Фигуры из осколков

      Подойдя к большому панорамному окну, Намджун устало прислонился лбом к прохладному стеклу и с неким разочарованием отметил, что солнце постепенно начало скрываться за грозовой тканью облаков. Раздражённо хмыкнув, он с некоторой долей иронии подумал о том, что подобное явление очень символично. Его личное солнце сейчас тоже надёжно скрыто от его взора. И ни ветер, ни новый день не смогут разогнать лепестки тумана, окутавшие его светило.       Чимин… самый желанный из всех его грез, тот, кто толкнул его на грех и полностью подчинил себе сердце и разум. Намджуну не хотелось верить в то, что их отношениям может прийти конец. Должен быть шанс все исправить. Нужно лишь понять, как. Отойдя от окна, он задумчиво оглядел свой кабинет и, зацепившись взглядом за письменный стол, немного опьянённо подумал, а не позвонить ли ему директору Муну?       Ведь именно этот человек застал их с Чимином в весьма пикантной ситуации. Расскажи он об этом другим акционерам — такой скандал поднимется, после которого его «сыночку» никак не удастся сохранить за собой кресло главы. Подискутировав с самим собой на эту тему, он всё-таки пришел к неутешительному выводу — подобный манёвр погубит не только репутацию Чимина, но и его собственную. А это сулило полной потерей влияния в «KimGroup». Естественно, пойти на такое он не мог.       Поняв, что часы мыслительной деятельности не принесли никакого результата, Намджун устало присел в кресло и позвал Ямазаки. Велев тому привести Юнги, он прикрыл глаза и попытался настроиться на нужную для разговора волну. Он верил в то, что если грамотно расспросить телохранителя, все это время крутившегося вокруг Чимина, о том, что происходило в офисе, то, проанализировав полученную информацию, он сможет отыскать лазейку в броне обнаглевшего мальчишки и, приложив немного усилий, вернуть того в привычную среду. То есть — в полную изоляцию.       Довольно кивнув, Намджун сделал несколько пометок на листке бумаги и, надев на лицо маску доброжелателя, позволил Юнги войти в свой кабинет. Когда телохранитель присел напротив него, он, как можно спокойнее, поинтересовался:       — Как ты думаешь, зачем я тебя позвал?       — Не имею ни малейшего представления, — спокойно ответил Юнги.       — Даже так? — хмыкнул Намджун. — Расскажи-ка мне, Юнги, как твоя подпись оказалась на бланке Чхве?       — Я подписал его сегодня утром, — не раздумывая ответил Юнги. — Директор Чхве перехватил меня у входа в офис и рассказал о цели сегодняшней встречи акционеров. Так как кандидатура молодого господина мне куда симпатичнее Чои, я согласился принять их сторону.       — И чем же Чимин тебе симпатичнее? — не скрывая раздражения, осведомился Намджун.       — Он более ответственный.       — И всё?       — Да.       — Хорошо, — кивнул Намджун. — Почему ты не рассказал мне о махинациях Чимина? Инвестор Смит, «Japan Motors», встречи с Чхве — все это не показалось тебе странным?       — Молодой господин ни о чём не договаривался в моём присутствии, — холодно ответил Юнги, всем своим видом демонстрируя, что оскорблён подозрениями босса. — А о встрече с Чхве я Вам говорил.       — Всего об одной. Почему об остальных умолчал?       — Я не видел в них ничего подозрительного. Молодой господин также встречался и с другими членами совета.       — Юнги, ты умный, хитрый, пронырливый человек, не раз дававший мне дельные советы, сейчас утверждаешь, что не видел в действиях Чимина ничего предосудительного. Ты правда думаешь, что я в это поверю?       — Вы меня в чём-то конкретном подозреваете? — нахмурился Юнги.       — Да, — поняв, что разговора по душам не выйдет, пошел в наступление Намджун. — Что пообещал тебе Чимин взамен на помощь? Деньги? Недвижимость?       — Господин, эти обвинения беспочвенны, — возмутился Юнги. — Я выполнял исключительно Ваши поручения.       — Не лги мне, — стукнув кулаком по столу, крикнул Намджун. — Я знаю тебя не первый год и вижу, когда ты пытаешься уйти от ответа. Что заставило тебя перейти на его сторону?       Услышав тон, которым был задан вопрос, Юнги немного надменно посмотрел на босса и понял, что больше оправдываться не станет. Нет смысла. Его все равно уволят, так зачем унижаться, если исход и так ясен? Но перед тем как уйти, он выскажет тому все, что накопилось за время работы. Как говорится, жара прошла — забыта и тень. Так и в их отношениях: прошло доверие — позабыты и былые заслуги.       — Вы меня разочаровали, — после минуты молчания промолвил Юнги. — Я устраивался на работу к серьёзному человеку, а кого получил в результате? Клоуна, потерявшего голову из-за молоденького мальчика. Я телохранитель, а не нянька. Но Вы вечно об этом забывали. Спасибо, что хоть сопли Чимину не заставляли вытирать.       — Рот закрой! — вскочил Намджун. — Забыл, с кем разговариваешь?       — Предполагаю, что с бывшим работодателем, — хмыкнул Юнги, невольно вспоминая Чонгука — поистине дурной пример заразителен. — Я не переходил на сторону Чимина, а просто выполнял свои прямые обязанности. Он цел и невредим — моя работа успешно выполнена. Какие ко мне претензии?       — Мы договаривались совсем о другом, и заметь, ты добровольно согласился помочь! — прорычал Намджун. — Почему же сейчас отказываешься от своих слов?       — Мы договаривались, что я буду рассказывать обо всех подозрительных делах в офисе. Я это и делал. Ходить хвостиком за Вашим любовником я не подписывался.       — Ты уволен, — прошипел Намджун. — Не надейся на хорошие рекомендации.       — Великолепно, — хмыкнул Юнги. — Всего доброго.       Выйдя из кабинета уже бывшего босса, Юнги, пылая праведным гневом, влетел в комнату охраны и, быстро собрав все свои вещи, сдал пропуск и покинул территорию особняка. Оказавшись за воротами, он с некоторой брезгливостью подумал, что для полноты картины не хватало только крикнуть на весь двор: «А Ямазаки ты всегда любил больше!» Так бы его увольнение смотрелось ещё куда более абсурдно.       Сев в автобус, Юнги немного запоздало подумал о том, что его выходка может выйти Чимину боком. Вдруг во второй фазе плана для него была уготована более значимая роль, чем простой наблюдатель. Хотя… Разве Чимин доверяет ему настолько? Горько усмехнувшись, он отметил то, что все его прогнозы сбылись. Он без работы, с подмоченной репутацией и, как и предполагалось, без Чимина.       И зачем он во все это ввязался? Зачем поверил в то, что в конце Чимин останется с ним? Такой красивый самообман. Что ж, пора признать, что для «молодого господина» он теперь всего лишь использованный материал, не стоит надеяться, что тот соизволит ещё хоть раз посмотреть в его сторону. Выйдя на своей остановке, Юнги, сильнее закутавшись в шарф, зашел в супермаркет и, купив большой торт и бутылку кока-колы, направился домой.       Подобной еды в его рационе не было уже лет эдак десять — режим и регулярные тренировки не позволяли ему употреблять такую хоть и вкусную, но совсем не полезную пищу. Но сегодня можно. Его уволили, жизнь стремительно теряет краски, а тело, измождённое стрессом, молило о покое. В идеале, конечно, хорошо бы чем-то алкогольным полечиться, но, трезво оценивая своё нынешнее состояние, он понимал, что одной бутылкой соджу не ограничится. Как минимум двухнедельный запой ему был гарантирован.       Представив себя сидящим за кухонным столом небритым, одетым в грязную серую футболку и несвежие носки, изливающим душу горшку с геранью, которая только благодаря каким-то неведомым чарам до сих пор не засохла, Юнги вздрогнул всем телом и ещё раз убедился в том, что вариант с тортом куда более приемлем. От пары лишних килограммов избавиться куда проще, чем выйти из запоя.

***

      В это же время Чимин опасливо переступил порог дома и тут же наткнулся взглядом на взволнованного Сокджина, который, выглядывая из-за угла, пытался незаметно подозвать его к себе. Подойдя к дворецкому, он немного нервно поинтересовался:       — Что за игры? Тебе заняться нечем?       — Мина уволили, — прошептал Сокджин. — Он такого Намджуну наговорил — тот рвёт и мечет. Не ходи к нему, а то и тебе перепадёт.       — Как уволили? — опешил Чимин. — За что?       — За то, что не рассказал о твоих планах.       — Этого ещё не хватало… — нахмурился Чимин. — Придётся импровизировать.       — Ты что задумал? — забеспокоился Сокджин. — Одумайся, пока не поздно.       — Вызови такси и оставь чёрный ход открытым.       — Зачем? Тебя никто не выпустит.       — Когда все сделаешь, попроси Хёнджуна сменить охранника на заднем дворе.       — Чимин…       — Выполняй, — рыкнул Чимин и, убрав чёлку с глаз, направился в кабинет Намджуна.       Остановившись у дверей, Чимин ещё раз прокрутил в голове то, что собирался сказать, а затем постучал. Дождавшись ответа, он, стараясь не выдать своего волнения, вошел внутрь и сел на диван, стоящий недалеко от стола Намджуна.       — Что-то ты не в настроении, — склонив голову набок, констатировал очевидное Чимин. — Так не рад моему назначению?       — Не думай, что победил, — прошипел Намджун. — Я поставлю тебя на место.       — И как ты это сделаешь? Опять запрёшь? — ухмыльнулся Чимин. — Боюсь, не сработает. Сейчас я — глава «KimGroup», если вдруг пропаду — поднимется шумиха.       — Пропадешь? — вставая из-за стола, промолвил Намджун. — Зачем же так радикально. Ты так юн — можешь испугаться ответственности и уйти с поста. Кто в этом усомнится?       — Директор Чхве, директор Кан и директор Мун. Без моего присутствия они отставку не примут. Я уже обо всем договорился.       — Какая выдающаяся самоуверенность, — оскалился Намджун.       — Признай, что проиграл. Тебе придётся меня отпустить.       — Проиграл? Этот бой — быть может, — задумчиво произнес Намджун. — Но война ещё впереди.       — Теперь мы на равных, и если будешь рыпаться, я раздавлю тебя, папочка, — выплюнул Чимин.       Не выдержав открытой угрозы, Намджун резко подошел к Чимину и с силой ударил того по лицу. Схватив «сына» за лацканы пиджака, он поднял того на ноги и несколько раз хорошенько тряхнул. Его до зубного скрежета бесило то, насколько бессильным он оказался в сложившейся ситуации. Чимин говорил правду, он не мог его просто взять и закрыть — мелкая тварь все хорошо продумала. В этой войне все козыри были на стороне Чимина.       — Это был последний раз, когда ты меня ударил, — спокойно произнес Чимин и вывернулся из захвата. — Прими достойно своё поражение.       Не дожидаясь ответа, Чимин, гордо задрав голову вверх, вышел из кабинета. Догонять его Намджун не стал — не было ни сил, ни желания. Поговорить нормально они все равно не смогут. А ссориться дальше было так же бессмысленно, как и полагаться на удачу. Сейчас нужно прийти в себя и, успокоившись, решить, что делать дальше.       Когда Ямазаки доложил, что Чимин уехал, Намджун лишь хмыкнул и налил себе в стакан немного виски. Он не собирался его искать. Зачем? Кому тот нужен? Вспыльчивый, наглый, подозрительный и абсолютно фригидный. Кто захочет с таким иметь дело? Правильно, никто. Побегает и приползёт обратно. Давно уже известно, что монстры либо убивают своих создателей, либо возвращаются к ним, окончательно разочаровавшись в свободе. А если учесть, что он все ещё жив…       Намджун был готов дать ему немного форы, но лишь до завтра. С новым днём он, позабыв обо всех своих чувствах, резко и безжалостно вернет Чимина с неба на землю. А когда венец победы вновь засияет над его головой, он возьмётся за Юнги. Телохранитель пожалеет о том, что сказал. Подобные вольности он не прощает.