Дорога до Чхорвона

К обсерватории они подошли уже в сумерках. С фонариками на солнечных батареях, которые слабо, но освещали дорогу. У Хосока мурашки по коже пробежали, когда свет выхватил кусок покосившихся и прогнивших металлических балок, удерживающих монорельсовую дорогу, по которой когда-то можно было доехать до обсерватории. В далёком детстве он приезжал сюда с родителями, и его так впечатлило то, что он увидел в этом месте, что несколько ночей не мог спать, просыпался от кошмаров, представляя ужасы той войны, которая была когда-то. Если бы он тогда только мог знать, что их всех ждало в будущем. – Никогда не понимал, почему это место называется обсерваторией, – Чонгук тихо вздохнул, – мне казалось, что они нужны для того, чтобы наблюдать за звездами. – Не только, – Тэхён ответил ему севшим голосом. Хосок видел, как в отсветах фонарика у него тревожно поблёскивали глаза. Ему явно было неуютно. – Я здесь никогда не был. Родители всё обещали свозить, но… – он не договорил, с досадой прикусив губу, но почти сразу мягко улыбнулся, добавив с теплом: – А с бабушкой мы не успели. Планировали, что как я окончу школу, то поедем посмотреть. Она говорила, что побывать здесь очень важно. – Да, только впечатление это производит исключительно на таких, как мы, – Юнги поморщился. Хосок лишь понимающе вздохнул. Они тогда приезжали вместе с семьями, и для десятилетних детей это было слишком сильными эмоциями. Их обоих перекрыло от мыслей о том, что за чудовищные вещи творили люди и война. И иронично, что именно недалеко от места, которое должно было напоминать про ужасы, случилось то, что изменило весь мир. – Эй, Юнги, – Тэхён положил руку ему на плечо и пальцем указал вперёд, – видишь? Там в окнах светло… – Да, вижу. Держитесь осторожнее. Мало ли что там, – Хосок сначала проговорил, а потом добавил более миролюбивым тоном: – И постараемся не казаться враждебными. Если здесь кто-то живёт, мы могли бы попытаться поговорить и попроситься на ночлег мирно. Окей? – Договорились, – Сокджин кивнул, а потом окинул их отряд и усмехнулся. – Тогда давайте так: я и Чонгук вперёд на переговоры, а вы нас ждите. Я думаю, так будет рациональнее всего. – Почему ты? – Тэхён спросил с улыбкой, они так спорили уже не в первый раз, и сейчас, после всего, что им приготовил этот день, хотелось отвлечься от проблем. – Ты давно себя в зеркало видел? – Сокджин привычно закатил глаза. – Ты слишком переобщался с Хобой и вот этим мрачным занудой. С тем, как ты хмуришься, только на переговоры с мародерами ходить, чтобы их запугивать! – Эй! – Тэхён неловко и смущённо засмеялся. – Ты преувеличиваешь. – Конечно, но и ты дурацкие вопросы задаешь, – Сокджин ослепительно улыбнулся, – Чонгук, вперёд. И только когда они отошли достаточно далеко, Юнги насмешливо хмыкнул: – А он прав. Ты в последнее время стал совсем серьёзным. – Будто можно вести себя иначе в той ситуации, в которой мы оказались, – Тэхён устало выдохнул. Потерев лицо ладонями, он опустился на корточки, задрал голову и посмотрел с усталостью на них обоих. – Ты же видел Чонгука. Он младше, а в чём-то ведёт себя гораздо более взросло, чем мы все. – К сожалению, – Юнги поджал губы и замолчал, сам опустился на растрескавшийся асфальт и прикрыл глаза. – Я так хочу просто сесть и не шевелиться часов двадцать с мыслью о том, что на нас не нападёт никакая хуйня. – Пока что нам не встречались твари на дорогах. Только в городах и… – Тэхён не успел закончить, когда Хосок перебил на выдохе: – Пока что. Я надеюсь, что так и будет. Но Юнги прав. Даже когда мы уходим в глушь от всех дорог и поселений, у меня ощущение, будто за нами следят. Будто эти твари стали настолько умными, что они выжидают и проверяют, что ещё мы могли бы сделать. От этого очень не по себе. – Я стараюсь об этом не думать. Нам хватает мыслей, от которых хочется застр… – Тэхён запнулся, опустил голову и продолжил совсем едва слышно: – Которые не поднимают настроение, чтобы ещё и паранойей себя добивать. – Я тоже так думаю, – Юнги моментально смягчился, положил ладонь на его плечо и сжал. Хосок же почувствовал желание обнять, но не успел. Тэхён одной рукой притянул Юнги ближе, так, что тот завалился на него, а сам прижался к ноге Хосока щекой и улыбнулся совсем шкодливо и по-ребячески. – Спасибо вам обоим, что вы у меня есть. Я вас так люблю обоих, вы бы знали, – Юнги на его слова закатил глаза, и Тэхён торопливо добавил: – По-разному, но вы оба для меня семья. И я… – Тэхён, – Юнги насмешливо фыркнул, попытавшись высвободиться из его медвежьих объятий, – прекрати. Во-первых, спасибо, что по-разному, а во-вторых, перестань говорить так, будто собрался умирать, а? Давай без отчаяния. Мы отлично держимся. – Я только повторю то, что Сокджин говорил, – Хосок хмыкнул, мягко погладил по волосам, от чего Тэхён глаза прикрыл, – по жопе получишь, если решишься вот так прощаться с миром. Я в нас верю. – Тогда и я буду, – Тэхён заулыбался. Как раз в этот момент вдалеке послышался голос Чонгука, привлекавший их внимание: – Эй, чего расселись?! Давайте сюда!

***

В обсерватории было тихо и спокойно. Когда они поднимались на второй этаж, Хосок слышал отзвуки шагов каждого, и от этого по коже мурашки пробегали. Он помнил это место другим. Величественным, траурно-прекрасным и давящим своей атмосферой, но при этом дарующим надежду на то, что мир мог стать лучше. Теперь все было иначе. Потемневшие со временем стены, трещины на них и в полу с глубокими бороздами от когтей тварей и выбитыми кусками облицовочного мрамора там, где стреляли. Страшно было представить панику и ужас среди тех, кого события десятилетней давности застали здесь. Хосок стиснул зубы, медленно заставляя себя подниматься по разбитой лестнице. Часть ступенек совсем стерлись и порой приходилось перешагивать через две-три. Вперёд, где со второго этажа маячил свет огня. Раньше сложно было представить, что в этом величественном зале с выходами на смотровые площадки можно было развести костёр. Но это было раньше. К ним навстречу вышел парень на вид чуть младше самого Хосока, ниже почти на полголовы, очень худой и с острыми чертами лица. Глаза у него были огромными, и радужка сливалась со зрачком в глубокую черноту. Он смотрел на них настороженно и пусть пытался изобразить улыбку, руку держал на укороченном автомате, висевшем у него через плечо. – В этом месте есть свои правила и… – он начал сипло, будто очень долго не говорил вслух, и в этот момент Тэхён, шедший последним, догнал остальных, и шумно выдохнул. – Цзяэр?! – его голос прозвучал неверяще, удивлённо, и Хосок не успел ничего сказать, когда Тэхён рванул вперёд и обнял этого неизвестного. Тот сам сначала выглядел шокированным, но за секунды лицо разгладилось, и он заулыбался, похлопав Тэхёна по спине, после чего сжал ткань куртки, чтобы обнять крепче. – Сказал бы, что рад тебя видеть, но какого хера ты забыл здесь?.. Вы все? – он хрипло протянул, взглядом обегая остальных, и улыбнулся шире, когда увидел Юнги. – Вы оба тут… охереть. – Мы хотим докопаться до сути, – Тэхён заговорил, наконец отпустив этого Цзяэра, и тут же обернулся, затараторив, – хён, помнишь, я рассказывал, что у нас одно время был человек, который говорил, что знает о… – он неопределённо махнул рукой, и тут же засиял, – это Цзяэр. Представляешь? Хосок не представлял. Какой шанс, что они забрались так далеко, чтобы повстречать того, кто знал хоть кто-то из них? На юге во многих поселениях болтали разное, и теперь внутри вместо облегчения поселилась паранойя. – Ага, представляю, – видимо, он не совладал с голосом, потому что нахмурились и Тэхён, и стоявший рядом Юнги, который положил руку на его плечо. – Я не до конца понимаю, что ваш знакомый здесь делает. Это выглядит очень подозрительно и… – Давайте я сам объяснюсь? – Цзяэр встрял в разговор. Он казался очень серьёзным и уставшим. – Думаю, это будет правильнее всего. Пойдёмте к костру. Хосок с трудом заставил себя кивнуть, будто через силу. Он не мог понять, что именно его так раздражало в этом Цзяэре и казалось подозрительным. И сама его история, что он зачем-то ходил чуть ли не по всей стране, не скрывал, что знал место, откуда всё пошло, а потом исчезал, а теперь обнаружился недалеко от базы в обсерватории. А ещё Хосок не хотел признаваться, но его раздражало, как Тэхён открыто к нему лип. Блядь. Это звучало даже в мыслях слишком плохо, чтобы позволить таким эмоциям вырваться наружу, поэтому Хосок промолчал, позволил увести их к свету и теплу. Пока они устраивались, Хосок не мог расслабиться, постоянно косился на Цзяэра и все больше хмурился, и только когда все расположились и достали еду и воду, чтобы согреть, не выдержал. – Откуда ты? – возможно, прозвучало грубее, чем было нужно, но Хосока переполняли эмоции. Цзяэр сначала посмотрел с удивлением, а потом с досадой засмеялся. – Ты первый, кто задаёт вопрос так в лоб. Из Гонконга. Изначально. Но сюда я приехал по обмену из Шанхая. Совсем ещё зелёным и наивным, – Цзяэр говорил тихо, но он весь подобрался и его манера речи напоминала Намджуна слишком сильно. – И сколько тебе тогда было? – Хосок произнёс спокойно, на что Тэхён непонимающе нахмурился, а Юнги тихо выругался сквозь зубы. Хосок заметил, что Чонгук и Сокджин моментально напряглись. Цзяэр несколько раз вздохнул, а потом смущённо опустил голову. Хосок сам напрягся – он видел внутреннюю борьбу и страдания, и когда Цзяэр снова посмотрел, взгляд у него был совсем тёмным и бездонным. – Двадцать четыре. Двадцать пять исполнилось уже здесь, на базе, а потом… – он замолчал, скривившись. – Цзяэр? – Тэхён потянулся, коснулся его руки и, неожиданно для Хосока, ободряюще улыбнулся. – Всё в порядке. Мы все свои. – И в этом проблема. Ты стал мне другом, и я не хочу врать. Да и… может, я смогу вас убедить. – Убедить в чём? – Хосок смотрел только на ладонь Тэхёна. Он не мог понять природу душившей его злости и ревности. – Свалить отсюда, пока не поздно. Я не могу гарантировать вам безопасность дольше, чем дней на пять. Потом вас учуят и… – Может, объяснишь нормально? – Сокджин не выдержал. – Поверь, мы насмотрелись всякое, и пока твои слова не слишком отличаются от ходящих по поселениям пиздоболов. Хотя, нет, отличаются. Они пытаются казаться дружелюбными и давят на жалость. Цзяэр на его слова сначала удивлённо вскинул брови и чуть приоткрыл рот, а потом засмеялся, заливисто и искренне. – Простите мои манеры. Я отвык рассказывать о себе. Это несколько… волнительно. – Ты уж постарайся, – Чонгук ответил в тон Сокджину. – Попробую, – Цзяэр улыбнулся, глаза у него были очень уставшими, и Хосок невольно посочувствовал, – как я уже говорил, я родился в Гонконге, провёл там почти всю юность, увлекся фехтованием и участвовал в юношеских олимпийских играх. Родители мной гордились, и это было самым важным. И когда нужно было решать дальше, отец сказал, что военная карьера будет оптимальной. Я и не стал спорить. Семья тогда переехала в Шанхай, ближе к бабушке, и я продолжил обучение, как от меня этого хотели. А потом меня отправили к вам. Не то чтобы я был особо важным и полезным, но мне всегда легко давались языки, поэтому я служил переводчиком, – он замолчал, облизнув губы. Голос под конец сел, и он открыл фляжку и отпил совсем немного, только чтобы смочить рот. – Ты знаешь, что произошло на самом деле? – Чонгук не отличался сдержанностью. – Ага, – Цзяэр поморщился, – безопасность. Ядерное сдерживание давно исчерпало себя, грозило опасностью, и решили поискать другие варианты. – Хуёвые, видимо, – Юнги с досадой цокнул языком. – Догадливый какой, – Цзяэр усмехнулся, вроде очень мягко, но взгляд оставался тяжёлым. Он сглотнул, недовольно цокнул и пихнул языком в щёку изнутри. – Я не до конца понимал тогда, чего они хотели добиться, но теперь точно знаю, что они тоже не догадывались, что творят. Суть была в том, чтобы запустить генераторы, которые прикроют защитным полем все города, чтобы в случае массированной ядерной атаки люди смогли выжить. – Блядь, – Хосок выдохнул едва слышно. Это объясняло многое, но не всё. – Я тогда испугался. В последний момент. База в демилитаризованной части Кореи должна была стать залогом безопасности всего мира, запустить реакторы, к которым подключатся со всего мира и… – он сглотнул, – это было ужасно. Я попытался сбежать на машине и… меня тоже зацепило. Я был слишком медленным. Цзяэр снова опустил голову, рассматривая свои руки. И когда Хосок хотел спросить, что он имел ввиду, над Цзяэром заклубилась тень, невнятная и размытая, и когда тот поднял взгляд, одна рука у него потемнела и вытянулась, стала очень похожа на знакомую когтистую лапу. Чонгук, да и он сам, моментально схватились за оружие, но так и замерли. Цзяэр со вздохом сжал обычной рукой изменившуюся и погладил по ней. Тут же всё исчезло, и он устало выдохнул. Стало слишком тихо, и Тэхён оправился от шока первым. Он подался ближе и сжал руку Цзяэра. – Это больно?.. Тот вздрогнул от этого вопроса и смущённо улыбнулся, и мягко высвободил руку. Будто все это было слишком неловко для него. – Не больнее, чем просто жить. Это стало частью меня, пусть сначала и пугало. Но я не потерял себя, не стал целиком таким, как… – Все эти твари… это люди? – у Чонгука сел голос. – Но… как? – Я не знаю, что это за излучение. Но оно меняет. Те, кто были на базах, все военные и те, кто находились в самом центре городов близко к источнику появления купола. Да. Всё это люди. Чонгук завис, и Сокджин сжал пальцы на его плече. Для них всех была разница, с кем они имели дело. И когда они говорили, что люди превращались в чудовищ и творили бесчинства, то имели в виду совершенно иное, как например тех скатившихся до каннибализма военных. И никто не был готов к тому, что настоящие монстры окажутся людьми, которые себе такую судьбу не выбирали. – Поэтому ты решил уйти из поселения? – Тэхён спросил тихо, у него во взгляде было столько всего, что Хосока снова укололо ревностью и завистью, но он промолчал. – И поэтому тоже. Если я долго среди людей, меня начинают мучить кошмары, во снах я вижу, как меняюсь и нападаю на окружающих. Не хочу никем рисковать и терять остатки себя, – Цзяэр скривился, а потом окинул всех взглядом и вздохнул: – Утром вы сможете уйти туда, откуда пришли. – Мы не вернемся назад, – голос Хосока прозвучал тихо и уверенно. Он увидел, что Тэхён вздрогнул, а потом улыбнулся и кивнул. Во взгляде Цзяэра явно читалось «вы идиоты?», и Хосок продолжил: – Мы слишком многое прошли и потеряли, чтобы возвращаться. – Вы всё ещё живые. Не неси херню, – Цзяэр ответил резко, и при этом с досадой прикусил щёку. – Разве вот это – жизнь? – Чонгук вмешался с обычным ему пылом, и Тэхён добавил мягче, будто надеялся этим снизить градус напряжения: – Мы хотим попробовать. Ведь есть шанс, что это остановится? – Нет… Не знаю… Вы просто не дойдёте! – Цзяэр вспылил, и тень над ним взметнулась вверх. Он тут же вскочил на ноги и судорожно вздохнул. – Ложитесь спать. Мы обсудим утром, когда вы одумаетесь. А мне нужно побыть одному и успокоиться. Хосок хотел остановить и объяснить, но Цзяэр рыкнул «не лезьте» и сбежал на первый этаж. Моментально стало очень тихо, но сил обсуждать все это не было. Тэхён поднялся и подошёл к нему, присел позади на корточки и обнял за шею, прижавшись щекой к голове. – Давайте спать, как Цзяэр и попросил. Я думаю, нас ждёт тяжёлое утро. – Ты ему веришь? – Сокджин хмыкнул. Тэхён замер и напрягся. Хосок физически ощущал его тревогу и только сейчас понял её причину. Он и сам осознавал, что слишком цеплялся к Цзяэру, и с кем-нибудь другим мог быть менее подозрительным. И Тэхён не хотел сказать хоть что-то, что могло его расстроить. А Тэхён немного помолчал и кивнул: – Верю. Мы были достаточно близки, чтобы я мог утверждать, что он хороший человек. – Ну, конечно, – Юнги закатил глаза и беззлобно добавил: – Теперь у меня ощущение, что лишь благодаря твоей… твоему очарованию, мы сегодня и живы. – Юнги, – Тэхён укоризненно вздохнул, – будто ты не знаешь какой он. Перестань, а? Мне за мою жизнь не стыдно, – и добавил тише, уже на ухо Хосоку: – Расслабься. Нам обоим нужно было утешение. Я тогда лишь надеялся, что ты выжил и был уверен, что всё в прошлом. – Не оправдывайся, – Хосок мягко сжал ладонь Тэхёна. – Давайте ложиться, обсудим всё утром. Договорились?

***

– Тебя не переубедить, да? – Цзяэр стоял рядом, опёршись руками в поручень рядом с обзорным биноклем. Сам бинокль был неисправным, с разбитыми линзами, но вид открывался красивый. Хосок засматривался на покрытую зеленью долину, текущую в ней реку, и старался игнорировать заросшие остовы домов и обугленные каркасы зданий. – Думаешь, жить в таком мире имеет хоть какой-то смысл? – Хосок неловко хмыкнул. – Если бы я не узнал, что есть то место, откуда всё началось, если бы не заразился идеей, что мы можем как-то спасти ситуацию… Боюсь, я присоединился бы к тем, кто решили покончить с собой. Пока он говорил, Цзяэр болезненно свёл брови и кивнул, а потом нервно усмехнулся. – Прости. Ты держишься как человек из армии, и я не подумал, что по возрасту ты не мог быть кем-то, кто служил. – Зато ты выглядишь по возрасту, как Тэхён. – Верно. Я до сих пор не могу привыкнуть. Боюсь, таким и останусь до самой смерти. Конечно, если когда-нибудь смогу с ней встретиться. Пока что у меня не получилось даже в те моменты, когда я хотел, – было в его тоне столько отчаяния, что Хосок тяжело сглотнул. В Цзяэре была вся его собственная боль, но ещё и ужас осознания себя. И было ещё кое-что, от чего по спине пробежал холодок. – Что ты имеешь в виду, под «если когда-нибудь смогу»? – Хосок проговорил совсем тихо, и смотреть он старался прямо перед собой. Цзяэр рядом усмехнулся. – Ты внимательный. Я рад, что не ошибся, и очень надеюсь, что мои слова тебя образумят. Я пытался умереть, но каждый раз после чудовищной боли я приходил в себя. И я видел, как так же поднимались остальные… Ну, изменённые, – он говорил очень тактично. И зная теперь, что внутри каждой твари был человек, Хосок тоже не мог их так называть. Это казалось неправильным. – Ты шутишь, да? Цзяэр развёл руками. – Ты не задумывался, почему их не становится меньше? Ведь при том, как часто люди из поселений выбирались в города на охоту… Они бы уже давно закончились. – Твою мать… – Хосок не сдержался, опустился у бинокля на корточки и зажмурился. Его начало подташнивать, а Цзяэр рядом вздохнул и сжал пальцы на его плече. – Прости, я не хотел тебя так сильно напугать. С другой стороны, может быть это поможет… – Как ты справился с… – Хосок его перебил, вскинув голову и пристально посмотрев в глаза. Всё сказанное казалось ужасным, и он не представлял, как можно было держать всё это в себе, но Цзяэр лишь пожал плечами. – Не знаю. Я просто пытаюсь быть собой. С моими убеждениями из прошлого и… мне повезло. Они воспринимают меня как своего, но изменения не коснулись моего мозга. Я чувствую их сознания, голод и жажду. И это ужасно. – Ты хочешь, чтобы мы ушли, но чем больше ты говоришь, тем больше я уверен в том, что мы должны попытаться. Пойми, я бы не хотел, чтобы всё оставалось… таким. Мир заслуживает перемен. – Я не смогу вам помочь, – Цзяэр проговорил севшим голосом, – я пытался. Но я могу подойти к генератору на триста метров и это мой предел. И я насмотрелся на тех, кто пытались перед вами. Там слишком много моих бывших сослуживцев, и никто не дошёл. – Значит, мы будем первыми, – Хосок улыбнулся, предвкушая с азартом, как охоту. Цзяэр прищурился, посмотрев ему в глаза, а потом улыбнулся и покачал головой: – Вы все сумасшедшие. Я думал, что Тэхён самый поехавший из всех, кого я знаю, но я ошибся. У тебя дар завлекать и поджигать своими идеями. Я теперь понял, как ты их собрал. И почему Тэхён… – Со мной не безопасно, – Хосок проговорил торопливо, вспомнив, что, если бы не его попытки убедить, Намджун и Чимин не оказались бы в безвыходной ситуации и остались бы живы. – А вокруг рай земной, да? – Цзяэр усмехнулся, а потом замолчал. Они долго стояли в тишине, после чего он со вздохом похлопал Хосока по плечу. – Слушай внимательно. Пару дней вы побудете здесь, отдохнёте и восстановите силы. Брать с собой лишнее бессмысленно, вы должны быть мобильными. Единственное ваше преимущество – скорость и внезапность. – Я думал, мы уйдём сегодня, – Хосок прищурился. – Вам нужно оружие. Я позабочусь об этом, а вы отдыхайте, пока можете. Дня четыре сюда никто не сунется, но потом вас учуют, поэтому я даю вам двое суток. – Спасибо, – Хосок выдохнул, – я не забуду. – Просто выживи, а? – тот раздражённо хмыкнул, а потом добавил недовольно: – Я ещё ничего не сделал, и это не помощь, а попытка затянуть ваш суицид. Хосок кивнул. Зря он с таким подозрением изначально. Цзяэр действительно оказался хорошим человеком. Впрочем, Тэхён подсознательно собирал таких вокруг себя, и можно было довериться его интуиции.

***

– Ты уверен? – Тэхён вцепился в рукав Цзяэра и не давал ему сдвинуться с места. Он выглядел напряжённым и очень взволнованным. Цзяэр же улыбался непринуждённо и легко, но эта улыбка не касалась глаз. – Да. Не заставляй меня пожалеть и передумать, ну, – он потрепал Тэхёна по волосам, и пользуясь тем, что тот растерялся, потянул на себя и обнял. Выглядело нелепо – Тэхён на пол головы возвышался и был шире, но при этом прильнул как маленький и зажмурился, позволив Цзяэру себя погладить. – Ты самый лучший, ты в курсе? – он улыбнулся, и Цзяэр засмеялся в голос, искренне и открыто. И тут же поднял взгляд на Хосока. В глазах у него черти плясали. – Отцепишь его от меня? Я боюсь, если на мне останется такой ценный груз, я не смогу сделать то, что планирую. А с кем-то из вас я точно не буду достаточно быстрым. – Мне тоже не нравится идея. Ты уверен, что это будет безопасно? – Хосок уже слышал его ответ несколько раз, но успокоиться не мог. – Если я буду один, то да. Любой из вас будет для меня как балласт, с которым я не смогу действовать так свободно, как мог бы в одиночку. Будут ещё вопросы? – Цзяэр насмешливо хмыкнул, а потом отстранил Тэхёна от себя, развернул его и мягко толкнул в спину. – Давайте. Помните, что я рассказывал? Сейчас по туннелю до самого конца. И дальше налево. Триста метров. После этого увидите дверь, её придется вскрывать. Не задерживайтесь там слишком долго. Если я правильно рассчитал, к этому моменту я смогу устроить шумиху и отвлечь внимание. Дальше всё зависит от вас. Реактор находился в вертолетном ангаре. Жаль, среди вас нет никого из военных, придётся побегать и поискать, но я в вас верю. Ага? Цзяэр говорил торопливо, хрипло, и Хосок невольно подобрался, прикидывая, как лучше было действовать. Вспомнив базу, на которой раньше служил Намджун и его рассказ, он сделал для себя отметку, как следовало искать, после чего окинул взглядом свой небольшой отряд. С собой у них было только оружие и по паре фляжек с водой. Как Цзяэр и говорил – ничего лишнего. Из-за этого они уже успели поругаться прошлым вечером, когда Сокджин пробубнил, что это напоминало наебалово и Цзяэр просто рассчитывал присвоить их вещи себе. Тогда Тэхён впервые действительно разозлился, и если бы Юнги не вмешался, наверняка они с Сокджином поссорились бы вхлам. Сейчас же Тэхён отошёл к Сокджину и уткнулся лбом в его плечо, пока они дожидались решения, как действовать. Это было стремлением показать, что все споры остались позади, и Тэхён передавал это через свою тактильность. Сокджин тоже уже оттаял, приобнял Тэхёна и ласково потрепал по волосам, прежде чем отстранился. – Вперёд, – Хосок кивнул. Ждать уже было нечего, и им следовало торопиться. Он пропустил остальных в тоннель, чтобы войти последним. Цзяэр улыбнулся ему и одними губами шепнул «удачи». Он встряхнулся и его окутало тьмой. Выдохнув чёрный дым, он метнулся в сторону базы. Хосок тут же развернулся и поспешил догонять своих. Стоило ему спуститься в тоннель, как его поймал Тэхён, быстро поцеловал и шепнул «пока мы ещё можем», после чего сжал ладонь в руке, и они заторопились вдвоём за остальными. Шли быстро и молча, экономили дыхание. Хосок ощущал, что Тэхён всё больше нервничал, у него начала подрагивать рука, и он сам чувствовал себя всё более взвинченным и напряжённым. И только когда они свернули, и дальше нужно было высчитывать расстояние, Хосок выдохнул и позволил себе отключить волнение и тревогу ради дела. Точно так же вёл себя и Юнги. Тот почти не выбирался с ними во время дороги, предпочитал заниматься лагерем, а тут вёл себя так, будто сам большую часть жизни провёл на военных базах, отдавал короткие команды, что слушались его и Чонгук, и Сокджин. Дверь они вскрыли даже без участия Хосока, а дальше пришлось действовать медленнее и осторожнее. Они выбрались на поверхность между ангарами, и тут же спрятались за коробками, закрытыми брезентом. Хосок жестом указал Тэхёну, чтобы тот шёл последним и проверял, чтобы их не преследовали, а Хосок вёл их дальше. Правда, они всё же немного заплутали из-за того, что здесь всё было совсем иначе. Хосок не так часто выбирался в военные части, чтобы ориентироваться в них настолько хорошо и легко. Где-то вдалеке раздался рёв, напоминавший раскаты грома, и он почти сразу понял, что это был Цзяэр, выбивавший для них время. Это придало сил и уверенности, когда они рискнули сделать последний рывок до самого крупного ангара. Понять, что это было то самое место, оказалось не сложно – несмотря на запустение, здесь не было следов тварей. Пробираясь в полумраке помещения, Хосок сначала скрывался и медлил, а потом плюнул на всё и включил фонарик. – Ты что делаешь? – Чонгук недовольно подал голос, и Юнги усмехнулся. – Если Цзяэр говорил, что он не может подойти к реактору, думаю, это может касаться всех тех, кто попал под его действие и стал… Тем, с чем мы имели дело все эти годы. – То есть, здесь мы в безопасности? Они как раз прошли дальше, чтобы услышать тихий мерный гул. У Хосока скрутило внутренности от волнения, и он почувствовал себя тем самым испуганным и нелепым пацаном, который впервые выбрался на охоту в город, боялся каждого шороха и надеялся быть полезным для семьи. – Я не думаю, что находиться здесь безопасно. Скорее всего, если мы пробудем достаточно долго, мы также окажемся подвержены влиянию реактора и… – Хён, не продолжай, – Тэхён сглотнул и вцепился в его плечо, тут же оказавшись очень близко. У него глаза были огромными и казались остекленевшими. И Хосок понял, что проняло, судя по всему, всех. Каждый переживал свои личные ужасы и страхи. Видимо, это место влияло таким образом. Хосок поэтому лишь кивнул и сжал его пальцы, чтобы показать, что был рядом, а потом повёл всех на гул. Реактор был крупным, как несколько соединенных вместе огромных смотанных деталей, будто древние элементы с электростанций, с множеством индуктивных катушек. Всё это гудело и светилось голубым. И чем ближе к ним, тем более чистым и стерильным казалось пространство. Ни мусора, ни пыли, ни каких-либо вещей вокруг. Хосок сделал пару шагов ближе, и тут же отшатнулся. В голову будто тысяча иголок воткнулась и зрение померкло. От неожиданности он потерял равновесие, взмахнул руками и упал бы, если бы его не поймали. – Хён! – обеспокоенный голос Тэхёна донёсся словно через толщу воды, и прежде чем Хосок увидел его, почувствовал прикосновения холодных пальцев к лицу. Тэхён сидел перед ним на корточках и очень внимательно всматривался. Во взгляде у него был ужас, и Хосок уже хотел было успокоить, но скривился и закашлялся. – Хён, пожалуйста, не молчи! – Тэхён прижал ладонь ко лбу, от чего неожиданно захотелось смеяться. – У меня же не температура, ну, – Хосок сипло выдохнул, и тот тут же заулыбался. – У тебя глаза почернели как у Цзяэра. Я испугался, – Тэхён произнёс доверительно, а Хосока передёрнуло. Вот что эта штука делала… – Ближе не подходите. Нам нужно придумать, как разъебать эту херню с расстояния и… – Ты сказал разъебать? – Чонгук оживился, а потом с широкой улыбкой переглянулся с Тэхёном и Сокджином. – Дай нам пять минут и… – Вы решили собрать бомбу? Совсем ебанулись? – Юнги закатил глаза. – Посмотрите по ангару. Вдруг тут есть что-то горючее. Спирт, алкоголь, что угодно. Подкинем и запалим. Это явно будет проще, – и только когда все разошлись, он обеспокоенно коснулся плеча Хосока: – Херово выглядишь. – Ощущаю себя не лучше, – Хосок усмехнулся с досадой, – наверно, будет лучше, если взрывать буду я, а вы попробуете съебаться и… – Не надейся даже. Может я и не показывал желания участвовать во всём этом, но я тебя не оставлю. Ты мой друг, Хоба. Всегда им был, – Юнги улыбнулся, а потом с интересом посмотрел а сторону катушек, – если повезет, оно просто отрубится. Если нет… я надеюсь, что мы успеем отбежать достаточно далеко. – И что этого хватит? – Хосок усмехнулся, и тот отзеркалил его усмешку. – И что этого хватит, да.

***

Хосок смотрел на их приготовления и понимал, что им могла помочь только удача. В ангаре почти не было ничего полезного, а идти куда-то ещё было опасно. Вряд ли Цзяэр отвёл всех настолько далеко, чтобы вся база оказалась в их распоряжении надолго. Спасибо, что вообще смогли пробраться к реактору. В ангаре нашлось пару пузырьков со спиртом и одна упаковка с патронами. Остальное, видимо, хранилось в других местах. Державшийся рядом Тэхён только вздохнул и с досадой потёр лоб. Хосок без слов понимал его и то, в какой они жопе. – Может, я выберусь и поищу оружейный склад? – он с отчаянием прикусил губу, а потом нервно хмыкнул: – Несмотря на то, что у нас здесь всё идёт совсем не по плану, не могу выбросить мысль, что Намджун был бы доволен тем, какой тут порядок. Он ценил это. У Тэхёна задрожал голос, и винить его Хосок не мог. Он и сам до сих пор не мог поверить. Пусть они и знали Намджуна и Чимина совсем недолго, те стали частью их отряда и друзьями. Хосок подошёл ближе и сжал руку Тэхёна в своей, заглянул ему в глаза. – Мы сделаем так, чтобы их жертва не была напрасной и… – Хоба, подойди! – его окликнул Юнги, и Тэхён торопливо вытер пальцами под глазами ещё до того, как выступили слезы, и тут же улыбнулся. – Пойдём. Ты прав, с этим нужно разобраться. Юнги дожидался рядом с разобранными запасами. Он нарвал найденную тут же тряпку и из флаконов со спиртом сделал пару молотовых. Когда Хосок подошёл, он с досадой поморщился: – Если у нас хотя бы что-то получится, буду требовать нобелевку мира. Я ебал собирать оружие спасения из говна и палок. – Но судя по всему, ты справился? – Хосок хмыкнул, и тот оскалился в ответ. – Нихера. Не вижу даже смысла в том, чтобы доставать порох и тратить время. Тут его столько, что не хватит даже на соломенный сарай. – Ты утрируешь, – Хосок прищурился, и Юнги выразительно закатил глаза. – Я ещё преуменьшаю… – Чонгук, закинь это поближе к реактору, – Сокджин вмешался, указав на коробку с патронами. Чонгук послушался тут же, и когда та стукнулась о металлический корпус, упав рядом, Юнги несколько раз моргнул, будто пытался понять: – Нахера? – А теперь туда же молотовы и понадеемся на нагрев и дестабилизацию. У нас всё равно нет других вариантов. Юнги прищурился, прикидывая, а потом кивнул. – Мне нравится твой ход мыслей. Давай поджигать. Хосок тут же достал спички и проследил за моментально разгоревшимся по ткани пламенем, как бутылки полетели к реактору и разбились, окутывая брызгами воспламенившегося спирта. Стало очень тихо, все затаили дыхание, наблюдая за тем, как огонь облизывал металлические бока катушек, проволоку, и только когда раздался скрежет, с которым одна из катушек треснула, а голубое свечение начало пульсировать, Хосок будто очнулся. – Сваливаем! Они побежали, но было уже слишком поздно. И когда раздался грохот за спиной и их откинуло взрывной волной, весь мир вокруг окутало голубым светом, ослепляя. Хосок крепче вцепился в Тэхёна, руку которого не выпускал, и подполз к нему, стараясь закрыть собой. Это было последним, что он помнил, до того как сознание отключилось.