Братья...

      Действия русской красавицы на время заставили всех замолчать. Она снова переворачивала мой мир с ног на голову, вызывая непрошенное внимание. Семь злых взглядов направились в мою сторону, игнорируя истинную виновницу всего балагана. Дара, будь она неладна, всегда умудрялась остаться не при делах и пережидать бурю за кулисами. Очевидно, этот навык ей прививали с младенчества, в то время, как меня валяли по земле и дрессировали эффективнее убивать.       Скосив взгляд на подругу, я увидел лишь милую улыбку. Нахалка, показав язык, скрылась за спиной своего человека. На меня тут же налетела Дэн. Схватив за грудки, полузащитница притянула меня к себе, почти отрывая от земли. Я дёрнул рукой людям Дары, чтобы те не вмешивались. Жан и Кевин без моего приказа на инстинктах скрутили Эндрю, зажав тому рот.       Пока на меня выливалась тонна претензий и угроз, я кривился, представляя, как неприятно Миньярду находиться в плену цепких лап. Меня вновь тряхнули. На этот раз это был Мэтт. Он жёстко прижал меня к стене и придавил предплечьем горло.       – Отвечай ей! – парень рычал, почти теряя контроль над собой.       – Что именно я должен ответить? – я тихо прохрипел, стараясь не сопротивляться.       – Кто тебя просил помогать нам, выродок! Не достаточно испортил наши жизни? Предатель и убийца! Именно из-за вашей братии мой отец подсел на наркоту, а Дэн пришлось пройти через ад! Чего молчишь, мразь!? – Мэтта сорвало. Он кричал, захлёбываясь в эмоциях. Его рука больно давила на шею, но я терпел, позволяя освободиться от ненужной ярости.       В какой-то момент Бойда отбросили от меня. Первым, что я увидел, была спина Эндрю. Он тяжело дышал. Рука, что держала лезвие ножа, подрагивала от напряжения. Почему он встал на мою защиту, думать не было времени. Разгорячённые старшекурсники уже были готовы наброситься на своего Монстра, чтобы добраться до меня.       – Стоять всем! – я выкрикнул что было сил, но получилось плохо. Горло ещё болело.       Тем не менее это смогло остудить буйные головы на короткие секунды, которых мне так не хватало в этот момент. В одно движение я выдернул из рук Миньярда нож, точнее, как только я коснулся металла, он сам его отдал, разжав пальцы. Я тут же бросил лезвие в стену, где не было никого.       – Мэтт, я…       – Это ты во всём виноват! – в разговор вмешался Аарон, не дав мне договорить. И где только прятался всё это время?! – Мне похуй на твои ответы и мотивы! Я уже вижу результат! Эндрю свихнулся из-за тебя! Если раньше он был замкнутым и защищал только нас с Ники, то сейчас печётся о тебе! Тварь! Ты же его подсадил на какую-то мозгодробительную дрянь! Никто не может изменить человек за ночь! За брата я буду мстить, Джостен. И поверь, хоть у меня мало опыта в драках, но тебе я вмажу по роже от всей души!       На этих словах защитник сорвался с места и постарался претворить свои слова в реальность. Глухой удар, после которого не последовало боли. Эндрю перехватил кулак брата и молча смотрел на своё отражение. В этот момент наступила гробовая тишина, лишь механические часы Виталия тикали, отсчитывая секунды.       – Так! Мне надоело! Лисы, вам всем надо поговорить с Киром, пока мы кое кого проверим. Рыжик, постарайся управится за час. Нам ещё ехать за вещами и в Париж, – Градова вмешалась в разговор, лишая меня возможности уйти под шумок и избежать усугубления ситуации.       Тем временем Дара уже отдала приказ своим людям, которые очень тактично, насколько это было возможно, затолкали взбешёную команду в комнату, куда приглашали пройти и меня. В это же время Виталий сгрёб Эндрю и потащил прочь из общежития, полностью игнорируя крики и возмущения. Этому примеру последовал и Кевин, ухватив Жана за ухо и уводя за собой в сторону выхода.       Тяжело вздохнув, я направился успокаивать команду. По сравнению со вчерашним, все были на грани. Даже Ники и Элисон. Если раньше они предпочитали отмалчиваться, то сейчас чётко приняли позицию большинства. Я мог только гадать, что произошло за ночь, что даже Дэн возненавидела меня. Одна Рене продолжала анализировать ситуацию, лишь формально поддерживая ребят, но в глазах читались совсем другие фразы и действия.       Эта команда хотела уложить меня на лопатки и выбить всю правду, которую я так тщательно мешал с ложью, что самому на физическом уровне становилось тошно. Никто из «Лисов» не сел. Сейчас стая больше напоминала ожесточённого зверя, который готовился к броску на свою добычу.       Люди Градовой тактично держались рядом. Их лица не выражали ни единой эмоции, только пристальные взгляды отслеживали каждое движение ребят. Тяжело вздохнув, я начал первым.       – Мэтт, прежде всего, я хочу…       – Ты для меня умер, Джостен! Таким как ты, не суждено дышать с нами одним воздухом!       Резкий ответ со стороны парня заставил внутренне содрогнуться. В который раз меня обвиняли в том, в чём я не был виноват. Если с братом я худо-бедно смог объясниться и расставить все точки над Ё, то тут придётся бороться с предубеждениями, которые взращивались долгое столетие. В голове всплыли слова Луиджи: “Ложь долго спасать тебя не будет”. У меня были козыри, который могли перекрыть всю их ненависть, но их надо было разыгрывать правильно.       Взглянув на Элисон, я принял решение, которое очень больно ударит по мне в будущем, если эта информация дойдёт до чужих ушей. Но сейчас надо было унять агрессию и сохранить тот островок спокойствия, который мне подарили эти люди. Я принимал все последствия своих слов в ту долю секунды, когда блондинка коротко покачала головой, видимо, поняв, что я хочу сейчас произнести.       – Мой родной дядя Стюарт Винсент Хэтфорд. Герцог Хэтфорд. Влиятельный человек Великобритании, меценат и политик мирового уровня. Вот кто истинная мафия этого мира - те, кто заботятся о том, чтобы народ жил и развивался, чтобы страны сотрудничали, а не воевали. А те, кто порочат доброе имя нашего альянса - отбросы системы, которые решили поиграть в богов! А теперь Бойд, будь добр, пошевели мозгами и подумай, мог ли я сделать то, в чём ты обвинил меня? Все подумайте! – я говорил спокойно, полностью игнорируя фразы и претензии со стороны команды. С каждым словом разрозненные высказывания стихали.       Когда я закончил говорить, то тишина начала давить. Элисон, не ожидавшая такого признания, прикрыла рот руками. Её можно было понять. Когда мы встретились, я носил фамилию Веснински. О фамилии матери на тот момент не знал никто, в том числе и я.       Окинув взглядом присутствующих, я довольно хмыкнул, ощутив превосходство. Ники с Аароном, как истинные родственники, отреагировали синхронно. Их округлившиеся глаза и застрявшие в горле слова, умиляли. Дэн рухнула на диван, схватившись за голову, в то время, как её парень сделал неуверенные два шага назад, уперевшись в журнальный столик.       Мне повезло, что о фамилии Хэтфорд не знал только ленивый. Дядя, и правда, занимал достаточно высокие посты в правительстве и часто мелькал на телевидении. В детстве я удивлялся, как такое вообще было возможно, но всё изменилось, когда познакомился с семьёй Ван. Именно тогда я подметил, что даже под пристальным вниманием телекамер есть слепые участки, которыми все пользовались, мастерски пряча истинные лица и проворачивая сделки на виду у всех.       Я ждал вопросов и сомнений, касающиеся моей родословной, но сигнализация, что завыла на улице, изменила фокус внимания ребят. Первым, кто сорвался с места, был Мэтт. Он отпихнул стоящего на его пути Никки и прильнул к окну.       – Моя машина! – один короткий возглас, и взбешённый взгляд упал уже не на меня, а на людей Градовой.       Быстро сориентировавшись, я отодвинул одного из охранников, позволяя Бойду вылететь ошпаренной стрелой на улицу. Следующим, кто попытался покинуть комнату оказался Аарон, но его выпускать было нельзя. Один гражданский это приемлемый риск, два - уже опасность. Эндрю не простил бы меня, если бы его семья могла пострадать.       Поняв, что я больше никого не выпущу из гостинной, Миньярд кинулся к окну, с волнением высматривая то, что происходило на улице. Оставшиеся Лисы последовали его примеру, лишь Дэн продолжала сидеть на диване, бормоча что-то себе под нос.       Подойдя к команде, я смог увидеть, как Эндрю бросал по всей стоянке бедного Виталия. Хоть он и уступал в росте телохранителю Дары, это не мешало ему швырять по асфальту изрядно побитое тело хорошо обученного охранника. Бойда сдерживал Жан, в то время, как Градова с Дэем о чём-то переговаривались.       От этого зрелища меня отвлекла Элисон. Она осторожно дёрнула мою майку и одними глазами показала в сторону. Остальные Лисы уже открыли окно и кричали, поддерживая Мэтта и Эндрю. Краем уха я слышал как и остальные обитатели общежития присоединились к наблюдению за этим, я уверен, прекрасным побоищем.       – Почему ты сразу не сказал мне кто ты? – девушка не стала ходить вокруг да около и задала вопрос в лоб, тактично перейдя на еле слышный шёпот.       – И как ты это представляла себе? Привет Элли, угадай кто я? – на фоне критической усталости я съязвил, не задумавшись о том, что мог обидеть Рейнольдс.       – Это было грубо, Веснински! – шипящая претензия и достаточно хлёсткая пощёчина привели в чувство. – В кого ты превратился за девять лет нашей разлуки?! Что за бредни с Хэтфордами ты выдумал! Может они и поверят… – девушка махнула в сторону команды, но я не дал ей договорить.       – В зверя, который хочет покоя и готов драться за это. Спасибо, что вернула в реальность и прошу, не упоминай фамилию моего отца при всех. Я предпочитаю фамилию матери, – я посмотрел на неё исподлобья, сильно сжав зубы. Это помогло не проронить ни одного лишнего слова.       – Что?! – Элисон не смогла совладать со своими эмоциями, взвизгнув.       На короткий визг Рэйнольдс обернулась вся команда. Женская половина быстро оказалась рядом, жёстко отпихнув меня от своей подруги. Ники метался между волнительным зрелищем за окном и женской разборкой. Об Аароне я не беспокоился. Всё его внимание было занято наблюдением за близнецом.       Я и раньше видел, как защитник Лисов беспокоился за него, но из-за своего странного таланта пропадать из поля зрения, все его попытки позаботиться выглядели как простое наблюдение или детские попытки привлечь внимание.       – … сказал?! – Дэн уже смогла взять себя в руки. Она собралась и была готова вновь отстаивать права своей команды, как капитан.       – Ничего криминального. Успокойся и смирись с тем фактом, что я в этой команде на ближайший год задержусь, – шутливо подняв руки, я постарался говорить как можно мягче.       – Нил, сладенький, может уже хватит? Я не могу поверить в то, что ты принадлежишь к мафии. Эрик рассказывал, как банды в его городе поступают с теми, кто не подчиняется их воле. Хэтфорды не могут принадлежать к их братии, – Хеммик подал голос от окна, не решаясь отойти от кузена. В его глазах застыли слёзы.       – Ники. Прости, но это суровая реальность. Герцог Хэтфорд мой дядя и он один из мафии. Истинной мафии, которая существует на этой планете куда дольше оружия, рабства, насилия и наркотиков.       – Милый…       – Хватит с ним церемониться, Хеммик! – Дэн перебила защитника и перевела тяжёлый взгляд на меня. – В июне ты должен исчезнуть из наших жизней. И только попробуй причинить вред кому-то из команды. Я приложу все силы, чтобы ты вылетел отсюда быстрее, чем сказал слово: “прости”. Ты и твои мафиозные дружки из «Воронов»! А теперь убирайся с глаз моих. И забери головорезов…       – Они не… – я постарался пошутить, чтобы разрядить обстановку, но мне не дали такой возможности.       – Мне плевать! Уходи! Нам всем сейчас нужно переварить услышанное. Я была вчера лучшего мнения о тебе, Джостен. Верила, что ты нормальный.       В каждом слове капитана я слышал боль. Дэн, и правда, была добрым человеком, которая старалась жить по принципу Ваймака, но видимо, ещё не могла принять обстоятельства моей жизни и смириться с ними, как это сделал тренер.       – Прости…       Короткое слово, после которого в меня полетела подушка. Я не стал от неё уворачиваться, и не такое переживал. Не проронив больше ни слова, я вышел из комнаты, оставляя Лисов пережить потрясение, которое будет укладываться в их головах ещё долгие месяцы. Я сжимал кулаки и зубы, чтобы не бежать по лестнице, чтобы остановить тот беспредел, который устроила Дара для нового члена нашей наспех сколоченной команды.       Выйдя на парковку, я удивился происходящему. Эндрю стоял возле моей машины, закуривая окровавленными руками сигарету. Виталию прикладывали холодок к разбитому носу, а Метт кричал на смеющуюся девушку, активно жестикулируя руками.       Бой закончился всего пару минут назад, на это указывало ещё не восстановившееся дыхание Миньярда. Кевин, увидев меня, лишь пожал плечами и направился к Бойду, сглаживать пропасть между вседозволенностью мафиозной элиты и простым гражданским населением.       Выскочившие на улицу родственники Эндрю быстро его окружили, стараясь проверить на наличие травм. Медовые глаза пристально следили за мной. Он не замечал мельтешащую родню, выжидая момент, когда я подойду к нему сам.       Я решил повременить с этим и начал разговор с Лягушатником. Он стоял в стороне, потирая запястье. Жан был заинтересован врать меньше всего. Наш уговор был слишком важен для него, чтобы вот так просто подорвать моё доверие.       – Кто выиграл? – я прекрасно знал, какую проверку предложит Виталий, так как сам, когда-то, проходил её.       – Эндрю. 7:3 в его пользу. Я и представить не мог, что эта агрессивная полторашка умеет так эффективно драться. Удивил, Хэтфорд, – Моро отвечал спокойно, без лишних эмоций, признавая мою правоту по поводу нового члена нашего мира.       – Поосторожнее в выражениях и подбирай правильно обращения. Пока я Джостен и, надеюсь, умру тоже под этой фамилией.       – Много чести. Какой план, наследник Гильдии? – Жан проглотил мой комментарий и вместо этого сразу же перешёл к делу.       – Для начала добраться до Франции, а там будем действовать по ситуации. Общую расстановку сил Дара с Кевином уже изложили нам ночью. Ты после пары часов сна всё забыл? – я поднял вопросительно бровь, искренне удивляясь забывчивости.       Победа Эндрю путала карты. Неподготовленный человек на столь опасном задании в качестве посвящения был лишним во всех смыслах. А с учётом того, что нам на хвост сел Кевин, это поездка с каждым новичком становилась сплошным фарсом.       Жана я не брал в расчет. Моро достаточно хорошо показал себя на вечерних тренировках, где мы отрабатывали и рукопашный бой. Надо сказать спасибо брату при встрече, что хоть на базовом уровне, но подготовил Лягушатника к той участи, к которой его надо привести.       Тяжело вздохнув, я решил сворачивать утренний балаган. Самым трудным было уговорить Лисов отпустить Эндрю с нами “посмотреть Европу”. Я и подумать не мог, что вся команда выступит против. В особенности Дэн с Рене. Эти две девушки были готовы защищать своего Монстра от мафиозников.       Странности на этом не закончились. Кевин, как ни странно, тоже выступил против, вызвав новую волну негодования. Команда разрушалась на глазах. Старые альянсы рушились. Если раньше Лисы условно делились всего на два лагеря, то с этого дня это разделение кануло в небытие.       Дэн и Мэтт остались верными своим принципам, что в этой вселенной есть только мир и покой, спорт и несправедливость. Рене продолжала наблюдать со стороны, но в этот раз она была более близка к тем, кто выступал против меня.       Аарон и Ники, ещё не привыкшие к поддержке, примкнули к лагерю капитана, неуклюже стараясь отстаивать жизнь родственника. Правда, и примыкать к группе Дэн они не спешили, так же, как и Элисон. После нашего разговора, девушка отделилась от уже сложившегося женского трио и защищала свою точку зрения, а точнее полное отрицание мафиозного мира всеми, в том числе и мной.       Она старалась вернуть меня в мир спокойной рутины, к которой за долгие годы успела привыкнуть. Капитан с близнецом Миньярда не разделяли её точку зрения, из-за чего пришлось вмешаться Рене и разнимать уже их. Под этот шум я предпринял попытку осговорить Дэя от опрометчивых действий в виде поездки в Париж, но давний друг остался непреклонным.       Бывших Воронов, как я понял, отсекли ещё с их приходом, точнее, этому поспособствовал Моро. Он так сильно вцепился в своего пернатого друга, что успел пройтись по каждому из членов команды, надавив на больные места, как это делал, я уверен, Рико.       Помощь пришла, откуда её не ожидали. Ваймак, уже оправившейся от нашего утреннего визита, встал на нашу сторону, быстро угомонив разношёрстные аргументы и громкие крики. Эндрю в этот момент стоял молчаливой статуей, миролюбиво играя лезвием, подбрасывая его в воздух.       Сборы на достаточно серьезную операцию заняли ещё пару часов. Дара со своими охранниками осталась с Лисами, обговорить план по защите теперь уже её команды. Она, так же как и я, заботилась о всех, кто её окружал. Мы же отправились на фиктивную квартиру, где нашли всё снаряжение и обмундирование.       Военная экипировка русских приятно радовала качеством и функциональностью. Оружия также было в избытке. Кевин, несмотря на то, что ехал с нами в качестве главного аналитического центра и хакера, тоже переоделся и даже присмотрел для себя пистолет. На повторные просьбы остаться в безопасном месте, он лишь отмахнулся, сказав, что не отпустит меня ни на метр, пока я не обзаведусь нормальным телефоном, который буду носить везде с собой. Я видел, что это была ложь, но решил отстать от друга. Он уже неоднократно доказывал, что, играя в свою игру, он выходит победителем. У меня не было никакого права ставить препятствия на пути к цели Кевина.       Как только к нашей компании присоединилась Дара, шума стало ещё больше. Эндрю с Градовой вступили в упорное противостояние, которое не позволяло мне расслабиться ни на секунду, разводя этих двоих по разным углам квартиры.       – Я, конечно, понимаю, что вас с этой чертовкой связывает куда больше, чем простая встреча в детстве, но потрудись объяснить, какого чёрта она вьётся возле тебя? – Миньярд сдался первым. Он зажал меня в коридоре у стены, преграждая путь к моим вещам.       – Никто не вьётся возле меня. Она со всеми себя так ведёт. Это её натура ещё с детства, – я постарался ответить предельно честно, вспоминая нашу первую встречу.       – Не ври мне! Я не слепой, Джостен! Давай сыграем в правду? Кто она для тебя? – Эндрю сжал кулаки до белых костяшек, а я не понимал, чем была спровоцирована такая реакция.       – Подруга, которую я предал. И сейчас не имею права предавать вновь. Зачем тебе лезть в самое пекло с нами и выпрыгивать из кожи вон? Ты же защищаешь только свою семью, – я смотрел прямо в медовые глаза Миньярда и медленно тонул в них. Соблазн коснуться металла ключа, лежащего у меня в кармане, я давил в зародыше.       – Ты тоже моя семья, – сдавленное признание явно далось вратарю с трудом. Он шипел, от чего слова были практически не различимы.       – Ребята! Мы всё! Давайте быстрее, иначе не успеем! Гнев уже ждёт нас в условленном месте, – голос Кевина весьма кстати оторвал меня от Белоснежки и очень опрометчивого ответа, который плохо укладывался у меня в голове.       Дорога из города была до ужаса скучной. Учебный квартал плавно перерастал в спальный район с многоэтажками. За ними уже виднелся частный сектор и лес. На этот раз за рулём был Дэй, единственный, у кого были координаты с нашим транспортом до Парижа.       Трасса петляла, уводя нас в сторону Колумбии. В какой то момент Кевин резко свернул в чащу, скрываясь среди деревьев. Я мысленно поблагодарил Луиджи и дядю Стюарта за столь полезный подарок - машина справлялась с бездорожьем на отлично.       На поляне в странной позе стояла девушка - опершись о "пустое" место. Рыжие волосы и маска Грехов напрягала, но интуиция молчала. Она никак не отреагировала на наше прибытие, только меланхолично посмотрела на свои часы.       – Мы точно на месте? – я пролез с заднего сидения и обратился к Кевину, в надежде что друг ошибся.       – Выходим, – короткий ответ Дэя испугал.       Я удивился реакции Дары. Подруга усердно что-то вспоминала, сдвинув брови. Тем временем девушка на поляне не стала больше ждать, а лишь хлопнула по пустому пространству, этим снимая маскировку самолёта с возможностью вертикального взлёта.       Я слышал о камуфляже будущего, но впервые видел наяву. Техника завораживала. Она подстраивалась под окружающее пространство как-будто растворялась в нём. Но корпус, после снятия маскировки, оставлял желать лучшего. Даже мне было понятно - далеко эта колымага не полетит.       Крылья ассиметричные, на одном виднелась довольно внушительная вмятина. Подпаленный фюзеляж с наспех сделанной латкой. О том, что каких-то два мелких двигателя смогут нас доставить в считанные минуты до Парижа, страшно было думать.       – Эта груда железа точно полетит? – я ткнул пальцем в то, что было когда то суперджетом, в надежде услышать, что это была шутка, и сейчас нам предоставят нормальный транспорт.       – Полетит. Ты не смотри на внешний вид. Да, немного помят, но я и летала на нём только один раз. – Девушка в маске так живо ответила, что мне осталось только поперхнуться воздухом. К счастью, меня поддержали.       – Может, полетим частным самолётом? – Жан внёс достаточно конструктивное предложение, о котором я не подумал.       – Это частный самолёт, – Гнев скрестила на груди руки и фыркнула, явно недовольная нашим скептицизмом.       – Луиджи сейчас в Японии. Либо так, либо трясёмся в экономе, где наши вещи точно не пропустит ни один аэропорт. – Кевин рушил все надежды. Если я один мог бы проскользнуть незамеченным, то вот мои товарищи по несчастью такими талантами не обладали.       – Жить в мире мафии так проблематично? – Эндрю поравнялся со мной и вопросительно вздёрнул бровь.       – А это случайно не тот суперджет, что у Фень выкрали в мае? – Дара тоже не удержалась от комментария. Её фраза прошлась холодом по спине - это ещё и украденные технологии.       – Это верхушка айсберга в империи Нила. Так что садимся и молимся, – девушка щёлкнула пальцами и, я был уверен, улыбнулась под своей маской.       – Что? – наши с Жаном и Кевином слова слились в единый вопль. Зло переглянувшись с Лягушатником, я сморщил нос.       – С нами летит Дара, и я управляю этим второй раз в жизни, – Лиля ошарашила меня повторно.       Даже я не рисковал садиться за штурвал самолётов, несмотря на то, что у меня на счету были десятки часов полёта! А о том, что она знала об особенности Градовой, у которой каждый полёт превращался в незапланированное приключение, если верить её словам, пугало.       – Ну нахуй, я взламываю авиалинии! – Кевин уже потянулся за своим ноутбуком, но его в спину толкнула Дара.       – Ой, да ладно вам, ссыкуны, ничего плохого не случиться с нами! – подруга веселилась, пытаясь разрядить обстановку.       Прислушавшись к нарастающему ужасу, что бился раненой птицей где-то внутри, я тяжело вздохнул. Поездка будет короткой, но весьма опасной.       Едва мы уселись по местам, Лиля сразу же взяла листы с записями и начала, будто по инструкции, нажимать тумблеры. Правый верхний возле мигающей лампочки, затем все оранжевые по очереди. Нажав кнопку на панели, она запустила двигатели. Рампа, через которую мы попали в салон, медленно поднялась, отрезая нас от внешнего мира.       Сирена оглушила. Она давила на уши, заставляя кривиться. Обведя взглядом пространство, я увидел, что лишь Дара осталась спокойной. Она внимательно наблюдала за действиями Лили. Взгляд, который я видел лишь перед её отцом, сейчас удивлял. Опасности эта девушка не представляла, раз вызвалась помогать, с чего вдруг такая реакция?       – Вырубите это! – Жан не выдержал и заверещал, пытаясь перекричать шум.       – Скоро всё закончиться. Это прогрев турбин, – Градова говорил спокойно. – Почему не вырезали сигнализацию? – этот вопрос был адресован нашему горе капитану.       – Потому что не нашла! Потерпите ещё пару секунд!       Будто в доказательство её слов, сирена стихла, оставив лишь размеренный шум турбин. Когда мы оторвались от земли, я не заметил. Чувство опасности взревело бешенным зверем. Дёрнувшись, я не успел добежать до места пилота, как меня вжало в стену от резкого манёвра. Лиля сильно ударила по панели, что-то бурча неразборчивое себе под нос.       Ноги подкосило. Сердце унеслось в забег без видимой точки финиша. Прохладная рука, что приятной тяжестью легла мне на голову, помогла немного успокоиться. Для Эндрю вся эта поездка была будто обыденностью, или мне так казалось. Лёгкая улыбка, больше похожая на оскал, не сходила с его лица с момента более тесного знакомства с одной из Грехов.       – И так, господа и дама, я рада приветствовать вас на наших авиалиниях! Запасных выходов нет. Парашюты где-то валяются или нет, не знаю. Просим не беспокоиться за топливо, его должно хватить до Парижа. Прошу не покидать свои места и молиться! – Лиля сложила руки в молящем жесте.       В ответ ей была лишь тишина. Неуверенный нервный смешок Дэя не смог разрядить обстановку. Суперджет заметно трясло. Но когда мы преодолели звуковой барьер, то я поразился технологиям, которые позволяли не ощущать жуткие перегрузки при таких скоростях.       Первые десять минут прошли более менее тихо и спокойно. Жан с Кевином, как истинные Вороны, быстро отрубились, полностью доверившись судьбе. Дара, забыв об Эндрю, внимательно наблюдала за нашим пилотом, которая достала мини ноут и размеренно клацала по клавишам, вполглаза наблюдая за пространством в кабине.       Чувство тревоги и опасности усиливалось, но в иллюминаторах виднелось только небо, и быстро неслись облака. Веки наливались свинцом, а силы стремительно покидали меня. Стресс и бессонная ночь брали своё. Я прикрыл глаза,казалось, лишь на мгновение.       Резкий звук сирены тревоги заставил подорваться с места. Первое, что я увидел, это Дару. Она вертелась возле пульта управления и кричала на Лилю, уверяя, что хотела как лучше. Суперджет начало заметно трясти.       Приглушённый звук, что раздался где-то позади нас, подсказал, что дела наши плохи. Прильнув к стеклу, я увидел самолёт, очень похожий на наш. А ракета, что летела в нашу сторону, подсказывала, кто был целью. Резкий манёвр, спасший нас, на мгновение позволил увидеть землю. Мы летели прямо в горную гряду.       – Мы все умрём! – Градова перешла на фальцет.       – А я ещё думал, почему нужно было молиться! – я в отчаянии засмеялся, только сейчас понимая, почему так сильно вопила интуиция.       – Если мы выживем, я уверую в бога! – Эндрю, на удивление, впервые на моей памяти реагировал соответствующе ситуации. А я уже думал, что эффект от таблеток ещё не выветрился из его организма.       – Эндрю, заткнись! Пролетим и не заметим этих гор! – Гнев резко потянула штурвал на себя, стабилизируя и выравнивая суперджет.       Я думал хуже ситуации и не может быть, но из динамиков, помимо истошной сирены отчётливо прозвучали слова незнакомого мужчины. Я уже ничего не понимал! Весь этот короткий перелёт был куда опаснее моих восьми лет в бегах вместе взятых.       – Шизанутая! Какого лешего я в багажнике, ревёт сирена, и тут пукалки смертных!       – Час от часу не легче. Нил, за штурвал! Эндрю, заткнись и держи мысли под контролем! Жан молись! Кевин чини наш камуфляж! Дара, просто ничего не трогай! – чёткие указания от Лили ужасали.       Эта девушка точно знала о нас всё. И о моём опыте пилотирования. О способностях Кевина. О самом набожном из нашей разношёрстной команде. А вот смысл слов про мысли, адресованные вратарю, я так и не смог, точнее не успел понять.       Сразу же запрыгнув в кресло пилота, я схватился за штурвал, ища привычные мне приборы ориентирования в воздушном пространстве. Положение относительно земли, высота, давление, топливо. Всё нашлось на удивление быстро. Вообще вся конструкция этого воздушного аппарата поражала своей простотой.       – А ты куда? – голос Лягушатника раздался где-то сзади. Волнение и непонимание так и пронизывало каждое его слово.       – Решать проблемы, которые вы, дебилы, устроили! – с этим ответом Лилии я отключился от остального хауса.       Моей главной задачей было на бешеной скорости уйти от тех, кто явно имел больше опыта пилотировать это ведро с болтами. Секунды превращались в минуты. На радарах я видел приближающиеся ракеты и старался уходить от них. Светошумовых зарядов тут не было.       Кевин уже копался где-то у меня в ногах, подключаясь к бортовому компьютеру. Ещё одна ракета пыталась нас достать, но оглушающий взрыв выбил меня из колеи. Выстрелов с нашей стороны точно не было. Производственный брак?       Я старательно отбросил ненужные мысли. Мелкие поселения, что мелькали вдали, не успокаивали. Мы летели над территорией чужой страны, и она имела полное право сбить нас. Ещё один взрыв и шипение в динамиках.       Столб дыма, что взвился с земли вертикально вверх, подсказал о работе ПВО. Уйти от обстрела ВВС ещё было возможно, если вдавить педаль газа до упора, вновь отправляя машину в сверхзвук. Но не тогда, когда тебя зажали в тиски.       – Готово! – Дэй коротко отчитался о проделанной работе.       – Вперёд! – Лиля, подойдя сзади, внезапно перевела режим полёта на гиперзвук, до упора опустив рычаг справа.       – Мы умрём! Нас собьют! – я в панике попытался вернуть контроль над скоростью, так как в этом режиме руль блокировался, отдавая управление, как понял, ИИ, встроенному в бортовой компьютер.       – Препятствий не будет, – Гнев говорила зло, но уверенно.       Шум турбин. От девушки пахло гарью. Чувства обострились. Я мысленно начал обратный отсчёт своей жизни. Пять. Вся картинка замедлилась до предела. Четыре. Яркая вспышка, полетевшая на перехват летящей ракете. Три. Медленный наклон горизонта и рёв двигателей. Два. Чёрный клуб дыма. Один. Бескрайнее небо.       Я шумно выдохнул. Только в этот момент я осознал, что не дышал. Руки тряслись. Мысли путались. Мы выжили! Эйфория и нервный смех был мне наградой. Не смеялась только Лиля. Она властным движением ухватила меня за ворот майки и отбросила в кабину, что-то бормоча под нос и нажимая на кнопки, стараясь дотащить нас до места, так как топливный бак, ещё когда я сел за штурвал, недвусмысленно говорил о своей пустоте.       Именно в этот момент я осмотрел всех, кто был невольным свидетелем этой перестрелки. Эндрю тошнило. Он уже нашёл мусорный мешок и извергал из себя завтрак. Жан нервно смеялся, но бледность, которая была явно нездоровой, ужасала. Дара спорила с Кевином. Эти двое как будто и не переживали этот ужас.       Подумать на счёт этой парочки мне не дали. Суперджет начало трясти. Упав на пол, я лишь успел ухватиться за ближайшую балку. Моему примеру последовали почти все. Лишь Эндрю остался сидеть практически неподвижно, пристёгнутый ремнями безопасности. И где только их нашёл? Зажмурившись, я приготовился к удару.       Посадка была жёсткой. Скрежет металла о бетонное покрытие пугал, но тишина после нашего приземления, не могла не радовать. Я до последнего боялся открыть глаза. Солнечный свет, что пробился через открывшийся люк и тряска при выдвижении шасси, ознаменовали наше прибытие.       – Добро пожаловать в Париж, блять! – Гнев прошлась по салону и открыв люк багажника, начала доставать сумки со снаряжением и винтовку.       – Долго же вы! – знакомый голос брата окончательно превратил этот день в ад.

— — — Натаниэль — — —

      Перелёт на переполненном самолёте был донельзя скучным. Стюардессы не заигрывали, телефон не разрывался. Камер и подслушивающих жучков не было. Да и сбивать гражданский самолёт вряд ли кто хотел. Единственным неудобством, с которым я столкнулся, был гиперактивный ребёнок, что постоянно бил ногами в спинку моего сидения, мешая приводить мысли в порядок.       Но даже не смотря на все условия для полноценного сна, я не смог сомкнуть глаз ни на секунду. Каждое мгновение меня беспокоили жизнь Синтии, Микки и Анабель. За последнюю пешку я переживал больше обычного. Младшая сестра моей подставной девушки, которую я чудом, не иначе, в своё время смог пропихнуть в семейство Шмидтов. Она была моим кротом в этой организации, позволяя передавать важную информацию Саламандрам, что хоть как то сдерживали натиск Гидры в Европе. Даре я, что печально, забыл упомянуть об этом.       Физической, да и ментальной, подготовке Анабель можно было поставить памятник, потом, на могиле. Она была слабее гражданских и наивнее блондинок. Именно из-за такого поведения девчонка и понравилась братьям Шмидт. В висках запульсировало. Мигрень настигла меня при посадке.       Аэропорт, на удивление, был уютным и не напрягал обилием народа. Из панорамного окна здания, я видел, как отбывает автобус с «Воронами». Игра началась. Запихнув паспорт в карман джинсов, я направился к выходу, по пути подцепив у зазевавшегося француза кепку. Теряться в толпе меня не учили. Отец не считал это важным умением. Его я приобрёл, наблюдая за братом, пока гонялся за ним. Он столько раз ускользал от меня, что это начинало бесить.       Лёгкость и предсказуемость закончилась, как только я вышел из здания на улицу. Там царил хаос. Редкие автобусы и такси показывали, что очень скоро начнётся полномасштабная забастовка, которая погрузит улицы Парижа в настоящий ад. Времени оставалось в обрез. Запрыгнув в первую попавшуюся машину, я продиктовал адрес гостиницы, в которой держали Анабель. Мобильный телефон можно было купить позже.       Таксист оказался достаточно разговорчивым и добродушным человеком. Первое, что он мне посоветовал, так это заселиться и ни в коем случае не выходить на улицы в ближайшие два-три дня. Как я и предсказывал, забастовка фермеров в этом году выходила на новый уровень.       Проезжая по улицам Парижа, я видел заколоченные окна первых этажей и сельхоз технику, которую уже начали свозить к местам протестов. Настроение народа можно было понять. Эту страну долгие четыре года штормило. Финансы утекали в карманы казнокрадов и наркокартелей. Семья Шмидтов превратила узкие переулки в гетто, где пропадали люди, а подвалы стали легальными аукционными домами с рабами.       По спине пробежал холодок. По рассказам Жана, я представлял этот город совсем не таким. Раньше стабильность власти позволяла развиваться всем секторам экономики. На улицах города нельзя было найти ни одного опасного места даже в тёмную ночь. Полиция, вместо устрашения гражданских, реально работала и ликвидировала все наркокартели, которые так неосторожно пытались закрепиться на данной территории. Причём это было распространено по всей стране, а не только в больших городах.       Как страна могла так быстро измениться с прогнившей властью у руля? Сегодня я должен был всё исправить. Без понятия как, но должен был. С этими мыслями мы остановились перед выехавшим трактором, что преградил проезд.       – Смотри куда прёшь, осел! – мужик из кабины грозно зыркнул на нас, демонстративно глуша мотор.       – Спасибо, я выйду здесь! Сдачи не надо! – я сунул пачку наличных и пулей вылетел из машины, огибая огромную технику впереди.       Мы не доехали до отеля Риц Париж три квартала. Плёвое расстояние для профессионального спортсмена. Оглядевшись по сторонам и посильнее натянув кепку на глаза, я направился по направлению к цели. Каждые тридцать метров я оглядывался и поправлял головной убор, проверяя, нет ли никого на хвосте.       Нервы были на пределе. Они не позволяли мыслить спокойно и рассудительно. И как только Нил выживал под таким давлением восемь лет? Я думал, что моя жизнь была настоящим адом, но ошибался. Сейчас, когда я носил мишень на спине, каждый шаг был труднее предыдущего.       Если меня случайно увидит кто-то из команды «Воронов» или, не дай то бог, наёмники Морияма, мне и тому, кто играл мою роль, настанет конец в этот же момент. Ложь давила и заставляла вспоминать все уловки брата, которые я успел вычислить, чтобы запутывать следы и не попадаться под камеры наблюдения.       Завернув в магазин по дороге, я купил себе простенький кнопочный телефон и сим-карту местного оператора. При встречи попрошу Кевина взломать её и снять роуминг по всему миру. Это была покупка, что позволит мне почувствовать свободу, хоть не надолго. Направив себе пустое СМС на смартфон, чтобы зафиксировать номер, я направился дальше, стараясь как можно скорее перекусить и дойти до места встречи.       Денег, как и сказал допельгангер, хватило с запасом на всё. Лёгкий перекус в уже закрывающейся кафешке позволил восполнить силы. Дожевывая булочку, я уже подходил к парадному входу отеля. Как и полагается заведению с пятью звёздами, они заблаговременно забаррикадировали вход, чтобы постояльцам было безопасно переживать беспорядки. Легально на территорию отеля я не смог пробраться, оставалось только искать запасной путь.       Это здание завораживало с первых секунд. Старый фасад был вылизан, как на обложке. Подъездная группа раньше украшалась зеленью в кадушках, которую сейчас спешно уносили в глубь здания. Арочные окна напоминали времена дворцовых интриг. А тот факт, что это был своего рода аванпост прошлого, усложнял ситуацию по проникновению внутрь.       Обойдя здание, я не мог поверить своей удаче - какой-то работник прошмыгнул в служебную дверь, так удачно забыв закрыть её за собой, как будто приглашая.       Тёмный коридор не позволял увидеть меня. В первые секунды мне показалось, что я вновь оказался в Эверморе с его мрачной атмосферой, но французская речь с кухни успокоила. Я аккуратно шёл вдоль стены, пытаясь не задеть ничего. Весьма кстати мне подвернулось мусорное ведро с белой рубашкой и фартуком.       Фортуна меня сегодня баловала! Скинув майку и кепку в мусорку, я впрыгнул в новое амплуа официанта. Отсутствие оружия, конечно, беспокоило, но мне надо было срочно добраться до Анабель. С людьми Градовой можно было договориться, если только это не был отряд её отца. Тогда могли возникнуть проблемы.       Юркнув на кухню, я утащил поднос с чьим-то блюдом. Оно явно предназначалось для постояльца в отеле, на это и был расчёт. За дверьми оказался огромный и шумный обеденный зал. Людей в нём было мало, видимо постояльцы заблаговременно разъехались, испугавшись беспорядков на улице. Тем не менее в помещении стоял успокаивающий гул разговоров и шум столовых приборов, а дети, что бегали и задорно смеялись, создавали приятную суету, в которой официанту, одетому явно не по дресс коду, можно было хоть немного затеряться.       Меня никто не останавливал, когда я направился к лестнице. Администраторы за стойкой отвечали на звонки, а охрана занималась проверкой периметра. Самая опасная часть данного мероприятия осталась позади. Каким то шестым чувством я знал, что поднос мне ещё пригодиться.       Выскользнув на четвёртом этаже, я мысленно выругался. Людей Градового старшего было трудно не узнать. Выхоленные старые пни, что будто медведи возвышались в коридоре показали номер, в которой удерживали пленницу. Примечательно было то, что несмотря на присутствие охраны, на этаже были гражданские. Мать с ребёнком, вышедшая из соседней комнаты, не выглядела испуганной, значит, был шанс, что Анабель ещё не начали пытать. По крайней мере я надеялся на это.       Уверенно подойдя к нужной двери, я встал перед охраной, которая остановила меня ещё на подходе. Корявый французский веселил. Мне так захотелось ответить им на русском, но я сдержался. Связываться ещё и с Михаилом мне не хотелось. Этот русский медведь, я уверен, готов был с меня шкуру снять, за то, как я обращаюсь с его дочерью. Сглотнув, я ответил.       – Заказ в 407 номер. Завтрак.       – Мы не заказывать. Ошибка. Прошу вернуться и уточнить, – мужчина с приятным баритоном с улыбкой произнёс заученную фразу.       – Завтрак. Ошибки нет, я просто принёс еду. Если я её верну…       – Прошу покинуть этаж, – мужчина перестал улыбаться и с нажимом произнёс первое слово, не забыв показать припрятанное табельное оружие. Видимо, хотел припугнуть.       Помимо пистолета, я заметил замечательный атрибут в виде наручников. О! Вот они то мне и были нужны! Резко подняв поднос вверх, ускоряя и так скорую встречу металла с челюстью головореза, я выхватил железные браслеты и, заковав одну руку противника, сделал болевой захват, скрываясь за его спиной.       Выстрелы не заставили себя долго ждать. Люди Градовых не церемонились с теми, кто мог поставить под угрозу выполнение задания. Для них было честью умереть на службе. Фанатики своего некоронованного императора!       Оттолкнув труп на второго охранника, я ввалился в номер, предусмотрительно пригнувшись и сразу же спрятавшись за стеной в ванной. Все номера в гостиницах были однотипными, так что мне надо было только быстро сориентироваться, с какой стороны уборная.       Мне повезло и тут. Ещё один мужчина справлял нужду был застигнут мной врасплох. Хорошо, что хоть штаны успел надеть, услышав возню в коридоре. Вырубив его одним выверенным ударом в челюсть, я быстро нашёл у него наручники и приковал в трубе. Пистолет тоже стал мне хорошим трофеем, который поможет отстреливаться от нападающих.       Когда я показался в комнате, то был шокирован картиной. Анабель, привязанная к стулу, была была в крови, но её прямая спина не выдавала в ней слабость. Шум открывающейся входной двери заставил напрячься. Я рефлекторно ударил ногой куда-то назад. Смачных хлопок подсказал, что второй охранник пытался прорваться внутрь.       В окружающем пространстве я не увидел ни одного головореза, а достаточно аляпистая, на мой взгляд, обстановка слабо сочеталась с современностью. Либо девушку не так ревностно охраняли, либо я зашёл весьма вовремя, когда у ребят случился пересменок. Закрытая дверь надолго не задержала русского зверя. Этот мужчина выбил её с ноги, почти срывая с петель, и направил дуло пистолета в мою сторону.       Убивать бедолагу я не хотел. Дара весьма ревностно относилась к своим подчинённым, а уж тем более к боевому отряду отца. Одного погибшего я ещё мог обосновать, а вот двоих… Отведя руку противника с пистолетом в сторону, я втащил его в пространство номера. Выстрел. Пуля ушла в потолок.       – Лёха! Вали его! Это человек Морияма! – мужчина из ванны не помог урегулировать ситуацию полюбовно.       Мне в который раз за этот день повезло. Рядом с собой я заметил развязанный галстук, что был очень кстати. Схватив его, я быстро накинул петлю на запястье противника, в очередной раз уходя от линии выстрела.       Зафиксировав руку с оружием, я, оттолкнувшись от стены, перепрыгнул мужика, сделав удушающий захват. Охранник начал кряхтеть и пытаться освободиться второй рукой. Он уже успел выхватить свои наручники, но мне удалось их выбить.       – Отрубайся уже! – я усилил давление на сонную артерию.       Спустя долгие полминуты мужчина упал на пол и полностью обмяк. Отбросив конец галстука, я нашёл наручники, что отлетели к девушке, и надёжно закрепил руки безвольного противника. Звуки в коридоре не позволяли долго рассиживаться.       Первым, что я сделал, так это запихал полотенце в рот буйного и вполне живого охранника в ванной. Лишний шум раздражал, а нрав отца брал верх. Я тяжело дышал и как одержимый искал хоть что-то, что помогло бы мне разрезать верёвки на руках Анабель.       Необходимый мне предмет нашёлся у трупа в коридоре. Кровь уже начала впитываться в ковёр. Убирать его в комнату не было никакого смысла. Схватив поднос, на котором точно были мои отпечатки и почти войдя в медитативное состояние, я тщательно протирал все поверхности, к которым прикасался. Девушка, к её чести, всё это время молчала и ждала своего спасения.       – Натаниэль! Сукин ты сын! – мне влепили жёсткую пощёчину, как только Анабель стала свободной.       – И я рад тебя видеть. Разбор полётов будем устраивать на крыше. Пошли, пока нас тут не накрыли! – я шикнул на девушку и потащил за собой.       Выглянув в коридор, я увидел спину парня, что так удачно оставил мне открытой дверь на кухню. На этот раз он свернул за угол. Интуиция завопила, подгоняя бежать за ним. И я подчинился этому импульсу. За поворотом, и правда, обнаружилась лестница, ведущая на крышу, а от парня не осталось и следа. Он растаял, будто призрак.       Мотнув головой, я впихнул девчонку вперёд. На мгновение выглянув в коридор, где уже стало достаточно людно, я убедился, что за нами нет хвоста и погони. Аккуратно прикрыв дверь и оказавшись в сумраке лестничной площадке, я сломал кодовый замок, который блокировал вход изнутри.       – А теперь, Веснински, объяснись! Какого хуя мне пришлось ждать тебя три дня!? ТРИ! – Анабель сорвалась на рык.       – В смысле три дня? – я ошарашено посмотрел на девушку.       – Я связалась с Айзеком и запросила эвакуацию, когда запахло жареным. Но ни ответа ни привета! Мне пришлось терпеть побои и пытки, лишь бы защитить тебя и сестру! А теперь ответь мне на первый вопрос. Какого хуя!?       – Анабель, прошу, успокойся. Сейчас не самое подходящее для разговора время и место.       – А когда оно было подходящим?! Когда!       – Слишком многое произошло, чтобы я смог тебе ответить обо всём за пять минут! – я ударил кулаком о стену, возле головы девушки, выпуская пар. – А теперь марш на крышу, если хочешь жить!       Девушка подчинилась. Застывшие слёзы больно царапнули сердце. Я вновь совершил ошибку, подставляя невинных людей. В который раз я убеждался в том, что всё плохое, что было в моих родителях, воплотилось во мне.       Крыша отеля была просторной. Вертолётной площадки не наблюдалось, но тут было достаточно места для посадки. Кто прилетит мне на подмогу, было трудно не догадаться. Грехи собственной персоной. В сетке о них не было никакой информации. Даже Синтия затруднялась с ответом. Микки и вовсе хранил молчание.       Мне оставалось лишь надеяться, что моих способностей хватит, чтобы упросить их вывезти из этой страны Анабель. Солнце уже было достаточно высоко. Протесты на улицах начинали захватывать город, превращая их в бурное море. Полиция и пожарные пока держали беспорядки в пределах нескольких кварталов, но все могло поменяться. Напряжение народа было осязаемым. Хватило бы одного правильного крика или решительного шага, чтобы превратить эту толпу в мнимо бесконтрольную мощь.       Еле уловимое жужжание заставило посмотреть на небо. Там не было ни одного беспилотника или вертолёта, но звук усиливался. Я всматривался в пространство, пытаясь рассмотреть хоть что-то. Интуиция вопила об опасности, но я не видел её.       Меня с ног сбила Анабель. Именно в этот момент над головой просвистело нечто невидимое, подняв клубы пыли, превращая крышу в разгром. Скрежет металла о бетон ужасал, загоняя сердце в пятки. Когда пыль начала оседать, то очертания летательного аппарата проявились. Адаптивный камуфляж был похож на тот, который использовали на суперджете Фень. Открывающийся понтон можно было считать приглашением.       – Сиди тут, я сейчас вернусь.       Подойдя к этой высокотехнологичной груде металла, я ждал встречи с теми, о ком не знал никто в криминальном мире. Этим можно было гордиться. Женский голос был мне наградой.       – Добро пожаловать в Париж, блять!       – Долго же вы! – я скрестил руки на груди, ожидая увидеть целый отряд подготовленных головорезов.       – Брат? – голос Нила ошарашил. – Ты чего тут забыл?! – из кабины суперджета показалась фигура Нила.       – Он нам нужен. Забирайте манатки и на выход! – женский голос был жёстким, а сумки, что полетели в меня, сбивали с ног так же, как и слова, произнесённые Грехом.       – Напомните мне больше никогда в здравом уме и трезвой памяти не летать с Дарой! – вторым, кого я увидел, был Жан. Третий номер был неестественно бледен. Шатающейся походкой он постарался выйти из кабины.       – С дороги! – Эндрю отпихнул Моро и как только оказался на твёрдой поверхности, рухнул на колени, прислонясь лбом к бетону и трясясь всем телом.       – Миньярд?! – я констатировал факт присутствия вратаря «Лисов», широко раскрыв глаза и не веря тому, что вижу.       – И тебе не хворать, Демон Эвермора! – Кевин вышел следом за Жаном, поудобнее перехватив свою сумку с ноутбуком.       – Да что тут происходит! Вы хоть понимаете, куда прилетели?! – я резко встал, откинув первую сумку с оружием и преградил путь всем, кто выходил шатающейся походкой.       – Нати! – пронзительный голос Градовой сбил с ног, точнее это девушка в прыжке уронила меня на бетон, обнимая как мартышка. Я как-то пропустил эту персону мимо внимания.       – Дар, слезь! Что вы все тут забыли?! – спихнув излишне эмоциональную подругу с себя, я вновь обвёл взглядом разношёрстную компанию. Остановившись на брате, я продолжил задавать правильные вопросы, перескочив на французский: – Что тут делают гражданские!? Эндрю не из наших! А ты? – я перевёл взгляд на Дэя, – Твоя работа поддерживать нас на расстоянии! Хакеры никогда не выступают на передовой!       – Слышь ты! Говори так, чтобы тебя все поняли, полиглот! – Миньярд уже оправился от весьма своеобразной реакции на перелёт, хотя, если учесть, что посадка была жёсткой и нестандартной, а сам парень был гражданским, его можно было понять.       – Я сказал, что тебя тут быть не должно! Ты же подставляешь команду «Лисов», находясь в весьма опасном месте. И вообще, мне кто-нибудь объяснит, какого чёрта вы все здесь забыли? Гнев! Что происходит? Я ждал только тебя! Может быть Дару и Фень! Откуда такой расширенный состав суицидников?! – я подорвался с места и схватил Нила за грудки.       – Отошёл от него, ворон без крыльев! Я по собственной воле прилетел сюда, прекрасно зная об опасности. И да, теперь я тоже часть вашего мира, – Эндрю жёстко перехватил мою руку, а последняя фраза была полна превосходства.       – Это правда. Он теперь с нами. Отпусти, – брат звучал спокойно. Я переводил взгляд с вратаря на Нила и не мог поверить. Дыхание участилось.       – Так, мелкие поганцы, хватит цапаться. Забрали оружие и в номер. Дара, усмири своих людей в отеле, и готовьтесь к обороне. Жан, Эмильен будет ждать тебя возле мэрии, оттуда пойдёте в свою бывшую резиденцию, и ты примешь власть официально. Остальные направляйтесь в Хайят Ридженси Пари Этуаль. Власть Шмидтов должна пасть сегодня окончательно. Нат, где Анабель. Ты же её успел спасти? – девушка громко уронила очередную сумку рядом с нами и строго смотрела сквозь прорези маски, наводя благоговейный ужас.       Вообще, это была наша первая достаточно близкая встреча с одним из Грехов, если не считать моего допельгангера. Девушка была обладательницей кудрявых окрашенных рыжих волос. Такого яркого оттенка в природе я не встречал. Ростом юная особа не могла похвастаться, от силы метр шестьдесят. В голове сразу же пронеслись миллионы вопросов, но я не смог их задать. Слова застыли в горле, и я лишь кивнул, отвечая на последний вопрос.       – Вот и замечательно. Поставишь её во главе Гидры, и пусть управляет на пару с Жаном этой страной. За месяц они смогут договориться о всех нюансах. А теперь о последнем члене нашей разношёрстной компании. – Лиля повернула голову к Дэю – Ты хотел поговорить, Феникс. Я вся к твоим услугам. У тебя есть полчаса, прежде чем мне придётся покинуть эту страну.       – У тебя же топлива не осталось! – тираду девушки прервал брат, с удивлением наблюдая за всем происходящим.       – Это уже мои половые трудности, как свалить из этого ада. Ещё вопросы? – голос Греха не дрогнул. Он был полон власти и продолжал звенеть в тишине.       – Кто ты? – Эндрю озвучил вопрос, который никто не мог заставить себя произнести вслух.       Эта девушка просчитала всё. Беспорядки, преемственность власти в Гидре и стране, моё прикрытие перед Морияма. Предусмотрела транспорт для брата и подсветила основные цели, которые позволят нам достичь желаемого. Это пугало.       – Всему своё время, Блонди. Поверь, у тебя ещё будет шанс на мне отыграться. Более того, я обещаю, ты вернёшь мне всё сполна за эту поездку в будущем, – голос Гнева смягчился. Я пытался напрячь память и вспомнить её имя, но оно ускользало. – Дэй, за мной. Пока будешь ломать дверь на лестнице, спросишь, что хотел. Остальные обмениваются информацией и прорабатывают план! Через минут десять спускайтесь.       Кевин лишь виновато пожал плечами и ушёл за девушкой, оставляя нас в недоумении на крыше. Громкие крики и хлопки с улицы напомнили о бунтах. Страна захлёбывалась в беспорядках. А ещё каких-то пару часов назад, по улицам можно было относительно спокойно гулять.       Из-за крыла покорёженного суперджета показалась голова Анабель. Девушка поразила своим самообладанием и прозорливостью, показавшись ровно в тот момент, когда я хотел представить её всем. Эта пешка выросла в опасного коня, который сегодня красиво ворвался в шахматную партию, убивая одного из слонов Косты.       – Извините, конечно, но, как я понимаю, с сегодняшнего дня империя Шмидтов - моя? – чертовка не стала ходить вокруг да около, и задала вопрос сразу в лоб, гордо выпрямив спину и вздёрнув нос.       – Нааатиии!? Скажи, родной, ты же случайно забыл упомянуть мне о столь незначииительном и очаровааательном члене своей сети шпионов?! – Дара под конец фразы взревела бешеным зверем. Если вначале она лепетала чуть ли не ангельским голосом, но закончила непреклонным рыком.       В голове за секунды пролетали десятки отговорок, сотни причин и тысячи мыслей и ни одна не смогла меня спасти от гнева Градовой. Бросив умоляющий взгляд на брата, я осознал, что с этим дерьмом мне предстояло разбираться самому. Интуиция впервые за этот день взбунтовалась, предвещая не самые благоприятные последствия.