Фигуры из осколков

      Как-то, смотря телевизор, Чимин услышал странную, на свой взгляд, фразу: «Каждый человек — беглец из тюрьмы, зовущейся «собственное Я». Он долго пытался понять и осмыслить услышанное. Разве можно убежать от себя и своих чувств? Разве может побег принести покой? Не может. В этом он и минуты не сомневался. Ему, как искусному беглецу, давно уже были известны все тонкости подобных махинаций с собственными чувствами. Можно убежать от человека, от животного, но не от чувства вины или разбитого сердца. Эти эмоции неистребимы, их невозможно заменить радостью или неизвестностью, они были и будут с человеком до того самого момента, пока он не перестанет дышать.       Чимину было очень страшно возвращаться домой. Его разговор с Намджуном посеял лишь семена страха и сомнений. Вспыльчивый и грубый Джун-и повел себя неожиданно тихо и спокойно, так, словно он уже выместил весь свой гнев на другом человеке. Но кто же тогда этот несчастный? Тэхён?       Чимин не был наивным и прекрасно понимал, что такого самонадеянного поступка ни ему, ни Тэхёну никто не простит. Поэтому мнимое затишье пугало его куда больше, чем приближение бури. Прокручивая в голове послание друга, он всеми силами старался вычислить эпицентр взрыва бомбы, именуемой «коварство Ким Намджуна». Ему было жизненно необходимо как можно скорее найти выход из сложившейся ситуации. Он даже не сомневался в том, что любовник может попытаться покалечить Тэхёна. Это решение наиболее простое и незатратное. Но как этого избежать? Попросить о помиловании? Шантажировать? Организовать побег?       Просить точно не вариант, Намджун и слушать его не станет. Попытка вывести друга из страны тоже весьма рискованна, особенно учитывая тот факт, что без дочери тот никуда не поедет. Оставался всего один проверенный годами и поколениями способ — шантажировать. Чимин не был в восторге от такого решения. Несмотря на свою нездоровую любовь к интригам, шантажом он никогда не пользовался, считая этот способ грязным и недостойным уважающего себя человека. Но сейчас, не видя иного способа спасти другу жизнь, он был готов немного потеснить свою чрезмерную гордость.       Осторожно поднявшись с кровати, Чимин тихонько подошел к двери и, открыв ее, оглядел «комплект» охраны, который ему сегодня заботливо выдал любимый «папочка». Ему повезло. Помимо совершенно незнакомого ему бугая в смене был и Чонгук.       — Телохранитель Чон, зайдите ко мне, — холодно произнес Чимин перед тем, как закрыть дверь.       Чонгук, удивленно хлопая ресницами, молча вошел в палату и тут же окинул Чимина каким-то совершенно подозрительным взглядом. Телохранитель Чон? Его напыщенный господин ещё ни разу в жизни не называл его так. «Эй ты», «мелкий», «шпала», «сюда иди» — вот излюбленные обращения Пак Чимина!       — Ты что-то хотел? — с недоверием поинтересовался Чонгук.       — Да, — кивнул Чимин. — Сядь возле меня.       Нехотя присев на край больничной койки, Чонгук ещё раз оглядел бледного Чимина и, немного наклонившись к нему, приготовился слушать очередной приказ.       — Гук, ты же знаешь, где Тэхён? — шепотом спросил Чимин.       — Знаю, — так же тихо ответил Чонгук. — Но тебе не скажу.       — Я и не прошу. Можешь сделать небольшое одолжение?       — Какое?       — Когда будешь дежурить в доме, пойди в комнату Намджуна и сними с его расчески пару волосинок. Положи их в пакетик и сдай вместе с моими в лабораторию на тест ДНК.       — Зачем? — не понял Чонгук. — Все и так знают, что ты не его сын.       — Знают только приближенные. А вот пресса — нет. Поэтому, когда получишь результаты, отдай их Тэхёну. С их помощью мы можем сохранить ему жизнь. Намджун не станет рисковать своей репутацией.       — Просто отдать Тэхёну и всё?       — Да, что с ними делать дальше, он и так знает. Поможешь?       — Хорошо, — кивнул Чонгук, не до конца понимая, что задумал его безумный господин.       — Спасибо, Чонгук, — улыбнулся Чимин.       — Я пойду.       — Шпала, чтобы не было подозрений, сходи вниз и купи мне молоко, — доставая деньги из кошелька, проговорил Чимин.       — С хрена ли я должен это делать?       — Бугай может донести Намджуну, что я тебя звал, — скривился Чимин не то от боли, не то от горести ситуации.       — Ладно, — недовольно прошипел Чонгук, беря деньги и отправляясь на спецзадание по покупке молочной продукции.       Чимин оказался прав. Стоило Чонгуку только выйти из палаты, как бугай тут же окинул его подозрительным взглядом, явно что-то отмечая про себя.       — Совсем гад обалдел, в магазин меня погнал, я телохранитель или мальчик на побегушках? — обиженно промолвил Чонгук, с несчастным видом глядя на бугая.       — Эти богачи давно уже совесть потеряли, вечно обслугу с охраной путают, — понимающе проговорил бугай.       — Да уж, — кивнул Чонгук, мысленно радуясь тому, что его сегодняшний напарник не из сообразительных.       Спустившись вниз, Чонгук купил молоко и, вернувшись на рабочее место, отдал его Чимину, взамен взяв у того маленький кулёчек с несколькими волосками. Спрятав его в «тайном» кармане пиджака, он благоразумно решил не тянуть с тестом и уже сегодня получить образцы Намджуна. Он не особо представлял, как этим тестом Тэхён сможет шантажировать такого влиятельного человека, как их босс. Но раз это может помочь человеку, который так ему нравится, он готов был побыть двойным агентом. Главное — делать всё тихо и осторожно.       Когда город окутал вечер и солнце жар свой пригасило, на смену немного нервному Чонгуку и его напарнику пришел Юнги с незнакомым человеком. Приняв смену и дав несколько распоряжений, Юнги отправил телохранителей домой, а сам занял позицию. Ночь обещала быть длинной.       — Хёнджун, будь внимателен, я пойду отдам молодому господину передачу от Сокджина, — скомандовал Юнги и, дождавшись кивка от напарника, постучал в дверь палаты.       — Войдите, — чётко проговорил Чимин.       — Добрый вечер, Сокджин просил передать Вам кое-что, — войдя в палату, промолвил Юнги.       — Ясно, а чего он сам не пришел?       — Сердце в обед прихватило. Но не волнуйтесь, с ним уже всё хорошо.       — Совсем себя не бережет, — нахмурился Чимин. — Положи, пожалуйста, продукты в холодильник. У меня сил нет встать.       — Как скажете, — ласково проговорил Юнги и тут же принялся раскладывать продукты. — Как Вы себя чувствуете?       — Плохо, у меня шов болит, — как-то совсем по-детски пожаловался Чимин, не забыв при этом скривить лицо.       — Днем много ходили?       — Нет, туалет — мой самый дальний пункт. Представляешь, мне врач в «утку» предлагал ходить, — показательно закатил глаза Чимин.       — В чем-то он прав, Вам нельзя напрягаться.       — Я не настолько беспомощен.       — Потерпите немного, скоро будете дома.       — Угу, — многозначительно ответил Чимин, тут же помрачнев. — Можешь идти, спасибо.       — Зовите, если что-то понадобится.       — Тебе Намджун за помощь мне доплатить обещал?       — Нет, Вы совершили потрясающий поступок, — немного смутившись, проговорил Юнги. — Раньше я думал о Вас совсем уж плохо, и сейчас мне стыдно.       — Ясно, иди уже, — усмехнулся Чимин. О нём думали плохо? Вот так новость!       — Спокойной ночи, — поклонился Юнги и покинул палату.       Встав у двери, Юнги невольно улыбнулся. Чимин был именно таким, каким он себе его и представлял. Тот, подобно раненной птичке, пытался сохранить лицо перед хищником. Хотя, по сути, лично он хищником не был. Уже не был. Но как объяснить это «молодому господину»? Да и нужно ли?       Юнги все ещё сомневался, правильно ли он поступает, отворачиваясь от Намджуна. Ещё никогда в жизни он не менял сторону, предпочитая с самого начала и до конца быть верным одному конкретному человеку. Неужели это Чимин так странно на него влияет?

***

      Чонгук ещё никогда в жизни не участвовал в подобных играх. Поэтому, стоя посреди комнаты и оглядывая огромную кровать, он чувствовал себя не двойным агентом, а извращенцем. Подойдя к прикроватной тумбочке, он тихонько открыл небольшой ящик и, достав оттуда расчёску, пинцетом снял с неё несколько волосинок. Сложив их в пакетик, он вернул расчёску на место и поспешил покинуть комнату. Оставшись никем не замеченным, он, самодовольно улыбаясь, попрощался с коллегами и незамедлительно отправился домой.       Открыв дверь и пройдя вглубь квартиры, Чонгук уже привычно обнаружил Тэхёна в гостиной. Тот с нескрываемым интересом ждал, пока он разденется и расскажет последние новости.       — Чимин заставил меня рыться в тумбочке босса, — пожаловался Чонгук, едва надев тапочки.       — Зачем?       — Сказал достать его волосы и сдать на тест ДНК, а потом отдать тебе документы.       — Таки план «Б». Не знал, что всё настолько плохо, — помрачнел Тэхён.       — Тэ, а как это поможет тебе? Правда, что господин Ким может тебя покалечить? — обеспокоенно спросил Чонгук.       — Гук-и, ты за меня переживаешь? — оживился Тэхён, не желая вдаваться в подробности.       — Да, что в этом такого?       — Ничего, — улыбнулся Тэхён. — Намджун действительно может сделать мне много плохого.       — А тест точно поможет?       — Сейчас — да. Понимаешь, на данный момент «Kim Group» делает ремонт в 80% своих крематориев. Это очень серьёзные денежные вложения. Любой скандал может нехило пошатнуть их репутацию, что на данном этапе может привести к краху всей компании. Инвесторы, как известно, люди очень пугливые. Намджун на время примет наши условия. Другого выхода у него просто нет.       — Ты хочешь разрушить компанию? — обалдел Чонгук.       — Нет, компания — это имущество Чимина, зачем мне портить его будущее?       — Тогда что будет после того, как ремонт закончится и крематории вновь заработают?       — Намджун попытается вновь добраться до меня, — как нечто само собой разумеющееся, проговорил Тэхён. — Вот только к этому времени я давно уже покину страну и замету все хвосты. Нам нужно время, и шантаж нам его даст.       — Думаешь, он даст тебе уехать?       — А кто его будет спрашивать? — фыркнул Тэхён. — У меня есть ещё один туз в рукаве. Чон Хосок. Знаешь такого?       — Парикмахер Чимина.       — Стилист. Но это только хобби. На самом деле он — журналист. Но не простой. Он не продаёт полученный компромат газетам и телевидению. А возвращает главным героям. СМИ за громкий скандал готовы платить сотни тысяч долларов. Сам же объект скандала готов выложить ещё больше. Улавливаешь смысл?       — Да, но как это поможет тебе?       — Пока он будет пудрить Намджуну мозги, я уеду. Всё просто.       — В результате босс получит документы, ты уедешь, а Чону достанутся деньги. Так? — наконец начав понимать чужой замысел, прошептал Чонгук.       — Именно.       — Всё довольно просто.       — Только на первый взгляд. В этом деле всё зависит от точности. И от тебя, Чонгук, тоже многое зависит. Недаром же я тебе всё это рассказываю.       — Не боишься, что я донесу боссу?       — Нет, ты уже давно в курсе наших с Чимин дел, — отмахнулся Тэхён. — Хотел бы кинуть, давно бы это сделал.       — Логично.       — Когда пойдешь в лабораторию?       — Завтра с утра, не хочу с этим тянуть.       — Гук, отнеси туда и мои волосы, — немного подумав, прохрипел Тэхён. — Пусть будет два образца. Окей?       — Хорошо, но зачем это?       — Пока не могу ответить. Не обижайся, ладно?       — Как скажешь.       Похлопав Чонгука по плечу, Тэхён поднялся с дивана и, отрезав маленькую прядь своих волос, тоже отдал её тому.       Едва только солнце встало, Чонгук тут же отнес весь биологический материал в лабораторию. Сдав его и договорившись о сроках, он тут же отписался сообщением Тэхёну и отправился на работу. Ему нельзя было привлекать к себе внимание. Тест будет готов через восемь дней, это время нужно переждать в полнейшей тишине. Ведь на кону человеческая жизнь.