«История одной девушки и ее прекрасной и глупой найденной семьи»

Кайла улыбнулась, оставив троицу на кухне. Это гарантировало её безопасность: ни протагонисты, ни ассасины ей не угрожали. Она дала Гансу разрешение уйти (несомненно, чтобы отчитаться перед графом) и отправилась в свою комнату, чтобы переодеться в удобную ночную рубашку. Прислуживавшая ей служанка Диана, как обычно, дрожала. Время от времени её руки непроизвольно дергали за волосы, а изо рта вырывался приглушенный вскрик. Кайла вздохнула и повернулась, чтобы посмотреть на дрожащую Диану. "Если бы оригинальная владелица тела хоть раз тронула её, Кайла отпустила бы её, дала бы ей достаточно денег, чтобы она могла нормально жить, пока найдет другую работу. Если же нет, и это был просто страх перед слухами, она просто отправила бы её заниматься другими делами вдали от неё. "Нет, мисс", — прошептала Диана, водя руками по кисти взад-вперед и не в силах смотреть ей в глаза. "Ты боишься меня?" "... Я бы не посмела, мисс". Кайла вздохнула, взяла щетку из рук дрожащей служанки и отвернулась к зеркалу, готовясь ко сну: "Отныне тебе не нужно помогать мне, поговори с Роном о своих будущих обязанностях, я объясню ему ситуацию". Кайла сделала вид, что не заметила ни облегчения служанки, ни ее поспешного бегства из комнаты - все это было связано с тем, что она была дрянью. Однако это не облегчало мысли о том, что ей придется надевать корсет в одиночку. Похоже, теперь у нее есть оправдание тому, что она его не носит. ***** На следующий день Кайла проснулась поздно, чего с ней не случалось уже много лет; конечно же, Рон решил дать ей лимонад вместо воды и пялился на неё, пока она не допила весь напиток. (Конечно, Кайла не знала, что Рон и Дерут пережили два инфаркта, когда Кайла - его вечно грубая мисс, игнорировавшая всех мужчин, которые с ней флиртовали, — привела домой мужчину, и не просто мужчину, а того, кто выглядел грязным и едва мог оторвать взгляд от своей мисс. Не помогло и то, что он был довольно красив, когда принимал ванну и надевал приличную одежду). После этого он поступил на службу, а поскольку у неё теперь не было личной горничной, ей понадобилась помощь Рона, чтобы закончить всё дела. Рон сначала отказывался, но угроза того, что она выйдет на улицу в таком виде - ничего не завязывая, как будто на неё накинули большое одеяло, — была достаточной угрозой. Все знали, что Рон собирается отомстить. Но Кайла все равно считала это победой, потому что в итоге рядом с ней не окажется ещё одного дрожащего слуги. (Кайла не была садистом и, конечно, не собиралась заставлять их, если они не хотели. Кроме того, так было лучше, ведь ей не нужно было носить корсет). Переодевшись в удобную одежду, Кайла покинула особняк, чтобы продолжить кормить дерево. Весь день Кайле невольно удавалось избегать Чхве Хана. Сначала он собирался подождать у её двери, но Рон попросил Бикрокса отвлечь его на достаточно долгое время, чтобы девушка ушла, не заметив его. ...Рон и Бикрокс задержали Чхве Хан, пока след Кайлы не был потерян. В углу Ганс в ужасе наблюдал за происходящим, не зная, стоит ли говорить троице, что леди оставила приказ помочь гостю во всем, что ему понадобится. ***** Кайла всё ещё не знала, к чему приведут её неосторожные действия. Она купила хлеб, как обычно, и отделила долю двух детей в меньший пакет, конечно, чтобы их не беспокоили, пока она кормит дерево. (Только она и хозяин пекарни знали, что это был сладкий, но легкий хлеб, чтобы дети, которые плохо питаются, не заболели от слишком тяжелой пищи. Еще у неё был суп с мясом, чтобы немного их подкормить. Конечно, чтобы они не мешали ей). Брат и сестра, казалось, ждали её, сидя у дерева и глядя на неё. Кайла вздохнула, но махнула рукой мальчику с рыжими волосами. "Она бросила мешок, и в его руке оказалась ещё теплая еда." Как только мальчик взял еду, Кайла ушла, не глядя больше на них: "Там суп, ешьте осторожно, он горячий". Кайла не заметила тоскливого взгляда на лицах брата и сестры: мальчик и девочка смотрели на неё с нежностью. Она ушла, когда весь хлеб был унесен, её рука бездумно погладила головы обоих, не сказав ни слова, и так же быстро исчезла. Не заметила она и нерешительного взгляда детей за ее спиной. ***** Он была хорошей старшей сестрой, или так ей хотелось думать. После побега с младшим братом она делала всё возможное, чтобы спастись: забиралась в кареты, пробиралась в багаж и даже на лодки. Она воровала и выпрашивала еду для себя и брата и спала, прижавшись друг к другу от холода. Но впервые за долгое время над их головами не висел смертный приговор, и, хотя им было не очень комфортно, они могли спать без страха, хотя бы раз за долгое время. На это ушло несколько недель, столько, что Он сбилась со счета, замечая лишь изменения в том, как похудел ее брат. Он и Хонг узнали то, о чем даже не подозревали. Они боролись за сухие и холодные места для ночлега, будучи слишком больными, чтобы заботиться о других. Они воровали и выпрашивали еду в кошачьем обличье, их выгоняли из домов и магазинов за то, что они были грязными. Он могла только благодарить, что никто из них не заболел серьезно: какой бы старшей сестрой она ни была, Он всё равно оставалась ребенком и не знала, куда себя деть. И все же их дни становились лучше благодаря приходу всего одного человека. Это были мелочи: кусочек хлеба двум детям, предупредившим её о дереве, пожирающем людей; то, что она не только отдала свою еду двум кошкам, но и сделала маленькие кусочки, чтобы их было легче съесть. Он всегда была очень умной, она знала, что от некоторых блюд им становится плохо, потому что желудок не привык к ним, а супы госпожи Хенитьюз не только не вызывали у них тошноты, но и помогали им. И Он не могла не думать, ни мечтать о жизни, в которой они просто... были бы с ней. Её руки были такими теплыми, когда она ласкала их, а глаза всегда были нежными, слова - твердыми, а голос - добрым. Хонг уже смотрел на нее яркими глазами, когда она приходила, и дулся, когда она уходила, и Он могла его понять: госпожа Хенитьюз была первой безопасной вещью, которую они почувствовали за долгое время. На следующий день она прибыла с едой и травяными лекарствами, молодая дворянка опустилась на колени и объяснила, как их использовать, а её нежные руки приложили смесь к её ранам. Хотя на её лице всегда отражался дискомфорт, её руки и объяснения были терпеливыми. И когда она смотрела, как её брат с удивлением разглядывает её раны, которые были защищены, Он почувствовала... что она - правильный человек, что ей можно доверять. Поэтому они дождались следующего дня и по-кошачьи расплакались, увидев её, и в кои-то веки не сомневались, что их заберут. Руки леди были такими же мягкими и теплыми, как и её слова, плащ, защищавший их от дождя, не давал им дрожать на ветру, а её покачивание, убаюкивало их, пока она шла домой. Он и Хонг с улыбками смотрели друг на друга, они чувствовали, что нашли дом.