Массаж

      Кэйя долго не открывал. Если окажется, что он болен или ранен, то это вполне понятно. В любом случае, торопиться Дилюку некуда, он простоит сколько нужно.       Постучал ещё. Спустя какое-то время, совершенно бесшумно подойдя к двери, Кэйя открыл ему. Закутавшийся в одеяло, он отошёл в сторону, впуская Дилюка в квартиру. Затхлостью не пахло, как это обычно бывает при болезни. Дилюк взглянул на Кэйю — тот как обычно был свеж и хорош собой, только грустный настолько, что хотелось поскорее что-нибудь для него сделать.       — Так ты не заболел? Все в порядке или…? В ответ он получил смущенное:       — М. Ну. Позавчера привезли Мурашку, Сахарка и Рандольфа…       — Погоди. Приехали рыцари из экспедиции? С лошадьми?       — Ага, трое, на пересменку. И в общем… Как только я узнал, что лошади осмотрены и достаточно отдохнули, то взял Мурашку и ну… Катался весь день. Пожалуйста, пойдем в кровать, я не могу больше стоять!       Дойдя, Кэйя сразу упал на постель лицом вниз и болезненно застонал. Дилюк пододвинул стул и сел рядом.       — Сильно болит?       — Еле двигаюсь. Бездна меня забери, что я за человек! Чувство меры покинуло мое тело, как только я их увидел! Это вызвало улыбку. Кэйя очень любил лошадей, и ему не повезло быть тем, кто должен оставаться в Мондштадте. Но этот факт точно делал везучим Дилюка.       — И честно? Не жалею! Кто знает, когда снова выдастся такая возможность, — зло сказал Кэйя.       Это нужно было заканчивать. Тема непростая — никто и правда не знал, когда Варка планирует завершить экспедицию, сколько времени ему потребуется на достижение поставленных целей. Кэйя старался сохранить свои навыки на должном уровне, но получалось, конечно, ровно настолько, насколько позволяла ситуация. Возможность попрактиковаться появлялась повезет, если хотя бы единожды за год. Не хотелось, чтобы сейчас Кэйя впадал в уныние, ослабленный болью и недомоганием, к тому же, у Дилюка были все шансы отвлечь его намного более приятными занятиями.       — Я сделаю тебе массаж. Погрею немного и намажу крио-зельем, если есть.       — Массаж? — прозвучало с надеждой, — правда?       — Да, Кэйя, так где ты хранишь склянки?       Кэйя высунул руку из-под одеяла и указал на темный угол в коридоре.       — Надеюсь, ты катался не на Сахарке. — В шкафчике было много пузырьков, нужно было самое базовое зелье. Подошло бы и с мятой, но не более. — Кэйя, какое из них самое простое?       — Светло-голубое! — донеслось с кровати. — Там мята нарисована.       Повертев пузырьки (почти все светло-голубые), он таки нашел нужное зелье. Масел у Кэйи тоже всегда было в достатке — Дилюк взял с самым тонким запахом. Принес все нужное, разложил на кровати, расстегнул манжеты и завернул рукава выше локтей.       — Я поднимаю одеяло.       Сделав это, Дилюк загляделся — у Кэйи было потрясающее тело, и он не стеснялся оголяться. За несколько лет отношений Дилюк привык к тому, что на Кэйю можно смотреть всегда — не отворачиваться и не бояться рассматривать, когда трудно оторвать взгляд, ведь это не нарушит его границы. Привык Дилюк не сразу, но чем больше времени они проводили вместе, тем более очевидным становилось то, что Кэйя не то что не против, он любит, когда Дилюк смотрит на него. Со временем он заметил, что Кэйя почти всегда рад и прикосновениям, а когда не желал их — Дилюк тоже научился замечать.       — Я и сам удивлен, что у меня хватило ума не садиться на нее. Хотя не скрою, что не отказался бы послушать о проделках коней от Варки! А вот Рандольфу нужны новые копытца, но это ничего, я еще успею поухаживать за всеми в конюшне.       Сахарок была гигантской боевой лошадью, и с Кэйей они отлично ладили. Впрочем, это касалось почти всех лошадей ордена. Кэйя мог позволить себе взять любую боевую лошадь, привыкшую к строгой дисциплине. Однако, Дилюк был благодарен той разумной части Кэйи, которая не позволила ему поехать на Сахарке. Для езды на такой крупной кобыле ему понадобилась бы недельная подготовка, а реши он все же покататься на ней вчера, то сейчас ему было бы сильно хуже.       Касаемо Варки — тот не ленился записывать Кэйе длинные душные послания через устройство, созданное Алисой. Варка жаловался на то, что самые устрашающие боевые лошади ордена по возвращении в экспедицию несколько суток могли делать вид, что не замечают своих наездников, саботировать дисциплину, желая задорно скакать, или же наоборот их было не поднять с мягкой травы в дождливое утро. Рандольф и вовсе имел привычку садиться в поле и просто… созерцать. И это всего-то после пары дней в компании Кэйи в Мондштадте. Кэйя всегда с предвкушением ждал очередную истории о том, как лошади нарушают строгие порядки.       Дилюк забрался на постель. От идеи привычно сесть сверху пришлось отказаться — он не смог бы контролировать распределения собственного веса на болящее тело Кэйи, поэтому устроился рядом.       — Я сделал все, что мог, но целитель из меня так себе, — печально прозвучало в подушку, — можно с поясницы.       Так Дилюк и сделал.       — А-а-а-а охх…м-н-м-м-м, — Кэйя застонал от облегчения, когда после прогрева Дилюк наконец стал массировать мышцы, — я… А! Буду должен или вид, хм-н! Достаточная плата? Дилюк хохотнул, продолжая прорабатывать поясницу. Определенно второе.       — Посмотрим.       — Посмотри обязательно, мастер Дилюк. Со всех сторон, — он вильнул задом и тут же застонал от боли.       — Кэйя, — предупредил Дилюк, — лежи спокойно. В ответ Кэйя продолжал заигрывать:       — С тобой я совершенно спокоен.       — Перехожу к ягодицам.       — Да-а-а-а, — поднывал Кэйя, — так болят!       Дилюк положил обе руки на зад и, направляя тепло, стал гладить, просто разогревая кожу.       — О-о-х, Дилюк, что же ты со мной делаешь! — Кэйя не умел долго молчать. — Бывает ли что-то лучше?..       Дилюк и сам теперь не был уверен, бывает ли что-то лучше. Он щедро массировал зад Кэйи, забыв о смущении, и тихие стоны, спрятанные в подушку — не совсем болезненные — были музыкой. Напоследок он с наслаждением сжал обе ягодицы, чуть подразнив большими пальцами между, и отпустил.       — А! — Кэйя вскрикнул, когда Дилюк опустился ниже и задел между бедер. Судя по всему, Кэйя довольно сильно отбил самые нежные места.       — Прости, придется немного потерпеть.       — Ещё бы, — со слезами в голосе согласился он, — я еле ноги свёл.       Дилюк не хотел игнорировать этот отчаянный тон и потому прервался, чтобы утешить. Он опустился рядом, аккуратно приобнял и поцеловал в плечо.       — Завтра уже пройдет, — пообещал он.       Конечно, Кэйя не позвал никого из целителей, потому что постеснялся. Не собственного тела, нет, а слабости. Своего почти детского по силе и восторгу увлечения. Дилюк не сомневался в его профессионализме и понимал, что тоска по любимому делу была так сильна, что Кэйя просто не смог воспользоваться этим шансом более… умеренно. Если бы Дилюк мог, если бы он умел исцелять, то помог бы ему сразу. Он обязательно отправит сюда кого-нибудь из собора и деликатно опишет ситуацию. Нужно дождаться окончания обеда и можно будет договориться о вызове на дом к вечеру. Пока ему нужно побыть здесь с Кэйей. Пусть Дилюк и не был целителем, но кое-что полезное умел и умел хорошо.       Когда Дилюк прорабатывал бедра, Кэйя не разговаривал, а только жалобно постанывал, сжимая подушку.       Закончив, Дилюк положил руку ему на крестец и осторожно прощупал копчик.       — Не отбил? В ответ получил уже чуть повеселевшее:       — На удивление!       — Отлично.       Всё-таки крепкие бедра и зад спасли Кэйю как минимум от опасного ушиба.       Теперь, когда закончил с теплым массажем, Дилюк взял крио-зелье с добавлением мяты и нанес совсем немного везде, где воздействовал своим элементом.       — Ох, вау, — облегчённо вздохнул Кэйя. — Только не говори, что мы на этом закончим.       Дилюк, само собой, не планировал заканчивать, но предпочел промолчать, на что получил томное:       — Ни за что не поверю, что ты не захотел, — Кэйя добил горячим взглядом через плечо.       Не говоря ни слова, Дилюк опустился и начал прихватывать чувствительную кожу губами и совсем немного — зубами, оставляя легкие чувственные покусывания. Затем развел ягодицы и запечатал влажным поцелуем. Кэйя издал тихий звук, напрягся всем телом и тут же расслабился.       Дилюк отстранился.       — Болит?       Он знал, что от больших нагрузок может болеть буквально всё. Что было говорить о Кэйе, который провел в седле несколько часов после почти годового перерыва.       — Есть немного, — тихо признался Кэйя.       Не ради охлаждающего эффекта, но для пикантной прохлады Дилюк капнул себе на разогретый пиро элементом язык каплю крио-зелья и снова припал к сжатому отверстию, нежно массируя.       — О-о-х, Дилю-у-у-ук, — Кэйе явно нравилось, Дилюк чувствовал, как он порывался раскрыться сильнее, но не мог развести ноги.       — Подержи сам, — собственный понизившийся голос звучал так чуждо, происходящее заводило Дилюка не меньше.       Кэйя послушался: завел руки за спину и взялся за ягодицы, позволяя Дилюку полностью отдаться ласке.       — Дилюк, ну же, — Кэйя, казалось, вот-вот заплачет, — так хорошо, уже хочется член!       — Посмотрим, — чтобы распалить еще больше, ответил он и продолжил.       — Хотя бы в рот, — попросил он жалобно. — Он точно не болит.       — Что странно, учитывая, сколько ты болтаешь, — не отстраняясь, усмехнулся Дилюк.       — А-а-х, так хочу кончить, Дилюк, ну пожалуйста.       И если бы Кэйя мог хоть немного привстать и развести ноги, Дилюк бы уже естественным образом дал ему желаемое, но пришлось отстраниться и помочь ему перевернуться на спину.       Он сразу вобрал член Кэйи в рот и с наслаждением стал ласкать. Заводило и то, как Кэйя придерживал его за челюсть, поглаживая.       Кэйя кончил быстро, брызнув семенем ему в рот, и Дилюк сразу же проглотил. Но как он мог забыть, что едва ли Кэйю может насытить один оргазм, особенно если ему не дали то, что он хочет?..       Дилюк и не заметил, как оказался в объятиях, а Кэйя уже расстегивал его брюки.       — Ну же, мастер Дилюк, доставай. — Возбужденный член сразу уперся Кэйе в живот, и Дилюк звучно выдохнул от этого касания. — Ох, Барбасос, — простонал Кэйя, наконец-то добравшись до него, и подразнил пальцами головку. Дилюк гоготнул полустоном неприлично громко:       — Кэйя, ах! Какой еще, бездна тебя дери, Барбасос?!       — А! Я что… — растерялся Кэйя и засмеялся. — Ахаха! Я сказал это вслух? Вот что ты со мной делаешь! Я начинаю, — он задыхался от смеха, — начинаю говорить вещи, которые не должен!       — Хочу ли я знать?       Он был так возбужден, что от невыносимых подразниваний уже сочился предсеменем. Кэйя, обнаженный и извивающийся от смеха, совершенно не помогал. Но Барбасос… Такое было трудно проигнорировать даже в момент страсти.       — Это… Ахаха! Ну, Венти, он… А-а-а-а-а! К-а-а-к присосется к вину и понеслась! Кэйя снова захохотал, и Дилюк заразился этим смехом.       Оба просмеялись и посмотрели друг на друга. Дилюк был заинтригован продолжением! И про Венти, но еще больше… Он лежал с возбужденным, просящим внимания членом, и Кэйя, вспомнив о своих намерениях, тут же переменился. Смеющийся прищур стал томным, а от задорного хохота осталась маленькая улыбка. Ничего не забыл, милый?       Дилюк не был против, тем более раз настолько не против был Кэйя. К тому же, в этой позе он обойдется без лишних движений и не навредит себе.       — Ну, не хмурься, я понял, что пока не дашь, как я хочу, — насмешливо полушептал Кэйя, и Дилюк, даже не заметивший, что хмурится, не смог больше терпеть — поцеловал, скользнув языком поглубже в рот, и получил ответный стон.       — М-м-м, — Кэйя и не думал прекращать свои разговоры, — поверь, я бы принимал твой язык сколько угодно, вот только я не такой терпеливый, и тебе следовало бы связать меня, — хохотнул он, лаская его член, пока Дилюк плавился под его руками. — Вот так, как ты любишь, — Кэйя направил его член себе между ног, ускорился, и Дилюк кончил, выстрелив семенем на гладкую мошонку. Собственный стон удовольствия на фоне прозвучал смущающе ярко.       Член у Кэйи снова стоял. Он пьяно смотрел на Дилюка, пока размазывал его семя по собственному члену.       Хотел бы я смазать себя сзади, жаль, ты мне не помощник сегодня, — наигранно грустно сказал Кэйя, — но и так хорошо, правда же? — Собрав немного семени на пальцы, он взял их в рот — и ласкал себя, пока не кончил снова. Ненасытный.       Жидкие капли забрызгали смуглый живот, немного попало на едва заметное украшение в пупке — Дилюк смотрел, желая какого угодно продолжения, но понимал, что на этом стоит остановиться. В конце концов, было приятно ощущать эту неугасающую страсть.       — Поспи. — твердо сказал он, спрятал возбужденный член в брюки и встал с постели. Спустил и застегнул рукава рубашки, обулся и направился к выходу. Кэйе в любом случае нужно было подремать, чтобы массаж дал нужный эффект, и хороший оргазм был ему кстати. — Я закажу что-нибудь поесть и вызову целителя на вечер. Иначе наши шалости будут чреваты.       — М-м-м, мастер Дилюк, ты такой кудесник, я и правда засыпаю. — Кэйя сладко зевнул и улыбнулся, словно не вытянул из Дилюка все, оставив его раскаленным до предела (Дилюк всерьез опасался прожечь дыру в брюках), а теперь бессовестно благодарил. — Спасибо, что не даёшь мне заскучать.       Впрочем, эта временная уязвимость Кэйи заставила их обоих подойти к желанной близости творчески, и Дилюк был уверен, что еще успеет воспользоваться моментом до прихода целителей.