Присоска

      Хенджин выполнил свой долг и теперь мог спокойно выдохнуть.       Он внимательно вглядывался в кукольные черты веснушчатого лица в ожидании малейших проблесков сознания. Парень, свалившийся кулем у его ног на грязном полу туалета, приходить в себя не спешил.       Это по-своему было хорошо. Инструкции, описывающие порядок действий после пробуждения носителя, Хенджин помнил смутно. Все-таки уже полгода прошло с тех пор, как его списали со службы и отправили по программе адаптации на этот богом забытый завод. Кто же знал, что в этой дыре тоже можно встретить присоску? Хенджин вот встретил. И очень этим гордился. Все-таки рано командир Со поставил в его дело печать о профнепригодности!       Полгода назад, когда Хенджин только приехал во всеми богами забытый городок, далекий от центра цивилизации, вся будущая жизнь казалась одним сплошным, беспросветным дерьмом.       Нет, ну серьезно, что ему оставалось? Прозябать до конца своих дней в провинции, на заводе по штамповке ему подобных? Хенджин не мог «окунуться в радости обычных людей», как рекомендовала брошюра из адаптационного центра психологической поддержки. Какие к черту радости? Хенджин появился на свет из пробирки. Лишенным матери и отца. Стерильным по природе своей. Воспитанным лишь для одной цели — искать и обезвреживать вестерианцев или, проще говоря, присосок. Но так уж вышло, что родился Хенджин дефективным.       Если кто не в курсе, пятьдесят лет назад на планете воцарилась новая эра. Тогда впервые, в результате попыток научно доказать существование души, был извлечен из тела носителя вестерианец. Так Земля узнала, что уже давно и плотно является зоной экстремального туризма иномирных гостей. Понадобилось, конечно, время, чтобы разобраться в этой сложной схеме, но суть примерно следующая. На планете Веста, расположенной черт знает насколько далеко от Земли, находился туристический центр для граждан межгалактического сообщества. Он предоставлял энерго-ментальные туры в отсталые миры для любителей экзотики. Энергетические проекции разума, способные преодолеть за доли секунды куда большие расстояния, чем физическая оболочка, внедрялись в тела ничего не подозревающих людей и позволяли жить вместо них их жизнь. После выяснения всех обстоятельств, на Земле было объявлено военное положение и начата разработка программы по борьбе с присосками. Хотя некоторые считают, что это просто был удобный повод для властей бывших соединённых штатов взять полный контроль над планетой в свои руки. Так или иначе, на программу ушли миллиарды долларов, и она быстро дала плоды.       Генномодифицированные солдаты-клоны, которых выращивали искусственно до десятилетнего возраста на заводах вроде того, где теперь Хенджин обретался, обладали способностью аккумулировать в конечностях ультразвуковые волны, которые уничтожали присосок, выбивая их из носителей. Присоски вне симбиотов на Земле долго находиться не могли, а вернуться самостоятельно, без запроса с Весты не представлялось для них возможным. В общем, Земля шла упорно и планомерно к полному краху чужого туристического бизнеса.       Зачем такие сложности и почему нельзя ограничиться простым ультразвуковым оружием? Присоски были не так просты. Они прекрасно мимикрировали под людей и вливались в общество. А устраивать переполох, позволяя бегать солдатам с оружием наперевес по улицам городов, означало полную потерю контроля над населением планеты.       Для того же, чтобы обезвредить присоску, специальному агенту достаточно было всего одного касания. Но у Хенджина с этим имелась одна маленькая проблемка.       Так уж вышло, что необходимый импульс аккумулироваться ни в ногах, ни в руках Хенджина не желал. Ему, блять, почему-то нравилось зарождаться в члене!       В целом вычислить и обезвредить присоску было не так уж легко. А уж выбить присоску членом вообще было задачей со звездочкой!       И тем не менее Хенджин старался пробиться в ряды агентов. Обучался в академии наравне с остальными. Пытался развить в себе способности к стандартному аккумулированию всеми мыслимыми и немыслимыми методами. Изобрел способ быстро приводить нужный орган в рабочее состояние и так же быстро его извлекать. На полном серьезе множество раз пытался попасть на задание, чтобы показать свою полезность, но…       Был переведен сначала в штаб, а после и вовсе списан на «программу адаптации» по причине «психологической неустойчивости». Психологически неустойчивым посчитал его командир Со, когда Хенджин предложил ему план-разработку сценария с соблазнением присоски для последующего ее устранения. Нет, ну а как он еще предлагал Хенджину действовать? Размахивать членом, как джедайским мечом?       И вот Хенджин оказался здесь. Потерявший цель в жизни. Позабытый своими товарищами из военной академии. Не умеющий совершенно ничего из светских и бытовых вещей.       Первые месяцы жизнь Хенджина протекала под прессом апатии и фрустрации. Он ел, пил, спал и работал на автомате, совершенно не замечая, как проходят дни. Попытки новоиспеченных коллег по цеху завязать дружбу с новеньким успехом не увенчались. Хенджину нечем было с ними поделиться, ведь вся его прежняя жизнь протекала под грифом секретно. А самому ему никто интересен не был.       Пока в цех впервые не вошел новый лаборант по имени Феликс Ли.       Этот слишком уж красивый, улыбчивый и манерный парень сразу показался Хенджину подозрительным. Он с крайним любопытством задавал сотрудникам десятки вопросов, пытался разобраться как работает каждый производственный отдел и чем занимается каждый сотрудник. Совал свой веснушчатый нос буквально всюду. При том, что, будучи лаборантом, наверняка имел представление о работе далеко не абстрактное. Плюс еще выглядел, как айдол или телезвезда, а не любитель микроскопов и пробирок. Но самое главное, что не внушало доверия, это интерес новичка к самому угрюмому и нелюдимому сотруднику — Хенджину. Этот странный Феликс Ли ходил за Хенджином всюду. Пытался выведать, чем тот интересуется, какой кофе любит и какие книжки читал в детстве.       А Хенджин в детстве книжек не читал! Все необходимые данные загрузили в его мозг на заводе еще до того, как он попал в военную академию и начал свое обучение.       Феликс Ли будил в нем паранойю. Экспериментами этими своими изводил. Заставлял к примеру каждый день пить разные виды кофе, чтобы вычислить, какой придется Хенджину по душе. Оказалось, что американо без подсластителей. Этот факт почему-то странного Ли расстроил. Но не надолго. На смену пришли новые эксперименты.       Хенджин старался держаться от навязчивого коллеги подальше настолько, насколько мог. До тех пор, пока его не осенило, что Феликс – присоска! И не какой-то там простой вестерианец, а шпион, посланный следить за самим Хенджином!       Ничего удивительного в этом не было. Подобных Хенджину — списанных по причине дефектности было не много. Буквально по пальцам пересчитать! Да и те чаще были инвалидами, неспособными жить, как обычные люди. А подобраться к действующим агентам было не так уж просто в силу засекреченности всех деталей военной программы.       Вот и решили вестерианцы открыть через Хенджина путь к тайнам противника. Феликс Ли явно его изучал! И с этим нужно было срочно что-то делать, ведь эта чертова присоска вполне могла передавать данные на Весту дистанционно. А Хенджин не помнил, что мог невольно слить до того, как обо всем догадался.       План пришел быстро. Все что нужно было для реализации — достать смесь, которую Хенджин разрабатывал в академии для «поднятия боевого духа» и подкараулить Ли в нужный момент.       На то, чтобы уговорить коллегу Феликса, старшего лаборанта Ли Минхо, пустить Хенджина похозяйничать в лаборатории, ушла неделя. Еще пару суток на приготовление «зелья бодрости».       А потом Хенджин и Феликс поменялись местами.       Хенджин принялся ходить всюду за Ли тихой тенью, заставляя того сменить свой прежний энтузиазм на сомнения и тревогу. Феликс перестал улыбаться призывно и сыпать вопросами. Вместо этого он нервничал при виде Хенджина и опускал глаза в пол. Быстро стало ясно, что шпион из Хенджина еще хуже, чем из этой смазливой присоски. Шанс, что та смотается, не дожидаясь полного раскрытия, был очень велик.       Поэтому Хенджин решил ускорить события, а не выжидать момента. Вообще-то изначально он хотел сымитировать интерес к присоске, затащить его к себе и сделать дома свое черное дело. Но теперь мало верилось, что хитрый Феликс на такое поведется.       Так что, когда Ли в один из перерывов направился к туалету, Хенджин вколол себе «смесь интимной радости» и отправился в ту же сторону. Действовать решил на месте, по обстоятельствам.       С каждым шагом в нужном направлении член рос в штанах вместе с решимостью Хенджина, пока не достиг полной боевой готовности.       Два глубоких вдоха, Хенджин открыл входную дверь и обнаружил Ли Феликса присевшим на корточки, чтобы почистить и без того сверкающие безупречной чернотой ботинки. Вот же больной помешанный на чистоте ублюдок! Точно не человек!       План действий сложился в голове мгновенно.       События закрутились со скоростью безумной карусели. Знакомое ощущение потекло вибрацией в область паха, заряжая орган необходимой силой импульса. Рука нащупала за спиной ручку двери и щелкнула замком, запирая их наедине друг с другом. В два шага Хенджин приблизился к цели вплотную, на ходу вжикая молнией ширинки. Феликс, почуяв неладное, удивленно вскинул голову навстречу опасности. Но даже пискнуть не успел. Белья на Хенджине не было. А потому член, не сдерживаемый ничем, выскочил из штанов, будто боксерская перчатка на пружинке из магазина приколов, ударив Феликса со всей силой вибрации прямиком в левый глаз.       Лаборант неловко крякнул, осел на задницу, встряхнул головой, потерянно и расфокусировано моргая, и повалился на пол.       Итак, Хенджин выполнил свой долг и теперь мог спокойно выдохнуть.       Все еще призывно стоящий член он поспешил спрятать обратно в штаны, чтобы не пугать парня, когда тот очнется.       В том, что в теле Ли Феликса жила присоска, Хенджин теперь ни капли не сомневался. Иначе его удар просто не сработал бы.       Ждать пробуждения истинного хозяина тела было до жути волнительно. Кто такой на самом деле первый спасенный Хенджином человек? Правда ли его зовут Ли Феликс? Может, он вообще не химик и уволится с завода, как только осознает, что с ним приключилось?       От этих мыслей было немного досадно. Хенджин чувствовал ответственность за этого человека и не хотел выпускать его из виду так скоро. Теперь, когда изгнание присоски состоялось, Хенджин мог позволить себе взглянуть на лаборанта по-новому. И стоило признаться, что тот казался Хенджину невероятно привлекательным. Кто знает, может быть Хенджин даже решился бы пригласить такого на свидание, если бы не чертова присоска.       От размышлений оторвал тихий низкий стон.       Хенджин подскочил к пострадавшему и помог тому сесть. Феликс прижал ладонь к подбитому членом глазу, поднял голову и внезапно с испугом отшатнулся от Хенджина.       Это было странно, но объяснимо. Наверняка бедняга пребывал в полной дезориентации, а незнакомец рядом его взволновал.       — Ли Феликс? — спросил Хенджин мягко, но слегка неуверенно.       Черт бы побрал эти инструкции! Почему они так не вовремя вылетели из головы?       — А кем мне еще, блять, быть? — прохрипел пострадавший. — Какого хуя, Хван?       Вопрос, мягко говоря, смутил. По всему выходило, что лаборант не просто оказался действительно Феликсом, но и помнил Хенджина. Значит, присоска попала в его тело уже после трудоустройства на завод?       — Что последнее ты помнишь? — попытался восстановить хронологию событий Хенджин.       — Ахуенные вопросики, Хван, после того, как применил ко мне попытку домогательства, — голос Феликса зазвучал уже гораздо увереннее. — Последнее, что я помню, это твой член, летящий мне в лицо! И если ты надеешься, что избежишь дисциплинарной комиссии после такого, то глубоко ошибаешься.       Хенджин ахуел. Судя по всему, присоска вовсе не была присоской, а у Хенджина вырисовывались серьезные проблемы.       — Стоп, то есть ты не вестерианец? — протянул он растерянно, совсем уж теряя нить событий.       Феликс уже успел подняться на ноги, отряхнуться и даже приложить к глазу смоченную ледяной водой салфетку.       — Нет, придурок, я твой личный сопровождающий из отдела адаптации. Меня отправили следить, чтобы ты не натворил дел. И, видимо, не зря!       Хенджину все еще было ни хрена не понятно, но уже очень обидно. Значит, это все были проделки проклятого командира Со? Кормили паранойю Хенджина намеренно, чтобы спровоцировать?       — Стой! – осенило его вдруг, — если ты не присоска, то с хера ли тебя вырубило?       Феликс глянул на него одним глазом, как на умалишенного, и зло процедил:       — Посмотрел бы я на тебя, если б тебе прилетело елдой по ебалу. Как ты, блять, вообще такой хер отрастил? У тебя там сантиметров тридцать стали по ощущениям!       Так героический подвиг Хенджина обернулся величайшим провалом. Но дисциплинарной комиссии все же удалось избежать. Вместо этого Хенджин, по настоянию Феликса, начал исправно посещать психолога, а так же искать себе новые увлечения и интересы, вроде рисования картин по номерам.       На свидание Хенджин Феликса пока так и не пригласил. Но тот факт, что Феликс на этом богом забытом заводе ради Хенджина, грел душу надеждой на лучшее будущее.