Правила жизни от Фан Добина

— Всему свое время, — рассуждает Ли Ляньхуа, выдергивая из ящиков огрубевшие, потерявшие свежесть стебли. Фан Добин молча забирает их и уносит на край поляны, где они смогут перегнить и весной снова пойдут в дело. — Есть пора расцвета и пора увядания, — Ли Ляньхуа тяжело опирается на край ящика и, кажется, вот-вот начнет поглаживать воображаемую седую бороду. Фан Добин молча дуется — знает, к чему эти разговоры. — Все приходит и все уходит, — может быть, Ли Ляньхуа и самому чуточку грустно от таких мыслей, но разве он не прав? — Побитым морозом цветам уже не украшать волосы красавиц. Фан Добин молча уносит целую охапку почерневших, тронутых ночным холодом вьюнков. Долго копается в ней, возвращается и все так же молча предъявляет Ли Ляньхуа нежно-белый цветок с синими прожилками и бледно-желтыми тычинками. Выражение лица при этом у него даже упрямее, чем у Ди Фэйшена, все еще ждущего от Ли Ляньхуа свой поединок. И как только этот цветок уцелел?! И где только Фан Добин его откопал?! — Ну хорошо, хорошо, — сдается Ли Ляньхуа. — Я не буду отказываться ни от одной из ваших глупых идей с лечением. И сбегать не буду, обещаю. Фан Добин — все еще молча — закрепляет цветок в его волосах, над ухом. Руки у него теплые и уверенные, и Ли Ляньхуа теперь не так сильно жалеет, что был вынужден дать обещание. Может, даже совсем не жалеет. — По крайней мере, я научил тебя производить поменьше шума, — говорит он, чтобы оставить за собой последнее слово. Он же все-таки учитель? Фан Добин улыбается той насмешливой, торжествующей, полной превосходства улыбкой, которая раздражает Ли Ляньхуа. Он вспоминал эту улыбку, даже когда сбегал от Фан Добина с намерением никогда больше не позволять себя найти. Однажды она ему даже приснилась. — Я знаю, что пока не могу победить тебя в словесном поединке, — говорит Фан Добин, скрещивая руки на груди. — И я решил пойти от противного. Как видишь, сработало! Ли Ляньхуа смотрит с легкой грустью и осуждением. Он надеется, что с осуждением. Неясно только, почему в ответ на лице Фан Добина проступает задумчивость, будто он решает какую-то сложную следственную загадку. «Мой ученик начинает выходить из-под контроля», — размышляет Ли Ляньхуа. «В следующий раз я его еще и поцелую», — решает Фан Добин. «А они меня кормить вообще будут?» — думает Хулицзин и негромко, но обиженно тявкает.