В синем море, в белой пене

Остановившись почти у самого берега, Горо выпрямился, взглянув снизу вверх на светящегося  от энергии Итто, и сам того не заметив, перенял этот трепет, исходящий от него, и весь как-то замялся на месте. — Чего ты тут бродишь посреди ночи, точно лунатик? — тщетно пытаясь скрыть улыбку, спросил Горо, — Разве ты не должен быть уже в постели? — не удержав смешка, поинтересовался он. — Полно из меня дитя лепить, — надулся Аратаки, в обиде выпятив нижнюю губу и сдвинув брови переносице, глядя теперь на Горо исподлобья, — Когда хочу, тогда и брожу. И вообще, ты будто мне не рад, все хихикаешь надо мной. Горо прикрыл искривленный в широкой улыбке рот ладонью, но наполненный задором взгляд лазурных глаз спрятать не удавалось. Скользнув этой же ладонью по всему лицу, он оставил ее на потеплевшей щеке, а сам вернул свое внимание на демонстративно обидевшегося Итто, более сдержанно улыбнувшись ему, глядя на того теперь не с насмешкой, а нежностью. — Ну ладно, не злись на меня. Зачем пришел-то?  Видеть Горо таким расслабленным, развеселившимся и улыбчивым Итто приходилось редко. В основном тот был глубоко задумчивым, неразговорчивым и даже печальным, а сейчас улыбка его чуть ли не до ушей доходила, а вечно бледные щеки даже сквозь покрывало ночной темноты озарялись здоровым румянцем. Лицезрев такого Горо, Аратаки не мог продолжать сердиться. — Я попрощаться пришел, — чуть потупившись заговорил он, — Было бы неправильно, если бы я внезапно пропал, вот и по несколько раз на дню сюда выходил -  искал тебя. Горо изумленно раскрыл рот. Множество вопросов и мыслей вертелось у него на языке, в том числе и страхов, зарождавшимися один за другим, но видя то, как мнется Итто, он унял любопытство, решив не сбивать того с мысли. — Завтра у меня отплытие в Ли Юэ, и… меня здесь не будет больше трех недель. Не хотел резко исчезнуть, не оповестив друга. Вдруг ты решишь, что я тебя бросил и не будешь больше появляться на поверхности, — голос Аратаки задрожал, а глаза заблестели от накатывающихся слез, — Я бы не смог пережить этого! Горо расслабленно выдохнул. Он подплыл к Итто чуть ближе, дотронувшись до его крепких рук своими.  —  Нашел из-за чего переживать. Я же не глупый, сообразил бы, что могло послужить твоему внезапному отсутствию, — успокаивающе поглаживая чужую широкую кисть, сказал почти шепотом Горо, — К слову, у меня тоже есть для тебя новость. Итто шмыгнул носом, смахнул слезинки с глаз, после с любопытством склонил голову в бок, вскинув брови вверх. — Я всерьез задумался о том, что ты мне говорил о… возможных путешествиях вместе, твоей рекомендации поговорить с Кокоми, и, — Горо вдруг весь замялся от сосредоточенного вида Итто, так сильно напрягшегося, что у того венка на виске надулась. Стало вдвойне страшно от того, что он собирался сказать, — Место на корабле для еще одного путешественника найдется? Эмоцию, окрасившую Итто тяжело объяснить словами в точности. Его физиономия вытянулась  от восторга, глаза загорелись безудержным счастьем, а без того безобразно лежащие волосы, будто только сильнее распушились в разные стороны, став похожими на спинку ежика. — Да ты, никак, шутишь надо мной! Конечно найдется, только скажи, как тебе удалось все это провернуть? — Это история не на минуту, лучше присядь. Горо  посвятил Итто в цепочку событий, которые последовали после последней их встречи. — С рассветом я обрету человеческие черты, но утеряю воспоминания. Думаю, она имела в виду те, что связывали меня с «прошлой жизнью». — Это даже печально. Как бы ты не любил свою жизнь в море, определенно есть что-то или кто-то, о ком бы ты хотел сохранить воспоминания. Горо тяжело вздохнул, бегло пройдясь взглядом по играющей на ветру воде. — Боюсь, воспоминания о тех, кто хоть как-то смогли осветлить мою жизнь будут только мучить. Так что, — с горечью в голосе произнес он, — Было бы правильно отречься от них и прожить новую жизнь с чистого листа. Аратаки неодобрительно покачал головой, но своего мнения, которое значительно разнилось с убеждениями Горо говорить не стал. Кто знает, что заставило его принимать за истину именно эту свою мысль. — Что ж, — отвлекся  от задумчивости Итто, — Остается дождаться утра, и мы вместе отчалим!  — торжественно воскликнул он, вкинув вверх сжатую в кулак руку, — Уверен, ты понравишься капитану. У нее на хороших ребят глаз наметан. Тут он застыл на месте, будто чего-то испугался. Начал судорожно копаться в карманах одежды, нервно шевелить губами, будто ругаясь на самого себя, чем порядком заставил волноваться Горо. — Нашел-нашел! — чуть не подпрыгнув на месте, обрадовался Аратаки, после облегченно выдохнул, вытащив руку из кармашка рубахи, — Карман же ж у меня худой, думал, потерял, — хохотнул тот, подползая вплотную к любопытно заглядывающему Горо, — В честь знаменательного события, которую изменит твою жизнь уже завтра, и уверен, в хорошую сторону, я хочу преподнести тебе небольшой подарок. Итто раскрыл ладонь, в которой блеснула маленькая кандзаси, явно сделанная собственноручно им самим, если судить по ее откровенно неэстетичному виду. Представляло собой украшение шпильку с фигуркой бледно-розовой розы, сложенной из цветной ткани. Итто вложил результат своего творческого всплеска Горо в ладонь, а сам с волнением наблюдал за реакцией, заглядывая тому в глаза. Горо повертел украшение в руке, мысленно оценил его красоту (точнее, ее отголосок), но применения вещицы он никак не мог понять. Он вопросительно посмотрел на Аратаки, одним только своим взглядом спрашивая: «Что я должен с этим сделать?» — Ай, точной! Секунду, — Итто сразу же спохватился, довольно долго колдовал у чужой головы, то и дело случайно дергая золотистые волосы, и разок даже выдернув парочку волосинок, за что получил в лоб. Наконец ему удалось прицепить заколку на волосы у виска. Горо опустил голову к воде, разглядывая свое отражение. Украшение сидело криво, тканевая розочка едва держалась на основной конструкции, и в целом русал выглядел в ней нелепо.  Но как же на душе него потеплело. В голове сразу рисовался забавный образ сгорбленной сильной фигуры Итто, что кропотливо скручивал грубыми руками этот несчастный бутон розы. Очень странное, но приятное чувство расплылось у Горо в груди, отчего улыбка сама расползлась на лице.  — Спасибо, Итто, — придерживая рукой соскальзывающую шпильку, поблагодарил Горо, — У меня тоже есть подарок для тебя. — Я думал, что твои подарки на сегодня закончены. Ты и так меня хорошо порадовал, — шутливым тоном проговорил Аратаки, наблюдая затем, как другой что-то стаскивает зубами с запястья. На лунном свету блеснул браслет. Изделие было из широкой нити переплетенных водорослей, мелких жемчужин и зеленых переливающихся чешуек, в точности таких же, что и на хвосте Горо. Русал протянул украшение Итто, и тот, с несвойственной ему аккуратностью принял браслет, удерживая его сложенными в лодочку ладонями. — Это с твоего хвоста? — удивленно поинтересовался он, а когда Горо кивнул, продолжил, — И не больно? — Совсем нет, если делать это аккуратно. Аратаки, стараясь быть как можно более аккуратным надел браслет на запястье, и вдоволь наглядевшись, обратился к Горо. — Не посмею снять его. — Не преувеличивай со значимостью этого подарка, — отмахнулся Горо. Итто на чужие слова ответил недовольным фырканьем, скорчив обиженное выражение лица. Уж не по нраву ему было принижение значимости, пусть и такой безделушки.  Но высказываться на этот счет он не стал, и то, лишь из желания провести спокойно ночь перед важным событием, избежав при этом споров, которые вести с Горо было только себе дороже. — Каждый раз, когда смотрю на тебя, думаю о том, что если… если б я все же умер тогда?  — внезапно посерьезнел Итто,  стоило только образоваться небольшому затишью между ним и Горо, — О бабушке бы никто не позаботился. Не представляю, как бы она пережила мою… да и пережила бы вообще? Я тебе бесконечно благодарен, Горо. Я обязан тебе жизнью. — Ты не должен сейчас об этом думать, — взволнованно окинув Итто взглядом, успокаивающе убеждал его Горо — Сейчас ты здесь, ровно стоишь ногами на суше, рядом с бабушкой, рядом… со мной, — печально улыбнулся он, мягкими поглаживающими движениями пройдясь ладонью по смуглой щеке Аратаки, — Тебе есть для кого жить, мне завидно. Итто шмыгнул носом, захлопал глазами, сгоняя слезы, а чтобы притупить печаль, взглянул на небо. — Луна сегодня красивая, — заметил он. — Да, — со вздохом ответил Горо, любуясь совершенно не ночным светилом, а грубыми чертами Аратаки, его блестящими янтарными глазами и подрагивающими губами. Шепот колыхающихся волн, редкое пение ночных птиц и шелест деревьев действовал убаюкивающе, будто все окружение пыталось укрыть пару от тревоги, ненужных страхов и забот, позволяя задержаться на месте и сохранить умиротворяющую тишину еще на минутку-другую. Но как бы природа не старалась вселить в их души каплю заслуженного покоя, предвкушение и волнение за следующий судьбоносный день не могли покинуть этих двоих, оставаясь висеть на груди тяжким грузом. — Ты сможешь сегодня остаться со мной? — решаясь нарушить устоявшееся мирное молчание, тихо почти шепотом спросил Горо, обратившись к завороженно глядевшему на усыпанное звездами небо Итто. Аратаки услышал чужую просьбу, но не сразу отреагировал, словно вид ночного полотна его интересовал куда больше. Он обернулся к Горо, позабыв о своем серьезном и сосредоточенном выражении лица, которое, кажется, насторожило его. — Если, конечно, ты сам хочешь, и твоя бабушка не будет волноваться. Только после этих слов Итто пришел в себя. Густые угловатые брови подпрыгнули вверх, а лицо вытянулось. — Да, конечно! — закивал он, — Я бы не смог сегодня уснуть дома, слишком волнительно. — То же самое, — протянул задумчиво Горо. Аратаки расстелил на земле свой простенький тонкий плащ, местами прохудившийся от времени, после лег на него боком, глядя из под полузакрытых от настигающей дремы глаз на Горо, так же ютящегося вокруг своей оси, пытаясь улечься поудобнее. Горо, оставаясь на мелководье, принял позу лежа, оставаясь на суше только верхней частью тела. Хвост же был в подогнутом положении, из-за чего его поза напоминала эмбриона.   Итто любезно предложил Горо свой кусочек места на одежде, которым другой весьма охотно воспользовался. Ощущение защиты от колющихся песчинок добавило комфорта его положению, а такая существенная близость с Итто и вовсе действовала как обезболивающее средство от тревоги. — Доброй ночи, Итто. — Доброй, Горо, — улыбнулся Аратаки, мимолетно касаясь рукой до острых кончиков изящных, полупрозрачных, перепончатых ушей. Сложно представить, что совсем скоро вместо этих, точно вылепленных вдохновленным мастером перламутровых ушек будут самые обычнее человеческие; что ни лазурного хвоста, ни этих милейших жемчужин на нем тоже не будет.  Благо, пожалеть о том, на что подтолкнул Горо Итто не успел, вовремя поймав себя на мысли, что новая жизнь, наполненная красочными событиями человеческой жизни сможет компенсировать все, что утратит Горо в этой. По крайней мере, он в это верил.

***

Аратаки разбудил пронзительный крик. Поначалу ему показалось, что ему чудится в неспокойном сне, но четко различив голос Горо, он в ту же секунду раскрыл глаза, точно сна и не бывало. Оглядевшись и не заметив Горо подле себя, Итто бросился к источнику чужого голоса - к морю, где на относительно небольшой глубине бессильно бултыхался русал. С бегу войдя в воду, Аратаки широким шагом преодолел расстояние до еле державшегося на плаву Горо, взгромождая его себе на плечо, а рукой крепко держа за талию. Другой же совершенно не сопротивлялся - не было сил, только то и дело кашлял и вскрикивал от боли, как только переступал с одной стопы на другую. Выведя Горо на берег и оказав помощь, чтобы он мог сесть наземь, Итто восхищенно ахнул, когда в свете утреннего красного солнца он разглядел пру изящных худых ног, подрагивающих не то от холода, не то с испуга. — Горо! — в безудержной радости воскликнул он, присев на уровне сжавшегося в комок очеловеченного русала и схватив его за плечи, крепко стиснув худой корпус друга в объятиях, — Получилось! У тебя получилось! Итто, с улыбкой до ушей вглядывался в Горо, всем телом дрожащего, во взгляде котором не было отклика на эмоции друга. Более того, тот смотрел на него с опаской, недоумением. Горо оглянулся назад - на мирно плещущееся море, после вновь на Аратаки. — А где…я? А кто…ты? — спрашивал Горо так, будто секунду назад свалился с луны. Тут у Итто сперло дыхание, а перед глазами потемнело. «Все пропало» - заключил мысленно он.