«История одной девушки и ее прекрасной и глупой найденной семьи»

Чхве Хан был измотан. Его тело и разум износились и привыкли настолько, что он уже не чувствовал себя человеком; это было горькое воспоминание о том времени, когда он жил в деревне Харрис. Но он продолжал идти, не замечая этого. Чхве Хан был измотан. Возможно, именно поэтому его не волновал отказ стражников: в голове было так же пусто, как и в бою с монстрами, и только инстинкт выживания заставлял его двигаться. Он карабкался и прыгал по стене, все было в порядке, даже когда ему приходилось двигаться, чтобы не задеть двух котят. Он прислонился к стене и ждал, пока боль в лодыжке утихнет, как обычно. Она не была сломана, но боль была другой. Чхве Хан был измотан. Он устал от того, что продолжал двигаться, когда тело умоляло остановиться, а разум - не останавливаться. Найти способ помочь им в их смерти, потому что он подвел их в жизни. Он выбился из сил, пытаясь сохранить рассудок, когда мир, казалось, просил его сойти с ума. Его рассудок был тонкой нитью, которую так легко перерезать, но которая никогда не рвется. И, конечно же, в этот момент кто-то решил зайти в его тихий переулок. Шаги были мягкими, почти беззвучными. Чуть раньше человека донесся запах алкоголя, и Чхве Хан приготовился к схватке с пьяницей. Он не был готов к появлению женщины. Хотя его тело не расслабилось, он позволил себе с любопытством посмотреть на женщину, которая вошла грациозными шагами. Первое, что он увидел, был красный цвет. Ее волосы были красными, как огонь (как кровь). Следующее, что он увидел, — медовые глаза, слишком сосредоточенные, чтобы принадлежать пьяному человеку. Она была красивой, самой красивой из всех, кого он когда-либо видел, если осмелиться так выразиться. Она была среднего роста, стройная, но не болезненная, её рыжие волосы (как кровь) были заплетены в косу, которая спадала по плечам до талии, пряди из косы обрамляли лицо. Она была одета в белую рубашку и черную юбку - простой наряд, если бы не драгоценности и кружевные украшения. На плечи был накинут красный плащ, защищавший ее от холода. Чхвк Хан позволил себе немного расслабиться: она не выглядела угрозой и даже не смотрела на него. Все внимание незнакомки было приковано к кошкам, которые все еще держались вместе. "Ты выглядишь голодным", — проговорила женщина. Её голос был мягким и мелодичным, и Чхве Хан подумал, не поет ли она. На мгновение ему показалось, что она обращается к нему, пока он не заметил, что её взгляд не отрывается от котят, прежде чем она протянула им еду с тарелки: "Бедняжки, давайте, вы можете поесть", — женщина, казалось, колебалась, её взгляд переходил с грудки на котят, а затем раздался раздраженный звук, и она начала разрывать мясо на мелкие кусочки. Чхве Хан забавлялся её неуклюжими попытками погладить кошек, а серебристая, казалось, не сводила глаз с незнакомки. Женщина убрала руку и положила ее на колено, ожидая, пока они закончат. "Вам есть куда пойти?" - спросила женщина. Сначала он не заметил, что она обращается к нему, ведь женщина все еще смотрела на кошек: "Или вам есть где остановиться на ночь?" Она вернулась к игре с кошками, но было очевидно, к кому она обращается на этот раз. Чхве Хан не ответил, он продолжал настороженно наблюдать за ней: "Ты голоден?" Женщина дождалась его ответа, повернула голову и посмотрела на него безразличным взглядом, в переулке снова воцарилась тишина: "Ты ничего не хочешь сказать?" - спросила женщина, теперь полностью сосредоточившись на нем. "Почему вы разговариваете со мной?" Женщина впервые улыбнулась, и он почувствовал, как заколотилось сердце. Она встала перед ним и протянула руку: "Иди за мной. Я накормлю тебя". *****"***** Долгие годы Чхве Хан вспоминал этот момент, даже когда другие исчезали. Он рассказывал Раону о том, как встретил Кайлу, как потеплело её равнодушное лицо (это он заметил только после того, как с ней прошли годы), как она сияла в лунном свете и звездах, словно была самой нереальной вещью во всем этом фантастическом мире, и как ее улыбка заставила его почувствовать, что он вернулся домой. (Не в Корею и не в деревню Харрис, смеялся Чхве Хан, когда Раон спрашивал его, в какой дом он вернулся. В новый, особенный и последний из всех). Спустя годы кто-то нарисует момент встречи героев. Раон на руках у Кайлы, голубые глаза устремлены в звездное небо; Он и Хонг смотрят на человека у дерева, в руках у них куски хлеба; принц смотрит на вежливую улыбку подданной, люди рядом с ними размыты, словно они лишь фон. Эрухабен смотрит на женщину, которая выделяется на снегу как красная точка. Одной из самых подробных была картина Чхве Хана и Кайлы - не та, что в переулке, а образ Кайлы, ведущего по темным улицам мечника, который выглядел как странник, не подозревающий, что другой пристально наблюдает за ним. Обе фигуры были маленькими по сравнению со звездным небом над ними. У Чхве Хана были все портреты на вилле Супер камня, его руки нежно касались рыжих волос, развевавшихся на ветру.