Беспорядок

      — Тсукаса-кун! — Камиширо-сан улыбнулась, стоило ей открыть входную дверь и увидеть парня на пороге. Актёр улыбнулся ей в ответ, приветствуя:       — Добрый день, Камиширо-сан! Руи дома? — он зашёл в прихожую, когда женщина впустила его внутрь. Мать Руи вздохнула.       — Ах, да, он… в своей комнате. Спасибо, что пришёл, Тсукаса-кун, — она взъерошила волосы на его голове, слегка тоскливо улыбаясь. Тенма кивнул и, сняв ботинки, направился на второй этаж.       Он встал перед знакомой дверью и, вдохнув, постучал. Ни ответа, ни звука изнутри не раздалось — Тсукаса взялся за дверную ручку, говоря погромче:       — Руи? Это я, Тсукаса. Я войду, хорошо?       Снова никакой реакции. Тсукаса медленно распахнул дверь, чувствуя, как та сопротивляется — неужели с другой стороны что-то мешало ей открыться?       В конце концов, дверь поддалась и он оказался в комнате. Тем, что мешало открыться двери, оказались вещи, раскиданные по полу — предметы одежды, бутылки и упаковки. Окно было зашторено и закрыто, из-за чего воздух в комнате был сперт и пахло немного затхло.       Его взгляд сразу же метнулся к Руи, лежавшему на кровати — отросшие, нерасчёсанные сиреневые волосы раскинулись на подушке; на нём висела домашняя одежда, помятая футболка и штаны, которые он, возможно, не менял уже некоторое время. Он лежал на боку, лицом к вошедшему парню, усталый взгляд был направлен в пустоту.       Тсукаса тихо закрыл дверь и, оставив свои вещи, подошёл к окну, чтобы открыть его и заодно распахнуть шторы. Он впустил в комнату свет, краем глаза замечая, как съёжился Руи, и, приблизившись к кровати, сел на её край. Он аккуратно сжал ладонь парня, мягко улыбаясь:       — Руи.       Руи вдруг поморгал, в глазах замерцали блики, когда он поднял взгляд к Тсукасе. Он слабо улыбнулся ему:       — Ах, Тсукаса, это ты.       Но жизнь в его глазах искрила недолго, он снова посмотрел равнодушно вниз, позволяя своей руке повиснуть в чужой.       Тсукаса слегка обеспокоенно сложил брови домиком, протягивая руку, чтобы погладить Камиширо по щеке.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил он.       Руи прикрыл глаза на его прикосновение, кажется, чуть расслабляясь.       — Так же, — пробормотал он, не двигаясь. Тсукаса выдохнул и собирался было начать, когда Руи первым спросил: — Почему ты пришёл?       Тенма покачал головой, крепче сжимая его руку.       — Я принёс тесты со школы, — он отстранился, чтобы достать бумаги из своего портфеля и положить на прикроватную тумбочку, прежде чем вернуть утерянное прикосновение. — Учителя просили сделать до конца недели.       — М, — только и ответил Руи, даже не взглянув. Тсукаса осмотрелся, замечая, что беспорядок в комнате ухудшился с прошлого его визита.       — Ты ходил на приём? — спросил он, снова повернувшись к парню. Руи открыл глаза и поджал губы.       — Я забыл, — признался он. Тсукаса вздохнул, поглаживая его по плечу. Руи почувствовал себя ужасно. — Прости.       — Ничего страшного, — Тенма протянул руку, чтобы поправить грязные волосы на лбу Руи. — Ты ел сегодня?       Камиширо кивнул, вызывая улыбку на чужом лице.       — Молодец. Хочешь чем-то заняться?       Руи не ответил. Он всё ещё не смотрел на него — но Тсукаса к этому привык. Главным было лишь, чтобы тот почувствовал себя лучше.       Тишина. Тсукаса не сдавался. Он наклонился к Руи, продолжая сжимать его ладонь, и нежным голосом спросил:       — Что ты думаешь насчёт того, чтобы пойти помыть тебя, а затем мы уберёмся в комнате?       Руи недовольно простонал, хмурясь и переворачиваясь на спину. Он прикрыл глаза руками.       — …Не хочу.       Тсукаса подвинулся ближе и устроился на груди Руи, приобнимая его; совсем не обращая внимания на неприятный запах, исходивший от того.       — Надо, Руи, — он почувствовал, как Камиширо положил руку ему на плечо, показывая, что не против этой близости. — Пожалуйста.       — Я не хочу вставать, — сказал Руи тихо. Тсукаса приподнялся и посмотрел ему в глаза, нависая сверху.       — Пожалуйста, Руи, — он снова бережно погладил его щёку, проводя большим пальцем под синяками. — После этого тебе станет легче. Обещаю.       Руи приоткрыл рот, чтобы возразить, но по итогу закрыл его. Он отвёл взгляд.       — Мм… Я соглашусь, если ты понесёшь меня.       Тсукаса невольно улыбнулся, не в силах по-настоящему злиться на него. Он хмыкнул, говоря:       — Ладно! Но только в этот раз, хорошо? Я не могу всё делать за тебя, ты же знаешь, — он просиял и, наклонившись, поцеловал парня в щёку. На лице Руи загорелся скромный румянец — хоть какое-то проявление эмоций с его стороны, — и Тсукаса выпрямился.       Камиширо вцепился в его рукав, приподнимаясь, и тут же Тсукаса обвил вокруг него свои руки, чтобы поднять.       Тенма устроил его поудобнее в своих руках, но в его мыслях пронеслось встревоженное:       «Такой лёгкий… Кажется, он ещё сильнее похудел.»       Руи зарылся лицом в его грудь, крепко прижимаясь. Тсукаса мягко улыбнулся ему и, дойдя до ванной комнаты, открыл дверь, а после аккуратно опустил парня в пустую ванну.       — Можешь раздеваться. Я не буду смотреть, — произнёс Тенма, отвернувшись. Он услышал шорох одежды позади, пока сам тем временем исследовал ванную комнату, будто не был тут прежде.       — Тсукаса, — позвал Руи, и тот мгновенно повернулся. Камиширо протягивал ему грязную одежду, и Тсукаса, кивнув, взял её, чтобы закинуть в стиральную машину. Руи тем временем обнял себя за колени, опустив голову.       — Сейчас наберу ванну, — вернувшись, Тсукаса включил кран, настраивая температуру воды. — Скажи, если слишком горячая.       — Мгм, — коротко ответил Руи, поглядывая на него. Вода начала медленно заполнять ванну, а Тсукаса тем временем взял нужные баночки с гелем и шампунем и поставил рядом, свободной рукой проверяя воду. Тёплая.       — Прикрой глаза, Руи, — сказал блондин, переключая воду на душ и пока омывая чужие плечи, растирая гелем.       Руи, как и было велено, закрыл глаза, и Тсукаса осторожно прошёлся по его волосам струёй воды, смывая накопившуюся грязь. Он выдавил шампунь себе на ладонь и, намылив, принялся наносить на всю длину и корни сиреневых волос, хорошенько массируя.       Судя по их состоянию, ему придётся повторить эту процедуру ещё несколько раз, но для него это было привычным делом — если он мог помочь Руи, то он сделает это. Лишь бы…       — Руи? — позвал Тсукаса, пока смывал с него шампунь, забрав все волосы с его лба назад. Он наклонился над парнем, заглядывая в опущенное лицо, по которому стекали капли воды.       Они перемешались с чем-то другим. Руи тоскливо смотрел на воду, из его уголков глаз текли слёзы.       — Руи, ты плачешь?! — встрепенулся Тсукаса, закрывая кран душа и нежно хватая парня за плечи. Камиширо шмыгнул носом, его губы задрожали:       — Тсукаса… Прости меня. Я лишь тяжёлый груз для тебя, — он закрыл глаза, сгарбливаясь, а Тсукаса удивлённо уставился на него.       — Это не так, Руи! — воскликнул он, наклоняясь, чтобы обнять его. Руи уткнулся в его грудь, пропитывая его одежду водой. — Ты совсем не груз. Не думай так, прошу тебя.       Он прижал его к себе, чувствуя, как мелко Руи дрожит в его руках. Тот слабо обнял его в ответ, тихо говоря:       — Я доставляю тебе одни проблемы. Тебе тяжело со мной, — он рвано вдохнул, но всхлип всё равно не удалось сдержать. Собравшись с силами, он признался: — Тсукаса… мне не становится лучше.       Тсукаса замер на эти слова, а после ласково погладил его по мокрым волосам, целуя в макушку.       — Ничего. Мы справимся с этим, хорошо? Я буду рядом с тобой. Я не брошу тебя, обещаю, — он обнял его крепче. — Мы сделаем это вместе.       Руи вцепился пальцами в одежду на его спине, пытаясь успокоиться. Но его грудь разрывала боль, он не мог остановить поток мыслей, питаемых его страхом, и больше всего на свете он не хотел ещё больше нагружать Тсукасу своим состоянием.       Тсукаса же обеспокоенно глянул на него, ни на миг не отстраняясь. Он доверительно прошептал ему:       — Ты не доставляешь мне проблем, Руи. Ты… самый дорогой человек на свете для меня, вместе с Саки. И я не хочу, чтобы тебе было больно, — он отпрянул и посмотрел в его слезившиеся глаза, поглаживая ладонями его мокрые щёки. Он улыбнулся: — Ты важен для меня, Руи.       Руи всхлипнул в последний раз и, кивнув, закрыл глаза. Его плечи снова расслабились, но Тсукаса не отпускал его до момента, пока не убедился, что тот точно успокоился.       Камиширо почувствовал нежное касание на щеке и приоткрыл глаза, пересекаясь взглядом с Тсукасой. Тот улыбнулся ему и, повернув кран, продолжил мыть его тёплой водой.       Руи позволил себе тоже приподнять уголки губ.       После ванны они убрались в комнате Руи. Вернее… убирался в основном Тсукаса, а Руи старался помогать ему изо всех сил. Но эти самые силы довольно скоро покинули его, и он в конечном счёте изнурённо лёг на чистую кровать (Тсукаса поменял постельное бельё), наблюдая за парнем.       Вскоре Тсукаса тоже решил оставить это дело и улёгся напротив Руи, протягивая к нему свою руку и переплетая их пальцы. Тсукаса принялся рассказывать ему последние новости из школы, о подготовке к фестивалю и многом другом.       Он также сказал, что хотел бы посетить школьный фестиваль вместе с Руи. Руи на это ему только улыбнулся и сказал, что в следующий раз они обязательно сходят. Тсукаса засиял и, хихикнув, поцеловал его.       Их поцелуи были нежными и мягкими. Руи был податливым и чувствительным, поэтому Тсукаса всегда неторопливо целовал его, позволяя парню привыкнуть и начать целовать в ответ.       Через какое-то время Тсукаса отстранился и, рассмеявшись, упал в объятия Руи. Последний робко обвил вокруг него свои руки, лёгкий румянец окрасил щёки.       В такие моменты он и правда был счастлив.

***

      Руи сидел, опершись спиной на изножье кровати, и лениво рылся гаечным ключом в деталях. Он услышал, как открылась дверь, и приподнял голову.       — Ах, Тсукаса, — он снова повернул голову к небольшому роботу, которого конструировал. Тсукаса улыбнулся ему и, подойдя, сел рядом на кровать, смотря на Руи сверху вниз.       — Привет, Руи, — он коснулся ладонью его макушки, поглаживая непослушные волосы. — Что-то мастеришь?       — Мне… просто скучно, — Камиширо нахмурился, прокручивая какие-то болты.       Тсукаса, недолго поглядев на него, глубоко вздохнул и начал:       — Руи… Я хочу тебе кое-что рассказать, — он смотрел на него, но Руи не сводил взгляда с робота.       — М? — отозвался парень, прикручивая голову к туловищу изобретения. Оказывается, это был механический котик, маленький, размером с ладонь. Тсукаса невольно улыбнулся.       — Это… Я теперь состою в театральной труппе! — объявил он, просияв. Руи прекратил возиться с роботом и, наконец, поднял на него слегка удивлённый взгляд.       — …Правда? Поздравляю, Тсукаса, — и отвернулся к роботу, добавляя: — Но какое отношение это имеет ко мне?       Тсукаса посчитал, что ещё рано сдаваться.       — Мы ищем режиссёра-постановщика и… Я хотел бы, чтобы это был ты! — воскликнул он. Руи снова замер.       — …Я? — прошло пару секунд, затем раздалось: — …Нет.       Тенма заметно расстроился, уголки губ опустились, и он тоскливо посмотрел на парня:       — Руи… — он спустился с кровати на пол, присаживаясь возле Камиширо, который как раз поворачивал заводной ключик в игрушке. Механический котик начал мотать хвостом, ушки забавно дёргались. Тсукаса сжал руку возлюбленного. — Я знаю, что ты до сих пор любишь ставить постановки, пробовать различные идеи, это ведь твоё любимое дело. Разве… ты не хотел бы вернуться к этому? Тем более… Тебе пойдёт на пользу смена обстановки!       Руи смотрел на него неуверенно, пальцы слегка подрагивали.       — Я не думаю, что это хорошая идея. Я всё испорчу. И у меня давно… Нет сил на подобное, — он одарил печальным взглядом игрушку перед ним, которая оступилась и, упав на пол, замерла.       Тсукаса повернул его к себе за плечи, решительно заглядывая в золотые глаза:       — Руи, я… Просто хочу, чтобы ты попробовал что-то новое. Я не хочу заставлять тебя… Но мне кажется, что тебе понравится, — в его взгляде разливалась нежность. — Обещаю, в любой твоей постановке я выложусь на все 12000%!!       — …Ах, Тсукаса, — вздохнул Руи, слабо улыбаясь. — Разве я могу отказать тебе? — он сжал его руку, сглатывая. — Я… попробую. Но не могу ничего обещать.       Тенма засиял. Он вдруг обнял парня за шею, крепко прижимая к себе.       — Спасибо, Руи, — прошептал он. — Я так счастлив с тобой.       Руи неуверенно обнял его в ответ, сердце оглушительно билось в ушах. Чем он заслужил такую любовь, и разве мог он дарить такую же в ответ?       Он… разбитый, сломленный. Всё, что он делал — это влачил жалкое существование, его жизнь не имела смысла, и миру было бы лучше без него. Но Тсукаса всё равно не оставлял его.       Сможет ли он оправдать его ожидания?       Справится ли он?..       …Несмотря ни на что, он знал, что Тсукаса рядом, и от этого ему было немного спокойнее.

***

      — И в момент, когда ты подпрыгиваешь до крыши, я выпускаю дронов, — с ухмылкой рассказывал Руи, хихикая. — Я всё продумал до мелочей: их траектория полёта соответствовала плану, и в этот же момент роботы на сцене запустили хлопушки…! — его лицо приобрело знакомое ехидное, слегка безумное выражение. — О, как это было впечатляюще!       Тсукаса улыбнулся, слушая его восторженные впечатления. Он крепко сжимал руку Руи, пока они шли по освещённым фонарями переулкам. Они возвращались после очередного успешного выступления, и последние полчаса Камиширо без остановки лепетал обо всех технических тонкостях с оборудованием и приёмах, которые он режиссировал.       Он звучал невероятно счастливым, запал горел в его глазах, а свободной рукой он активно жестикулировал. И Тсукаса не мог не любоваться им нежно, сердце сжималось от приятного тепла: как ему нравилось видеть Руи таким. Они уже больше года вместе ставили выступления, в труппе WonderlandsxShowtime, с Эму и Нене, и с момента их первого представления Руи больше не был прежним.       В нём снова загорелась жизнь, жажда к идеям и изобретениям, он снова позволил себе дать волю фантазии и воплощать свои задумки в реальность — и Тсукаса, как и обещано, выкладывался в его постановках на все 12000%.       И вдвоём их было не остановить. Вместе с режиссурой Руи Тсукаса сиял на любой сцене, ослепляя, а Руи с поддержкой Тсукасы мог реализовывать самые смелые идеи.       И мало-помалу, Руи даже начал ходить в школу, открываться людям, находить друзей вне труппы. А, когда они с Тсукасой оказались в одном классе, посещаемость Камиширо внезапно взлетела до небес.       Разве мог Тсукаса быть счастливее? Видя искреннюю, настоящую улыбку Руи, его вернувшуюся страсть к изобретениям, его выходки, абсолютно нарушавшие все правила школы и в которые он втягивал Тсукасу, — Тенма чувствовал, как наконец безмятежно бьётся его собственное сердце.       Вспоминая весь прошедший путь, он мягко улыбался самому себе, не сводя взгляда с Руи и невольно пропуская всю его болтовню мимо ушей. В конечном счёте, режиссёр заметил его пристальный взгляд и, повернув к нему голову, спросил:       — Тсукаса-кун? Что такое?       Тсукаса моргнул, возвращаясь в реальность, и сфокусировал взгляд на Руи. Он помотал головой:       — Нет, ничего. Я просто очень рад видеть тебя таким счастливым, — и улыбнулся, сжимая его ладонь. Руи похлопал глазами, кажется, осознавая, о чём Тсукаса всё это время так отрешённо думал.       Он удивительно мягко улыбнулся ему и сказал:       — Это всё благодаря тебе, Тсукаса-кун. Без тебя… я не знаю, где бы я был сейчас.       — Нет, ты сделал это своими силами, — возразил Тсукаса, смотря на дорогу перед ними. — Я всего лишь немного помог. Теперь мы здесь, и это самое главное! — воскликнул он с привычным хохотом.       Прошлое осталось позади, и настало время ступать в яркое будущее.       Руи легонько хихикнул, произнося:       — …Спасибо тебе, Тсукаса-кун.       Он остановился, и Тенма остановился вместе с ним, поворачивая к нему голову. Их взгляды снова пересеклись, и Тсукаса подался вперёд, вцепляясь пальцами в его рукав.       Руи нежно поцеловал его, закрывая глаза, и провёл ладонью по его щеке, позволяя Тсукасе прильнуть ближе, раствориться в его объятиях. Губы скользили друг по другу, это ощущение уже стало Тенме родным; он готов был возвращаться к нему снова и снова, целовать Руи, любить его.       И Руи любил его так же сильно в ответ, всегда задаривал касаниями и словами. Вот и сейчас от его губ Тсукаса слабел, ноги подкашивались, и мозг не мог обработать ни единой связной мысли.       Они оторвались друг от друга, прерывисто дыша, и Руи, поглядывая на него — всё ещё держа ладонь на его щеке, — прошептал:       — Хочешь… пойти ко мне?       Тсукаса почувствовал, как затрепетало сердце, и нервно сглотнул. Он отвёл взгляд, прежде чем смущённо вернуть его на парня.       — …Пойдём.       Камиширо перехватил его руку, и они направились к его дому.       Когда они добрались до уже знакомого им обоим порога, Руи повернулся к звезде и как ни в чём не бывало произнёс:       — Не волнуйся, мы одни дома. У моих родителей ночная смена.       Но, почему-то, это заставило волноваться Тсукасу только больше.       Они разулись и прошли на второй этаж, к комнате Руи. Он галантно открыл дверь, чтобы Тсукаса мог войти первым.       — Прошу, проходи~       В комнате Руи больше не было беспорядка. Точнее… был, но творческий. Он даже заправил кровать, а вещи убрал в шкаф; занавеска была распахнута, из окна тянулась лёгкая прохлада, которую Руи поспешил прикрыть, перед этим повернув замок в двери.       Тенма, задумчиво осматриваясь, подошёл к письменному столу, беря в руки какую-то деталь от, должно быть, робота.       Он как раз оглядывал её, как вдруг почувствовал, как его обвили руки, а шеи коснулось что-то мягкое.       — ! — Тсукаса слегка вздрогнул, оставляя деталь на столе. Руи аккуратно целовал его шею, вызывая мурашки по коже звезды. — Руи!       — М? — промычал тот, а Тсукаса обернулся и серьёзно (скорее, неловко) посмотрел в его глаза. Его шея теперь горела от чужих касаний, и он сосредоточенно нахмурил брови.       — Это… — он опустил руку и сжал чужую ладонь, тихо дыша. Руи выжидательно смотрел на него.       Не придумав, что сказать, Тсукаса поднялся на носках и снова поцеловал его, обняв за шею. Он почувствовал, как чужие руки легли на его спину, и закрыл глаза. Руи притянул его ближе, делая шаги к кровати, пока они оба не оказались на ней, волосы Тсукасы раскинулись на подушке.       Руи провёл рукой по его шее, по скрытым одеждой плечам и рёбрам, и положил ладонь на обнажённую талию, где свитер слегка задрался. Тсукаса съёжился под его касанием, и Руи наклонился, чтобы поцеловать его.       Тсукаса промычал в поцелуй, чувствуя, как его живот нежно поглаживают холодной рукой. Сердце билось под грудью всё быстрей, когда Руи отстранился и начал осыпать поцелуями его шею, заставляя Тсукасу краснеть.       — Руи, — тихо позвал Тенма, обращая на себя внимание парня. Тот отпрянул и глянул на него, глаза сияли привычным блеском. — Знаешь… с тобой мне кажется, что я могу достичь всего на свете. И я… всегда буду доверять тебе. Помни об этом, хорошо?       — Фуфу, Тсукаса-кун. Ты меня смущаешь, — пусть Руи так и сказал, на его лице была скорее хитрая, нежели робкая улыбка. — Я тоже рад, что ты у меня есть. И что ты доверяешь мне, — он оставил поцелуй на его щеке, отстраняясь, чтобы их взгляды пересеклись.       Тсукаса кивнул и прикрыл глаза, расслабляясь.       Они лежали в объятиях друг друга, Руи бережно обхватывал руками тело Тсукасы; и каждый смотрел в чужие глаза так влюблённо, что никаких слов не надо было. Их дыхание слилось в одно, прохлада в комнате давно сменилась приятным теплом разгорячённых тел.       — Фуфу, Тсукаса-кун, у тебя столько волос под чёлкой, — издал смешок Руи, поправляя его мокрые пряди на лбу. Взгляд задержался на прекрасном, усталом лице. — Ты так красив, звезда моя.       Тсукаса тихо, глубоко дышал, наблюдая за его действиями замутненным взглядом. Его рука, лежавшая на груди Руи, обхватила чужое плечо, и он прижался ближе, пряча своё лицо у его ключиц.       — Прекрати… — его отяжелевшие веки опускались, и он сонно пробормотал: — Красивый здесь только ты, глупый…       Руи хихикнул, пальцами перебирая пряди волос на его затылке. Он счастливо улыбнулся, жар согрел сердце, и он мечтательно произнёс:       — Спасибо, Тсукаса-кун.       — Мм… Что ты постоянно благодаришь меня… — Тсукаса с трудом отстранился и полуприкрытыми глазами посмотрел на него. — Я! Всегда делаю всё от чистого сердца! Понял меня?! — смог воскликнуть он, а затем, обхватив руками лицо Руи, поцеловал его в губы. Но быстро отпрянул, зевая: — А теперь..! Спокойной ночи!..       И он снова упал на его грудь, закрывая глаза и начиная сопеть. Руи почувствовал, что и его клонит в сон, поэтому улыбнулся и, поцеловав любимого в лоб, тоже опустил веки.       Только прошептал напоследок, легонько коснувшись лица Тсукасы:       — Спасибо, что помог мне жить дальше, Тсукаса-кун.