Драко Малфой и год, когда он впервые влюбился

      ― Они поймали наследника Слизерина!       ― Дамблдор возвращается на пост директора!       ― Школа снова в безопасности!       Ну, во всяком случае, относительно безопасна.       Объявление Макгонагалл на утреннем пиру вернуло веру и стойкость в студентов. В этом зале царило ощущение почти что праздничной церемонии. Поимка Наследника и последние новости о тех, кто был окаменевшим. Мандрагоры были почти созрели, и школа возвращалась к своему функциональному состоянию.       Но почему-то это не было похоже на счастливый конец.       — Как ты думаешь, они когда-нибудь скажут нам, кто был Наследником? — пробормотал Гойл с набитым курицей ртом. Миллисент ругнулась на него, когда несколько капель слюны полетели на ее тарелку.       — Вряд ли. Скорее всего, они будут избегать любых вопросов, пытаясь скрыть личность того, кто стоит за окаменением студентов и животных, — пробурчал Тео. Он не выглядел слишком взволнованным новостью о возвращении Дамблдора на пост директора, но этого и следовало ожидать. Тео был одним из тех Слизеринцев, которые расхаживали по школе с непомерно высоко поднятой головой, слишком гордясь возможной гибелью магглорожденных.       Блейз насмешливо хмыкнул:       — Но это не остановит слухи, не так ли?       — Я готова поспорить что именно Локхарт поймал Наследника. Он утверждает, что знает, где находится Тайная комната, — Пэнси патетически вздохнула.       — И ты в это веришь? — озадаченно спросил Крэбб.       — Ну... Да! Посмотри на него! — возразила она.       — Да... Посмотрите на него, — повторил Тео менее восторженным тоном.       Драко действительно посмотрел на него. Мужчина выглядел так же ярко, как и всегда, улыбаясь жемчужно-белой улыбкой. Он всегда выглядел так, будто его фотографируют.       — В любом случае, очень жаль, что экзамены не отменили из-за этого. Это бы оправдало все эти мучения, знаете ли... Паника по поводу того, кто умрет следующим? — вмешалась Дафна.       — Никто не умер, кроме нескольких петухов, так что нет причин отменять что-то, — неодобрительно сказал Блез.       — Я все еще надеюсь, что произойдет что-то спонтанное. Что-то, что завершит учебный год на ура!       — Продолжай мечтать. В школе все под контролем.       Именно тогда Драко услышал его голос.       — Время пришло.       Драко больше не чувствовал конечности своего тела. Это было похоже на те ночи в коридорах. Только в этот раз он мог видеть, чувствовать и слышать все.       Он почувствовал, что поднимается со скамьи, но не по своей воле. Взгляд Драко метался по залу, лишь слегка задерживаясь на окружающих его людях.       — Драко? — Блейз потянулся к нему. — Куда ты идешь?       Драко почувствовал, как его рот шевельнулся, и слова полились сами собой.       — Может, схожу в библиотеку или немного поиграю в квиддич. Завтрак всегда был немного утомительным.       Остальные были так же ошеломлены, как и он. Нечасто им приходилось слышать, чтобы Драко произносил слова так непринужденно. Это было на него не похоже.       — Ладно, встретимся в общей комнате через час. Мы должны обсудить Чары, прежде чем писать сочинение, — напомнил Тео.       — Конечно.       Ноги Драко двигались быстро и целеустремленно. Он шел так, словно опаздывал на какое-то мероприятие, но даже не знал, куда идет.       — Том, ты что-то делаешь со мной? — прошептал Драко, затаив дыхание. Ответа не последовало.       Ноги Драко привели его в коридор этажом выше Большого зала. Там было темно и тихо, сердцебиение отдавалось в ушах.       Драко подошел к ближайшему шкафу с метлами и открыл его. Из шкафа доносился брызг и треск, и оттуда вывалился труп курицы, выглядевший так, словно ее недавно зарезали.       — Мы должны оставить сообщение, чтобы все его услышали. Почти предупреждение. Как они смеют праздновать, они должны быть в ужасе.       — Том, что происходит?       — Делай, что я говорю, мой милый малыш.       Драко взял в руки почти безжизненную птицу. Она бездушно болталась в его руках. Глаза были широко открыты и тускло смотрели в пустоту.       В том же чулане Драко потянулся в темноту и достал кинжал. Не успев моргнуть, он поднял кинжал и перерезал курице горло, почти обезглавив ее.       Кровь текла у него по рукам, но времени реагировать уже не было. Развернувшись, он с размаху швырнул окровавленную птицу на бетонную стену.       Это было ужасающе. Он тащил мертвое животное по стене, выстраивая буквы в беспорядочном порядке. Кровь стекала, как вода, и брызгала на его мантию.       ЕГО СКЕЛЕТ БУДЕТ ЛЕЖАТЬ В ТАЙНОЙ КОМНАТЕ       Затем курица перестала истекать кровью.       — Как жаль, я почти закончил. Хм...       Тело Драко снова зашевелилось. Он бросил тушку животного и поднял кинжал, которым зарезал курицу.       — Хм... Этого должно быть достаточно.       — Том...       Кинжал был поднят и поднесен к запястью Драко.       — Том... Том...       Одно резкое движение рассекло запястье Драко до локтя. На него накатила волна тошноты и головокружения, но он не оступился.       Правой рукой он зачерпнул сочащуюся кровь и дописал ею кровавое послание на стене.       ЕГО СКЕЛЕТ БУДЕТ ЛЕЖАТЬ В ТАЙНОЙ КОМНАТЕ ВЕЧНО       Драко повели в туалет, ближайший к окровавленному коридору. Его рука все еще сочилась кровью, оставляя за ним кровавый след. Он знал, что его кожа становится все бледнее.       Зайдя в туалет, он встал перед раковиной.       Он услышал, как начал шипеть. Его шипение эхом разносилось по комнате.       Из-за кабинки туалета за его спиной выглянула призрачная девушка, но он не обратил на нее внимания.       Раковина повернулась, и вдруг появился проход вниз... ведущий куда-то...       Том был реален, он был там. Стоял перед ним. Но они не были в том бесплотном мире, в который Драко попадал только в бессознательном состоянии, он знал, что не спит.       — Том...? — голос Драко слабо дрогнул.       Том шагнул вперед.       — Драко.       Драко решил, что это приглашение обнять его, прижаться к нему или даже поцеловать. Но, когда он подошел ближе, Том выхватил его палочку.       Тело Драко вдруг стало очень слабым. Он упал как подкошенный.       — T-Том.       — Выходи, мой василиск. Давай спрячемся и удивим наших гостей.

***

      Минуты, часы, дни, недели... время шло так медленно. Драко чувствовал, как погружается в бессознательное состояние, но не мог уснуть. Он знал, что если закроет глаза, то уже не сможет снова их открыть.       Так он и умрет. Мысли Драко неслись быстрее, чем билось его сердце.       Он увидел Тома, но тот не обнял и не успокоил его. Том не заставил боль утихнуть, как он обычно делал. Том, Том, Том...       О Мерлин...       Он был таким идиотом.       Наивный, влюбчивый идиот.       — Драко!       Послышались шаги, и над ним появился Гарри.       — Драко... о Боже... Не умирай, не умирай... Драко?!       — Г...       — Ш-ш-ш, я вытащу тебя отсюда. Обещаю!       Гарри отбросил палочку в сторону и обнял Драко за плечи, легонько встряхивая его.       — Мне нужно, чтобы ты встал для меня. Драко, вставай!       К голосу Гарри присоединился второй голос. Голос Тома.       — Боюсь, он не в состоянии двигаться.       Гарри прищурился, узнавая его.       — Том... Том Реддл?       Том только сильнее выпрямился.       — Что значит, он не может двигаться? Его глаза открыты, Драко проснулся... Он жив! — Гарри сделал паузу, и на его лице отразился ужас. — Он... Он жив, не так ли?       Том посмотрел на холодное, бледное тело Драко.       — Он жив. Едва держится на грани.       — Ты... Ты настоящий?       — Я - воспоминание, — представился Том. — Хранящееся в дневнике пятьдесят лет.       Гарри судорожно огляделся по сторонам. Он что-то искал.       — Том, ты должен мне помочь. Мы должны вытащить его отсюда! Ты не видел мою... она была только что здесь...       Том поднял левую руку, и в ней оказалась палочка из остролиста. Палочка Гарри.       Гарри облегченно вздохнул:       — Спасибо.       Том, однако, не отдал палочку. Вместо этого он осмотрел её так, словно это была самая необычная вещь.       — Том, у нас нет времени... Здесь василиск, который причинит нам вред или даже убьет, если мы не уберемся отсюда сейчас же!       — Он не придет, пока его не призовут.       — Том, я...       — Я долго ждал этого, Поттер, — зловеще признался Том. — Возможности поговорить с тобой.       — Нет времени на разговоры! Нам нужно вытащить отсюда не только Драко, но и себя. Или мы станем кормом для василиска!       — Тогда тебе лучше найти время, — усмехнулся Том.       Гарри тогда понял, что пытаться убедить Тома помочь бесполезно. Он переключил свое внимание на Драко, который становился все холоднее.       — Что с ним случилось?       — Хм, неплохая история. Очень интересная история. И опыт тоже, мне почти стыдно рассказывать, — Том покачался на носочках.       — Так ты знаешь?       — Мм... Милый мой, Драко Малфой. Неплохой мальчик. Мозг у него такой же большой, как и сердце. Сердце, которое он слишком легко отдал незнакомцу.       — А? Его сердце?       — Мой дневник, — Том поднял дневник.       Дневник, который Драко использовал весь год, чтобы разговаривать со ним. Дневник, из-за которого он впутался в это...       — Я использовал свой дневник, чтобы общаться с маленьким Драко весь год. То, что он хотел рассказать, не могло быть более идеальным для меня. Все эти события слились воедино, и вскоре я был на сто процентов уверен, что Драко влюбился в меня.       — Влюбился?! Ты лжешь!       — А как насчет этого, Драко? Я вру? — Том шагнул ближе к неподвижному телу Драко.       Драко не мог отойти от него, не мог закрыть глаза достаточно плотно, чтобы не дать слезам вытечь наружу.       — О нет, Драко...       — Мой миленький малыш был настолько же послушен, насколько и забавен. Он доверял мне, когда происходили какие-то события, просил обнять его, когда ситуация становилась слишком тяжелой... Он таял для меня, абсолютно таял!       — Ты чудовище! — обвинил Гарри. Его лицо раскраснелось, а голос был полон неконтролируемой ярости. — Ты использовал его в своих целях, обманывая его в процессе!       Том просто рассмеялся:       — Я не буду этого отрицать, но, пожалуй, отдам себе должное. Терпеть эти поцелуи, убалтывать его, выслушивать его разглагольствования. Разглагольствования были ужасны. Он все время говорил о квиддиче. Как сильно он ненавидел контроль и влияние отца почти на все. Салазар, иногда мне хотелось иметь свое тело, чтобы я мог сам его утихомирить.       Том подошел к Драко, но Гарри попытался оттащить его. Том поднял палочку Гарри и одним движением руки отправил Гарри в полет.       Старший мальчик присел и нежно приложил руку к его щеке - рука, которая, как теперь знал Драко, была настоящей.       — Но этот мальчик - единственный способ вернуть мне мою физическую форму. Он долго не сдавался, я бы предпочел девочку с первого курса, а не мальчика со второго. Я бы гарантировал, что к этому времени она была бы уже мертва.       Драко едва смог оторвать свои пальцы от пальцев стоящего рядом Тома. Старший мальчик ухмыльнулся не так утешительно, как обычно. — Жаль, что мне пришлось тебя сломать, Драко. Ты действительно так же силен, как твой дед, но у каждого есть свой предел. Даже у него. Твой предел - это я, и у меня есть ощущение, что я буду твоей слабостью в долгие годы.       Он встал и повернулся лицом к Гарри, который все еще пытался подняться на ноги.       — Если говорить по правде, Гарри, я всегда умел очаровывать тех, кто мне был нужен. Вот и Драко излил мне свою душу, и оказалось, что его душа - именно то, что мне нужно... Я становился все сильнее и сильнее, питаясь его самыми глубокими страхами, его самыми темными секретами. Я стал могущественным, гораздо более могущественным, чем мой маленький малыш. Достаточно сильным, чтобы начать скармливать красавчику Малфою некоторые из своих секретов, чтобы влить в него частичку своей души...       — Чёрт возьми, просто... Какое отношение это имеет к василиску?! — воскликнул Гарри, тяжело дыша.       — Ты еще не догадался, Гарри Поттер? — мягко сказал Реддл. — Драко Малфой открыл Тайную комнату. Он задушил школьных петухов и писал на стенах угрозы. Он натравил василиска Слизерина на четырех грязнокровок и кота сквиба.       — Нет... — тихо прошептал Гарри.       — Да, — снова подтвердил Том. — Он умный мальчик, но ему никогда не приходила в голову мысль, что, возможно, он сам виноват в том, что в школе царит хаос. Милый Драко всегда перекладывал вину на кого-то другого. На профессоров, на студентов, но никогда на себя.       Гарри сжал кулаки и впился ногтями в ладонь.       — Но в конце концов я оказался в затруднительном положении. Его друг, Блейз Забини, похоже, что-то заметил. Он пытался спустить меня в унитаз на втором этаже в попытке избавиться от меня навсегда. И тут появился ты, Гарри. Ты нашел книгу, и я не мог не нарадоваться. Из всех людей, которые могли его забрать, именно ты - тот самый человек, которого я больше всего ждал...       Драко вздрогнул при звуке имени Блейза. Как мальчик мог узнать о том, в какой опасности находится Драко, и как он пытался помочь. А Драко так жестоко отказал ему.       Разбитое сердце, которого можно было избежать с самого начала, это все его вина.       Драко больше не мог сосредоточиться на том, чтобы слушать. Ему пришлось сосредоточиться на дыхании, на том, чтобы не закрывать глаза. Он не хотел умирать, прежде чем попытается все исправить. Он никогда не был близок с Блейзом, потому что искренне верил, что не сможет этого сделать. Но после того, как он стал так близок с Томом, как бы фальшиво это ни было, у него появилась вера в то, что это возможно. Возможно, ему не нужно изолировать себя, чтобы поддерживать с кем-то тесную дружбу. Все, что ему нужно было сделать - довериться.       Но как он мог доверять кому-то, если человек, которому он доверял больше всех, не ответил ему взаимностью?       Вдалеке он смутно различил горящие буквы.       ТОМ МАРВОЛО РЕДДЛ       Буквы менялись в случайном порядке, пока в конце концов не сложились в нечто совсем иное.       Я - ЛОРД ВОЛДЕМОРТ       Нет... этого не могло быть, все это время. Если он был...       Тогда всё стало обретать смысл. Почему дневник оказался в кабинете его отца, почему он подошёл к Уизли и положил копию книги в котёл Джинни Уизли. Джинни, она могла бы оказаться на его месте, если бы мать Драко не читала на той неделе «Ведьмин еженедельник». Все это произошло после целого ряда печальных событий.       Теперь Драко предстояло умереть.       Даже пролетающий мимо феникс не мог привлечь его внимания.       — Фоукс!       — Феникс и старая сортировочная шляпа? — воскликнул Том, дико хихикая. — Вот что Дамблдор посылает на помощь своему герою! Певчая птица и старая шляпа! Ты чувствуешь себя храбрым, Гарри Поттер? Теперь ты чувствуешь себя в безопасности?       Драко попытался хотя бы пошевелить пальцами, чтобы наконец почувствовать контроль над своим телом. Он хотел добраться до Гарри, чтобы выразить ему свою поддержку. Том не должен иметь права причинять боль другим, не после того, как он причинил боль Драко.       Внезапно Драко оказался в объятиях Тома Реддла.       — Пойдем, Драко. Давай посмотрим, как Гарри сражается с моим василиском и теряет при этом свою жизнь. Уверен, тебе будет приятно узнать, что ты не единственный, кто умирает здесь.       Драко изо всех сил пытался оттолкнуться, но в данный момент он был слишком слаб.       Шипение василиска эхом отражалось от стен комнаты, громче были только слова, которые произнес Том.       — Убей его.       Звуки битвы, которую Драко не мог видеть, звучали пугающе. Гарри издавал тревожные вздохи и часто падал. Этого следовало ожидать, когда тебя заставляют сражаться с существом с закрытыми глазами.       — Не расстраивайся, Драко, — Том сказал это покровительственным тоном. Похоже, ему было очень весело. — То, что у нас было, это... что-то. Даже если я не чувствую к тебе любви, это не значит, что ты не можешь испытывать ее ко мне.       — ОСТАВЬ ЕГО В ПОКОЕ!       Том шутливо хмыкнул:       — А если нет? Сомневаюсь, что ты сможешь что-то сделать, ведь у тебя и так дел невпроворот.       Том неопределенно указал на огромную змею, последовавшую Гарри. Но так же быстро, как она передвигалась, феникс вернулся и, приземлившись на василиска, выцарапал ему глаза когтями.       Василиск кричал и извивался, но это было бесполезно, у него больше не было глаз.       — НЕТ! — закричал Том, бросая Драко, как тряпичную куклу. — ОСТАВЬ ПТИЦУ! ОСТАВЬ ПТИЦУ! МАЛЬЧИК ПОЗАДИ ТЕБЯ. ТЫ ВСЕ ЕЩЕ ЧУВСТВУЕШЬ ЕГО ЗАПАХ. УБЕЙ ЕГО!       Драко повернулся, собрав всю оставшуюся энергию, и увидел раненого Поттера.       — УБЕЙ МАЛЬЧИКА! ОСТАВЬ ПТИЦУ! МАЛЬЧИК ПОЗАДИ ТЕБЯ. НЮХАЙ! ПОЧУВСТВУЙ ЕГО.       — Г... попытался сказать Драко, — Г...арри... берегись.       — Драко?!       Змея прыгнула, и Гарри увернулся. Он вытащил меч и поднял его с намерением защищаться и атаковать.       Василиск снова открыл пасть, обнажив клыки.       Гарри вонзил меч ему в нёбо.       — НЕТ!       Василиск упал с последним ревом, а меч пронзил его насквозь.       Гарри попытался добраться до Драко, но рухнул на первом же шаге, вспомнив о своей тяжелой ране.       — Ты мертв, Гарри Поттер, — сказал Том. — Мертв. Даже птица Дамблдора знает об этом. Ты видишь, что он делает, Поттер? Он плачет.       И феникс действительно плакал.       — Я... мы будем сидеть здесь и смотреть, как ты умираешь, Гарри Поттер. Не торопись. Я не спешу.       Драко хотелось кричать и на Гарри, и на Тома. Кричать ободряющие слова в адрес одного и ругательства в адрес второго. Но он был слабее, чем несколько минут назад, и боялся, что умрет раньше, чем сможет хотя бы попытаться поддержать Гарри.       — Том... остановись.       — Тише, — отмахнулся Том. — Вот и закончилась история знаменитого Гарри Поттера, одинокого в Тайной комнате, оставленного друзьями, наконец-то побеждённого Тёмным Лордом, которому он так неразумно бросил вызов. Скоро ты вернёшься к своей дорогой маме-грязнокровке, Гарри... Она дала тебе двенадцать лет взаймы... но в конце концов Лорд Волан-де-Морт победил тебя, как и должно было быть...       Феникс Дамблдора опустился на плечо Гарри и пустил несколько слезинок. Он не выглядел таким расстроенным.       Затем самодовольное выражение лица Тома исчезло, и на его место пришло выражение паники. Драко в тот же момент понял, что происходит.       Слезы феникса обладали целительной силой. Фоукс способен спасти Гарри!       — Улетай, птица, — отмахнулся Том от настойчивой пташки. — Отойди от него... Я сказал, отойди...       Гарри поднял голову, восстанавливая силы, чтобы двигаться. Том попытался прогнать Фоукса, но феникс уже улетал.       — Неважно, лучше уж так. Ни меча, ни Феникса. Только ты и я, Гарри Поттер.       Фоукс вернулся, держа в руках дневник Тома. Он опустил его на колени Гарри.       Это было так неожиданно. Сначала Гарри потянулся за клыком василиска, а потом пронзил дневник насквозь. Дым и шипящие звуки, которые издавал дневник, словно он горел в огне. Крики Тома в агонии едва не разорвали барабанные перепонки Драко. Услышать от Тома хоть одну искреннюю эмоцию, кроме гордости, было слишком приятно. Слишком заслуженно.       Потом Том исчез, и Драко с Гарри остались в комнате вдвоем.       Драко снова почувствовал, как затрещали его кости, и в него хлынула энергия. Он резко задыхался от переполнявшего его чувства контроля.       Гарри, прихрамывая, подошел к нему и остановился.       — Драко...       Драко прикусил губу, чтобы сдержать соленые слезы, которые начали литься, как только он увидел, в каком состоянии находится Поттер. В том состоянии, которое возникло по вине Драко, после его глупых ошибок.       — Драко, не плачь. Это не... твоя вина.       — Но она моя, не так ли? Я взял себе за правило закрывать все эмоции, потому что... я... Но появился Том, и я позволил себе поверить в его слова! То, что он сделал...       Гарри присел и взял руки Драко в свои. Они были шершавыми на ощупь и испачканы змеиной кровью.       — Тебе всего двенадцать. Нам всего двенадцать. Том старше и он ужасный человек. Он увидел в тебе возможность и воспользовался ею, возможно, зная, что ты будешь винить себя за это.       — Некого винить, кроме меня.       — Мне кажется, что я тоже должен взять на себя часть вины.       Драко посмотрел на Гарри сквозь ресницы, и тот действительно выглядел виноватым и очень разочарованным в себе.       — Почему?       Гарри тяжело вздохнул:       — Я никогда не придерживался дружбы, которую предложил тебе в конце первого курса. Я также никогда не принимал во внимание твои чувства. Я всегда полагал, что тебе все равно, ведь ты всегда был... очень замкнутым. Возможность того, что ты чувствуешь себя одиноким, никогда не приходила мне в голову, поскольку ты всегда, казалось, хотел быть один. Но те слова Реддла о том, что ты разговаривал с ним при каждом удобном случае. Тебе просто нужен был кто-то, с кем можно было поговорить, друг.       — Он сделал вид, что он больше, чем просто друг.       — Мне очень жаль. Если бы я поддерживал дружеские отношения, ты бы не чувствовал необходимости разговаривать с Реддлом.       Драко фыркнул и вытер влажные щеки, размазывая кровь по лицу.       — Произошли события, которые помешали нам остаться друзьями.       — Но я и не пытался сохранить нашу дружбу. Мне жаль.       — Это... не твоя вина.       Гарри улыбнулся, хотя улыбка и была маленькой.       — Ты тоже ни в чем не виноват.       Драко улыбнулся, но тут же опустил глаза, осознав свою ошибку. Том уничтожил все его попытки принять себя.       Гарри был потрясен не меньше.       — Твоя улыбка...       Драко встал, не обращая внимания на боль в костях.       — Пойдем, нам не стоит задерживаться.       — Но я...       — Давай просто уйдем, пожалуйста.       Гарри не стал больше настаивать.

***

      В кабинете Дамблдора вместе с директором, Снейпом и Макгонагалл находились Нарцисса, Люциус, Рональд и его мать.       Когда Драко и Гарри вошли в кабинет, их реакция не была мгновенной. Прошло достаточно времени, прежде чем Нарцисса подбежала к сыну.       — О, мой сын! Драко, что, во имя Салазара, с тобой случилось? — Нарцисса кинулась обнимать сына, но Драко сделал едва заметный шаг назад.       Нарцисса заметила это и отступила назад.       — Я наслаждалась полуденным чаем, как вдруг прилетела сова и сообщила нам с твоим отцом, что тебя забрали в Комнату и ты, скорее всего, мертв!       — Нарцисса, приставать к мальчику сейчас не лучший выход из ситуации, — Снейп шагнул вперед со своего места рядом с Люциусом.       Рон встал со стула и подошёл к двум мальчикам.       — Слава Мерлину, с вами все в порядке, когда вы не вышли в течение часа, я боялся, что вы двое...       — Это определенно было очень близко, — пробормотал Гарри.       — И вам очень повезло, что вы остались живы! — подчеркнула Макгонагалл, явно потратив время на панику и беспокойство.       — Я думаю, нам всем необходимо объяснение, — Дамблдор успокоил остальных, и вскоре все глаза обратились на Драко.       Эти взгляды вызывали у него не меньший зуд, чем чувство вины.       Он бросил быстрый взгляд на родителей. Нарцисса проявляла материнское беспокойство, а Люциус оставался суровым и замкнутым. Даже Драко не мог прочесть его выражение лица.       — Я... — Драко не знал, как объяснить, что произошло.       Гарри решил, что сейчас самое время обрисовать ситуацию.       — Лорд Волан-де-Морт добрался до Драко с помощью дневника, в котором содержались его воспоминания пятидесятилетней давности.       Сказать, что все были ошеломлены, значит сильно преуменьшить. Миссис Уизли выглядела так, будто вот-вот упадет в обморок. Даже у Снейпа дрогнул взгляд.       — Что ты имеешь в виду под дневником? — Люциус осторожно посмотрел на жену, которая начала бледнеть.       — Нет, ты не можешь иметь в виду... — вздохнула мать Драко. — Нет, ты... Ты сказал, что дневник помогает тебе!       — Откуда ты знаешь о дневнике?! — Люциус в ярости шагнул вперед.       Нарцисса даже не повернулась, чтобы посмотреть в лицо своему разъяренному мужу.       — В тот день на станции ты сказал мне, что дневник помогает.       — Я так и думал, мама, — признался Драко. — Только сегодня я наконец понял, что натворил. С помощью дневника я открыл Тайную комнату.       Рон громко вздохнул, а Нарцисса издала возмущенный возглас.       — Нет! — отрицала она. — Это был всего лишь безобидный дневник... Люциус, скажи Драко, что дневник в твоем кабинете был безобидным.        — Ты украла из моего кабинета?! Как ты смеешь, этот дневник не должен был попасть в руки Драко!       — А кто должен был его получить? — спросил Гарри.       В ближайшие годы Драко никогда не узнает, откуда взялась эта гриффиндорская храбрость. Как только вопрос был задан, Драко спокойно ответил.       — Джинни Уизли.       — Джинни...? — Молли повернулась, поражённая.       — В тот день, когда мой отец дрался с Артуром в книжном магазине, отец уронил книгу, которую достал из котла Джинни, обратно в него. Но я отчетливо помню, как она вылетела у него из рук, когда Артур нанес первый удар.       Смертоносный взгляд Люциуса не остановил его.       — Я внимательно посмотрел на книгу и понял, что это... дневник Темного Лорда. Тогда я не понимал, почему отец так поступил, и считал, что это, возможно, ошибка. Я собирался сообщить об этом отцу, но мы поссорились... как только вернулись домой.       — Почему там оказался дубликат? — Макгонагалл настояла, чтобы Драко продолжал.       — Мама, она...       — Я не виновата... Нет! Я хотела как лучше для своего ребенка! — воскликнула Нарцисса.       — Пожалуйста, Нарцисса, — успокаивал ее Снейп.       — Мама пошла в кабинет отца, чтобы найти что-нибудь, что я мог бы использовать в качестве дневника, после того как прочитала статью из «Ведьминого еженедельника»...       — Ты что?! Разве я не запретил эти журналы в своем доме?! — зашипел Люциус.       — Я взрослая, ты не можешь контролировать мои действия! — огрызнулась Нарцисса.       — Пожалуйста, мистер и миссис Малфой. Дайте Драко закончить, — Макгонагалл встала, но при этом пристально смотрела на Люциуса.       — Мама нашла книгу с пустыми страницами и взяла ее. Чтобы избежать вопросов, она трансфигурировала копию, чтобы положить ее на место.       — Почему ты не принесла сделанную копию книги Драко? — Люциус потер переносицу. — Или, что еще лучше, почему ты не пошла в магазин и не купила ее?!       — Потому что в трансфигурированном дневнике нельзя писать! Моя магия была бы испорчена. Он должен был стать приманкой, чтобы у меня было достаточно времени, чтобы заменить его, — Нарцисса фыркнула. — И как я должна была пойти в магазин, чтобы ты не приставал ко мне с расспросами, куда я собралась? Ты так раздражаешь своей настойчивостью, что я выбрала самый простой путь.       — И при этом чуть не убила нашего сына.       — Я ничего такого не делала!       — Возможно, вам двоим нужно немного времени, чтобы отдышаться... по отдельности, — Снейп встал между ними.       — Согласен, как насчет того, чтобы всем выйти на воздух? Мне нужно поговорить с юным мистером Малфоем, — Дамблдор сцепил руки на столе.       Драко почувствовал, что сказал слишком много, и, заговорив сейчас, он наговорит лишнего, поэтому он промолчал, кивнув.       Один за другим все стали выходить из комнаты, пока Драко и Гарри не остались одни.       — Гарри, я хочу поговорить с тобой, но сейчас я должен обсудить это с Драко, — сказал Дамблдор добрым голосом.       — Да, я просто хотел поговорить с Драко.       — Конечно, давай, — Дамблдор улыбнулся. Затем он начал напевать себе под нос.       Гарри повернулся к Драко и прошептал:       — Ты в порядке?       — А почему бы и нет?       — Тебе больше не нужно прятаться, Драко. По крайней мере, не от меня.       — Я не прячусь...       — Я знаю, что ты расстроен тем, что Том сделал с твоей защитой... и многим другим. Но я обещаю, что таких, как Том, больше не будет.       — Как ты можешь обещать то, что может случиться в будущем?       — Потому что... Я позабочусь об этом. Никто, подобный Тому, больше не будет с тобой плохо обращаться.       — Я не буду обманывать тебя, но даже ты, Мальчик-Который-Выжил, не сможешь предугадать, что произойдет в моей жизни.       Гарри, вместо того чтобы ответить, широко улыбнулся Драко.       — Ты готов к разговору, Драко? — Дамблдор перестал напевать про себя и повернулся к Драко.       — Да.

***

      — Ты храбрый мальчик, раз встретился лицом к лицу со своими родителями и рассказал им об их ошибках, — начал Дамблдор.       — Я пожалею об этом, когда начнется лето.       — Возможно, но это не изменит того, что произошло в этой комнате.       Дамблдор облокотился на стол, сверкнув глазами.       — Мистер Малфой, вы в порядке?       Драко надоело, что все задают этот вопрос. Он прекрасно понимал, почему все считают нужным его задать, но это не означало, что они должны это делать.       — Я в порядке.       — Прости за назойливость, но после того, как ты целый год прожил под властью Тома Реддла, я сомневаюсь, что ты в порядке.       Драко почесал тыльную сторону ладоней.       — Том был очень обаятельным мальчиком, когда учился в этой школе, он пользовался благосклонностью многих профессоров и, признаюсь, моей собственной. Правильно ли я понимаю, что он использовал эту черту в своих интересах, чтобы привлечь тебя?       Блондин молчал, слишком униженный, чтобы ответить. Но Дамблдору он и не требовался, поскольку нежелание Драко говорить было достаточным подтверждением.       — В этом нет ничего постыдного, Драко. Ты молод, и он использовал это в своих целях.       — То же самое сказал Гарри, — рассеянно заметил Драко.       — И он был прав, когда говорил это. Этот опыт не должен мешать тебе быть эмоциональным. Если уж на то пошло, ты должен позволить себе раскрыться еще больше.       — Зачем? Чтобы больше людей могли найти способ растоптать меня? — с горечью сказал Драко.       — Наоборот, чтобы больше людей пытались понять таких, как ты.       — Таких, как я? Что это значит?       Дамблдор лишь кивнул головой.       Как оказалось, за тот небольшой промежуток времени, что Драко разговаривал с директором, Гарри успел освободить домового эльфа Добби и сделать врагами и Нарциссу, и Люциуса. Когда Гарри отправился в кабинет Дамблдора, гнев, который его родители испытывали к Поттеру, был направлен не только на него, но и друг на друга.       — Я не люблю, когда меня обвиняют в том, что я подвергаю опасности собственного сына, — Нарцисса наставила на мужа тонкий палец.        — Пусть это послужит тебе уроком. Никогда больше не входи в мой кабинет, если только ты не хочешь еще раз убить нашего сына?       — Как я могла заподозрить, что безобидная книга может быть смертельно опасной? Я заботилась о его интересах!       — И что, я виноват в том, что ты не можешь прислушаться к простым инструкциям?       — Ты невозможен.       — Могу я прервать вас на минутку, — неловко вмешалась МакГонагалл. — Я и весь преподавательский состав решили, что мистеру Драко Малфою будет лучше отправиться домой. После того как его душа была повреждена темной магией, мы считаем, что отдых дома пойдет ему на пользу.       — Да, возможно, это к лучшему. Я постараюсь держать его подальше от кабинета его отца, — огрызнулась Нарцисса.       — А я позабочусь о том, чтобы отвратительные журналы были недоступны его матери, — жестоко прорычал Люциус.       — Хорошо, — настороженно протянула МакГонагалл. Она повернулась к Драко с более добрыми глазами. — Надеюсь, ты сможешь забрать свой багаж из комнат в общежитии? Мы встретимся с тобой в Больничном крыле, чтобы мадам Помфри могла тщательно проверить все раны.       — Ладно.

***

      — Я очень не хочу, чтобы это вошло в привычку, Драко, — сказал Блейз, как только Драко вошел в общежитие. — Ты оказался в опасной ситуации в конце учебного года, это именно то, что случилось на первом курсе.       Драко побрел к своему багажу, не решаясь заговорить.       — Я хочу понять, почему ты оказался в Комнате, и мне кажется, что я должен узнать хотя бы это.       — Дневник, — просто ответил Драко.       — Дневник? Дневник, от которого я пытался избавиться, потому что считал, что он может принести неприятности? Этот дневник? — язвительно сказал Блез.       Драко нахмурился.       — Это не значит, что ты был прав.       — Я, по крайней мере, попытался предотвратить серьезные проблемы, в отличие от тебя. Как это не делает меня правым?       Собрав вещи в своей части комнаты, Драко встал и потащил свой сундук к двери. У него не хватало сил, чтобы уменьшить его, и рука словно разрывалась при каждом движении. Он вспомнил, что порез, который Том сделал на его предплечье, еще не закрылся, хотя кровь уже перестала идти.       — Я был единственным, кто понимал, какая опасность скрывается за этой книгой. Если бы кто-нибудь заметил изменения в твоем поведении, он бы понял то же самое.       — Что? То, что хоть раз в жизни я не был скучным человеком? — огрызнулся Драко.       Блейз отступил назад, вероятно, не ожидая, что Драко набросится на него со словами.       — Нет, я не это имел в виду. Ну, типа того, но не совсем.       — Я знаю, что ты сделал это, потому что думал, что помогаешь, но я не отказываюсь от своего предыдущего заявления. Я стал счастливее и почувствовал эмоции, о которых раньше и не подозревал. Я узнал о себе много нового и поверил в кого-то, кроме себя. Ты понимаешь, что в тот день, когда ты взял этот дневник, ты забрал все мои надежды, которые я испытывал вместе с ним? Ты спустил их в унитаз.       Драко ничего не мог с собой поделать. Он знал, что Блейз сделал это, чтобы защитить его, но он не мог не чувствовать себя преданным из-за того, что мальчик действовал за его спиной и лгал о том, что он сделал. Блейз изначально не знал о темной магии, скрывающейся за дневником, но все равно поступил так, как поступил. Блейз был самым близким его другом.       Но как же Гарри?       Блейз ничего не ответил, но его губы опустились.       Драко вздохнул и повернулся к своему сундуку.       — Не мог бы ты уменьшить мой сундук? Я собираюсь домой.       Блейз достал свою палочку и уменьшил чемодан Драко. Кроме произнесенного заклинания, Блейз хранил молчание.       — Увидимся летом? — предложил Драко, но ушел прежде, чем Блейз успел ответить, хотя Драко сомневался, что он сделает это в любом случае.

***

      Мадам Помфри осмотрела его и оценила повреждения. Самым серьезным из них был вертикальный открытый порез, который начинался у запястья и заканчивался у локтя. С помощью магии она зашила его, но предупредила, что он не исчезнет до конца лета.       Несколько синяков разбросаны по всему телу. Особенно большой был на спине, образовавшийся в тот момент, когда Том выронил его из рук. Мадам использовала простую мазь, чтобы сгладить синяк, но нежная боль осталась.       Мадам Помфри дала Драко несколько флаконов с различными жидкостями, от обезболивающих до мазей от синяков. Она велела ему принимать хотя бы по одной склянке каждый день, чтобы полностью исцелиться к следующему году, если Люциус вообще планирует вернуть его в Хогвартс. Эта часть осталась не высказанной, но они оба думали об этом.       Драко вывели из школы в сопровождении волшебницы. Признаться, он был немного подавлен тем фактом, что не увидит, как кто-то из окаменевших студентов исцелится от своих недугов, особенно Гермиона. По напряженному выражению лиц его родителей он понял, что это лето будет особенно тяжелым.       Но даже если Драко не хотел этого признавать, он был рад узнать о себе немного больше. Даже если у Тома были ужасные намерения, это не меняло того, что он показал Драко.       Ацентария Блэк, он наконец-то получил наводку, куда идти и что искать в библиотеке.       — Надеюсь, ты проведешь лето спокойно, Драко. Я знаю, что этот год был для тебя тяжелым, и мне жаль, что я или кто-то еще не смогли оказать тебе поддержку в трудную минуту, — Макагонагалл извинилась, в ее глазах мелькнула материнская забота. — Тем не менее, я надеюсь, что ты планируешь вернуться на третий курс, чтобы посещать факультативные занятия.       — Хм, это мы еще посмотрим, — ехидно сказал Люциус. Нарцисса кивнула. Похоже, они оба были согласны с тем, что школа - главный враг, виновный в том, что их сын пережил смертельный опыт.       Макгонагалл ничего не ответила. Она любезно улыбнувшись Драко, когда они переместились с помощью портключе.

***

      Дорогой Драко,       Я долго размышлял о нашем разговоре перед твоим отъездом о моем невнимательном поведении в этом году и хотел бы извиниться за него.       Я не понимал, что ты чувствуешь по поводу того, как я небрежно относился к тебе. На протяжении многих лет это всегда было нашей динамикой. Я не должен был предполагать, что ты смиришься с этим только потому, что так обычно происходило.       Я немного поразмыслил над собой и решил, что, возможно, мне стоит потратить некоторое время на то, чтобы лучше научиться читать эмоции, особенно твои.       Честно говоря, я думал, что познал все человеческие чувства, но по мере того как меняются наши тела, меняются и наши чувства. Мы становимся старше и уже не те маленькие дети, которыми были, когда познакомились.       Если ты планируешь вернуться в следующем году, я сделаю все возможное, чтобы попытаться понять тебя, в конце концов, ты мой самый близкий друг.       Если ты позволишь, я с удовольствием навещу тебя в ближайшее время. Прошло много времени с тех пор, как мы в последний раз приятно общались.       Спасибо,       Блейз З.

***

      Дорогой Блейз,              То, что ты начал принимать во внимание мои чувства, радует меня. Я тоже много размышлял о себе. Я пытался найти в себе силы принять себя, но, как обычно, эта задача оказалась сложнее, чем я думал.       Перемена, произошедшая между нами, не была внезапной, но она была большой. Я почти не заметил, как это произошло. Я рад, что ты пытаешься самосовершенствоваться. Ты и мой самый близкий друг, Блейз.       При любых нормальных обстоятельствах я был бы не против, если бы ты приехал ко мне в гости, хотя должен заметить, что напряжение в моем мэноре еще не спало. Мать и отец все еще очень настороженно относятся друг к другу, как и ко мне. С тех пор как я вернулся домой, мне даже не удалось поддержать с отцом ни одного разговора, он словно избегает меня.       Впрочем, я не против посетить твое поместье. Возможно, я даже смогу остаться? Несколько дней - это все, что я прошу. Я бы предпочел находиться рядом с близким другом, а не напрягать родителей.       Только если твоя мать не возражает.       С наилучшими пожеланиями,       Драко М.

***

      Дорогой Драко,              Ты знаешь, что тебе всегда рады в моем поместье, матушка уехала на месяц. Сейчас она в медовом месяце с новым женихом.       Мне жаль, что лето проходит для тебе нелегко, и пока ты будешь у меня я постараюсь сделать все возможное, чтобы твое пребывание было приятным.       До скорой встречи,       Блейз З.

***

      Драко решил остаться в поместье Блейза на четыре дня, не сообщив матери о своем местонахождении.       Это было приятное время, Блейз физически сдерживался от своих обычных привычек и изо всех сил старался быть приличным в общении, чтобы казалось, что он не считает себя самым главным человеком в комнате.       Блейз рассказал Драко, что, когда Тео, Пэнси и остальные спросили, что случилось с Драко, Блейз ответил, что тот просто страдает от магического истощения и его отправили домой. Он считал, что Драко хотел бы, чтобы они поверили именно в это, а не в то, что его забрали в Тайную комнату. Как обычно, не то чтобы Драко подтвердил это, Блейз оказался прав.       Драко также принял рискованное решение рассказать Блейзу о том, что он нашел в закрытой части библиотеки. Он не стал рассказывать о том, как Том помог ему пробраться в библиотеку, но показалось, что Блейз уже догадался.       — Ацентария Блэк, я никогда раньше не слышал этого имени. Но что-то в нем не сходится.       — Почему?       — Имя, Ацентария. Оно ближе всего к латинскому слову attentus, но если бы она принадлежала к роду Блэков, разве ее не назвали бы в честь звезды или созвездия, а не латинского слова?       — Ну... Хм...       В семье Блэков существовала традиция называть своих детей в честь созвездий. Нарцисса (которая, по крайней мере, напоминала Narcissus), Беллатрикс, Андромеда и Драко были лишь несколькими членами семьи Блэк, но закономерность была очевидна.       То, на что обратил внимание Блейз, несомненно, было проблемой. Ацентария вовсе не была звездой, и хотя чистокровные семьи часто называли своих детей в честь латинского слова, к Блэкам это не относилось.       — Я не заметил...       — Возможно, нам стоит разобраться в этом, — предложил Блейз.       — Да, возможно.