Свидания

                   Гермиона переминалась с ноги на ногу, высматривая белобрысую голову на поле: «Холодно же, блин», — думала про себя девушка, обтирая руки.       После прошлой встречи они так никуда не сходили — оказалось, что Грейнджер срочно нужно написать миллион и одно эссе по каким-то травам. А Малфою назначили усиленные тренировки по квиддичу в связи с грядущими соревнованиями. Тем не менее, им удавалось найти время, чтобы иногда вместе собираться в библиотеке и ходить на совместные ужины.       И вот долгожданный день их второго свидания был назначен после тренировки Слизеринца. Девушка ожидала его возле поля, но он всё никак не появлялся.       Заметив знакомый силуэт, Гермиона помахала рукой Забини и сделала шаг по направлению к нему, парень обратил на неё внимание. Они с компанией остальных учеников направлялись к раздевалке, но Блейз решил оторваться от друзей и подойти к девушке.       — Ты не видел Малфоя? — Гермиона дрожала от холода, сжимая кулаки в карманах пальто.       И хотя все уже догадывались о взаимоотношениях молодых людей, девушка не решалась называть его по имени перед другими.       — Он ушёл в раздевалку раньше, промямлил, что куда-то спешит. — Забини нахмурил брови, оглядывая девушку, — Теперь ясно, куда торопился, — парень покачал головой, обнажая довольную ухмылку. — Скоро должен выйти.       Гермиона неловко опустила глаза в пол на секунду, когда Блейз догадался о их планах. Затем коротко улыбнулась и пролепетала: «Спасибо».       Парень помахал рукой на прощание и удалился вглубь поля.       Девушка выдохнула клубок горячего воздуха в руки, которые теперь плотно сжимались перед лицом.       «Ещё и палочку забыла…» — Гриффиндорка ругалась сама на себя, не понимая, как можно было забыть на столе самый важный атрибута волшебника. А всё было из-за того, что она спешила на встречу с Малфоем — теперь стояла и мерзла как дура, зато с уложенными волосами.       — Я слышал клацанье зубов с другой стороны поля, — явился собственной персоной.       Гермиона резко обернулась на голос, который появился совсем не там, где она ожидала. Парень не выглядел как тот, кто недавно закончил тренировку и судорожно пытался успеть переодеться. Он выглядел столь же претенциозно как и всегда, но теперь в глазах всегда были невиданные ранее тепло и нежность.       — Уже думала, что в душе утопиться решил, — Она хмурила брови и сжимала губы, то ли от холода, то ли от недовольства.       — Были мысли… — Задумчиво ответил Малфой, доставая палочку. — Почему не наложила согревающее? — Драко одновременно с вопросом взмахнул древком, отчего появилось лёгкое свечение вокруг Гермионы, что тут же растворилось.       — Забыла палочку, — девушка расслабила плечи, когда её окатила горячая волна. Не будь это магией, она бы подумала, что наступила последняя стадия переохлаждения.       Малфой изогнул бровь в немом вопросе — никто бы в жизни не поверил, что Гермиона могла хоть что-то забыть.       — Со всеми бывает, — неловко оправдывалась Грейнджер, разведя руки по обе стороны от себя.       Слизеринец лишь улыбнулся, как обычно бывает, когда Гермиона ведёт себя не как лучшая ученица Хогвартса.       — Куда мы в итоге идём?       Драко до последнего хранил тайну их второй встречи, хитро проговаривая раз за разом: «Это сюрприз». И хотя Гермиона никогда не была в восторге от спонтанных событий, она сдалась на последнем своём «допросе».

***

      — Если мне не понравится, ты ведь и расстроишься! — апеллировала Грейнджер в своей привычной манере заучки.       Малфой располагался на диване в общей гостиной Гриффиндора, куда они пробрались не совсем легально. Но Гермиона так усердно уговаривала Полную Даму, что та прониклась историей «несчастных влюбленных» и пропустила их — разубеждать её не стали.       Слизеринец лишь отрицательно покачал головой, делая пометки в учебной книге. Он даже не взглянул на девушку, которая за один день успела раз 5 его спросить о сюрпризе. И в любой другой ситуации это начало бы раздражать, но наблюдать, как одна из умнейших ведьм выдумывает глупости — своеобразное удовольствие.       — Хорошо, это не поход в Хогсмид, башню, запретный лес, не Тайная Комната и не озеро, — Гермиона разгибала пальцы, вспоминания все свои варианты, — Не коридоры, не гостиная Слизерина или любого другого факультета, очевидно не библиотека, — девушка задумалась, называла ли она этот банальный вариант, и взглянула на Малфоя, — да, ведь?       Он вновь только качнул головой, переворачивая страницу.       — Я знаю! — Она чуть ли не подпрыгнула на диване и по детской привычке потянула руку, как будто отвечала на уроке.       Малфой поднял глаза с вопросом.       — Чердак над библиотекой! — Гермиона уже была готова получать лавры своей воображаемой победы.       — Ты серьёзно считаешь, что я бы потащил тебя на пыльный грязный чердак во время нашего свидания? — Слизеринец прикрыл книгу, просунув меж страниц карандаш.       — Ну, может там не так уж и пыльно, — Грейнджер опять потерпела поражение и понурила плечи, задерживая взгляд на огне в камине.       Пока девушка придумывала новые варианты, скрип дивана и шевеление Малфоя заставили её обернуться.       Парень облокотился правой рукой на красную выцветшую обивку и приблизился к лицу Гермионы.       — Тайны — это так привлекательно, — шёпот раздался возле уха, опаляя горячим дыханием, — Да, Гермиона? — Тон понизился ещё на один, из-за чего бархатные нотки оседали где-то в груди девушки. А её имя, произнесенное этим голосом, будет прокручиваться в кудрявой голове долгое время.       Малфой плавно отстранился, прекрасно понимая, какой эффект хотел вызвать. Он получил, чего добивался: Гермиона вспыхнула вместе с щелчком в камине от влажных поленьев. Девушка уткнулась в собственные записи, пытаясь сложить буквы в слова. Сердце бухало, с каждым ударом напоминая о томном голосе.

***

      — Увидишь. — Слизеринец никогда не делал шаг назад, продолжая вести свои змеиные игры.       — Партизан… — Прошептала Гермиона, привыкая к мягкому теплу вокруг тела. — Ты понимаешь, что нагнал настолько сильной интриги, что это легко может разочаровать? — Уже спокойнее спрашивала девушка, шагая возле парня, который вёл их в сторону озера.       — Да, но ты не разочаруешься, — уверенности у Малфоя было с запасом.       Пока они направлялись к намеченному месту, Гермиона завела разговор о Джинни, что последние дни сторонилась её и выглядела уж слишком подозрительной.       — Она никогда не умела врать, я её спрашиваю: «Что случилось?» А она чешет ладонь, мямлит что-то невнятное и уходит. — Грейнджер говорила с беспокойством в голосе, — И так каждый раз, когда я пытаюсь узнать, что происходит. Я уже думаю, может, обидела её? — Сама с собой рассуждает девушка, наблюдая за промерзлой землёй под ногами.       В этот момент Малфой нахмурил брови, но так же резко и расслабил выражение лица.       — Из-за Поттера переживает. — Выдал свой вердикт парень, осведомленный их отношениями.       — Даже когда они ссорятся, она никогда не ведёт себя подобным образом. — Девушка пожала плечами, коротко и грустно выдохнув.       — Это пройдёт. — Уверенно ответил Драко, будто прекрасно понимал, что творится с Уизли.       Мимо Гермионы не прошла эта эмоция парня, она подозрительно метнула взгляд к нему, задерживаясь на глазах. Что-то было не так.       Спустя время молодые люди добрели до оранжереи.       — Надеюсь, мы не будем сажать мандрагору… — Грейнджер никогда не была влюблена в уроки «садоводства». Она говорила это с шуткой, но всё же опасения свои высказывала.       — Всё зависит от того, застукают нас или нет, — Малфой пожал плечами, озираясь по сторонам.       — Я слишком часто нарушаю правила с тобой, — неосознанно шепотом сказала девушка, когда Драко повёл её в заднюю часть теплицы, чтобы зайти с другого входа.       — Кто бы говорил, Мисс Люблю-Почитать-Книжки-в-Запретной-Секции.       Они прошли, отворив стеклянную дверь, которая никогда не была заперта. Видимо никого из учеников никогда не интересовали прополка и запах влажной земли.       — Это было давно, — отмахнулась Гермиона, вспоминая своё детство с улыбкой.       Малфой взмахнул палочкой, наложив чары полной тишины вокруг теплицы.       Время близилось уже к вечеру, но небо, заволоченное тучами, скрывало намеки на закатное солнце. Так что в теплице царила серая скука, несмотря на буйство зелени.       — За мной, — проговорил Драко уже в полный голос, обращаясь к девушке.       — Куда я денусь. — Гермиона шагала за Малфоем, стараясь не наткнуться на кусачий куст.       — Теперь закрой глаза, — Слизеринец не намеревался заканчивать своё представление.       — Господи Боже, — Грейнджер шумно выдохнула, но послушалась.       Теперь её окружали слишком явные ароматы зелени, грунта, каких-то цветов и не самый сладкий запах мандрагоры, которую явно недавно тревожили, из-за чего та выпустила ядовитые пары. Гермиона слишком погрузилась в ощущения, поэтому когда Малфой коснулся её рук своими, она резко вздрогнула.       — Вперёд. — Драко выпустил влажный воздух изо рта, когда шепнул одно единственное слово на левое ухо Грейнджер.       Мурашки побежали по спине девушки.       Она аккуратно переставляла ноги, вначале неловко ощупывая неровную поверхность носком туфель.       — Мы на месте, — какое-то движение возле спины Гермионы и теперь низкий голос был справа.       Гриффиндорка разомкнула веки, понимая, что слишком занижала возможности Драко Малфоя.

***

      — Поттер! — Слизеринец окликнул Гарри, когда Гермиона и Рон скрылись за дверьми в кабинет.       Малфой никак не мог подловить момента, чтобы Гриффиндорец остался без компании.       — Гарри Поттер! — Уже громче сказал Драко, подходя ближе.       Юноша обернулся на шум и заметил своего бывшего недоброжелателя. И хотя они давно закончили свои конфликты, но представить, что они бы открыто разговаривали в коридорах без причины — вряд ли.       — Чем могу помочь? — Парень подправил очки и устремил уверенный и слишком героический взгляд на Слизеринца.       — Твоя девушка разбирается в цветах? — Последнее, что ожидал услышать Гарри от Драко Малфоя.       Неозвученный вопрос застрял где-то в горле Гриффиндорца, который смотрел крайне удивленными глазами.       — Поттер?       — Раньше увлекалась чем-то подобным, — Гарри вышел из своего своеобразного транса и серьезно ответил, — К чему вопрос? — естественно Малфой не мог просто подойти и без лишних допросов уйти.       — Мне нужно с ней кое-что обсудить, — Драко звучал, мягко говоря, подозрительно.       — Ты же понимаешь, как это выглядит со стороны? — Поттер взглянул на него из-под очков, словно тот был маленьким мальчиком.       Малфой тяжело вздохнул и подправил сумку на плече, ощущая непривычную ему неловкость. Не каждый день он просит помощи у парней подруги его возлюбленной — даже звучит смешно.       — Я хочу сделать подарок Гермионе, мне нужна помощь Уизли с цветами, — слишком быстро объяснил Драко, оглядываясь по сторонам.       Теперь Поттер выглядел развеселенным. Улыбка раскрывалась постепенно, и вот он смотрел на Малфоя, как будто его сын впервые привел девушку в дом.       — Почему Джинни? — Гарри не намеревался отставать от собеседника, который теперь суетливо подправлял рубашку.       — Ты разбираешься в цветах? — Можно было подумать, что Слизеринец огрызнулся, но нет — это был его обычный тон.       — Нет.       — Тогда не задавай глупых вопросов, Поттер. — Малфой уставился на парня, хмуря брови.       — Ладно, — веселье не спадало с лица Гарри, — Я поговорю с ней.       — В 7 у входа в башню. — Быстро ответил Драко, надеясь, что самый позорный разговор в его жизни вот-вот закончится.       — Она может отказаться, — как ни в чем не бывало добавил Поттер, снова поддевая смущенного юношу.       — Скажи так, чтобы не отказалась, — Малфой чувствовал, как Гарри ощущает превосходство в этой ситуации, и это задевало его уверенность.       — Ладно, ладно, — Улыбка гриффиндорца скрылась, но ухмылка никуда не пропала, — никогда не думал, что ты такой романтичный, Малфой, — и вот ещё один новый кошмар Драко, который будет ему сниться по ночам — Гарри Поттер насмехается над его отношениями с девушками.       — Стоит ещё спросить у Невилла, — тумблер на серьезность тут же дернулся где-то внутри Гриффиндорца, — он лучше всех нас вместе взятых разбирается.       — Пускай тоже приходит, — Драко уже ощущал себя обезвоженным от этого разговора, никогда ещё ему не приходилось краснеть так долго.       — Я узнаю у них. — Гарри решил наконец-то разжать свой хелицер и оторваться от парня, он развернулся в сторону двери, чтобы удалиться.       Малфой понял одно — не только он умеет ставить людей в неловкое положение.       Тем же вечером возле башни собралась удивительная компания: Малфой, Уизли, Лонгботтом и Поттер, которого, как вслух отметил Драко, никто сюда не звал.       — Сам Драко Малфой просит моей помощи, странное чувство, — Джинни потерла указательный и большой пальцы меж собой, будто пробуя свои слова на вкус.       «Лучше бы книжки почитал» — проклинал себя Малфой, осознавая, на что подписался.       — Мне нужно вырастить гипсофила. — Слизеринец проигнорировал очередную насмешку над ним, сосредоточившись на своей главной цели — сделать подарок Гермионе.

***

      Перед Гермионой открывался вид на небольшой, но пышный куст её любимых цветов. Она замерла, оглядывая белоснежные лепестки, что выделялись на фоне зелёных оттенков.       — Как ты это сделал? Где ты нашёл семена? Когда ты успел? — Шквал вопросов посыпался на Слизеринца, довольного стоявшего позади девушки. Он обошёл её и приблизился к кусту.       — Я не буду раскрывать все секреты, — Драко глядел на Гермиону, чьи глаза светились от счастья.       Девушка слишком давно не видела магловских цветов, не считая того раза с подсолнухом в кафе, на который она обратила своё пристальное внимание. И в том, чтобы увидеть качим, скрывалось гораздо большее — эти цветы всегда росли в саде её бабушки. Они — далёкое воспоминание о доме, такое же чистое, но краткое чувство прикосновения нежности.       На ресницах появились солёные капельки, которые Грейнджер тут же смахнула.       На лице Малфоя появилась тревога и непонимание — слёзы Гермионы точно последнее, что он ожидал увидеть сегодня.       — Что стряслось? — Парень подошёл к ней ближе, заглядывая в глаза, скрытые за пеленой.       Девушка помахала головой, разбрасывая кудряшки по плечам. Слёзы никак не могли остановиться, хотя она их смаргивала каждый раз.       — Я расскажу тебе про всё, только не плачь, — Драко не знал, что ему предпринять и как остановить нескончаемый поток печали, который отдавался ему в груди болью.       Он вытянул руки и прижал её голову к себе, а затем и всё тело, теперь слышались нечёткие всхлипывания в его кашемировое пальто.       Гермиона обхватила его грудину руками, вжимая пальцы в спину. После коротких выдохов послышались тихие шептания: «Спасибо, спасибо большое».       Спустя время и нескольких поглаживаний по голове, кулаки Грейнджер ослабили хватку, и она оторвала горячую щёку от его одежды.       Девушка вскинула голову наверх, заглядывая в серые заботливые и обеспокоенные глаза напротив.       — Ты правда расскажешь? — Гермиона улыбнулась, смахивая последние слезинки тыльной стороной фаланги.       Малфой тоже одарил её короткой улыбкой, которая скрылась в волосах, когда он оставил кроткий поцелуй на макушке.       — Да, — едва шевеля губами, ответил парень.       Грейнджер вновь крепко прижалась к нему, чуть не ударив в челюсть, которую он резко дернул вверх. Её нисколько не спортивные руки теперь плотно обхватывали грудину, вжимая его в себя всё сильнее и сильнее.       — У меня ребро сейчас треснет, — наигранно прохрипел Малфой, также обвивая её вокруг.       Они разорвали объятие, ощутив ранее незаметный холод теплицы.       — Мне никто никогда не делал подобных подарков, — Гермиона присела возле кустика, ласково проводя пальцем по крохотным цветочкам.       — Всегда пожалуйста, — Драко пожал плечами, будто не он потратил несколько ночей, пробираясь в теплицу и следя за ходом роста под чётким руководством Невилла, которому он докладывал о любых изменениях.       Оказалось, что выращивать магловские цветы магическими способами крайне сложно — они были слишком хрупкими для этого. Неверная пропорция полива, ускоряющего рост, и растение тут же погибало или начинало расти неконтролируемо. Поэтому выращивать один единственный куст, чьи семена пришлось поискать в Косом переулке, было не самой простой задачей для компании.       Но глядя на Гермиону, Малфой понимал, что был готов сделать так хоть ещё миллион раз.       — И всё же как? — Грейнджер продолжила, оборачивая голову к Драко.       Он присел на корточки рядом с ней и уловил еле заметный запах гипсофилы.       — Мне помогли… — Он сделал таинственную паузу, видя, как Гермиона вопросительно хмурила брови, — Уизли, Лонгботтом и Поттер, — когда Малфой произнёс их фамилии, на лице девушки разлилось истинное удивление и даже радость.       — Вот почему она себя так вела! — Гермиона разгадала головоломку и теперь на душе у неё был самый настоящий покой, — По Гарри даже не видно было, что он что-то скрывает.       Грейнджер покачала головой, осознавая, что этот подарок был не так прост.       — Спасибо вам, — снова слова благодарности, обращенные к Драко.       Малфой ничего не ответил, он не отрывал взгляда от карих глаз, пытаясь понять причину её слёз.       — Прости за это, — Гермиона словно прочитала его мысли и махнула рукой на место, где они стояли, — вспомнила детство и растрогалась, — она коротко объяснила, надеясь, что этого ответа хватит.       Драко кивнул, не наседая с дальнейшими расспросами. Он так и не сводил взгляда, из-за чего Гермионе стало неловко.       — Что? — Спросила она, задерживаясь на его серьёзном выражении лица.       — Ничего. — Малфой тут же ответил тихим голосом.       В следующую секунду их губы соприкоснулись, а от неожиданности Грейнджер на какое-то время зависла с распахнутыми глазами. Но как только Драко сделал новое движение, она закрыла их, ярко ощущая тепло, запах трав, расплавленного парафина и подземелий. Парень нежно раскрыл губы, обхватывая верхнюю Гермионы, а она не спешила шевелить ими, стараясь распробовать и осознать этот момент.       И тут она положила свою руку на его плечо, придвигаясь к Малфою ближе, отчего он завалился назад, оказавшись сидя. Он упирался одной ладонью о холодный и влажный пол, а другой проник в волосы на затылке Гермионы. Их поцелуй стал глубже, и движения были в равной степени плавными и нежными, но близость тел, когда Гермиона оказалась на коленях и обхватила голову юноши обеими руками — распаляла молодых людей.       Причмокивания закончились, когда их неудобные положения начали сковывать мышцы, они разорвали поцелуй, тяжело вдыхая прохладный воздух, а затем окутывали друг друга жарким дыханием.       Пара заглянула друг другу глаза, не скрывая пробужденный огонёк. А затем они осторожно соприкоснулись носами, проявив доселе незнакомую им нежность.       Нежность, которая практически никогда не заметна, она столь же тихая и необходимая, как дыхание. Почти невидима, но без неё любовь не была бы столь глубокой и яркой — как роза без гипсофилы.