Жалует царь да не жалует псарь

Выйдя на дорогу, заметил вдалеке покосившуюся телегу, наверняка колесо попало в придорожную яму, а значит ее придется разгружать, вытаскивать и снова собирать вещи. Все местные про эту яму знали и объезжали по другой стороне, а значит есть возможность заработать. Му Цин ускорил шаг и немного сменил маршрут. Подходя замедлился и сделал вид, что просто идет мимо и любопытничает. Остановился. ​​​​​​​— Застряли? ​​​​​​​— спросил он. Мужик бестолку пытающийся подтолкнуть телегу или поднять колесо, повернулся на мальчишку, смерил того недовольным взглядом. ​​​​​​​— Иди отсюда мальчик, — сказал он и продолжил пыхтеть, над проблемой. Естественно Му Цин никуда не пошел. —  Так ничего не выйдет. Воз слишком тяжелый, а яма в размер колеса. — Умный очень? — огрызнулся мужик. — А ну пошел отсюда, — намахнулся на мальчишку кнутом, но тот даже не дернулся. — Я-то уйду, а вы до вечера провозитесь и все равно разгружать придется, — деловито сказал Му Цин, сунул руки в карманы и намеренно поднимая пыль ногами зашагал вперед, прислушиваясь к происходящему за спиной. Как и ожидалось, вскоре его окликнули. — Эй, парень. Старательно скрывая довольную улыбу, мальчик развернулся изображая свое неудовольствие. — Чего надо? ​​​​​​​— Иди помоги. — Вот еще. ​​​​​​​— Я заплачу, — нехотя пообещал мужик. Му Цин медленно подошел к телеге, вздохнул, пытаясь показать, что работать ему не охота. ​​​​​​​— Сначала деньги, — протянул ладонь вперед. Мужик недовольно скривился, отвязал от пояса кошелек, долго возился в нем, в итоге положил в руку мальчишки позеленевшую медную монетку. — Будешь работать быстро, получишь еще одну. Возня с телегой заняла времени немногим больше часа. Как и обещал, мужик дал еще одну монету и даже предложил доехать с ним до города. обрадованный мальчишка, легко запрыгнул в телегу, разместился между мешков и довольно стал разглядывать ползущие мимо придорожные кусты, поля, деревья. Кажется жизнь налаживается. Конечно, на эти деньги не купить дорогого шелку, но хватит на цзинь риса(500г). А если повезет можно сторговать и больше, тем более уже поздно, многие торговцы начнут распродавать остатки по-дешевке, чтобы не вести их обратно. За мечтами о выгодных покупках даже не заметил, как доехали до городских ворот, пересекли площадь и остановились на задворках рынка. Му Цин резво спрыгнул с телеги, помог перетащить несколько мешков к порогу какой-то забегаловки и с чувством выполненного долга отправился бродить меж торговых рядов. Рынок шумел, вонял, шевелился. Сотни, а может и тысячи людей ходити туда-сюда выбирая, торгуясь, ругаясь, перетаскивая уже купленное и пересчитывая деньги. Торговцы зазывали к своим лоткам и шатрам шутками, песнями, обещаньями цены и качества. Иногда под ногами сновали бездомные собаки согнанные кем-то с належенных мест. У стен жалобно ныли нищие, калеки и сироты, выпрашивая милостыню. Распевали песни пьяницы надеясь заработать так на бутылку. Среди этой компании иногда мелькали ярко накрашенные женщины, которые многозначительно улыбались мужчинам и предлагали повеселиться. За это время Му Цин и забыл как выглядит городской рынок. Не забыл визуально, но забыл ощущения от большой толпы, шума, суеты. После смерти отца они с мамой были тут лишь дважды, когда закладывали украшения. Сначала бронзовую шпильку с камешками бирюзы, затем яшмовый гребень. Он помнил, как мать неуверенно спорила с торговцем, который предлагал слишком мало за ее побрякушки. Тогда он не понимал их ценности и почему мама так расстраивается. Впрочем он и сейчас не знает настоящей цены на подобное. Чувство любопытство повлекло его дальше, обычные ряды из деревянных прилавков с холщевыми шатрами закончились и начались более богатые. здесь было не так шумно и людно, пахло вкусно и выглядело красиво. Один он смотрелся здесь как инородный предмет. Одни продавцы только брезгливо морщились, когда он подходил поглазеть на товары. Другие требовали, чтобы отошел подальше. Кто-то тыкал в него пальцем, смеялся и говорил, что тот воняет, но Му-цину было все равно. Слишком интересным казалось все вокруг. Наконец-то он увидел прилавок с украшениями заметил похожую заколку в руках у девочки лет 14-ти, что вместе с матерью выбирала себе украшения и услышав цену встал как вкопанный. На эти деньги они могли бы сытно есть пару месяцев. Девочка заметила, что на нее смотрят, окинула мальчишку оценивающим взглядом недовольно фыркнула, сунула в волосы заколку и показала язык. Поведение дочери заметила мать девочки, перевела взгляд на оборванца и закрыв нос платком спросила. — Откуда здесь этот мальчик? Разве беднякам сюда можно? Откуда невозьмись появились стражники. Торговец подал им знак, указывая на мальчишку и те поспешили на выручку. ​​​​​​​— Простите, госпожа, не уследили, — поклонившись произнес один из стражников, второй же схватил Му Цина за рубаху и пиная куда попало тяжелым сапогом, потащил за пределы шатров. Его швырнули на пыльную дорогу возле стены, между спящим в луже собственной мочи пьянчугой и изображающей слепую старухой, на последок  стукнув древком копья по ребрам. Больно. Обидно. Не справедливо. Только вот справедливость у каждого своя. Мальчик поднялся, потер ушибленные ребра, обиженно шмыгнул носом, отряхнул рубашку и поплелся восвояси. Обижаться и страдать можно и по-дороге. Проверил наличие монет в кармане. Слава богам те не выпали. Уже без былого воодушевления поплелся к прилавкам. ​​​​​​​— Только сегодня и только сейчас! Аттракцион неслыханной щедрости за вашу наблюдательность! — послышался откуда-то сбоку звонкий мальчишеский голос. — Одну монету ставишь три получаешь! На голос пошли люди, вскоре вокруг орущего мальчишки образовался небольшой круг. Му Цин какое-то время постоял на месте решая стоит ли идти или нет, но решив, что от того, что он просто посмотрит ничего плохого не случится, все же подошел ближе, протиснулся между взрослых и сел на корточки в первом ряду, рядом с завызганным мальчишкой неопределенного возраста. Перед ними стоял небольшой складной столик, на столике три глиняных пиалы и мраморный белый шарик. ​​​​​​​— Монету ставишь - три получаешь! — опять прокричал мальчик, который видимо и собирался вести эту игру. ​​​​​​​— Ну давай, — хохотнул сверху бородатый дядька, — держи, — кинул медяк на стол. Мальчишка деловито осмотрел монету, потер о рубаху, попробовал на зуб, утвердительно кивнул. После указал на шарик, накрыл его пиалой и стал возить по столу, перемешивая с пустыми стаканчиками. ​​​​​​​— Кручу-верчу, запутать хочу! Шарик угадаешь, монеты забираешь! — Здесь! — мужик ткнул пальцем в левую чашу. Мальчик поднял пиалу, демонстрируя шарик и недовольно поморщился. — Везет тебе, дядя, — произнес мальчишка, достал из-за пазухи мешочек с монетами выковырял оттуда две такого же достоинства и отдал мужику. — Теперь я! — Нет Я! Закричали со всех сторон. Му цин внимательно следил за игрой и ставками. Угадать шарик казалось делом простым и было очень непонятно, как многие умудряются проигрывать. В итоге выбрав удачный момент выкрикнул: ​​​​​​​— Теперь я! Я! Мальчишка ведущий бросил на него недовольный взгляд. — А деньги-то у тебя есть? — Да, - он разжал пальцы показывая две монетки. ​​​​​​​Парень скептично ухмыльнулся. ​​​​​​​— Ну да такие деньги и проиграть не страшно. Давай угадывай. Му Цин выложил монетки на столик и впился глазами в чаши. Вдруг раздался протяжный свист. Мальчик моментально сгреб деньги, скинул чаши и шр в мешок и дал деру. За это мгновение Му Цин успел побледнеть, позеленеть, отчаяться, разозлиться и испугаться. — Эй! Верни деньги! — закричал он и кинулся в погоню. Сколько он бежал за вором по закоулкам не известно, но ноги уже подкашивались, а колени тряслись от напряжения и вот за одним из домов, он его наконец-то нагнал. ​​​​​​​— А это кто? — насмешливо спросили парни постарше, что стояли рядом с мошенником и которых Му Цин не сразу заметил. ​​​​​​​— Да играть сел, но тут императорская стража, шухер, пришлось бежать. Парни окружили задыхающегося усталого Му Цина, придирчиво осматривая. ​​​​​​​— О, да я его знаю. — Неожиданно воскликнул один из них, — Это же из соседней деревни, этот... ну как его. Короче сынок преступника. Мы у него еще с огорода всю капусту подергали, зато вместе с сорняками. Му Цин зло зыркнул на говорившего. Один из парней, что был старше цыкнул на говорившего и обратился к Му Цину. ​​​​​​​— Ты чего прибежал-то? — Пусть деньги вернет, — кивнул в сторону мошенника. Тот даже не пошевелился. Старший дал какой-то знак и мошенник недовольно бубня что-то себе под нос развязал кошелек и высыпал деньги на ладонь. Му Цин долго разглядывал монеты, выбрал две свои и убрал в карман. Парни захихикали. ​​​​​​​— Чет ты мало взял. На монетах же не написано чьи они. — продолжил общение старший. — Мне чужого не надо, — огрызнулся парень и поковылял обратно. Больше разговаривать было не о чем. ​​​​​​​ ​​​​​​​— Чужого не возьмешь, свое не появится, — крикнул ему вслед старший. — Завтра приходи. Ты молодец, бегаешь быстро.