Когда наступит час

ထိဦ———V———ဌိထိ

Ooh, let the light in At your back door yelling 'cause I wanna come in Ooh, turn your light on Look at us, you and I, back at it again

      Через пару лет она пренебрегла своим правилом «не сближаться». Ей постепенно начал надоедать стиль жизни отшельника, поэтому когда милый парень по имени Нэш, после четвертого посещения библиотеки, сделал комплимент и предложил выпить кофе в кофейне неподалеку, Эшфорд сдалась.       Он был мил. У него были красивые прямые, уложенные назад, блондинистые волосы, теплые карие глаза и притягательная улыбка. Кажется, в то мгновение она будто глотнула свежего воздуха.       Нэш часто дожидался с тех пор, когда ее смена закончится и провожал до ее квартиры, делая свои шаги специально чуть меньше, чтобы она за ним поспевала.       Наверное, той весной она впервые почувствовала как ее сердце снова оттаивает, отчего на душе становилось легче. Да, Марлен определенно постепенно возвращала себя по кусочку, будто вот она – здоровая, счастливая девушка, получившая работу мечты, у которой есть любящие родители, а она все еще верит в единорогов и Исуса Мать Его Христа.       Кошмаров не было давно. В любом случае, если и были, то она их не помнила. Спасибо снотворному, которое уносит ее под толщу сна, как под железный купол.       В апрельский вторник она как и всегда складывала документы на место в ящик комода, одевала свое легкое пальто, брала сумку и выходила на улицу с нетерпеливым ощущением предвкушения.       — Марл! — Мужчина сгреб ее в охапку и аккуратно погладил по спине. — Ты сегодня дольше чем вчера.       — Нужно было закончить с отчетом за прошлый месяц… — уголки рта чуть приподнялись в виноватой улыбке. — Надо было быстрее все делать, все таки на улице еще холодно.       Лицо Нэша озарила мягкая усмешка. Он заправил прядь нефтяных волос ей за ухо. В такие моменты Эшфорд казалось, будто это не с ней такое происходит, но если честно… плевать она хотела на это. Наконец-то она ощущает себя хоть немного живой.       — Это ты у нас мерзлячка, а мне такая погода как раз даже очень нравится.       Марлен по привычке слегка запахнула свое пальто и взяла под руку Нэша. По привычке.       Эшфорд рассматривала его профиль под светом фонарей и закатного солнца, обнимающего дома. Он ей нравился, хотя она всячески пыталась отгородиться от этой мысли. Мысль об Анне пробежала буквально секундно вдоль ее мозга, что заставило ее сердце неприятно екнуть.       — Ты во мне так дыру проделаешь, — реакции это особо никакой не дало. — Марл, что-то случилось?       — А… ничего, — Эшфорд покачала головой, устремив взгляд на асфальт и попыталась затолкать эти мысли и воспоминания куда-нибудь поглубже. — Я просто задумалась.       — Как скажешь. Но если тебя что-то волнует, можешь поделиться со мной. Если конечно хочешь. — Его карие глаза мягко посмотрели на нее, а его большой палец погладил ее внутреннюю сторону ладони.       — Все правда в норме… просто день был тяжелый и отчеты…       — Я понял. — Нэш снисходительно улыбнулся, показав свои белые зубы, а затем пару секунд молчал, прежде чем сказать следующие слова: — Знаешь, я когда тебя впервые увидел, ты мне напомнила луну, которая освещает путь заблудшему… и я почувствовал, что я тебя будто уже давно знаю. Как что-то родственное, знакомое. И хоть мы встретились около полутора месяца назад, но… ты мне нравишься.       Кажется, что в эту секунду у нее могли подогнуться ноги, а сердце стучало так громко, что это был единственный звук, который она была способна услышать. Взгляд Эшфорд был сравни с мучеником, перед которым потрясли бутылкой с водой, после долгих пыток.

«А вдруг снова…?»

«Чертов параноик!»

«Я ведь не смогу снова смотреть…»

«Но все же прекратилось, так ведь?»

      — Я.. ох прости если тебе это не нужно… — Нэш виновато поджал губы, а затем выдавил улыбку. Как он только мог не нравится?

«Но все ведь в норме…»

«Я могу? Могу, ведь так?»

      — Нет, нет, нет, Нэш! — Марлен будто испуганно, как нашкодивший ребенок уцепилась за его руку. — Мне… мне хорошо с тобой.       Она рисковала всем. Эшфорд не знала, вернутся ли кошмары… или что еще похуже. Но несмотря на все это ей хотелось урваться за эту ниточку возможности избавиться от боли.       — И ты мне тоже нравишься, Нэш.       Она будто ободряюще и обнадеживающе сжала его руку. Теплые глаза Нэша посмотрели в ее холодные и голубые. Он, одобряя ответ, вздохнул и кивнул со своей улыбкой.       — Хорошо. Тогда… можно?       Марлен увидела его взгляд, опустившийся на их руки. Эшфорд утвердительно кивнула. Нэш аккуратно спустился своей рукой вниз сначала по рукаву пальто и вложил в ее ладонь свою, не спеша просовывая пальцы меж ее.       Его ладонь была теплой, как летний закат, рука была крепкая как надежный щит, а сам он был как самый настоящий светлый луч солнца. Лицо Марлен тронула легкая улыбка, а клубок тревоги и страха понемногу расплетался, заменяя себя на спокойствие, надежду и заботу.       Когда она в последний раз держала человека за руку? Когда она в последний раз так спокойно себя чувствовала? Когда она успела так близко подпустить к себе человека?       Ей давно были чужды многие нежные чувства и обычные вещи вроде мягкой улыбки и умиротворенного взгляда в глазах. Она тянулась сейчас к Нэшу, как к последнему спасению от боли.       О Боги… она была нескончаемой.       Но все хорошее имеет свойство заканчиваться, когда она ступила на первую ступеньку ее подъезда. Марлен развернулась к нему лицом, теперь будучи на одном уровне глаз и постаралась запомнить его поистине теплые и обволакивающие чувствами глаза при свете желтого фонаря.       — До завтра? — Нэш приподнял брови в вопросительной манере.       — До завтра.       Эшфорд смущенно приподняла уголок ее губ и с них сорвался легкий смешок. Черт, она будет полной дурой если не сделает этого сейчас хотя бы ради себя. Марлен приблизилась чуть ближе к нему и поцеловала того в щеку.       Его кожа была удивительно мягкая под ее губами. Она, будто совсем зачарованная, смотрела на него, когда длинные пальцы Нэша заправили ее прядь за ухо и аккуратно провели вниз от скулы до подбородка по бархатной коже.       — Ты замерзнешь так стоять. Лучше беги домой и согрейся.       — Хорошо. Спасибо.       Она нехотя открыла двери в подъезд и оглянулась на него уже с тоской. Нэш махнул рукой и постоял пару минут, пока свет в ее окне загорится. Он наблюдал еще несколько мгновений за ее окном, а Эшфорд готова была бегать, прыгать и делать все вокруг. Будто жизнь стала слаще на вкус, чуть приятней безвкусной овсянки.       Марлен укуталась в одеяло и почувствовала себя счастливой. По настоящему. Неужели ее жизнь перестала таскать ту за волосы по кафелю, заставляя сдирать кожу в кровь?       Ее грудь равномерно вздымалась и опускалась, она уже давно позабыла про то, что раньше хотела провести исследования, докопаться до истины по поводу непонятных явлений. Теперь в ее душе уют.       Марлен заснула, обнимая себя обеими руками, чтобы лучше согреться. Несмотря на фонари снаружи, она достаточно утомилась, чтобы валиться с ног.       Два красных огонька вспыхнули в углу комнаты. Из самой тени вышел силуэт мужчины с угрожающе спокойной улыбкой, играющей на губах. Мужчина сел на край кровати и оперся предплечьями о свои колени, собрав пальцы в замок.       — Давно мы с тобой не развлекались, да моя маленькая? Прости, — Он скривил недовольную гримасу, будто съел что-то невкусное. — Пришлось кое над чем поработать, чтобы ты, мое золотко, справилась со своей задачей на все сто, а то и двести.       Его грубая рука погладила по голове спящую девушку в утешающей манере. Он наклонился к ее уху и сладко прошептал:       — Мда… кажется, тебя ничему жизнь не учит, не так ли? Моя малышка хочет быть независимой… но вот же засада! — Его голос опустился до шипящего шепота, а глаза снова вспыхнули красным. — Но дело в том, что у тебя ее не будет. Ты – инструмент. Смирись уже наконец, что ты всего лишь инструмент для моего применения.Вы все всего лишь инструменты.       Мужчина отстранился и разочарованно цокнул. Он поднялся с кровати и прошел в центр комнаты и взглянул снова на Эшфорд.       — Моя милая Марлен, я разобью твою веру вдребезги. Я заставлю тебя совершить суд над никчемными созданиями и их… главным придурком.       Мужчина исчез в тени, оставив за собой оглушительную тишину. Комната будто стара оскверненной, более мрачной, неуютной.       — Марлен? Ты спишь? — Знакомый голос будто нырнул за ней под толщу сна.       — …Что? — Она слегка разлепила тяжелые веки и повернулась на спину, поправив одеяло. — Кто там?       — Ты оглохла?       Ее сердце совершило кульбит, а глаза расширились от ужаса: Перед ней стоял Нэш весь в крови. Его левая рука в районе предплечья была изогнута в неестественном положении, а половина лица была просто кровавым месивом.       И вот в мгновение он оказался прямо перед ее лицом, что заставило ее вскрикнуть. Марлен вжалась в стену за ней, которая будто жгучими иглами впивалась своей холодной жгучестью в разгоряченное тело. Эшфорд начала рвано дышать и будто замерла, в надежде на то, чтоэтооставит ее в покое.       — Ну, ну… у тебя кажется совсем мало времени, да-а-а?       Здесь не было и следа его теплой привычной улыбки, только злобный и ужасный оскал.       — Ты будешь во всем виновата, как и всегда. У тебя 15 минут.       Марлен распахнула глаза и начала задыхаться от увиденного. Ее щеки оросило слезами, а крик застрял в горле.

«Нет, нет, нет!»

      Она на негнущихся ногах натянула штаны, футболку, толстовку, свое пальто и весенние сапоги. Ее тело будто на автомате знало что делать, хотя пальцы, которые судорожно пытались вставить ключ в сраный дверной проем, совсем ее не слушались и кричали об обратном.       Эшфорд чуть не подвернула ногу на последней ступеньке, спускаясь по лестничной клетке, а затем выбежала на улицу, чуть ли не подпрыгивая на каждом шагу, чтобы ускориться.       Марлен бежала по улицам, вспоминая слова Нэша о том, где он живет. Ее ноги несли ее вперед, через переулки и маленькие узкие улочки, не подсвечиваемые фонарями. Ее сердце снова заглушало все звуки вокруг, будто ей заложили уши.       Эшфорд завернула на среднюю по размерам улицу и увидела Нэша переходящего дорогу и говорящего по телефону с пакетом продуктов. Он будто почувствовал ее присутствие и поднял взгляд.       — Марлен? Что случилось? — Нэш чуть прикрикнул, чтобы она услышала. Он прижал телефон к уху своим плечом и взял пакет другой рукой.       Она стояла будто загипнотизирована его видом, когда увидела тень, мелькнувшую сзади него. Их обоих осветил яркий свет и она наконец оторвала глаза от Нэша и посмотрела на источник ярких лучей.       Огромный грузовик мчался на высокой скорости, но водитель не мог видеть Нэша! Он был за минивеном, припаркованным возле дороги, а сам Нэш смотрел на Марлен и параллельно что-то раздраженно пытался объяснить в трубку телефона.       Он вышел в поле зрения грузовика, а секундой позже с громким хрустом пропал под ним, который засигналил слишком поздно.       Марлен кричала, а по щекам за считанные секунды потекли неконтролируемые реки слез. В ее кристально голубых глазах замер ужас. Она закрыла себе рот руками и осела на землю. Ее руки шарили по всему лицу, голове, а затем закрыли уши.

«Ты оглохла?»

«Ты будешь во всем виновата, как и всегда»

      И снова этот оскал. Снова смерть. Боже, она была готова отдать свою жизнь прямо здесь, но ее никто не удостоит такой роскошью. Ее никто не спасет. Она одна. Совсем одна.       — Приехали. — Дин напряженно посмотрел в зеркало заднего вида на Марлен, которая с шумным вздохом открыла глаза.       — Спасибо.       Она вышла из Импалы и вошла в подъезд своего дома. Эшфорд просто снова на автомате открыла квартиру ключами и съехала спиной по двери.       — Твою ж мать…