I know you ain't scared of the fall

В Райских сумерках сегодня было необычайно шумно, словно вся Колумбия хотела оприходовать за раз один единственный притон. А может Кевин просто ещё недостаточно напился, чтобы утратить к этому всему интерес. И тем не менее он достаточно напился, чтобы подвинуться ближе к своему троянскому другу, что по воле случая оказался в Южной Каролине, и даже сам предложил потусоваться вместе до своего отъезда. С каждым шотом он всё наглее вторгался в личное пространство Джереми Нокса, а тот словно был вовсе не против. Их бёдра соприкасались по инициативе Кевина, хотя места за столом было навалом. Его рука уже по-свойски приобнимала друга за плечи, даже с каким-то подобием ласковости. Тема за темой, шот за шотом. Они разговаривали так уже добрый час. Изредка Джереми тянул его за футболку, дабы Кевин наклонился поближе, и нашёптывал ему тайны, которые непринято говорить вслух. В такие моменты Кевин невольно задерживал дыхание, ощущая мурашки по коже. Он был самым лучшим хранителем секретов, потому что не столько концентрировался на словах, сколько на обжигающем кожу дыхании, и приятном тембре голоса его друга. – Хочешь потанцевать? – Внезапно выдал Кевин, который вообще никогда не танцует. – Думал, не предложишь. – Улыбка на чужих губах была слишком широкой и ласковой, ему захотелось стереть её своими губами, но вместо этого он отвернулся и фыркнул, когда Джереми рассмеялся. Это был намёк на флирт? Или просто дружеский сарказм? Кевин пытался понять, что вообще было не так с фразой Джереми Нокса, и почему она казалась неподходящей репертуару троянца. Он хотел потанцевать с ним? Или он просто хотел танцевать…? Его мысли сместили фокус, стоило Джереми крепко взять его за кисть, и самому решительно потащить на танцпол, подпрыгивая в такт музыки. Кевин со своими 186 см роста и длинными заплетающимися ногами шёл чуть ли не спотыкаясь, пытаясь успеть за Ноксом. Они обходили людей, иногда пробивались между ними и наконец-таки отыскали относительно незанятый никем участок танцпола. Конечно, это было слишком громкое заявление, для переполненного клуба, но как минимум у них было около метра квадратного, чтобы практически не соприкасаться спинами с другими людьми. Когда Джереми отпустил его руку, стало даже немного дискомфортно. Кевину захотелось вновь ощутить тепло чужих пальцев, хоть ненадолго. Возможно, он выглядел сейчас как брошенный щенок, с грустными зелёными глазками, сведёнными бровями и опущенными плечами. Но грусть быстро сменилась удивлением, стоило Джереми положить руку на талию Дэя, притягивая ближе к себе. Второй он схватил Кевина за футболку, заставляя слегка нагнутся, и сказал в самое ухо: – Не потеряешь меня? – Кевин, чуть ли не подавился воздухом, если бы Джереми не добавил «в толпе». Логично предположить, что 171 роста и белая макушка может легко пропасть с глаз среди такого количества людей. Может ему лишь показалась игривость в чужой интонации, но для себя он определенно решил не терять Джереми ни в каком смысле. Однажды он уже сделал это, когда не отвечал ни на звонки капитана Троянцев, ни на сообщения. Сейчас он больше не хотел повторения прошлых событий. Поэтому положил свои руки на чужие бёдра, и сказал тихое «не потеряю» не столько Джереми, сколько самому себе. Их бёдра покачивались в такт музыке, соприкасаясь, а непонятно откуда навалившаяся толпа заставляла прижиматься друг к другу плотнее. Так продолжалось некоторое время. Треки сменялись одни за другим, от очень зажигательных огненных мотивов, до лёгкой меланхолии, или сексуального пиздеца. Сексуальный пиздец – это тот тип песен, которые в списке Кевина попадали под разряд тех, что можно было использовать для секса. Джазовые нотки, электрогитара, медленно нарастающий темп, размеренные биты, и томные голоса исполнителей, которые поют о своей страсти и вожделении. Чего он конечно же не ожидал, так это двойную порцию сексуального пиздеца. И в сравнении со звеневшей в ушах песней Ex Habit, Джереми Нокс был чем-то намного, намного хуже. Отдаваясь этому ритму в полной степени, он утягивал Дэя за собой в пучину разврата. Руки переместились на шею Кевину, и он прижался ещё плотнее, покачивая бёдрами так нерасторопно и дразняще, что у Дэя кружилась голова уже не от алкоголя, а от самого Джереми. Он смотрел в эти карие глаза, обрамленные непозволительно длинными ресницами, а Нокс смотрел на него в ответ, изучающе, и так вовлечено. Кевин невольно опустил взгляд на чужие губы, облизывая свои собственные, и заметил, как Джереми тихо подпевает слова песни. I know I know you want it all Когда он поднял глаза обратно в чёрные омуты, былое веселье как рукой сняло. До того тёплые солнечные искры, в момент стали слишком опасными, а лёгкие смешинки сменились томным вожделением и жаждой. I know Кевин прикрыл глаза, ему стало очень не по себе. Это был его друг. Они просто хотели провести дружеский вечер в клубе. Он не был в стельку пьяным как обычно. Так почему же в отражении чужих глаз он видел свою собственную жажду. Почему ему так сильно хотелось накрыть чужие губы своими собственными, и почему Джереми, такой солнечный и светящийся, под действием алкоголя начинал подбрасывать колкие фразочки так, будто они уже давно копились в его душе поджидая Кевина Дэя. I know – Джереми… – Поцелуй ты меня уже. – сказал Нокс. I know you ain't scared of the fall Кевин Дэй сдался. Накрывая чужие губы своими, он прикрыл глаза в наслаждении, когда пальцы Джереми коснулись его затылка, зарываясь в черные волосы с намерением вызвать мурашки. Языки переплелись в медленном темпе под ритм музыки. Они словно пытались съесть друг друга прямо на танцполе, так глубоко, как только могли, и до самого конца. Когда воздуха в лёгких от такой настырности совершенно не осталось, Джереми разорвал поцелуй, сладко проводя языком по нижней губе Кевина, после чего слегка прикусив, отстранился. Дэй уже потянулся за ним следом в немой просьбе получить добавку, но троянец растянул губы в искренней и озорной улыбке, сжимая его промежность. На этом моменте Кевин осознал, как сильно у него стояло. И не у него одного. – Пойдём отсюда. – Сказал Кевин, и в этот раз сам схватил Джереми за руку, утягивая за собой с танцпола. В туалете клуба не самая лучшая шумоизоляция, но по крайней мере музыка больше не бьет по ушам. Зато стоны Джереми очень даже. Когда Кевин припечатывает его к стене, закрывая за собой дверь кабинки и впивается в губы настойчиво и так жадно, Джереми осознаёт, как же сильно Кевин Дэй умеет сдерживаться на людях, и как же сильно теряет контроль, стоит оказаться наедине. Он буквально не успевает сделать нормальный вдох между поцелуями, как Кевин снова накрывает губы, заполняя собой его лёгкие. Руки хаотично блуждают по груди Джереми, оглаживают торс, подкаченные предплечья. Кевин ищет в нём спасение от своей страсти. Но только усиливает её с каждым новым прикосновением. Когда Джереми уже не выдерживает такого наплыва и оттягивает Кевина от себя за волосы, тот долго не думая льнет ниже, касаясь губами его шеи, прямо у точки бешено стучащего пульса. Лёгкое прикосновение быстро сменяется жадным покушением на шею Нокса. Он оставляет на ней влажные поцелуи, проходясь языком до кадыка, прикусывает и посасывает кожу, на которой расцветают словно фиалки яркие засосы, а Джереми, плывёт от этих ощущений, перебирая и стискивая уже запутавшиеся черные пряди, когда становится невыносимо хорошо и плохо одновременно. Кевину нравится это громкое тяжелое дыхание и такие сладкие стоны удовольствия, льющиеся из уст Нокса. Эта самая чудесная симфония из тех, что он слышал. И ему абсолютно всё равно, что они в общественном туалете. Он хочет слышать максимум того, что может выдать ему троянец. Блондин трется о его бедро, а потом, не выдерживая, расстёгивает чужие штаны, запуская руку прямо в трусы Кевину, сжимая его естество. На этом моменте стонет уже сам Кевин. Он отрывается от чужой шеи с тяжелым вздохом, и выстанывает имя Джереми, чувствуя, как тот дразняще оглаживает головку, надавливая пальцем на уретру. – Джер…мх..Джеми…Джереми…Ах~ – Прикоснись ко мне, Кевин. Ему повторять дважды не нужно. Он как послушный щенок кивает, и приспускает шорты Нокса вместе с боксёрами, обхватывая член Джереми рукой. Зарываясь носом в чужую шею, он продолжает оставлять судорожные поцелуи, ощущая мурашки по телу от прикосновений троянца. Они мастурбируют друг другу в быстром темпе, так жаждая разрядки. Кевин бессвязно скулит, постанывая. Его сводит то, какой Джереми горячий в его руках, словно он действительно солнце, что постепенно расплавляет каждую клеточку его тела. Ему очень хочется, чтобы всё это не ограничивалось просто взаимной дрочкой. Он был бы не против встать на колени и вылизать Джереми насухо. – Ты не представляешь, как давно я этого хотел… – Хриплым голосом шепчет Джереми, словно хочет, чтобы эта фраза затерялась среди общей массы стонов. Но Кевин слышит прекрасно, и у него чуть ли не подкашиваются ноги. – Я хотел тебя с нашего первого матча…Кевин, я столько раз дрочил, думая о тебе. Дэй громко стонет, сжимая чужое плечо в крепкой хватке. Ему сносит крышу. – Ах, Джер… – Кев…Кев...ты невероятный.. Джереми хватает его за подбородок, и вынуждая посмотреть на себя, целует в уголки губ. Кевин сам наклоняется к нему и в этот раз они целуются медленнее чем ещё какие-то шесть минут назад, но всё так же жадно. В какой-то момент Джереми обхватывает оба их члена, и Кевин всхлипывает от ощущений. Нокс так умело это делает, словно точно знает, что именно нужно Дэю. Кевин запускает руки под чужую футболку, и слегка царапает загорелую кожу, пытаясь запомнить рельеф на теле капитана троянцев. Они приглушают вскрики многочисленными поцелуями. Джереми доводит их обоих до оргазма за считанные секунды. И это самые лучшие секунды в жизни Кевина Дэя. У него никогда не было настолько крышесносного оргазма. Тело жутко трясёт, а семя обильно выливается в руку Ноксу так, словно он уже давно придерживался воздержания… В пьяной послеоргазменной неге он прикрывает глаза, пытаясь отдышаться, а потом видит, как Джереми, не открывая от него взгляда подносит руку к губам, слизывая белую вязкую жидкость так соблазнительно и развратно, словно дразнит. Кевин берёт его за руку, и облизывает пальцы своим влажным шершавым языком, после чего обхватывает их губами и так бесстыдно посасывает, представляя, как делал бы это с членом Джереми. Блондин смотрит на него зачарованно, не в силах отвести взгляд от этого похабного действа. – Джер…я хочу отсосать тебе.. – Выдаёт практически скулежом Кевин, но Джереми лишь улыбается своей прелестной очаровательной и немного виноватой улыбкой. – Оставим это на другой раз, Кев. Другой раз…будет другой раз? Кевин надеется, что это не пустые обещания. Ему хочется, чтобы это повторилось.