Соната для второй скрипки

Проснулась я оттого, что кто-то пытался меня разбудить. Когда я наконец открыла глаза, то увидела перед собой Агнию. — Доброе утро! — А что, уже утро? — с ужасом спросила я. — Да нет, шучу! — «голову бы некоторым за такие шутки оторвать.» — Фух. А сколько времени? — Скоро уже горн должен быть, пойдём сразу к столовой, чтобы в очереди не стоять. Нам ещё надо успеть приодеться перед концертом. — Да, согласна, — «иногда мне нравится ход её мыслей.» Я переоделась в свою привычную одежду, после чего мы вместе вышли из домика и направились к столовой. Когда мы туда подошли, там нас уже ждала пассия Агнии. — Снова здрасьте, — сказал Алекс незаинтересованным тоном. — Уже виделись! — ловко парировала его наигранность Агния. — А могли бы не просто видеться. Уж жду, не дождусь, когда покажете свой "сюрприз". — Всему своё время. После этих слов прозвучал горн, и мы первыми зашли в столовую. Получив свои порции, мы сели за наш привычный стол и принялись за еду. А через несколько минут к нам подошёл и Томислав. Что забавно, одет он был не как обычно в пионерскую форму, а практически в настоящий рокерский наряд. «На фоне его глуповатого лица это выглядит скорее смешно, но похвально, что он заботится и о эстетической части выступления. Удивительно, что у него вообще есть подобные вещи в гардеробе.» — Где вы пропадали весь день? — спросил он, сев за стол. — Это сюрприз, — ответила Агния, лукаво улыбаясь, и подмигнула мне. «Нет уж, тебе мой настрой не испортить сегодня. А до тебя тоже руки у меня дойдут.» — Я ходил в лес, потом на пристань. Прощался с лагерем, короче говоря, — рассказал Алекс таким... торжественным, что ли, голосом, будто своими действиями совершил подвиг. — Ясно всё с вами, — сказал он по-доброму. «М-да, самоуважения у этого индивида тоже ноль. Хотя, чему я удивляюсь, учитывая, как его вожатый обзывает, и как его это не трогает.» — а я всё готовился к выступлению. — Кстати, да. Классная одёжка. С собой привёз? — спросила Агния. — Нет, это всё Мику достала, — «опять она. В тебе есть хоть что-то своё? А я ведь и правда поверила, что ты хоть как-то соображаешь в творчестве. Удивительно, как ты олимпиаду по литературе выиграл, или по чему она там была.» — А ей, интересно, зачем мужская одежда? — продолжила допрос Агния. — Не знаю. Она вроде это со всего лагеря насобирала, — «сколько усилий, и всё ради того, чтобы этот остолоп на один вечер поиграл в музыканта. Но узнаю руку мастера.» — Интересно, — сказали Агния и Алекс одновременно. — Ань, а ты где была? — спросил Томислав, глупо посмотрев на меня. — Я? С Агнией. Мы сюрприз готовили. — тихо ответила я и наигранно опустила голову. — Жду, не дождусь, — «у вас с Алексом мозг один на двоих?» Закончив с едой, мы сдали подносы на место и вышли на улицу. Мы с Агнией, не прощаясь, пошли к себе в домик, а мальчики убежали к сцене. Зайдя в домик, мы быстро переоделись в платья, привели причёски в порядок, насколько это было возможно за несколько минут, и сразу отправились к собирающемуся концерту. Дойдя туда, мы сели на места, которые нам заняли парни. — Так вот он, ваш сюрприз? — спросил Алекс с усмешкой. — Да! — ответила Агния и гордо задрала нос. — Что же, красиво, молодцы. — Да, согласен. Очень красиво выглядите, — подхватил Томислав. Мы поблагодарили мальчишек за комплименты, и как раз на сцену вышел какой-то паренёк в пионерской форме. Он объявил начало концерта и его первый номер: «Галина Сереброва прочитает стихотворение Константина Михайловича Симонова "Жди меня"». «Хм, это, часом, не та Галина, с которой я должна была вместе жить?» Стих она прочитала довольно сносно, для возраста, на который выглядела. «Ещё бы ты понимала что-нибудь из того, что сейчас прочитала. Ввести бы тестирование для чтецов, которые что-то декламируют на большую аудиторию, чтобы проверить, что они разбираются в том, что именно пытаются донести в массы...» Концерт оказался довольно-таки коротким, а выступление Томислава поставили в самый конец. Когда его объявили, пионер встал и неуверенными шагами вышел на сцену. Ведущий подал ему гитару и настроил микрофон. Выглядел Томислав так, будто сейчас просто свалится со сцены, но в один момент он как будто собрался с мыслями и ударил по струнам. Сначала играл он довольно неплохо. Не без огрехов, конечно, но к середине песни то ли устал, то ли перестал себя контролировать. В одном моменте даже очень серьёзно перепутал аккорды, но зрительский зал этого, видимо, не заметил. Наконец, эта пытка для моих ушей закончилась, и ожидаемо последовали аплодисменты, благодарящие исполнителя за то, что он уходит со сцены. Я тоже похлопала для приличия, но мысленно готовилась к тому, что сейчас должно произойти. К сожалению, я не могла прочитать мысли Мику, но надеялась на её деятельное участие в грядущем представлении. Когда аплодисменты закончились, ведущий снова вышел на сцену и начал объявлять закрытие концерта. Пока он напоминал о грядущей дискотеке, я встала со своего места и подошла к выходу со сцены, к которому вскоре подошёл и Томислав. — Томи, ты очень хорошо играл. Мне очень понравилось! — сказала я и наигранно улыбнулась. — Спасибо! Я очень рад слышать это от тебя! — он улыбнулся в ответ, но было видно, что волнение до сих пор не хотело его отпускать. — Сейчас будет дискотека, ты... — Томи! — я не успела договорить, ибо меня нагло прервал возглас главы музыкального клуба. Она набросилась на пионера и сжала его в объятиях. — Томи, Боже, это было великолепно, превосходно... Слова японки растворились где-то позади, ибо я тут же рванула вон из этого проклятого места и побежала в сторону своего домика. «Мику! Ты моя умничка! Ой, что сейчас будет, что будет!» Можно было прямо там устроить скандал, но я решила чуть больше пощекотать нервишки наших голубков. Добежав до домика, я зашла внутрь и закрыла дверь изнутри на ключ. «Делаем ставки, кто первый прибежит меня успокаивать.» Меньше, чем через полминуты, дверь дёрнулась, и за ней послышался голос, который я меньше всего ожидала услышать. — Аня! Открой, пожалуйста! — кричала Агния. «Какое разочарование... снова.» — Агния, — сказала я спокойно, — оставь меня. — Не могу я! Нам нужно поговорить. Тебе нужно поговорить! — Пожалуйста, мне нужно побыть одной. Хотя бы немного. — Обещай, что ничего не будешь с собой делать! — «и это тоже неожиданно. Почему она думает, что я могу что-то с собой сделать?» — Обещаю. Правда, мне просто нужно немного побыть в покое. — Хорошо, как скажешь. Через сколько мне прийти? — Я сама приду. Скоро. — Жду тебя на площади. Держись, — после этих слов она постояла ещё минуту у двери, но, в конце концов, ушла. «Так. А где эти двое? Нет, ну, я, в целом, и рассчитывала, что они предадутся греху и придётся их своими руками возвращать с небес на землю. Но чтобы им настолько было на меня плевать? Я думала, что мы друзья, — наигранно сказала я, — а вы вона какие!» Я села на кровать и подождала ещё минут пять, но никто так и не появился. «Опять всё самой надо делать.» Пробурчала я себе под нос и начала думать, как бы мне попасть в гущу событий, но так, чтобы меня не видели. Тут мне в голову пришла интересная идея. Я открыла шкаф и достала спрятанный там парик. Родители купили мне его, когда я постригла и покрасила волосы, чтобы я могла ходить в Храм "в адекватном виде", и заставили взять его с собой. Я неприязненно осмотрела эту длинную мочалку, но другого выбора не было, поэтому я сняла с себя платье и надела пионерскую форму, в которой приехала сюда. Платье я аккуратно повесила в шкаф, из уважения к педантичности своей соседки, после чего собрала свои волосы сеточкой и надела парик. Финальный штрих: я сняла очки и спрятала их среди одежды. «Привет, Аня образца 1989 года.» Сказала я вслух, осматривая себя в зеркале и поправляя парик. «В целом, не так уж и плохо ты выглядишь. Ума бы тебе побольше, да самоуважения. Встреть ты Томислава тогда, может что-нибудь у вас и получилось бы. Вместе бы обсуждали жуков и цветочки.» Я глубоко вздохнула и сделала глубокий выдох, после чего, отперев замок, аккуратно вышла из домика. К счастью, рядом никого не оказалось, и я, опустив взгляд, медленно пошла к сцене. Проходя по площади, я увидела Агнию: она сидела на лавочке с очень грустным выражением лица и смотрела куда-то в землю. Я обошла её на приличном расстоянии и села на соседнюю лавочку, которая была достаточно далеко от пионерки. Как только я села, к Агнии подошёл Алекс. — Ещё не пришла? — спросил он, на что Агния только слабо качнула головой, — может, сходим потанцевать пока? Там дискотека начинается. — Нет, я не могу. Я обещала Ане, что буду ждать её здесь. Она нуждается в поддержке, понимаешь? — Ну, она отказалась с тобой в домике говорить. Может быть, специально тебя отправила сюда, чтобы ты ей не мешала. — Чего? — Агния метнула в собеседника взгляд с таким яростным и озлобленным лицом, что мне стало не по себе. — Ты сам-то соображаешь, что говоришь? Ай, к чёрту, что бы вы, парни, понимали... — Ну, извини, — он обнял девушку, а она обняла его в ответ. — И ты прости меня. Но мне сейчас совсем не хочется танцевать. Я осторожно встала с лавочки и отошла в сторону. На душе стало как-то неуютно. «Она всё это так искренне говорила. Неужели, я и правда ей небезразлична?» Тем временем, на площади потихоньку начиналась дискотека, а Агния со своим кавалером пересели подальше, чтобы никому не мешать. Я осмотрела снующий туда-сюда народ, но знакомых лиц там видно не было. «Неужто Томислав с Мику направились в какой-нибудь пустой домик, чтобы там совершить непоправимое?» Я осторожно обошла площадь и направилась к музыкальному клубу, но тот был закрыт. Осмотр помещения через окно тоже не принёс результатов. «Не без света же они там сидят. А будь они в подсобке, оттуда тоже было бы видно свет.» — Привет. Тоже Мику ищешь? — послышался мужской голос, и я обернулась. Передо мной стоял коренастый парень в пионерской форме с самым нейтральным выражением лица, какое я только видела. — Привет. Нет. Вернее, да. — Понятно. А её, как я вижу, здесь нет. Видимо, снова мне придётся заниматься музыкой на дискотеке. — Ужасно. — Да не говори. Но мне не впервой. Ещё и вожатый куда-то пропал, — «а вот это странно.» — А как это? — Сам не знаю. Раньше хоть он мог подсказать, где искать Мику. — Мистика. — Ага. Ладно, мне надо идти. Приходи тоже потанцевать. — Спасибо за приглашение, постараюсь. Пионер, ничего не ответив, развернулся и зашагал в сторону площади. «Может, и правда тут замешаны высшие силы? Вместо того, чтобы плодить негатив, Господь просто всех участников забрал к себе. А может, просто я попала в ад...» С этими мыслями я двинулась в сторону домика Томислава. По дороге туда, я встретила несколько сладких парочек, но никого знакомого так и не увидела. Дойдя до места назначения, я глянула в окно, но там тоже никого не было. Всё это начинало напрягать и даже пугать. Постояв в раздумье с минуту, я решила снова идти на площадь. Дойдя туда, я села на крайнюю лавочку, на которой до этого сидели Агния с Алексом, которых теперь нигде не было видно. Дискотека была в самом разгаре. Когда я подошла, играла медленная музыка, которая вскоре сменилась на кантри. — Пойдём? — я снова не заметила, как тот пионер, что был у музыкального клуба, подошёл ко мне. — Куда? — наконец, я поняла, что происходит. Парень протянул мне руку и приглашал на танец. — Потанцуем немного, что ли. — А, извини, я совсем не в настроении. Но спасибо за приглашение! — поток мыслей так сильно занимал мою голову, что я даже не нашла в нём места для обдумывания происходящего и конкретно сего индивида. Может, было бы более правильным согласиться. А может я правильно сделала, что отказалась. — Ладно, как хочешь, — он опустил руку и сел рядом. — Как тебе смена? — Ничего, — «Боже мой, ну отстань. Дай мне спокойно подумать и понаблюдать за происходящим. Это вопрос жизни и смерти.» — Согласен. — Ой, слушай, мне уже нужно идти, я совсем забыла о времени. — Да, хорошо. Я встала со скамейки и пошла вон с площади, а паренёк вернулся к пульту управления. В целом, смена позиции даже принесла пользу: я отошла подальше, так что и музыка не так сильно мешала думать, и было хорошо видно все возможные точки, которые, в теории, должны пройти пропавшие без вести, чтобы, хотя бы, не спать на голой земле ночью. «Почему я так странно себя чувствую? Пропали источники моего неспокойствия, а Агния так и вообще показала себя с такой неожиданной стороны. Нарушенные ожидания? Наверное. Звучит, по крайней мере, логично.» Пока я копалась в себе, сменилось ещё несколько совершенно разнородных композиций, после чего дискотека была окончена, и пионеры довольно скоро разошлись. Я же вновь вернулась на площадь, встала у её края и стала незаметно осматриваться вокруг. Наконец, где-то вдали показались два силуэта, а в свете фонаря стали видны бирюзовые волосы. «Вот они.» Сказала я себе и спряталась в ближайших кустах, надеясь на их откровенный разговор "без свидетелей". Наконец, парочка дошла до площади и остановилась, а мне удалось разглядеть их лица. Выглядели они, на удивление, очень грустными. — Спокойной ночи... — сказала будто через силу Мику, опустив голову. — Спокойной. Не грусти, всё пройдёт, — сморозил Томислав, после чего повернулся и зашагал в сторону своего домика. Пионерка ещё пару минут стояла на месте и смотрела пионеру вслед, после чего также медленно пошла в противоположную сторону. «Подождите. Томислав ей отказал? Этот мягкотелый медвежонок взял и ей отказал? Но как?» Но не успела Мику пройти и половину площади, как к ней подбежала Агния. — Ты Аню видела? — спросила она довольно спокойно, но голос её звучал странно. — Не видела... А что такое? — Что такое? — практически закричала Агния срывающимся голосом, — ты совсем ничего не понимаешь? Аня хотела сходить на танцы с Томи, она любит его, а ты заставила её в слезах убежать! — Что?.. — Ты всё поломала, когда запрыгнула на него! А теперь Аня пропала, её нигде нет. О чём ты только думала?! Ты... Ты просто... — Агния выдохлась, закрыла лицо руками и заплакала. Японка же стояла, как вкопанная, с удивлённым и обескураженным выражением лица. — Я не знала... — Не ври мне! — вскрикнула Агния сквозь слёзы и убежала с площади. — Я не вру... — тихо ответила Мику, упала на колени и вся согнулась. Она попыталась сжать асфальт в руках, после чего тоже заплакала. Меня всё произошедшее повергло в настоящий шок. Я села на землю и уставилась пустым взглядом на Мику. В груди вдруг невыносимо сильно заболело, а каждый всхлип пионерки откалывал от моего сердца очередной осколок. «Я сделала это... Я своими руками всё это сотворила. У меня впервые всё получилось именно так, как я хотела, но... Столько боли. Столько страданий... Ради чего? Что я за монстр? Что я наделала? Как я могла? Зачем? Зачем?!» Мои глаза вдруг стали влажными, а по щеке прокатилась слеза. Я вскочила на ноги и быстрым шагом направилась в случайном направлении. «Главное, дальше отсюда, куда угодно. Я уже не могу выносить всё это.» Я прошла домики и зашла в лес, а спустя несколько минут вышла на ту самую поляну, где мы были утром. Сегодня на небе было много облаков, за которыми скрывалась луна, поэтому озеро было видно плохо. Я села у края леса и попыталась успокоиться и сосредоточиться, но это никак не получалось. Мысли смешивались с эмоциями, и это только усиливало мою тревогу, а появившаяся боль всё не проходила. Она была настолько сильной, что мне хватило бы ещё всего одной капли, чтобы начать кататься по земле в агонии и окончательно потерять рассудок. В таком состоянии я просидела, казалось, целую вечность, но вдруг совсем рядом послышался голос Мику, который звал меня по имени. Собрав последние силы, я снова встала с земли и тут же чуть не упала, вовремя опёршись о рядом стоящее дерево. — Аня! — снова громко сказала Мику, и её голос всё приближался. «Видимо, она меня заметила.» — Стой. Не подходи. — Хорошо, я стою, — ответила японка, остановившись с другой стороны от дерева, на которое я практически легла, и, после небольшой паузы, продолжила, — Аня, прости меня, пожалуйста, я так перед тобой виновата. Я правда не знала, что тебе нравится Томи. Я просто неправильно тебя поняла! Когда ты говорила про то, что мне нужно задуматься о паре для себя, я думала, что ты говорила про Томи. Прости меня, я не знала, давай с тобой обо всём поговорим, пожалуйста, — «не пытайся меня разжалобить. Я не хочу тебе верить, ты не можешь говорить всё это искренно, ты не можешь извиняться. Твоей вины тут нет, зачем ты извиняешься? Это всё устроила я.» — Ты всё правильно поняла тогда. — Как же так? Ты же хотела, чтобы Томи был с тобой, мне всё твоя подруга рассказала. Ты просто говоришь это, чтобы я ушла? Не загораживайся от меня, Анечка, я очень хочу тебя поддержать. Ты для меня очень-очень важна и ценна, это правда! — к моим глазам снова начали подступать слёзы, но я глубоко вздохнула и кое-как собралась с мыслями. — Я специально так себя вела с тобой, чтобы принести тебе боль. Во всём произошедшем виновата я. И я сделала это умышленно. — Что?.. Но... Но почему? — голос Мику снова задрожал. — Это не важно. Не пытайся понять. Я просто плохой и крайне злопамятный человек. — Аня... — японка несколько раз глубоко вздохнула и смогла взять себя в руки. — Расскажи мне, чем я тебя обидела? Мне очень нужно это знать. Я никогда не хотела тебе зла, поверь мне, пожалуйста. — Я тебе не верю! — вскричала я. — Ты не можешь думать так, как ты говоришь! Я испоганила всю эту неделю, я всё время только и думала о том, как бы тебе принести боль, ты слышишь меня? И всё, что ты можешь на это ответить — это "извини"?! Пионерка начала говорить что-то в ответ, но мой разум окончательно затуманился, а боль просто разрывала изнутри. За время нашего разговора, из-за облаков выглянула луна и осветила озеро. «Это то, что я должна сделать. Больше мне не выдержать...» Я молча отошла от дерева и быстрым шагом пошла к воде, но, пройдя половину пути, я почувствовала, как Мику схватила мою руку. Не имея никаких сил на сопротивление, я остановилась и повернула голову вбок, так что боковым зрением смогла увидеть лицо своей пленительницы; а вместе с тем, ко мне вернулось понимание речи. — Прошу тебя, постой, я правда... — она неожиданно резко прервала свой монолог, как будто увидела нечто очень страшное, и я окончательно повернулась к ней лицом с немым вопросом во взгляде, — Боже... Этого не может быть... — Ч-что? — спросила я, и сама начиная беспокоиться, что произошло что-то ужасное. — Юля? — на этом слове у меня сильно кольнуло в сердце, и я задрожала, непонимающим взглядом смотря на Мику. — Тогда... Тогда я понимаю, чем тебя обидела. — ... — я не могла издать ни звука, а ноги начали подкашиваться. — Прошу, позволь мне всё объяснить. Я не хотела всего этого. Я никак не причастна к тому, что было! Пожалуйста, поверь мне, я клянусь тебе всем, что у меня есть. Я знала, что ты была лучшей, первое место — оно только твоё, а моим не было и не будет никогда. — Легко извиняться, когда прошло столько времени, — сказала я против своей воли. — Я и тогда была готова извиниться! Когда объявили, что ты заняла второе место, я сразу поняла, что меня хотят незаслуженно поставить на первое. Ты выбежала из зала, а я побежала за тобой, но не смогла тебя догнать и найти. Я, правда, пыталась, заглядывала в каждую дверь, пробовала докричаться до тебя. — Но потом смирилась, — «зачем я это говорю? Остановись.». — Нет же! Я отказалась от своего места и от путёвки. И пыталась уговорить судей, чтобы они поменяли расстановку мест, но так и не смогла. Прошу, поверь мне, я сделала всё, что было в моих силах, просто их не так много у меня, поэтому не смогла сделать всё так, чтобы тебе угодить... — мне не хотелось в это верить, но подсознание подсказывало, что так оно, видимо, и было. «Я думала, что я плохая. Но я просто невыносимо отвратительна. Всё то, что я натворила, оно не просто сделано чересчур, оно ещё и полностью незаслуженно. Я взяла и растерзала сердца самых близких мне людей, просто так.» — Я... тебе верю. Но это значит теперь, что я не имею права на прощение, ни от кого и никогда. Я должна уйти навсегда, уйти из этого мира. Теперь, когда ты знаешь всё, отпусти меня, я сделаю так, чтобы больше тебя и всех остальных не беспокоить. — Юлечка, не говори такие ужасные вещи! Ты же ни в чём не виновата, — после этих слов я обессиленно упала на колени и зарыдала. — Я не виновата?! — сказала я срывающимся голосом сквозь слёзы. — Я сломала жизнь тебе и Агнии, и Томиславу, и даже Алексу! Всем, кто так по-доброму ко мне относился, тем, кто приняли меня, — Мику села передо мной и крепко обняла, прижимая к себе. — Ты ведь просто запуталась! Я знаю, что в глубине души ты очень добрый и чуткий человек, нельзя же такой притворяться, когда в тебе этого совсем нет. А именно такой я знаю тебя. — Хватит хвалить и оправдывать меня! Зачем тебе это? Я ужасна, я чудовище; я недостойна твоего внимания и общения с тобой, я недостойна жить на одной планете с тобой! И если кто и является образцом доброты и чуткости, то это ты и только ты. Я настоящий демон во плоти, а ты идеальный образ, ты святая. Хотела бы я хоть на секунду стать достойной тебя. Хотя бы быть достойной одного твоего слова, хотя бы одного твоего взгляда! Я не могла прожить и дня в этом лагере без тебя. Ты... Да я люблю тебя! — вскричала я и уткнулась в плечо японки, настолько крепко сжимая её в объятиях, насколько мне хватало сил, и не могла больше вымолвить ни слова, тихо плача. — Юленька... И я тебя люблю. И прощаю. Прощаю за всё. Я никак не могла осознать, что я только что сказала и что услышала в ответ. Мику начала гладить моё плечо, а другой рукой мягко отстранила меня, после чего, прикрыв глаза, прильнула своими губами к моим. С минуту я не могла ничего понять и тупо смотрела в пустоту, не будучи способной принять происходящее и никак ни на что не реагируя, но, наконец, я просто отдалась чувствам и ответила на поцелуй, тоже закрыв глаза. После этого Мику ещё крепче обняла меня, и мы легли на землю, прижавшись телами друг к другу. Я чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Раздиравшая меня боль постепенно утихла, а вскоре и совсем ушла. «Как я могла быть настолько слепой? Как я могла допустить хотя бы мысль о том, чтобы навредить ей?» Наш поцелуй длился очень долго, но всё равно казался таким коротким и мимолётным, что никто из нас не хотел его прекращать. Наконец, я отстранилась и взглянула в глаза Мику. В них я видела душу, самую чистую, какая только может быть. И выражали они только искреннюю любовь, которую я никак не могла принять в свой адрес. — Юлечка, всё хорошо? — спросила моя возлюбленная, и её взгляд сделался действительно обеспокоенным. — Мику... Всё настолько чудесно, что я не могу в это поверить. Я ещё никогда не чувствовала себя так хорошо и легко. На моей душе лежал такой огромный камень, но ты смогла его поднять. — Мне так радостно это слышать, — она улыбнулась, а её лицо стало выражать полное умиротворение, — и мне хорошо с тобой. Кажется, я нашла своё счастье. — А я нашла своё. Мы ещё довольно долго просто лежали и любовались друг другом, но, в конце концов, моя девочка приподнялась на локоть и спросила: — Пойдём в кроватку? — А куда? — Куда угодно. Главное, вместе. — Ко мне вряд ли получится, у меня соседка дома скорее всего. — У меня тоже. Но можно пойти в музыкальный клуб, там в каморке, по-моему, есть парочка одеял. — Давай! — я засияла от радости, что нам не придётся расставаться на ночь. Мы встали с земли, отряхнулись и расправили форму, после чего Мику обняла меня за талию и мы снова поцеловались. Опять ненадолго отпустив друг друга, мы взялись за руки и пошли в сторону леса. Пройдя несколько метров по нему, за одним из деревьев послышался мужской голос: — С возвращением в мир живых, — сказал Владимир, выйдя к нам навстречу. От неожиданности мы одёрнули руки. — В каком смысле? — спросила я, начав немного волноваться. — Да так, подходила ко мне Агния и сказала, что ты сквозь землю провалилась. — А, да, мы с ней просто потерялись. — Как скажешь, — ответил он нейтрально. В тени деревьев лица вожатого было совершенно не видно, поэтому было трудно понять полутона его настроения. — Вы нас искали? — спросила Мику. — Скорее ждал, пока вы к лагерю пойдёте. — А как Вы догадались, откуда мы пойдём? — Ну, сначала я действительно вас искал. Потом нашёл и увидел, что вы заняты и решил не мешать, — после этих слов я почувствовала, что покраснела от смущения. — А что... Вы увидели? Владимир подошёл к нам вплотную, взял наши руки и снова их соединил, похлопав по получившейся связке. После чего молча развернулся и пошёл в сторону лагеря, а мы изумлённо переглянулись. Когда вожатый скрылся из виду, мы медленно продолжили свой путь. Проходя по лагерю, вокруг, ожидаемо, не было ни души. Наконец, мы дошли до музыкального клуба, зашли внутрь и заперли дверь. Затем Мику включила свет в подсобке и начала искать одеяла, а я просто стояла в дверях и наблюдала за ней, любуясь каждым изгибом её красивого тела. — Нравится? — спросила она, заметив мой взгляд на себе и, как раз, найдя искомое. — Мне всё в тебе нравится. — Тогда... — Мику расстелила одеяло на полу и легла на него, а второе положила рядом, — иди ко мне. Я выключила свет, закрыла дверь в подсобку и легла рядом, начав гладить ножку своей любимой. Она повернулась на бок ко мне лицом, и мы вновь слились в жарком поцелуе.