Упавшая в ущелье проблем

— Знаю, что странно, но отгадаешь несколько загадок? – полюбопытствовала Гончарова, явно что-то задумав. — Да, конечно, почему бы и нет. – спокойно отреагировала Соловьева. — Отлично, только запоминай ответы. Первая загадка: у моего отца есть сын, но он мне не брат. Кто это? — Так, сейчас. Ответ - я? – уточнила Вероника. —Верно. Вторая загадка, вернее ребус. Вот тебе номер букв алфавита, чтобы было удобнее. Я буду диктовать цифры, а ты составляй слово. – Гончарова протянула Соловьевой телефон – 20 , 6 , 2 , 33. – медленно и чётко произнесла фельдшер. — Получилось “тебя”, правильно? — Да, и последняя: Я делаю мир ярче, делаю тебя счастливее. Я могу быть тихой, как шепот, или кричать, как ураган.Я могу быть нежной, как шелк, или сильной, как сталь. Что я делаю? Только отвечай в первом лице – Гончарова стала ждать ответ. — Ох, эта загадка сложнее предыдущих. – подумав, минуты две Вероника вроде догадалась. – Ответ: люблю. – сказала Соловьева и осознала. — Правильно, да это так. Ты мне нравишься, ты делаешь мои дни ярче. Я уже не представляю свою жизни без тебя. – чуть не плача, говорит Эвелина. Вероника немного в шоке, и нет она полностью согласна с ней, только вот кажется ей все это неправильно. Она обдумывает ответ, собирается сказать, и вместо подготовленного предложения получается — Я тоже тебя люблю. Ты единственный человек, ради, которого хотелось жить. – говорит Вероника, обняв Гончарову. Они прогулялись ещё часа пол, а потом полил дождь, и они быстро добежали до метро. Для обеих это был лучший день в году. На следующий день Соловьева пришла чуть раньше своей смены, и зайдя к Ольге Кирилловне, постаралась убедить заведующую не отправлять ее к психологу. Пытаясь всеми силами заверить Арефьеву, что она уже всё прожила и пережила, но у Вероники ничего не получилось. Сегодня у доктора Соловьевой была дневная смена, в бригаде с ней был Ушаков. —Всем привет! – бодро и жизнерадостно сказала Ника. —Здравствуйте. Вероника Андреевна, сегодня праздник какой-то что-ли? – шутливо спросил Ушаков. — Нет, а что? — Вы с самого утра счастливая такая ходите, прям светитесь. — Вчера день хороший был. – улыбнулась Соловьева. Разговору помешал КПК. —Так адрес:улица Суворова, дом 10, квартира 50. Прихватило сердце. Борь, включай светомузыку, и вперёд. – указала Вероника. На этом вызове, они испытали весь спектр эмоций, пациентка успела побывать в клинической смерти, с ужасно высоким давлением. Вообщем этот случай был самым эмоциональным за всю смену. Остальные вызовы были спокойными. — Ох, этот день можно занести в книгу рекордов Гиннеса, как самый спокойный день. – посмеялась Вероника. — Это точно. – чуть ли не хором подтвердили водитель и фельдшер. Смена была сдана, Соловьева уже собиралась идти домой, как ее остановила Арефьева. — Вероника, я тебя искала. Зайди ко мне, сейчас. Войдя в кабинет, доктора встретили следующими словами: — Вот направление к психологу. Больничный не открываю, пока. Но если не сможешь совмещать, скажи - открою. Но учти с дополнительных смен, на которые ты просилась я тебя убираю. — Это я понимаю. Хорошо, спасибо. – расстроена ответила Соловьева и вышла из кабинета. К психологу Вероника решила зайти сегодня, чтобы понять, сможет ли она вообще ходить туда, без вреда для работы. По дороге она встретила Эвелину. — Вероника, привет. Ты уже домой идёшь? – поинтересовалась фельдшер. — Не совсем, Ольга Кирилловна выдала направление к психологу. Сейчас к нему пойду. – поникши рассказывала доктор. — Слушай, может это к лучшему? Тебе легче станет, избавишься от внутренних терзаний. – постаралась поддержать Эвелина. — Наверно ты права. Ладно, удачи тебе, я пошла делать свою жизнь беспроблемной. – улыбнулась Соловьева. Они попрощались, и каждая пошла по своим делам. К специалисту доктор все же зашла. Они даже проконсультировались. Но вот расписание местами наползало на работу, и Вероника приняла решение дальше "лечиться" работой. Никому об этом, не рассказывая. Через неделю Эвелина с Соловьевой снова встали в одну бригаду. На обеде в комнате отдыха, когда там никого не было Гончарова спросила у доктора напрямую ходит ли она к психологу. Та без зазрения совести, ответила, что ходит. Прошел месяц, а то и два прекрасного лечения работой. И вроде все хорошо, никто не узнал и не сдал, но к сожалению тайное всегда становится явным. Гончарова с Соловьевой сегодня работали в одной бригаде. Пока они ехали на вызов, Эвелина попросила Веронику перейти к ней в задний отдел машины, так как нужно поговорить. —Вероника Андреевна, а вы завтра выходная? – тихо спросила Гончарова. —Ну да, а что? — Давай завтра встретимся, прогуляемся? – предложила Эвелина. Хоть она и говорила тихо, но Сомов всё же её услышал. — Давай, отличная идея. – поддержала доктор. Они доехали на вызов, оказали помощь, вызов за вызовом и смена пролетела. Уже и домой пора. — Эвелина, а ты же на метро? – уточнила Вероника. — Да. – немного удивлённо ответила Гончарова. — Пошли вместе? – с надеждой предложила Соловьева, переживая, что услышит отказ. — Да, конечно. Я только с радостью! – отреагировала фельдшер. По дороге к метро они разговаривали обо всём, темы рождались сами. В одно мгновение Эвелина решила взять Соловьеву за руку, подбадривая себя тем, что они встречаются уже несколько месяцев, и это нормально. Хоть Вероника и была ошарашена, но не отпустила, и была даже рада этому. Дошли до метро они не отпуская рук. И пока добирались, успели договориться о месте и времени встречи.