Утро на троих

      В квартире тихо и безмятежно. Солнечный свет яркими квадратами стелится по полу из больших окон. Тэхён жмурится довольно, ощущая легкий ветерок, что лижет тонкие обнаженные щиколотки, потягивается сладко и, крадучись, отправляется в спальню. Остановившись на пороге, он припадает плечом к дверному косяку и любовно смотрит на представшую глазам картину. Двое альф безмятежно посапывают каждый на своей стороне кровати, почти одинаково раскинув в стороны руки. Ким прикусывает губу и старается не улыбаться так широко от счастья. Да, быть может, их отношения кажутся многим неправильными, грязными и идущими против природы, но здесь, в их маленьком и уютном мирке, все пропитано любовью.       Взгляд омеги ползет по ладным телам его мужчин, и он не может сдержать восхищенного вздоха. Такие красивые оба, вместе и по отдельности. Такие похожие, пусть и не родственники, но с одной фамилией. И все его, одинаково дорогие сердцу, одинаково любимые. Парню до смешного хочется визжать и прыгать на месте от всепоглощающего счастья, которое ему дарят его Хосок и Чонгук и которое его захлестывает каждый день.       Тэхён стоит так еще несколько минут, любуясь, а потом отрывается от проема, бесшумно ступает к огромной постели и забирается на край через изножье. Он грациозно и по-кошачьи поднимается выше по простыне, кончиками пальцев касаясь по очереди ноги то одного, то другого альфы, и вызывая такую разную реакцию. Чонгук глухо стонет и зарывается лицом в подушку в то время, как его пижамные штаны заметно приподнимаются в области паха. Хосок же глубоко вздыхает и приоткрывает такие сонные, но уже потемневшие от возбуждения глаза. Омега мурашками покрывается от этого взгляда и с трудом справляется с желанием свести вместе колени. Он знает, что выглядит сексуально в футболке младшего Чона, которая ему велика на пару размеров, но от тьмы в глазах старшего между ног становится тесно и влажно.       Тэхён пробегается пальчиками по бедру Хосока и поглаживает твердо стоящий член через ткань пижамных штанов, пока губами проделывает то же самое с Чонгуком. Оба альфы стонут в разной тональности и это так чертовски заводит! Омега готов любоваться этим зрелищем всю оставшуюся жизнь. Он улыбается криво, оттягивает пояс пижамных штанов Хосока, и обхватывает ладошкой член, собирая пальчиком выступившую на головке смазку. Он хочет коснуться и губами, но альфа строго хмурит брови и кивает на младшего. Тэ понимает без слов и свободной рукой обнажает возбуждение младшего Чона и погружает головку в свой рот. Чонгук стонет громче и толкается глубже в глотку, чтобы омега принял его до конца, что тот и делает, искоса наблюдая за старшим. Тот точно наслаждается происходящим, обхватывает омежью ручку на своем члене и руководит процессом. Тэхён готов кончить, лишь представив, как прекрасно они выглядят со стороны все втроем.       — Ммх… вам двоим опять не спится?.. — доносится хриплое от Чонгука.       — А тебе не нравится, Гук-и?.. — Тэ с громким и пошлым чмоком выпускает его член изо рта и щекочет языком дырочку уретры, улыбаясь.       — Я этого… мх… я этого не говорил!       — Вот и молчи тогда, — подал голос Хосок, сжимая пальцы омеги сильнее вокруг своего естества. — Продолжай, детка.       Тэхён мурлычет довольным котом и снова заглатывает глубоко увитый венами член. Чон-младший шумно вдыхает через нос и запускает пальцы в мягкие волосы старшего. По утрам он необычайно ленив и утренний секс — не про него, но вот получать такого рода ласки Чонгук всегда рад. Стискивая между пальцев яркие прядки, он толкается навстречу чужому рту и кусает губы от наслаждения. А еще больше заводит тот факт, что старший альфа смотрит на это.       Хосоку нравится наблюдать за своими младшенькими. Они такие милые и красивые, что слов не подобрать! Но у него не стальное терпение. Он возбужден до крайности картиной, которую наблюдает, да и голодный взгляд Тэхёна, что не отрывается от него ни на секунду, не делает лучше. Его малыш так хочет, чтобы альфа взял его — это не скрыть. Проведя языком по пересохшим губам, Чон снимает чужую руку со своего члена, поднимается на постели и неторопливо снимает с себя пижамные штаны и белье. Когда он подбирается к омеге сзади, тот уже приглашающе приподнимает широко разведенные бедра, продолжая ласкать языком и губами Чонгука.       — Ммм… а кто-то у нас здесь чересчур завелся, а? — хмыкает Хосок, а затем наклоняется и собирает языком капельку смазки, что стекает по внутренней стороне бедра Кима. Тот стонет и сжимает в кулачках простыню. — Маленький извращенец!       — Мммх…       — Хён… накажем его вечером… за то, что разбудил нас?.. — хрипит Чонгук, сквозь ресницы наблюдая за старшими. — Наш Тэ давно не получал за свои выходки…       Хоби выпрямляется, проводит ладонями вверх по талии омеги, задирая футболку, а после сжимает упругие ягодицы. Так красиво, притягательно…       — Да, думаю, нам стоит сделать это… Я как раз присмотрел одну интересную штучку в интернет-магазине…       Тэ скулит и приглашающе покачивает бедрами, потираясь стоящим членом о постель. Ему чертовски необходимо почувствовать старшего в себе сейчас! Голоса любимых и то, что они говорят, так возбуждает, что он не может больше терпеть. Хосок улыбается, все это понимая, снова проводит ладонью вдоль ровного ряда позвонков, а после слабо шлепает округлую ягодицу.       — Хочешь меня, Тэ? Всего меня глубоко в себе?       — Ммнх… да, Папочка… — стонет омежка и проводит языком по члену Чонгука от основания до головки.       О, малыш знает, что любят его альфы! Чон-старший отзывается довольным рычанием, обхватывает свое возбуждение рукой и направляет в блестящий от смазки вход, но не входит сразу, а проводит по кругу, слушая поскуливания младшего от нетерпения. Тэ такой отзывчивый на ласки! Желание просто зашкаливает, так что альфа решает больше не мучить ни себя, ни любимого и одним сильным толчком входит в его тело. Ким громко вскрикивает от долгожданного ощущения наполненности, но тут же умолкает, потому что Чонгук властно надавливает на его затылок и возвращает к прерванному занятию.       Тэхёна разрывает на сотни частей и колени разъезжаются от ощущений. Они такие яркие, крышесносные, ошеломляющие! Казалось бы, что, прожив два года жизни втроем и перепробовав столько всего в постели и за ее пределами, все могло бы приесться и надоесть. Но это не про них. Их троица сходит с ума друг от друга, им прекрасно всем вместе, они делят быт и обязанности, счастье и горе. Они находятся на том уровне отношений, когда ничего не стыдно и ничего не страшно. Они доверяют друг другу так, как многие не доверяют спустя годы брака. В такие моменты, как сейчас, Тэ как никогда ощущает насколько они втроем связаны. Когда Хосок вот так глубоко и с оттяжкой вбивается в его тело, а сам он скользит губами по члену Чонгука, стараясь попасть в такт толчкам сзади.       Кому-то это покажется чертовски грязным. Для них же это самое лучшее проявление любви.       После того, как каждый получает свою порцию удовольствия, они лежат на смятых простынях, переплетясь руками и ногами. Тэхён зажат между своими альфами и ощущает себя самым удачливым омегой на земле. Кто еще на этом свете может похвастать двумя альфами, которые так чертовски хороши во всем? Парень тянется к утомленному, но довольному Хосоку и втягивает в сладкий поцелуй, а после поворачивается к Чонгуку и повторяет то же самое. Потому что его любимые мальчики всегда получают всего в равной степени.       — Я люблю вас обоих, вы знаете?       — Мхм… — мурлычет Хоби, потираясь носом о плечико омеги.       — Мы тебя тоже, — шепчет Чонгук в миллиметре от губ Кима. — Но завтрак все равно готовишь ты.       — Да ну блин!              И все трое взрываются смехом.