Демон, угодивший богам

      Новоиспечённые супруги прибывают перед самым ужином, оба смущены, но искренне благодарят Пэй Мина за организацию торжества и выглядят довольными. Чего не скажешь о Фэн Сине. Казалось бы, ночная опасность миновала: его не скинули с кровати и не принудили к выяснению отношений, но внутреннее напряжение всё равно никуда не делось. Нет, он вовсе не боится Му Цина и серьёзных разговоров. Если будет нужно, он без проблем отстоит свою правоту, но кому это нужно? Не Фэн Синю уж точно. Му Цин своим внезапным появлением пробудил в нём множество чувств. Нельзя просто взять и сказать себе: "это была обычная влюблённость, к тому же безответная, ты не видел и не слышал его столько времени, всё уже прошло". Или ещё хуже: "а правильно ли я тогда поступил?" Впервые за три года Фэн Синя посещает эта мысль. Он с грустью смотрит на друзей, радующихся общению с вновь обретённым и полноправным членом компании. Хотя все они встретились с Му Цином ещё вчера, им и вечности не хватит, чтобы восполнить время, проведённое без старого друга.              Молодые супруги совершенно не чувствуют себя обделёнными вниманием и тоже стискивают Му Цина в объятиях, попутно забрасывая вопросами. Фэн Синь тоже бы так хотел. Просто подойти к нему, обнять, пусть и по-дружески, и спросить... А что он может спросить? Фэн Синь забывает о мечтах и мыслит в рамках этой суровой реальности. Ему кажется, что теперь на любой личный вопрос Му Цин ответит в лучшем случае средним пальцем.              За всеми этими думами, Фэн Синь не замечает, что всю дорогу до ресторана бессознательно гипнотизирует взглядом спину Му Цина, а именно тонкую талию, обтянутую брюками с высокой посадкой. Выбросить бы его из головы к чертям хотя бы на пару часов, чтобы беззаботно прости время с друзьями, всё же Фэн Синь именно для этого взял на работе отгул. А там глядишь в понедельник Му Цин снова свалит с горизонта, и жизнь вернётся в прежнее русло.              Но расслабиться Фэн Синю не удаётся. Он никак не ожидал, что этим вечером в ресторане будет организована развлекательная программа: живая музыка и танцы. К счастью дело это добровольное, и в принудительном порядке развлекать публику гостей не заставляют. Бань Юэ и Пэй Су даже сами вызвались станцевать вальс и, кажется, получили от этого удовольствие.              -Ну, всё правильно, у вас же не было первого танца в качестве мужа и жены, - говорит Линвэнь, когда раскрасневшиеся молодожёны возвращаются за стол. – Думаю, теперь вас можно официально поздравить!              Друзья поднимают бокалы за счастливую пару, а ведущий объявляет, что следующим номером будет танго, и пока в живом исполнении звучит “Can You Feel the Love Tonight” Элтона Джона, у гостей ресторана есть возможность определиться, кто же решится на танец страсти и огня.              -Ну, это мы точно пропускаем, - говорит Хэ Сюань, подцепляя вилкой кусок салатной рыбы.              -Ты и так всё пропускаешь, - дуется Цинсюань.              Фэн Синь улыбается глядя в тарелку. Ветерок всё-таки добился этого нелюдимый проглота и не терял надежды вновь вывести его в люди. Насколько было известно Фэн Синю, бармен "Персикового источника" происходил из обеспеченной семьи, но по какой-то причине был лишён доступа к семейному капиталу и на жизнь зарабатывал самостоятельно.              -Я бы мог пойти, - вдруг подаёт голос Му Цин. – Я занимался танцами. Вот только кто из вас составит мне компанию?              -Саньлан? Ты же всё умеешь, - Се Лянь просит помощи у своего ненаглядного мафиози.              -Гэгэ, я не посмею прикоснуться ни к кому кроме тебя, - Хуа Чэн нежно целует пальцы возлюбленного.              -Да я бы с тобой и не пошёл, - сквозь зубы произносит Му Цин.              -Пригласи метлу, отлично будете смотреться вместе.              Можно было отреагировать на Му Цина как угодно или вообще промолчать, но Фэн Синь избирает тактику школьного хулигана, запутавшегося в своих чувствах. Своим выпадом он напоминает Му Цину, как тот в юности на первом курсе подрабатывал уборщиком в кафе и вместо состояния нажил себе нелестное прозвище "Подметала".              Пальцы Му Цина мгновенно сжимаются на ножке бокала. Ещё секунда, и он бы точно выплеснул шампанское в лицо Фэн Синю, но немое противостояние неожиданно прерывает Се Лянь:              -Фэн Синь может пойти с тобой.              -Да разве он умеет? – фыркает Му Цин, слегка расслабившись.              -И довольно неплохо, - подтверждает Се Лянь. – В старшей школе он даже занял призовое место на городском конкурсе.              -Се Лянь, - Фэн Синь многозначительно замолкает и смотрит прямо перед собой.              -Что? Ты же не просил держать это в секрете.              -Я не одет для публичного выступления.              Что верно, то верно. Фэн Синь проигнорировал просьбу Пэй Мина взять на выходные одежду, подходящую для вечернего выхода в свет, и заявился в ресторан в тёмно-оливковой футболке и коричневых штанах. В паре с элегантным Му Цином в рубашке винного цвета и узких чёрных брюках он будет смотреться нелепо. Даже бедным студентом Му Цин всегда одевался красиво и стильно, завоёвывая расположение окружающих своей внешностью, а вот его таланты до сих пор оставались для Фэн Синя и остальных загадкой. Му Цин никогда не хвастался своими умениями, впрочем как и сам Фэн Синь. Он действительно ходил в секцию танцев, но только по просьбе родных, чтобы двоюродной сестрёнке там не было одиноко. Не испытывая к этому виду искусства особой тяги, Фэн Синь неожиданно для себя показал неплохие результаты.              -Пошли, - Му Цин поднимается из-за стола. – Видишь, больше нет желающих, не порти вечер организаторам.              -То есть мы ещё и в толпе не затеряемся, - Фэн Синь ворчит, но всё-таки тоже встаёт и прихватывает из вазы на столе розу.              -Хо-хо, сейчас будет шоу!              -Это точно, - поддерживает приятеля Линвэнь. – Они же, пока танцуют, друг другу глотки перегрызут.              Хуа Чэн улыбается и откидывается на спинку стула:              -Значит, избавимся от двух проблем разом.              -Каких проблем, Саньлан?              -Фэн Синь и Му Цин.              "Проблемы" никак не реагируют на сомнительные шутки друзей и на некотором расстоянии друг от друга следуют на танцпол.              -Проголодался, травоядное? - за спиной слышится едва различимый шёпот, и Фэн Синь от неожиданности чуть не перекусывает розу пополам.              В одном из фильмов пятидесятых партнёры по танго передавали цветок, выхватывая его друг у друга изо рта, и, вспомнив этот эпизод, Фэн Синь решил хоть как-то скрасить их будущий провал. Однако Му Цин идею не оценивает и отшвыривает розу в сторону, а Бань Юэ тут же подбирает и возвращает в вазу.              -К чёрту эту пошлость.              -Как скажешь. Я поведу, - предлагает Фэн Синь и, поражаясь своей смелости, кладёт руку Му Цину на спину и осторожно притягивает к себе.              -Наступишь мне на ногу – убью.              Фэн Синь слышит угрозу, но не слушает, все его мысли полностью сосредоточены на партнёре по танцу. Му Цин обнимает его в ответ, вкладывает свою руку в раскрытую ладонь, но, внезапно передумав, резко переплетает их пальцы и кивает оркестру. Едва звучат первые аккорды, Фэн Синь заученными движениями задаёт темп. Мелодия быстрая и такая же огненная, полная невысвобожденной энергии, как и сам Фэн Синь. Но эта энергия совсем не стремится вырваться наружу. Фэн Синь, наступая, ведёт своего партнёра через весь зал. Его техника безупречна, но движения точны и свободны от импровизации как математические формулы, да и Му Цина он держит на расстоянии, словно боясь запятнать его репутацию. Какая уж тут страсть? Ему кажется, что стоит себя отпустить, как он полностью отдастся танцу. Может, и не только танцу, но и чувствам, и кое-кому ещё. Фэн Синь жалеет, что поддался на уговоры друзей и выставил себя напоказ перед всем залом. Сейчас он не способен выложиться по полной, не обнажив своё сердце. Танцевать с вынужденными партнёршами было куда проще, чем с человеком, который уже несколько лет занимает все его мысли.              Внезапно ухо обжигает горячее дыхание:              -Не позорь нас, дерево.              Фэн Синь поворачивает голову и встречается взглядом с пылающими холодным огнём глазами.              -Соберись, тряпка, ты же ведёшь! Зачем вызвался, если не умеешь?              -Я умею...              Фэн Синь слегка теряется от таких нападок и чуть не сбивается с ритма, но Му Цин вовремя исправляет ситуацию, перехватив управление:              -Теперь я поведу.              Раскрытая ладонь идеально ложится на широкую спину, и теперь уже Му Цин командует парадом. Он действительно умеет танцевать и выкладывается по полной. Если Фэн Синь растерялся и задеревенел, едва в его руках оказался желанный и недоступный мужчина, то Му Цину не составляет труда имитировать страсть и вожделение. Прижав Фэн Синя к себе, он неотрывно пожирает его взглядом. Дай волю, сгрызёт вместе с костями и не подавится.              Фэн Синь никогда не занимал в танце позицию ведомого, и поначалу ему сложно подстроиться, но он изо всех сил старается, чтобы не испортить выступление. Му Цин внезапно разжимает объятия, но по-прежнему держа Фэн Синя за руку, раскручивает его и вновь прижимает к себе ещё крепче. Шаг становится шире, движения резче, а партнёры едва не соприкасаются носами. После вертушки Фэн Синя буквально накрывает волной жара, а ощущение прикосновений чужой ладони на спине добавляет огня.              -Неплохо, - говорит Му Цин, по-прежнему не отводя от него взгляд. – Может, ты способен на большее?              И он без лишних слов резко наклоняет Фэн Синя, а тому ничего не остаётся, как сделать выпад ногой.              -Умница, - Му Цин возвращает его в вертикальное положение и вместе с музыкой вновь набирает обороты.              Снова раскручивает, на мгновение прижимает к себе спиной, и щёку Фэн Синя обжигает горячее дыхание. Мимолётные, но такие волнующие касания, от которых он готов улететь на Небеса, вознестись и тут же упасть за свои порочные желания. Он не успевает опомниться, как Му Цин самолично спускает его на землю, возвращая в основную позицию и вновь наступая. Они двигаются синхронно, предугадывая движения друг друга.              -Ты не так уж и безнадёжен, - Му Цин не упускает ни единой возможности поддразнить.              Фэн Синь исполняет любимый трюк Му Цина - закатывает глаза - и, наплевав на правила приличия, пытается вырваться, но изящные и одновременно сильные руки не позволяют.              -Не отводи взгляд. За нами все наблюдают, дай им насладиться.              -Чем?              -Вертикальным исполнением их горизонтальных желаний. Давай, закончим эффектно.              На последних аккордах Му Цин, держа Фэн Синя за талию и слегка выгибая его, припадает на одно колено и незаметным для зрителей движением кладёт его ладонь себе на щёку, будто бы так и надо. Фэн Синь от смущения дрожит и краснеет, а зал взрывается аплодисментами. Это продолжается бесконечную вечность, а может быть пару секунд. Наконец Му Цин поднимается и, даже не взглянув на Фэн Синя, возвращается к столу. Невероятно! Как будто это не он всего минуту назад пожирал его взглядом. Фэн Синь следует за ним, плюхается на своё место и залпом осушает бокал с шампанским. Му Цин сидит напротив, он лениво отпивает воды со льдом и совсем не выглядит взволнованным. Значит, для него это был всего лишь танец, возможность развлечь публику и развеяться самому. Ну и, конечно же, помучить Фэн Синя своими дурацкими подколами.              А за столом, с тех пор как они вернулись, царит гробовое молчание.              -Это было… - Се Лянь теряет весь свой словарный запас.              -Крайне возбуждающе! – Пэй Мин первым приходит в себя и поднимает бокал. – Нам всем срочно нужно остыть.               Фэн Синь краснеет и выдувает ещё одну порцию шампанского, украдкой поглядывая на Му Цина. Тот по прежнему делает вид, что ничего особенного не произошло.              -Вы чего такие притихшие? – интересуется Пэй Мин. – Ноги друг другу отдавили?              Партнёры друг на друга испепеляющие взгляды и выпаливают почти одновременно:              -Ты унижал меня прямо в танце!              -Замаялся бревно таскать.              -Да ты и сейчас меня унижаешь!              -Фэн-сюн, он шутит, - Цинсюань осторожно хлопает Фэн Синя по плечу. - Ваше выступление - просто огонь!              -Только я что-то огня не почувствовал, - Фэн Синь мстит из последних сил. – Танцевал будто с куском льда.              -Согласен, - кивает Му Цин. – У тебя не получилось меня растопить. Так, слегка подтаял.              -Немедленно успокойтесь! - Се Лянь по старой привычке призывает друзей к порядку. - Или сядете за отдельный стол играть в слова. И вообще, не забывайтесь, не портьте праздник Бань Юэ и Пэй Су. У вас было достаточно времени, чтобы решить свои проблемы.              -Жизни не хватит, чтобы образумить этот бесчувственный пень.              Последняя фраза была сказана тихо, но отчётливо, и конечно же завела Фэн Синя даже с четверть оборота:              -Я бесчувственный? И это мне говорит хитрожопый говнюк с ледышкой вместо сердца!               Ахает весь стол, даже Хэ Сюань, которому обычно наплевать на весь окружающий мир, кроме Ветерка. А с лица Му Цина слетают всяческие эмоции, он смотрит на Фэн Синя как на бесполезный мусор:              -Зато ты с ног до головы идеальный и безгрешный. Приятного вечера.              -Я же пошутил...              Но эту фразу Фэн Синь произносит в спину уже покидающему ресторан Му Цину. Вряд ли он её услышал.              

***

             В этом чёртовом гостиничном комплексе хренова туча баров. Фэн Синь обошёл уже три, и ни в одном из них Му Цина не было. Но опять же это всего лишь предположение Се Ляня, что оскорблённый одиночка отправился залечивать свежие душевные раны алкоголем. Хотя куда ещё? Во всяком случае в номере его нет.              Фэн Синь и сам понимает, что перегнул палку. Следовало отпустить ситуацию и окончательно простить придурка. Вся злость улетучилась три несчастных года назад, когда Фэн Синь осознал, что Му Цин сжёг почти все мосты, ведущие в их компанию. Оставался один раскачивающийся подвесной мостик по имени Се Лянь, но и он оказался тупиковым. Му Цин не желал возвращаться. Верно, боялся, что Фэн Синь ославит его на весь честной народ, если уже этого не сделал. Но Фэн Синь бы не посмел. Не посмел бы сделать ему ещё больнее.              Беготня за обиженной капризулей выматывает слегка захмелевшего Фэн Синя, и он решает приземлиться в очередном баре, теперь в танцевальном. Народу в зале предостаточно, но зоркий хоть и хмельной глаз сразу же выхватывает из толпы рубашку винного цвета и высокий чёрный хвост. Му Цин сидит у барной стойки, лениво подперев голову рукой, высокий стакан с коктейлем почти пуст. Фэн Синь не садится, лишь встаёт рядом и, облокотившись на стойку, заказывает два шота с текилой. Немного рискованно, учитывая, что в ресторане он пил далеко не воду.              -Это первый?              -Для тебя последний. Вали куда шёл, - Му Цин залпом осушает стакан, кивает бармену - ещё одну порцию - и вновь обращает внимание на Фэн Синя. - Других баров в округе нет?              -Меня этот устраивает. Почему ты сбежал?              -Серьёзно? Я должен это объяснять? Уши бы мои тебя не слышали.              -Извини, ляпнул. Но ты тоже хорош! Вечно превращаешь наше общение в балаган, ещё и драматизируешь.              -А ты считаешь, между нами всё ровно? У нас нет никаких нерешённых конфликтов, нам не нужно ничего обсудить, - Му Цину подают очередной коктейль, и он лихо опрокидывает в себя добрую половину стакана. - Ведь это же ты тогда... Из-за тебя я...              Признания Му Цина так и остаются не обнародованными - к барной стойке подлетает восторженная разнополая компания:              -Я же говорил, это они! Это ведь вы?              -Мы - что? - осторожно уточняет Фэн Синь.              -Часа два назад исполняли танго в "Белом лотосе". Это было просто вау!              Му Цин игнорирует внезапных фанатов, так что принимать похвалу за них обоих приходится Фэн Синю. Вот только компания пришла не за этим:              -Ребята, повторите, а?              -Чего?! - Му Цин аж давится коктейлем.              -Пожалуйста! Вы просто огонь!              Му Цин продолжает ломаться, но Фэн Синь не собирается упускать шанс ещё раз прикоснуться к прекрасному:              -Пошли, видишь, люди просят.              -У этих людей нет вкуса, - Му Цин всё же слезает с высокого барного стула. - Хотя наверное, они запали на меня, а не на тебя. Кого может заинтересовать бревно? Разве что какого-нибудь лесоруба.              Фэн Синю понадобилась вся его выдержка, чтобы не оттаскать этого хама за волосы. Тем временем ликующие фанаты моментально договариваются с диджеем о подходящей музыке, и доведённый почти до предела Фэн Синь выволакивает Му Цина на танцпол.              -Поведу я. И только попробуй потом сказать, что я не разбудил в тебе страсть, - Фэн Синь, осознав сказанное, переживает кратковременную остановку сердца, но мгновенно берёт себя в руки: нельзя показывать свою слабость. Он притягивает к себе Му Цина ещё ближе, чем в прошлый раз. - Я тебе задам жару...              Му Цин в ответ закатывает глаза и фыркает, но всё же кладёт руку на плечо:              -Ну, попробуй. Рискни растопить этот айсберг.              На этот раз им достаётся не такая быстрая мелодия, но благодаря неспешному темпу она кажется Фэн Синю более подходящей для, как сказал Му Цин, исполнения горизонтальных желаний. Нет, он не вытворяет ничего выходящего за рамки, но когда Му Цин в наклоне делает выпад ногой, Фэн Синь будто бы мимоходом проводит ладонью вдоль его бедра. Му Цин, недобро сверкнув глазами, дергается и резко возвращается в основную позицию:              -Какого чёрта?              -Скажешь, не завело?              Нет, так нет. Спустя пару невинных для танго движений, Фэн Синь прижимает Му Цина к себе спиной. Всего мгновение, но два опасных места успевают соприкоснуться. Фэн Синь готов поклясться, что он слышал очень тихий, сдавленный, больше похожий на выдох, но стон. Интересно! А ведь он не раз задумывался, за какую команду играет Му Цин, но так и не смог понять. Вроде как у того даже была подружка в студенческие годы, но вот манера одеваться наводила на размышления. До сих пор у Фэн Синя не было подходящего предлога проверить, и сейчас он собирается нагло воспользоваться безвыходным положением своего партнёра, ведь не в его характере скандалить и портить вечер окружающим. Текила наносит первый удар в голову, и Фэн Синь напрочь забывает обо всех обидах и думает только об одном. Его ладонь медленно съезжает по спине до талии.              -О, мы перешли на вальс, - Му Цин, даже не вздрогнув и подстроившись под новые движения, смело смотрит в глаза и задаёт неожиданный вопрос. - Почему ты обрезал волосы?              -Решил начать новую жизнь, - отшучивается Фэн Синь.              -Новую жизнь, значит?              Фэн Синь чуть не вскрикивает - с такой силой Му Цин вдавливает ногти в тыльную сторону его ладони! Что на него нашло?              -Му Цин?              -Финальные аккорды.              Фэн Синь понимает и вовремя припадает на одно колено возле Му Цина, зафиксировав обе руки на его тонкой талии, а тот завершает композицию, нежно приобняв своего партнёра за подбородок. Так видят их бешено аплодирующие зрители. На деле же чужие ногти впиваются в щёки и шею ещё сильнее, чем минуту назад в руку, а обсидиановые глаза, дай им такую способность, испепелили бы Фэн Синя на месте.              Едва смолкают овации, Му Цин резко срывается с места и покидает бар. Да что с ним произошло? И дело точно не том, что Фэн Синь его слегка облапал: настроение этого ненормально изменилось только после ответа на вопрос про новую стрижку. Фэн Синь бросается следом с намерением прояснить недоразумение.              Бар располагается в том же корпусе гостиницы, что и их номер, но Му Цин, почему-то проигнорировав лифт, выбирается на чёрную лестницу, и там Фэн Синю наконец удаётся нагнать его.              -Что происходит, куда ты так втопил?              Вместо ответа Фэн Синь получает мощный удар в челюсть. Сам он валится на пол, а рот тут же наполняется привкусом крови.              -Ты охренел?!              -Я охренел? Я пытался не ворошить прошлое и отпустить, но тебе нужно было выпендриться! Уничтожил меня и такой: а подстригу-ка я волосики и начну всё с чистого листа! Наслаждаешься? Разрушил мою жизнь! Из-за тебя всё пошло под откос...              -Под откос, в самом деле? Ты дорого одеваешься, ходишь с последним айфоном...              -О, и давно материальные блага стали показателем счастливой жизни? Шмотками не заполнить одиночество.              -Тебя никто насильно не выгонял, ты сам...              В этот момент Фэн Синь пытается подняться, но слегка заваливается набок. Его голова кружится по многим причинам: от количества выпитого, от удара и, конечно, от этого ужасного разговора. Му Цин помогает удержаться на ногах. Он набрасывается на Фэн Синя и вжимает его в стену, яростно сдавливая шею:              -А ты оставил мне выбор?!              -Раньше надо было думать. Или честно во всём сознаться.              Руки на шее медленно разжимаются:              -Ты до сих пор не веришь! Как ты так можешь...              -Ты же врушка... - бормочет Фэн Синь, вновь сползая на пол - текила его добивает. - Бесстыжая врушка...              Последнее, что он запоминает, это как Му Цин опечалено качает головой и отступает во тьму.