Сердце тысячи свечей

      Он знал ее судьбу. Владычица Ночи лишь подтвердила догадки. Ледяной ветер колыхнул тяжелый плащ, предзнаменуя скорую беду. Сейчас они одержали победу. Но хватит ли у Мавуики сил на последний бой? Капитано неопределенно пожал плечами, стоя посреди троп, ведущих в руины. Совсем недавно они поклялись сражаться плечом к плечу. Так и случилось. А сейчас осознание глодало кости. За спасение Натлана Мавуика должна заплатить самую высокую цену — жизнь.       Капитано направлялся прямо к ней. Сказать, что это безумие. А еще большее безумие, что он мог бы пойти с ней. Вперед в самую мрачную из ночей. Там, где должен потухнуть огонь пиро богини. Оставив лагерь за спиной, Первый предвестник уверенным и тяжелым шагом шел в сторону Стадиона. Капитано знал, что на самом деле Мавуика пойдет туда не одна. С ней будет Путешественница. Всё это не имело для него значения.       Без стука Капитано зашел в тронный зал. Тишина затаилась вдоль раскаленных терракотовых стен, а огонь бесшумно возносил искры в воздух. Мавуики нигде не было. Но потом, за троном, показался блеск ее алых волос. — Я знаю, что ты здесь, — голос звучал как раскаты грома. Капитано снова огляделся. — Зачем ты пришел, Капитано? — спросила архонт, выходя наконец из-за трона. После битвы она выглядела уставшей и полностью лишенной сил. Но это ничуть не умаляло ее внешней мощи и красоты. Уж в чем — в женщинах Капитано хорошо разбирался. — Насчет финальной битвы, — начал он, подойдя навстречу богине и останавливаясь в шаге. — Это возмутительное безумие, Мавуика, — осудил Капитано, скрестив руки на груди. — Ты обрекаешь собственный народ на сиротство. Они проиграют без тебя. — Я выиграю, Капитано. За весь Натлан. Эта битва станет последним шагом перед вечным миром, — она говорила уверенно. Будто знала наверняка. — Им не придется больше сражаться, когда я… — Когда ты умрешь, Мавуика, — закончил предвестник. Та вопросительно изогнула бровь. — Ты что, беспокоишься за меня? Пришел сюда вот так, отговариваешь идти в Царство ночи, — Мавуика обхаживала его вокруг. — Я взываю к твоей рациональности и не более, — невозмутимо отозвался Капитано. Это была искусная ложь, если бы Мавуика в нее поверила. Предвестник хорошо знал свои чувства к ней — он желал обладать пиро архонтом. Как самым роскошным сокровищем во всем Тейвате. Никто во всем мире и всех Вселенных не был настолько похож на него ни по нраву, ни по силам. Лишь она. — Тогда ты должен понимать, что это более чем рациональное решение. Моя жизнь — справедливая цена за спасение региона от гибели, — отчеканила она, сверкнув глазами.       Не выдержав, Капитано развернулся к ней и схватил за плечи, будто пытаясь привести в чувства. Она подняла голову, обращая пылающий взгляд оранжевых глаз в сторону маски-бездны. В них не было и крохи сомнений. — Я поклялся там, в руинах, что мы будем сражаться плечом к плечу, — проговорил он низким голосом. — И я могу пойти туда с тобой. Чтобы спасти Натлан и не оставить его без архонта. — Как благородно, Капитано, — прошептала Мавуика, проводя изящной рукой вдоль его груди. Она услышала его глубокий вдох. — Все вы предвестники такие? — спросила она, явно насмехаясь.       Он слегка ослабил хватку и одной рукой сорвал маску. Бедствие, случившееся в Каэнри’ах пятьсот лет назад, действительно оставило на нем след. Богиня осторожным взором смотрела на него. Бледное лицо было изуродовано шрамом, идущим от брови к скуле. Расчерчивая его лицо словно клинком. — Я такой один, — с такой же насмешкой произнес он, наклонившись к ней. Мавуика успела сделать вдох прежде, чем Капитано накрыл губы поцелуем. Аккуратным, сперва осторожным. Но когда богиня ответила ему, то предвестник будто сорвался. Руки крепче сжали девушку, прижимая ближе, позволяя языку сплестись с ее языком.       Мавуика что-то промычала в поцелуй, когда Капитано подхватил ее, оставляя маску валяться посреди тронного зала. Когда тень обвила их тела, предвестник сперва растерялся — просто не знал куда идти. Голова шла кругом. — Направо, — подсказала Мавуика, часто дыша. А затем снова вернулась к губам Капитано, обхватывая горячими пальцами бледное лицо.       Капитано не помнил, как он дошел до комнаты, скрывающейся в тронном зале за массивной дверью. Сейчас помещение было практически пустым — еще одно напоминание того, как многим пиро архонт пожертвовала, спасая родную страну.       Он уронил архонта на кровать и навис сверху, бесстыдно рассматривая едва ли приличный кожаный комбинезон. Алые волосы вспыхнули в темноте, а Мавуика закусила губу в ожидании. Ей безумно нравилось быть в его власти. Того, кто мог сравниться с ней по силе и ловкости.       Капитано без слов коснулся шеи, тут же слыша одобрительное оханье от Мавиуки. Опустив руки ниже и не прекращая сладких поцелуев, он поддел молнию комбинезона и быстро расстегнул его, обнажая грудь. Движения стали более нетерпеливыми, когда Мавуика расстегнула плащ, упавший тяжелым грузом на пол, и часть застежек на униформе. — Это настоящая пытка, Капитано, — изнывающе произнесла она, пытаясь дрожащими руками справиться с замками. Он лишь схватил ее руки, оставил быстрый поцелуй и сам расстегнул мрачную униформу. Оставив ее там же, где и плащ.       Представая перед ней со всеми своими шрамами на коже цвета мрамора. Длинные полосы напоминали трещины, по которым протекал флогистон. Они стали вечным напоминанием о битвах, из которых удалось выйти живым.       Мавуика привстала, приближаясь к нему и прильнув грудью к его груди. Капитано прошипел что-то в ответ, хватая бордовые волосы. Во мраке комнаты, где стояла единственная свеча, он мог бы заметить ее хитрую ухмылку. — Расслабься, — прошелестел он, приближаясь к ней. Мавуика снова упала на спину, поддаваясь голосу и крепким рукам, опустившимся на талию.       Капитано сорвал с нее комбинезон, оставляя лишь белье и туфли. Языком он ловко прошелся от шеи к ложбинке между грудью. Пальцы опустились к клитору, а с губ Мавуики слетел стон. Она тут же вцепилась в черные волосы, выгибаясь вперед. Внутри метался пожар, пока Капитано наращивал темп, чувствуя влагу, а губами обсасывал затвердевшие соски. — Капитано, пожалуйста, — умоляла она, плавясь от ласк. Голова вскипела от возбуждения, на кончиках пальцев ощущалось приятное покалывание. — Быстрее, — она снова подалась вперед, срывая собственную фразу. Она тонула в лаве, позволяя предвестнику делать с ней такие вещи. — Все что угодно, — утробным голосом произнес Капитано, продолжая кружить вокруг сосков, а затем резко спустившись вниз, к собственным пальцам. Он припал языком к клитору, порвав белье. — Аа-х, — простонала Мавуика, отчаянно схватив простыню под собой. Безумием было то, что вытворял с ней Капитано. Он со всем упорством и страстью доставлял ей неземное удовольствие, пока сама архонт даже не могла собрать мысли в кучу. Все они стали надоедающим жужжащим комком где-то в районе затылка.       Она продолжала стонать, извиваться и слишком искренне умолять его не останавливаться. Это все, что она попросит. Ей верилось — без его ласк она просто сгорит. А Капитано был на грани. Вставший член болезненно пульсировал, предвестник из последних сил сдерживал себя. Лишь бы Мавуика истлела в ледяных руках.       Когда оргазм накрыл ее, проложив электрический разряд вдоль позвоночника, дробя собственное мокрое тело на части, Мавуика пыталась отдышаться. И сфокусировать взгляд, пока Капитано расправлялся с остатками одежды.       Бледное тело снова нависло над ней. Он был широкоплеч и мускулист, что невероятно возбуждало пиро архонта. Он выглядел так, как она себе и представляла. Если бы когда-нибудь осмелилась рассказать хоть кому-то о собственных снах.       Предвестник снова поцеловал ее, разводя руками ноги и упираясь в нее вставшим членом. Мавуика охнула, почувствовав Капитано так близко к себе. Их влажная кожа слиплась, когда он прижалась к нему грудью, желая быть ближе. Весом собственного тела Капитано прижал ее обратно к влажной простыне, заведя руки над головой. Впившись в истерзанные губы, он вошел в нее до конца. Мавуика тут же прервала поцелуй, громко простонав. Вокруг двух тел разлетелись искры от алых волос.       Обдавая горячим дыханием кожу и оставляя хаотичные поцелуи на шее, Капитано ускорял темп. Вбиваясь в нее как зверь, сорвавшийся с цепи. Пока она, теряясь в всплесках огня, охватившись тело, стонала только его имя. Только она знала его настоящее имя. Холодные пальцы мяли грудь, губы топили в глубоких поцелуях женские стоны. — Пожалуйста, не останавливайся, — она едва могла говорить. Воздуха не осталось, а легкие сжало в тиски. Она терлась грудью об его грудь, двигаясь навстречу ласкам. Еще немного… — Капитано! — выкрикнула она раздосадовано, когда он резко вышел из нее, буравя алый взор иссиня-черным взглядом глаз. — Что ты… — Повернись ко мне спиной, — приказал он хриплым голосом. В горле противно пересохло, а кожа горела.       Мавуика послушно развернулась, прикусив губу в возбужденном ожидании. Как только Капитано снова приблизился к ней, прижимаясь, она ахнула. Его быстрые поцелуи остались ожогами на спине. А когда предвестник вошел в нее, она не смогла сдержать выкрика. — Капитано, — на рваном выдохе проговорила она, когда он притянул ее к себе за волосы. Намотав алые кудри на кулак, он нарастил темп, входя в нее с громкими шлепками, размашистыми движениями. Другой рукой он мял ягодицы, оставляя белые следы на розоватой коже.       Перед глазами Мавуики плыло, она падала в пучину собственного пожара, слыша все звуки и чувствуя наполненность. Чувствуя, что она сама на грани того, чтобы сгореть заживо. Громкие шлепки резонировали от стен вместе с рваными стонами. Комната напиталась их запахами, нагрела воздух вокруг.       Почти обессилев, Мавуика продолжала цепляться за ткань под собой. Капитано впился пальцами в бедра, практически вжимая в себя все тело богини. Его стоны смешались с хрипом, вырвавшимся из горла. Перед глазами плавали цветные пятна, заставляя забыть, где реальность. — К-капитано… — она не успела договорить, ведь оргазм накрыл её, и она сжалась вокруг предвестника. – Аа-х!       Капитано, сделав последние глубокие толчки, заполняя до конца её пульсирующую плоть, зашипел, сжимая пальцы на дрожащих бедрах, и кончил.       Оба лишились сил и упали на кровать, прижимаясь друг к другу. И если завтра Мавуика решится умереть, Капитано придет чтобы этому помешать.