Звук перчатки

Юки зашел на територию школы Якуши, оглядываясь. Юки привык видеть большие поля с большим количеством оборудования, поэтому отсутствие всего этого, его очень удивило. Савамура, однако, не был так уж удивлен. Шла тренировочная игра. Якуши играли против Саканоэ. За матчем почти никто не наблюдал, за исключением самих игроков Якуши и Саканоэ. Якуши лидировали со счетом 13-4. – Это много — тихо сказал Юки. «Ну, учитывая, что это Якуши, я не так уж и удивлен. Они все-таки команда с сильным нападением.» подумал Савамура. Прямо сейчас Якуши играли в защите. Савамура искал своего друга и нашел его на третьей базе. – КАХАХАХА! – захихикал Райчи – Бей мне! МНЕ! Савамура в который раз задумался, как кто-то, кто был таким на поле, мог стать таким робким, когда не играл. Раичи полностью удивил его, когда они впервые заговорили друг с другом вне поля — парень был совершенно застенчив и заикался, отвечая короткими фразами. Савамура обнаружил, что этот парень его полюбил. Райчи был одним из главных соперников Савамуры. Он был единственным отбивающим, которому удавалось отбивать хоумраны от питчеров его команды каждый раз, когда они сталкивались с ними. На третьем году обучения Савамура сумел сохранить рекорд без хитов и без пропущенных ранов, но в финале Райчи отбил от него RBI. Райчи был признан лучшим отбивающим в Западном Токио в категории старшеклассников, за ним быстро последовали Харуичи и Юки. Излишне говорить, что теперь Райчи был для него как Фуруя — драгоценный друг, но соперник на поле. Может быть, даже больше, потому что они были в противоположных командах. Савамура с ухмылкой наблюдал за своим другом. – Он такой громкий на поле! Саканоэ не была командой, которая была очень известна. Саканоэ была школой, которая фокусировалась на подготовке детей к колледжу, поэтому у них не было много времени на командные тренировки, они просто размахивали битами по отдельности. Обычно они продвигались, может быть, до третьего раунда. Но благодаря их индивидуальным тренировкам их нападение было действительно хорошим. Бэттер отбил мяч, прямо над третьим бейсменом. Юки кивнул в знак одобрения. – Хорошо, сильный удар… Райчи высоко подпрыгнул и поймал мяч. – Кахаха! Я поймал его! АУТ! Юки смотрела с широко открытыми глазами. Как этот громкий ребенок смог поймать такой высокий мяч? – РАЙЧИ, ВТОРОЙ! Райчи огляделся, как будто он был сбит с толку, прежде чем бросить мяч второму бейсмену — по крайней мере, он попытался это сделать. Мяч прошел мимо, и бегущий был в безопасности на второй базе. – каха...ха... — Райчи нервно рассмеялся, оглядываясь по сторонам. – Перестань смеяться, сопляк! – Погрузитесь уже в игру! – Простите, Шима! – Не называй меня так!   – Это, конечно, требует большой работы... Над их игрой на поле — заметил Юки, покрываясь потом. – Да. Якуши, возможно, не так уж хороши в игре на поле, но со временем они определенно стали лучше. Прямо сейчас нападение их команды было их самой большой угрозой. Они наконец завершили иннинг, пропустив два очка в пользу Саканоэ. Началась нижняя часть следующего иннинга. И, к радости, Савамуры, настала очередь Райчи выйти на биту. Юки посмотрел на Савамуру. Он не понимал, почему Савамура настоял на просмотре этого матча. Почему Савамура выглядел таким взволнованным? Это было просто... посредственно. Он наблюдал, как они заняли свои позиции. Все выглядели довольно непринужденно. Парень по имени Ямаути занял место бьющего. Парень без труда отбил первую подачу и оказался на первой базе. Юки поднял брови. «О? Это был сильный, надежный удар» — подумал он, и его любопытство оживилось.   И тут все настроение на поле изменилось. Мишима, один из лучших игроков Якуши, взял базу. Савамура и Юки молча наблюдали за матчем. Мишима спокойно пропустил первые два броска, почувствовав, что это болы. К тому времени Ямаути украл вторую базу. – Какая агрессивная кража... — пробормотал Юки, становясь более внимательным. Кража, когда питчер бросал мячи... Савамура просто молча кивнул, решив понаблюдать за игроками. Он снова хотел понаблюдать за их стилем. Бейсбол Якуши сильно изменился за эти два года. Поначалу они были безрассудной командой — воровали столько, сколько могли, и били так долго, как могли, и били только тогда, когда ситуация отчаянно требовала этого. Вся их команда состояла из отбивающих. Но... Был один участник, который был на голову выше остальных, когда дело касалось защиты — Санада Шунпей — питчер, который нравился Савамуре больше всего. Санада был тем игроком, который побудил Савамуру научиться брасать брейкинг боллы. Когда Савамура впервые предложил научиться бросать каттер, он имел в виду именно бросать как Санада. Хотя Санада этого не знал, Савамура восхищался им. Санада сидел в землянке, приложив лед к плечам. «Значит, он уже подавал...» подумал Савамура, разочарование переполняло его. Он увидел на табло четыре нуля в первой половине. «Это все объясняет... Он действительно потрясающий питчер!» Мишима, как гром среди ясного неба, отбил третию подачу, отправив мяч в аутфилд. Ямаути сделал пробежку до третий базы. Мишима дотянулся до первой. Следующим отбивающим был Райчи. Напряжение на поле возросло еще больше, если это вообще было возможно. – Бей, Райчи! – Дай нам еще три очка! – Единственное, что ты умеешь делать как следует, — это отбивать мяч, так что делай это! – Его товарищи по команде очень бурно его подбадривают... — заметил Юки. «Ну, его отбивание такое же удивительное и пугающее, как и твое, сэмпай! Так что это не шок!» подумал Савамура. Баттеры нерешительно переглянулись. Если он выбьет хоумран, их преимущество увеличится до 16-6. Однако, вывести его было невозможно, потому что тогда базы были бы загружены. Следующим бэттером был Акиба, который был таким же страшным, как и два других первогодки. Лучше пропустить три очка, чем пропустить хоумран, когда базы заполнены...  – Бэттери долго собирается... Неужели этот бэттер такой страшный? Райчи ответил на этот вопрос своей битой. Лязг! Мяч молниеносно пролетел по воздуху и ударился о забор, как раз там, где стояли Юки и Савамура. Оба вздрогнули от внезапного громкого металлического звука. – Ка-Кахахаха! Райчи рассмеялся. – Отличный бросок, Райчи! – Отлично, Райчи! – Три очка! Отец Райчи, Тодороки Райдзо, увидел две фигуры, стоящие за забором. Он прищурился. Они не были в блейзерах, поэтому он не мог разглядеть, из какой они школы. Судя по цвету брюк, они определенно были не из их школы. – Хех — пробормотал он, почесывая уши. – За нами кто-то действительно наблюдает. Санада вмешался. – Разве мы не должны тогда посадить на скамейку запасных первогодок? Мы не хотим давать им никаких данных. – Ты что, тупой? — пробормотал тренер Тодороки. – Ты же знаешь, что мы не используем этих трех сорванцов в первых раундах. Особенно этого идиота — сказал он, протягивая Райчи банан. — он никогда раньше не играл в команде. Ему нужно попрактиковаться. – Дай мне еще один, глупый отец! — завопил Райчи, ныряя в сумку с бананами. – Нет, пока ты не выбьешь мяч в следующем иннинге, идиот! Мне хочется плакать, глядя на тебя! — воскликнул Райзо, убирая сумку. – Это ты никогда не учил меня играть в поле! Не вини меня! Санада к тому времени уже привык к выходкам дуэта. Он просто проигнорировал всю эту драму. – Всё же — пробормотал он. Райзо цокнул языком. – Если они действительно придут и посмотрят на нас, то они из команды, которая играет против нас в первом или втором раунде. Только что звонил твой менеджер — мы сыграем с Ичидай еще до четвертьфинала. Глаза Санады стали внимательными. – Ичидай? — пробормотал он. Райзо ухмыльнулся. – Да. После победы над Ичидаем мы, вероятно, встретимся с Сейдо — если только какая-нибудь другая команда не победит их так же, как мы победим Ичидай. – ... Мы еще даже не сыграли первый раунд, тренер. – Эх.. — отмахнулся Райзо. – Единственный питчер, который мог бы составить реальную конкуренцию Райчи, — это парень Нарумия из Инаширо. – Ас Ичидая Манака — довольно устрашающий питчер, знаете ли. И у них тоже есть хорошие отбивающие — отметил Санада. – Хех. Тогда их точно ждет сюрприз. Они не знают, что у нас есть ты. Санада покачал головой, чувствуя, как на его лице появляется улыбка. Черт бы побрал этого тренера и его высокие ожидания. Теперь они не могут его подвести, не так ли? – У Сейдо есть новичок первого года. – Пфф, Райчи тренировался, чтобы отбивать подачи, летящие на него со скоростью 160 км/ч. Он может легко с ним справиться. Кроме того, половина команд, должно быть, предполагают, что мы проиграем в первом раунде, и что даже если мы выиграем изначально, то проиграем Ичидаю. Сильные команды, такие как Сейдо, не стали бы сейчас с нами возиться. Райзо указал туда, где стояли Юки и Савамура. – Пусть они соберут все данные, которые им нужны.   Юки смотрела широко раскрытыми глазами. – Скорость биты просто безумная... Савамура кивнул. Савамура знал, насколько удивительным отбивающим был Райчи. Но это все равно каждый раз его шокировало. Это верно, подумал он. «Ааааа, интересно, стану ли я когда-нибудь таким же устрашающим отбивающим, как он!» задался вопросом Савамура. Следующим отбивающим был Акиба, он тоже отправил мяч в сетку. К концу этого иннинга они набрали семь очков.  А видя, как Якуши отбивает мяч, аура Юки засияла и теперь изливалась волнами. Савамура ухмыльнулся.  «Миссия выполнена.»   – Юки и Савамура сегодня ходили на жеребьевку турнира, и сетки составов были вывешены на доске объявлений в конференц-зале, а также в кафетерии столовой. Если все пойдет по нашему прогнозу, то мы встретимся с Ичидай в четвертьфинале и с Инаширо в финале, — объявил тренер. При этих словах Юки посмотрела на Савамуру. Им придется поговорить об этом с тренером... Это. – Мы играем со второго круга, и нашим первым соперником может стать либо Маймон Уэст, либо Нарушима. Я хочу, чтобы наши игроки были готовы, независимо от того, кто это будет. Такашима, пожалуйста, посмотри первый круг матчей. Ты знаешь, что делать. Такашима кивнул. – Завтра мы начнем ситуативную тренировку, а также подачи. Савамура, ты будешь подавать команде. Поговори с кэтчерами и расскажи им подробности о своих подачах. Ты сказал, что выучил новую подачу, верно? Лучший способ проверить, полезна ли она, — это подать ее против нашей команды. Савамура ухмыльнулся, совершенно взволнованный.  – Да! Все вдруг повернулись и посмотрели на него, и глаза их загорелись.    Может быть, они не были знакомы с подачами Савамуры, но они видели, как он снес всю линию Шухоку практически одними фастболами. Им всем было любопытно, насколько устрашающими были подачи Савамуры. Они хотели увидеть это из бокса бэттера.    Танба молча наблюдал. Он пропустил матч из-за травмы. По дороге в клинику он думал только о команде. Танба знал, что команда может преуспеть и с ним, и без него. Но... А что, если они все в шоке от этого внезапного несчастного случая? Он был так благодарен Савамуре, что тот предупредил его о соскальзывании контроля питчера. Благодаря этому его голова не пострадала.  Но по возвращении в кампус он понял, что ему не о чем беспокоиться.    Он ушел, когда счет был 8-0, и это был верх седьмого иннинга. И их команда не набрала ни одного очка в седьмом иннинге.    Но в девятом иннинге... Их счет был 17-0. Это значит, что их команда набрала 9 очков всего за два иннинга.    Теперь, победа с невероятным отрывом была обычным явлением для Сейдо. Они много раз играли. Но дело было в том, что... Шухоку были довольно сильной командой. Даже если они не были такими сильными, как Инаширо или Ичидай, они все равно были способны дать отпор.    Черт, даже Инаширо выиграл у них с преимуществом всего в три очка, 6-3.   А когда он добрался до общежития, то узнал нечто еще более безумное. Тот, кто удерживал Шухоку без очков в последних трех иннингах, был кем-то совершенно неожиданным — Савамура Эйдзюн.    И, судя по всему, он сделал это всего за 24 подачи — с семью страйкаутами.    К сожалению, поскольку это был всего лишь тренировочный матч, и особенно потому, что их товарищи по команде не были на пике своей игры из-за усталости, они не записали видео. Они просто делали заметки в журнале. И он узнал еще одну вещь — у Савамуры был чейндж-ап. У него был брейкинг-болл.    Танба хотел узнать, насколько хороша подача Савамуры. Какие у него были брейкинг-боллы? Сколько? Какая у него самая высокая скорость?  Если он был таким потрясающим питчером, как все его называли, то почему он все эти месяцы играл в качестве кэтчера?    После этого тренер их отпустил.    Кэтчеры и питчеры команды отправились в конференц-зал, чтобы подробно обсудить стратегию. Тем временем Юки, Джун и Крис были вызваны в кабинет тренера.   Катаока уставился на Юки. – Юки. Оота-сан упомянул, что вы с Савамурой сегодня ходили в школу, чтобы получить некоторые данные. У вас есть что сообщить?   Юки кивнул. – Они грозный противник. Их защита не представляет собой ничего особенного... Но их нападение довольно сильное. У них сегодня был тренировочный матч против Саканоэ, и они выиграли с огромным отрывом... Их отбивающие особенно сильны. Если мы начнем недооценивать их... Может случиться все, что угодно, — серьезно сказал он.   Крис взял свой блокнот и сделал запись, прежде чем прочитать уже имеющиеся в нем записи.  • Сильное нападение • Сильные очищающие пасты – Прошлой весной у них появился новый тренер... И, судя по всему, они прошли в третий раунд, несмотря на то, что всегда проигрывали в первом раунде — прочитал Крис.    Крис посмотрел на Юки. – Их отбивающие, похоже, не такие уж и сильные. Они действительно такие страшные?   Юки кивнул. – Я думаю, что их отбивающие — новички. Они продолжали делать глупейшие ошибки на поле.    Крис снова это записал.  • Беттеры первогодки... • Часто допускают ошибки при игре на поле.  Если они первокурсники... Это объясняет, почему у меня нет данных о них.  Пока.   Джун увидел турнирную сетку. – В любом случае они встретятся с Ичидай. Я очень сомневаюсь, что они смогут победить Ичидай.   – Их нападение так же сильно, как наше, Джун. Немного практики, и они разовьют надежную защиту. Нет ничего плохого в том, чтобы держать ухо востро. Этот четвертый отбивающий...– сказал Юки, и его аура засияла. – Его скорость биты такая же высокая, как у меня... А он всего лишь первогодка.   Все уставились на него.  – Скорость такая же высокая, как у тебя?! — воскликнул Джун. Катаока уставился на него. – Юки. Ты уверена? Он кивнул.  Крис снова записал. – Как его зовут? Юки нахмурился. – Все продолжали называть его Райчи... Катаока прочистил горло. – Ну, мы получим список игроков через некоторое время. Тогда и проверим.   – Я уверен, что они будут использовать первогодок в качестве запасных против сильных команд, даже если они не будут играть в первых играх... — задумчиво сказал Юки. — Они определенно способны.   Катаока уставился на Юки. – Очень хорошо. Тогда, Крис... Я хочу, чтобы ты пошел и посмотрел первый раунд, чтобы определить нашего противника. Ты знаешь кого-нибудь из второго состава, кто наблюдателен?   – Ну... Есть такой игрок по имени Ватанабе, который хорошо читает игроков... — сказал Крис. Поскольку Крис был менеджером второго состава в течение многих дней, он был хорошо знаком с игроками второго состава.    – Хорошо... Крис, поговори с ним. Спроси, сможет ли он пойти и узнать подробности о команде Якуши. Такашима должна составить ему компанию – Хайи. – затем Крис покинул офис.   – Я буду раздавать номера завтра — сказал Катаока. – Несмотря на травму ноги Танбы, я сделаю его асом. Кто-нибудь из вас жалуется на это? — спросил Катаока.    – НЕТ! Конечно, я не жалуюсь! — воскликнул Джун, ухмыляясь. – Этот ублюдок пошел дальше и даже побрил голову сразу после возвращения из клиники. Не понимаю, чего он такой серьезный!   Катаока скрыл ухмылку и кивнул.  – А что насчет тебя, Юки?   Юки улыбнулся. – Никаких жалоб, тренер.  – Тогда это решено. – сказал Катаока. – В любом случае, мне нужно было поговорить с вами кое о чем. Вы понимаете ситуацию в команде? — спросил он, пронзая взглядом игроков перед собой сквозь очки.  Все молчали.  – Лето начнется через неделю. К счастью, мы входим в число сеяных школ, иначе мы начали-бы играть прямо с этой недели. Танбу попросили не выходить на поле как минимум две недели, а это значит, что он сможет играть только с четвертого раунда. Первые три матча будут полностью зависеть от других питчеров в команде, двое из которых — новички, а один — второгодка без опыта. – ...да – Вы, ребята, поняли это вчера? – ...да – Если бы вы это поняли... Почему вы, ребята, не были первыми, кто кричал вчера? — спросил он серьезным голосом. – Это лето. Вы, ребята, должны быть готовы ко всему — летом может случиться все, что угодно. Как капитан и зам-капитана команды и как лучшие игроки в команде, вы обязаны зажигать их. К счастью, питчинг и подбадривание Савамуры избавили нас от неприятностей. Если бы не он... Игра продолжилась бы так же, как и в седьмом иннинге. Не хочу думать, что бы случилось, если бы не он. Он спас боевой дух команды.  Джун поморщился, вспомнив, как они не набрали ни одного очка в седьмом иннинге.  – Вы, ребята, составляете грозную команду — прямо сказал Катаока. – Эта команда может отправиться на Кошиен. Но для этого мне нужно, чтобы все мои ключевые игроки были в отличной форме. Не только Савамура. Не только Миюки. Не только Курамочи. Вы, ребята, тоже. Вы понимаете? – ДА! – С завтрашнего дня я хочу, чтобы вы, ребята, кричали громче всех! Покажите свою решимость как опытные игроки! – ДАА…!– – Хорошо. Можете идти. Лето начиналось. – Игра Савамуры-куна действительно спасла нашу команду вчера... - сказала Такашима.  Катаока опустил взгляд, вспоминая вчерашний день. Он был рад, что позволил Савамуре выйти на горку. «Один аут! Я буду подавать на контакт, так что полевые игроки! Я буду рассчитывать на вас!» Игроки, после того как один игрок был вычеркнут, медленно, казалось, вернулись в игру. «Один аут!» Он ухмыльнулся, вспомнив, как Савамура поддерживал боевой дух команды. – Да. – Итак. Какие у тебя есть подачи? — спросил Миюки, наклоняясь вперед в своем кресле. Савамура стал серьезным. То, как он это объяснит, поможет кэтчерам лучше понять его бросок. Ему придется переиначить события и придумать что-нибудь, чтобы сделать их правдоподобными в текущей временной линии.  Он вздохнул. С чего бы ему начать?  Как он сможет объяснить, что то, что он делал на протяжении трех лет в старшей школе, он делал в средней школе?    – Подача, которую я использовал против Шухоку, — это мой фастбол, — начал Савамура. – Это моя подача по умолчанию — та, которую я использую, когда мой кэтчер ставит свою перчатку, не подавая никаких знаков. Миюки кивнул, его лицо стало серьезным.  Савамура посмотрел на Миюки. – И как ты знаешь, сэмпай, если бы ты показал мне пять пальцев, я бы сделал чейндж-ап. Миюки снова кивнул. Савамура сделал чейндж-ап трижды и сказал, что жестом для чейндж-апа было поднятие пяти пальцев.  – Да. Так что вы могли подумать, что это случайный знак... Это не так. Это мои номера — сказал Савамура.    – ...Номера? — заинтригованно спросил Миюки.  – Что это значит? — спросил Мияучи, выдохнув.  – Это английский? — спросил Фуруя.  Савамура хихикнул. – Да, это английский. Так что, по сути, у меня вообще не было тренера.    Миюки уставилась на него.  Савамура продолжил, не обращая внимания. – Поэтому я вообще не контролировал свой фастбол. «Этот парень, который бросил мяч прямо мне в руку, не контролировал ситуацию?»   – У меня был фастбол, который постоянно двигался у пластины, из-за чего моему кэтчеру было сложно его поймать. В конце концов мы оба пришли к выводу, что нет смысла подавать мяч в полную силу, если кэтчер не сможет его поймать, поэтому я начал подавать мягко, чтобы не было большого отклонения.   – Так... Это был движущийся фастбол? — спросил Танба. Савамура ухмыльнулся. – Да! Точно!   – Итак, я начал думать... Вместо того, чтобы подавать мягко... Что, если я начну пытаться подавать в перчатку? Поэтому я провел небольшое исследование и наткнулся на четырёх шовный фастбол, который летит прямо, но имеет массу вращения. На данный момент это мой лучший бросок из всего репертуара. Так что, да. Это было мое первое знакомство с разными хватами. Когда я больше играл с мячом, я обнаружил, что мои броски меняются только из-за моего хвата. Мне не нужно было менять свой замах. Достаточно было просто поменять хват. На самом деле, мой самый первый кроссфайр был броском, который я бросил случайно, от отчаяния . Савамура рассмеялся, не обращая внимания на недоверчивые взгляды, брошенные на него.    «Его подачи меняются в зависимости от хвата?!» «Он случайно бросил ломающийся мяч?!» «Он стал хорошим питчером, несмотря на отсутствие тренера?!»   – Так что да. Как я уже сказал, хват. Поэтому я перепробовал каждый хват, какой только мог придумать... И присвоил номера любой подачи, которую можно было использовать. Сейчас у меня 18 подач — некоторые с похожими брейками, но с небольшой разницей в скорости или направлении... Некоторые просто.... – Восемнадцать? — спросил Танба, не веря своим ушам. – Да... Восемнадцать. — Сказал Савамура, широко ухмыляясь. – Поэтому, поскольку мой самый первый бросок был кроссфайр, я решил дать ему номер один. Вот так я назначил разные номера для разных хватов, которые я больше тренеровал. Мой первый брейкинг-бол, который я бросил намеренно, был моим чейндж-апом. А потом я понял, что могу бросить три вида чейндж-апа. И поэтому я дал разные номера для своего чейндж-апа.   «Три чейндж-апа?  Что это за парень...»   Савамура подошел к доске и записал свои цифры.  – Итак, как я уже сказал, мой главный приоритет — кроссфайр. 1- Кроссфайр. – Номер два, как следует из названия, — это двухшовник. 2. Двухшовник. – У тебя есть двухшовник?! – Насколько хорошо ты его контролируешь?   – Хе-хе! Довольно неплохо! — сказал Савамура, и щеки порозовели. В любом случае. Номер три мой чейндж-ап, и я дал ему этот номер из-за хвата. 3. Чейндж-ап.    – Мой четвертый номер — четырёхшовник, как и название. Это, как я уже сказал, мой лучший бросок, который я могу сделать в любом месте и в любой ситуации. 4. Четырёхшовник.    – Мой номер пять — это палмболл. Так как мяч захватывается всеми пятью пальцами, я дал ему этот номер. 5. Палмболл   – Мой номер шесть — это чейндж-ап с вулканическим хватом. С этим хватом мяч ломается. Это немного похоже на форкбол, но с очевидным изменением скорости? Так что да, поэтому я и называю это чейндж-апом. 6. Vulcan чейндж-ап.   – Мой номер семь — каттер. Савамура ухмыльнулся. – Это одна из моих самых любимых подач. Он ломается прямо у пластины, в грудь правой руки отбивающего. Поскольку он идет прямо, а затем внезапно ломается, отбивающему кажется, что мяч действительно исчез. Поскольку я модифицировал его из своего кроссфайра, мне нравится называть это моим каттер кайем. 7. Каттер кай.   – Мой номер восемь — это еще один питч, похожий на этот — он внезапно ломается у пластины, но движется вверх — сказал Савамура. – Я не часто его использую, потому что иногда судьи могут назвать его боллом. Мяч, движущийся вверх, трудно поймать, как ты знаешь. Это почти как твой неконтролируемый фастбол, Фуруя — сказал Савамура, ухмыляясь Фуруе.  Аура Фуруи засияла.  Миюки и Мияучи кивнули, в то время как остальные тупо уставились.    – Если падающий мяч легко поймать, почему бы не поймать мяч, летящий вверх? — спросил Фуруя. В его голове мелькнуло несколько вопросительных знаков.  – Потому что, Фуруя. Когда мяч опускается вниз, ловец может сделать так, чтобы казалось, что он падает в перчатку. Но если он движется вверх, ловцу придется его поймать — перчатка может выйти из зоны удара, и судья назовет это боллом, — объяснил Савамура.  Миюки ухмыльнулся, взволнованный. Савамура прекрасно объяснил построение питча таким образом, что любой питчер смог бы его понять.    Он прекрасно понимает кэтчеров...    – Мой номер девять... Это подача, которая может заставить отбивающих бить мои подачи. Это еще одна моя подача, которой я очень горжусь. Савамура ухмыльнулся. В конце концов, эта подача сработала как мечта против отбивающих Ичидая. – Я называю это моим сплиттером. Он ломается как сплиттер... Но только на пластине. Он летит прямо, как фастбол, а затем внезапно ломается, заставляя отбивающих качаться. 9. Сплиттер.   – Мой номер десять... Это шуттер, я полагаю? Это странно. Он похож на мой двухшовник, но его гораздо сложнее читать. Вы, ребята, знаете, что шуттер обычно используют питчеры-правши, верно? Но поскольку я левша, эта подача для меня непростая. Она меняется каждый день, поэтому я не использую ее, если это не абсолютно необходимо. Кроме того, это меня утомляет, так что... 10. Шуттер.   – Мой номер одиннадцать — обычный старый сплиттер! 11. Сплиттер. –Мой номер двенадцать — слайдер! 12. Слайдер.    – Мой номер 13... Ну, каттер. Помните, что я говорил о своем номере 7? Что он резко ломается в грудь правши? Поэтому я подумал... Что мне нужно сделать, чтобы он ломался, но в грудь левого отбивающего? И после того, как я повозился с мячом, я придумал другой захват, чтобы он ломался напротив моего каттер-кая. У этого не такой резкий брейк, как у каттер-кая, но он иногда выводит левого отбивающего из равновесия. Поскольку он ломается влево, я называю его левосторонний-каттер! 13. Левосторонний-каттер.   – Мой номер четырнадцать... — фыркнул Савамура. – Ну, я все равно не буду использовать эту подачу. Это просто глупая подача, которую я сделал, а потом полюбил. На первый взгляд это будет выглядеть как дикий мяч, но в последнюю минуту он попадет в зону страйка — надеюсь. Сказал Савамура, лукаво ухмыльнувшись.    – Мои номера дальше... Относительно новые, поэтому я не практиковал их так много, как хотел бы. И я выучил эти подачи, когда был на третьем году обучения, когда был кэтчером, так что мне не удалось их подавать. Мой номер 15 — это сплиттер... Но с гироскопическим вращением. Мой номер шестнадцать — это тоже подача с гироскопическим вращением... Но это слайдер. На самом деле... я не тот, кто придумал эти подачи. *** «Ты это сделала, Миюки-семпай.» Савамура был вдохновлен изучением вращения гироскопа благодаря Амахисе. Но проведя собственное исследование, он обнаружил, что понять его чрезвычайно сложно.  Савамура однажды пожаловался, что длинные объяснения о вращении гироскопа были слишком сложными, и что он не смог донести их до Миюки. Волчонок тоже был там в то время.   Сначала Миюки отмахнулся от этого, попросив его сосредоточиться на уже имеющихся у него подачах, поскольку летние отборочные соревнования уже начались.  Мало кто знал что Миюки сам провел исследование вращения гироскопа после того, как Савамура высказал свои жалобы. После того, как Миюки собрал достаточно информации о вращении гироскопа, он помог ему с этим после возвращения с Кошиена.  Даже после выхода на пенсию Миюки помогал Савамуре с развитием его номеров. Он усвоил детали вращения гироскопа и объяснил их Савамуре простым, но эффективным способом, который сделал их понятными для Савамуры.  Но в это время Савамура уже был капитаном своей команды, и поскольку они только что вернулись с Кошиена, выпускники и репортеры начали собираться на каждой тренировке, и давление на команду возросло. Особенно с уходом сэмпаев, на которых Савамура больше всего полагался — Курамочи и Миюки, — у Савамуры не было много времени, чтобы разрабатывать новые подачи. Поэтому Савамура решил усилить контроль и скорость уже имеющихся у него подач.  *** – Один из моих сэмпаев... Который очень любил бейсбол... Помог мне с гироскопическим вращением. — сказал Савамура. – Я прочитал много книг и посмотрел видео, чтобы узнать о гироскопическом вращении... Но длинные объяснения об оси мяча... Изменение разрыва... Эффективность скорости вращения... Они были слишком длинными и извилистыми, и я просто не мог в них разобраться. Поэтому он провел собственное исследование и объяснил мне это простым способом, чтобы я мог понять. Савамура нежно улыбнулся. – Так что, да. 15. Сплиттер с гироскопическим вращением. 16. Слайдер с гироскопическим вращением.   – Мой номер 17 — форкбол. Это относительно новая подача... Которую я придумал примерно пять или шесть месяцев назад! Это было, когда ты встретил меня, Миюки Казуя! Время, когда Рей-тян разведала меня! Я понял, что мой номер 6... Вулканический чейндж-ап... Очень похож на форкбол, но с меньшей скоростью, поэтому это был чейндж-ап. Поэтому я подумал... Зачем сейчас разрабатывать подачу, которая ломалась бы так, но с высокой скоростью? Поэтому я попробовал разные подачи, и наткнулся на эту. Так что... 17. Форкбол.   – Мой номер 18 я придумал совсем недавно только после того, как пришел в Сейдо. На самом деле, я придумал его сразу после турнира Канто. Мой курвболл. Ну, полагаю, его придется назвать медленным курвболлом! Он даже не превышает 110 км/ч, я думаю. Крис-сэмпай помог мне с этим! 18. Курвболл.    – Итак... Вот и всё! Это всё мои подачи! — сказал Савамура с невинной улыбкой.    Минуту они все сидели там, а потом взорвались.    – И это всё?! Ты только что сказал: – Вот и всё?! – У тебя больше подач, чем у меня... – У тебя сейчас только фастбол, Фуруя... – У тебя есть все, сопляк! Чего еще тебе надо?!   Савамура нахмурился. – Ну... Я всегда хотел попробовать наклбол. Но это слишком сложно! Мои подачи в основном зависят от трех вещей: моего хвата, запястья и падения локтя. Тебе придется тренироваться с самого детства, чтобы научиться кидать наклбол! Я начал тренировать пальцы, отжимаясь от пола, ловя мяч лежа... Но я сомневаюсь, что когда-нибудь смогу его подать! – сказал Савамура, нахмурившись. – О! СЛУРВ ИЛИ КРЮБОЛ ТОЖЕ ПОДОЙДУТ!   – ... Он действительно хочет больше подач... – Он действительно... *на следующий день* В тот день тренер раздал номера. – Номер 1 — Танба Коичиро! Глаза Танбы расширились. Катаока подошел к Танбе, дав ему номер. – Ты можешь вернуться через три недели, да? Не напрягай ногу и возвращайся в команду в лучшем состоянии. – Х-хай! Савамура посмотрел на число, которое Танба теперь держал в руках. «Конечно, парень, которого признает вся команда, должен быть асом. подумал Савамура – Я отыграюсь, с моими подачами! Подожди до весны! Прямо сейчас, еще более важная цель — привести эту команду на Кошиен!» Харуичи краем глаза наблюдал за Савамурой. Он улыбнулся, увидев напряженный взгляд на ухмыляющемся лице Савамуры. «Он ничуть не изменился... Такой позитивный настрой. Помню именно это послужило для меня катализатором к дружбе с ним.» Номер два — Миюки Казуя!  Номер три — Юки Тетсуя! Номер четыре — Коминато Рёске! Номер пять — Маско Тору! Номер шесть Курамочи Ёичи! Номер семь — Сакаи Ичиро! Номер восемь — Исашики Джун! Номер девять — Ширасу Кенджиро! Номер десять — Каваками Норифумия! Номер одиннадцать — Савамура Эйдзюн! Номер двенадцать — Мияучи Кёйскэ!  Номер тринадцать — Кадота Масааки! Номер четырнадцать — Кусуноки Фумия! Номер пятнадцать — Хигаса Сёдзи! Номер шестнадцать — Танака Шин!  Номер семнадцать — Эндо Наоки! Номер восемнадцать — Фуруя Сатору!  Номер девятнадцать — Коминато Харуичи! «Харуичи улыбнулся. – Это был мой старый номер... Это вызывает ностальгию. Я буду продвигаться вверх, как и в прошлый раз!» Номер двадцать — Такигава Крис Ю. Крис замер. Он знал, что его повысили до основного состава, и что ему даже разрешили играть против Инаширо но, чтобы получить номер... – Чего ты замер? Тебе не хочется? Из-за спины его подтолкнули несколько рук — это были его товарищи по команде из второго состава. – Если ты колеблешься, потому что тебе нас жаль, то у нас с тобой будут проблемы, Крис, — ухмыльнулся Макихара . – Hai. – слабым голосом сказал Крис, делая шаг вперед. Катаока протянул ему ткань. –Добро пожаловать обратно в команду — сказал Катаока.   Крис уставился на номер. – 20. Крис сложил его пополам, и цифра – 2 уставилась на него. Крис улыбнулся, хотя на глазах у него выступили слезы. OMAKE: – Номер 20... — пробормотал Савамура. – У Криса-семпая номер 20. – Эйдзюн-кун... Харуичи покрылся потом. – Ты уже говорил это, наверное, раз сто. Да, я понимаю, что ты рад тому, что твой хозяин теперь в первом составе. Эти двое были в комнате Харуичи, и оба сэмпая Харуичи еще не вернулись. Савамура сел и повернулся к Харуичи. – Т-ты не понимаешь, Харуичи. Номер 20... Это мой старый номер! И Крис-сэмпай будет его носить! Ты знаешь, как я счастлив? Харуичи снова покрылся потом. «Вот чему ты рад?! Ты находишь самые странные вещи, которые могут тебя взволновать...» – Нет, это просто странно. Почему кто-то должен этому радоваться? – Ты не понимаешь, Харуччи! Представь, что Онии-сан носит твой номер! Как бы ты себя чувствовал?! – Сомневаюсь, что мне захочется видеть своего брата с 19 номером. – Н-не выражайся так! Харуичи рассмеялся. – Ты просто странный. В этот момент раздался стук. – Итак... Савамура. — спросил Миюки, прислонившись к двери. Миюки зашёл в поисках Зоно, и, увидев там Савамуру, он решил задать вопрос, который крутился у него в голове уже несколько часов. Савамура, лежавший на кровати Харуичи, поднял голову.  – Что, Миюки Казуя? – Ну... У тебя 18 подач, и ты рассказал нам, как они различаются. Ты помнишь свой номер четырнадцать? – ...Это мои номера, Миюки Казуя... – Правильно. Так ты сказал нам, что вообще не используешь эту подачу. Почему? Мяч, который уходит в сторону, прежде чем попасть в зону страйка, кажется довольно полезным. Савамура ухмыльнулся. Миюки ненавидел эту подачу.  – Потому что тебе не понравится эта подача — сказал он, сдерживая смех.  – Почему нет? – Ну... Потому что, во-первых, она не предсказуемая, а во-вторых, мои кэтчеры ненавидели этот захват. Миюки наклонил голову. – Какой захват? – Этот! Миюки уставился. – Ты серьезно...