Желание на грани отчаяния

«Опять дождь. Хоть бы не умереть в эту ночь». Поздний вечер. Мелкий дождь капал на плечи хрупкого юноши, что сидел около старого гаража. С каждой секундой непогода начинала набирать обороты, превращаясь в жуткий ливень. Где-то промелькнула молния, но парень лишь сильнее кутался в свою старую, потрепанную временем, толстовку.   Почему он не шел домой? Почему не спешил укрыться от стремительных холодных капель, как другие нормальные люди? Ответ был на поверхности. Ему некуда было идти. Некуда возвращаться. Дома никто не ждал с вкусным ужином и теплым пледом. Потому что дома, собственно говоря, не было. Прошло около трёх дней, как этот юноша «проснулся». Наверное, здесь даже больше подходит слово «очнулся». Открыв глаза, он обнаружил себя лежащим около того самого гаража ранним утром. Парень не помнил ни своего имени, ни возраста и даже происхождения. В одном кармане лежала только прощальная записка без адресата с коротким текстом: «Прости, я не мог терпеть. Я слишком слаб, просто не достоин жить в этом мире. Я лишь хочу покоя». А во втором была коробочка мятного тик-така с парой конфеток на дне, да несколько грязных монет. В первый день он обошел спальный район, в котором очнулся. Пытался спросить помощи у мимо проходящих людей, но те либо строили презрительную гримасу, либо просто не останавливались, а кто-то грозился полицией и прогонял прочь. Только потом в зеркале припаркованной машины он увидел свое лицо: худое, неказистое, с густыми рыжими бровями, голубыми «ледяными» глазами, длинным носом и шершавыми губам. Но удивила его не собственная внешность. Всё лицо парня было в крови. Уже старой, запекшейся, но крови. Ран на теле парня не было, а значит, что она была чужой. В тот день начался сезон дождей. Стоя вечером под фонарем, он умывался холодными осенними каплями, чтобы не пугать мимо проходящих людей и, наконец, попросить о помощи! После этого он вновь стал ходить по округе, пытаясь найти хоть одного человека, но в такую непогоду никто выходить из уютной квартиры не собирался. И уставшего голодного парня ноги сами привели к тому самому гаражу. Последняя конфетка тик-така была съедена еще днем, из-за чего в желудок попала лишь скрупулёзно собранная в ладони дождевая вода. И утомленный юноша незаметно для себя уснул. На второй день, судя по ощущениям, он заболел. Тело бил лёгкий озноб, кашель и насморк не давали покоя. Ещё и нарастающий голод никак не смягчал состояние. Денег, что нашлись в кармане, а именно двадцать три рубля, не хватило бы и на самое дешёвое жаропонижающее. Об этом он узнал, стоя в аптеке, которую нашёл ещё в первый день своего «пробуждения». Грустный и физически разбитый, юноша вышел из аптеки, и поплёлся в неизвестном направлении в поисках продуктового магазина. Нужно было закинуть в желудок хоть что-то. Умирать в каком-то непримечательном дворе среди разбитых бутылок и обшарпанных гаражей ему сильно не хотелось. Район был тихим. Маленькие серые «панельки», старые железные детские площадки и большое количество небольших зелёных аллей имели свой шарм и казались очень близким. «Будто я долгое время тут жил… но не помню. Ни-че-го не помню». Парня очень озадачивало нынешнее состояние памяти. Он не знал ничего о себе и мире, где находился, но словно интуитивно все понимал. Мог говорить, читать, думать и понимать какой-то язык, который ни разу до этого не слышал. Понимал все слова если не в прямом значении, то эмоционально. Слова «наркоман», «убирайся отсюда», «бомж», «полиция» и тому подобное отзывались в нем негативно, отчего он еще сильнее кутался в свою рваную толстовку и уходил от источника этих обидных реплик. Это всё казалось ему безумно странным. Аптекарша сказала, что потерей памяти может послужить болезнь или физическая травма. Но юноша ещё в первый день осмотрел себя и физических травм там не нашлось. Да и до сегодняшнего утра он чувствовал себя абсолютно здоровым! Не считая ужасно сильного голода. Так за размышлениями о своей непростой ситуации, он наткнулся на магазин с лаконичным названием «Продукты 24». Внутри пахло пластиком и немного выпечкой. На свои скудные деньги он смог купить вчерашнюю лепёшку и бутылку воды. Продавщица, что до этого расслабленно сидела за прилавком и листала ленту в телефоне, недовольно посмотрела на нездорового паренька. Его дрожащие руки держали долгожданную еду. - Пакет нужен? – выжидательно глядела девушка на своего далеко не долгожданного покупателя. - Нет, спасибо, - тихо пробормотал юноша, кладя продукты на прилавок. - С вас двадцать семь рублей. Наличными, картой? - Двадцать семь?! Но должно было получиться двадцать три! – неожиданно громко для себя воскликнул парень, но тут же замялся. - Цену сегодня повысили, ценники еще не успела перевесить. Брать будете или нет? – скучающе пробубнила продавщица, которой не терпелось дочитать скандальную историю с форума. Этот парень бесил её с каждой секундой всё больше и больше. - Прошу, у меня только двадцать три рубля! Я занесу вам завтра, обещаю! – желаемое было так близко, что он не мог просто так попрощаться со своей, уже давно съеденной в мыслях, едой. - Ой, Господи, так забирай уже! Стану я тут из-за четырех рублей распинаться! Не забудь занести завтра, а то знаю я вас, школоту дворовую! – девушка шлёпнулась на своё место и резво взяла в руки телефон с открытой недочитанной историей. Юноша вмиг просветлел. Он резво сгреб свои покупки одной рукой, а второй выложил из кармана грязные монетки. - Спасибо большое, я точно не забуду! Выйдя за дверь, он облегчённо вздохнул. Лепёшка в его руках была уже не такой мягкой и теплой, как свежие. Вода совершенно обычная и самой дешёвая, без газа. Но сейчас эта еда для юноши была самой вкусной. Вкуснее роскошных ресторанных изысков и навороченных модных блюд современной кулинарии. После не пойми скольких дней голодания, парень наелся двумя укусами сухой лепёшки, а вот воды выпил практически пол бутылки. Он понимал, что денег у него больше нет, да и продавщице теперь должен, поэтому с сожалением спрятал оставшееся в карманы своей безразмерной толстовки. Юноша пошел обратно, уже протоптанной дорогой. Он не помнил пути, по которому шёл, но отчего-то знал, что придёт всё к тем же гаражам. И не ошибся. Уже минут через десять пути он завидел на другом краю двора свои «родные» гаражи. Облупившаяся со всех сторон коричневая краска не делала их привлекательными, но для юного героя это было единственное место, куда не заглядывали люди. Оттого он, сидя там, чувствовал мнимую, но защиту. Парень сел на бревнышко, которому, по виду, было не больше недели. Осень набирала обороты, поэтому ливни и штормовые ветра всё чаще атаковали город. И это бревно, видимо, было деревом, что стало очередной жертвой непогоды. Эйфория от недавней еды быстро улетучилась, а вот температура тела продолжала повышаться. Тучи над головой сгущались всё сильнее. В прямом и переносном смыслах. «Опять дождь. Хоть бы не умереть в эту ночь». «Нет! Эти мысли не должны даже рождаться в моей голове. Я только начал жить. Я должен понять, что со мной случилось. Почему я потерял память? Почему меня никто не ищет? А, может, всё-таки ищет? Я должен пойти в полицейский участок. Сказать, что ничего не помню. Они обязательно мне помогут!». Капли дождя медленно начали проникать сквозь тонкую толстовку юноши, холодя кожу. Эту ночь он тоже проведёт на улице. Холодный, с сухой лепешкой и бутылкой воды на неопределенное время. Без единого рубля в кармане. «Мне же помогут?..».

«Требования для становления игроком выполнены!»

«Состояние: желание жить на гране отчаяния ур. MAX»

Далее…