она меня не знает. Ни одной странички дневника, наверняка, вдумчиво не прочитала. Она не почитательница моя и никакая не поклонница. И все равно любит, хоть и не знает. Как я сумел отпечататься в их сознании, когда мы знакомы всего несколько дней? Они Паинсы. В самом лучшем и худшем смысле.  Может и зря никогда не думал о детях. Эти дети думают обо мне постоянно. В мыслях хотя бы держат, что у них есть этот ужасный дедушка Форд. Который в подвале сидит, с ними не разговаривает и как огня боится. Я просто обязан подумать и о них тоже.