В синем море, в белой пене

Тома с Куки застыли на месте, насторожившись глядя в щель приоткрытой двери. Горо и Итто остались на месте по велению Синобу, но не будь у Аратаки сдерживающего груза в роли своего несчастного друга, то давно бы безрассудно бросился в самый эпицентр катастрофы. — Кто это? — аккуратно поинтересовался Горо, глядя то на напряженного, точно струна Итто, то на маячивших у выхода Тому и Куки, ища хоть в ком-то ответа. — Пираты, полагаю, — Тома как-то неуверенно замялся на месте, — Кучка негодяев, штурмующие любые суда, попавшиеся им на пути. Слишком влиятельны, чтобы пробовать их пресечь, так что покой морякам лишь снится. Не представляю, каких благ им наобещал Аято, что они обходят нас стороной. — Видимо недостаточно, раз они снова здесь, — буркнула Синобу, вздрогнув от громкого звука со стороны палубы, кажется, выстрела. Все в моменте пригнулись инстинктивно к земле, но ни криков, ни звуков суеты не послышалось, лишь тот же монотонный голос то одного, то другого возобновились. Тома отрицательно помотал головой, сохраняя отстраненный, задумчивый вид. Секрет их безопасности от Фатуи был в заправляющим всеми процессами на судне человеке - Аято. Каким-то невиданным для моряков способом тот смог уговорить Предвестников решать все вопросы исключительно через него, не прибегая к привычному для них агрессивному настрою. И удивительно, но через пару-тройку закрытых переговоров Фатуи действительно оставили их в покое. Но внезапное появление агентов на борту заставило всех засомневаться в цели их вторжения, и неизвестность, кажется, пугала теперь только больше.

***

На остальной части корабля воцарился эмоциональный хаос: страх, животная злоба и возмущение. Пусть моряки и расступились, чтобы пропустить незваных гостей на борт, но при этом едва сдерживали себя, чтобы не сорваться с места и не накинуться на мерзавцев кучей. Пусть только попробуют навредить кому-то ближнему из команды, и те, как спущенные с цепи псы разорвут каждого Предвестника в клочья. Бэй Доу возникла прямо перед двумя мужчинами с выставленным вперед кинжалом, не позволяя ни одному, ни другому пройти дальше, держа обоих на расстоянии. Лицо ее было обезображено гневом и едва скрываемым ужасом. Щеки пылали от прилива крови, брови по орлиному схмурены, а губы нервно подрагивали как у плачущего ребенка. — Прошу Вас проявить благоразумие, капитан, и выслушать нас, — лукаво заговорил один, глядя Бэй Доу в глаза. Та выдохнула, процедила сквозь зубы пару ругательств, но из безопасности собственной и товарищей, все же отстранила оружие, опустив руку, и с остервенением держась за рукоять кинжала, нервно стуча по нему напряженными пальцами. — Мы пришли не с целью навредить, — продолжил он с улыбкой, обнажив ряд острых зубов, — Сослужите нам небольшую услугу, и вы ничего не потеряете. — От вас добра не жди, — огрызнулась Бэй Доу, — Мы имеем право на самооборону в случае несоблюдения договора, — она рефлективно попятилась назад, — Убирайтесь. Предвестники обменялись насмешливыми взглядами друг с другом, после чего тот, чье лицо было обрамлено хрупкими очками вступил в разговор. — Точно так же, как и мы имеем право сообщить о вашем роде деятельности, — он с наслаждением окинул взглядом физиономию Бэй Доу, ее выражение откровенно порадовало Предвестника - попал прямо в точку. Лицо той медленно вытянулось, челюсть чуть обвисла от удивления, а рука, в которой лежал кинжал дрогнула. — Как мне известно, ваше судно занимается контрабандой. И наверняка знаете, какие меры предпримет правительство Инадзумы, если хоть одна живая душа выдаст то, чем вы промышляете. Благородное сердце капитана не позволит подставить стольких товарищей, отправив их на верную смерть, верно? — говор мужчины был фальшиво ласковым, таким говорят с перепуганным животным, чтобы заманить его в свои кровожадные руки. Бэй Доу медленно отступила. На лице мелькнула тень страха, который та в мгновение скрыла за гримасой презрения. Но от Панталоне не ускользнула перемена в ее настроении. Ощущение чужого гнева и страха доставляло какое-то особенное удовольствие Дельцу. Не сдержавшись, он расплылся в довольной улыбке сцепив пальцы и опустив руки. — Чего вы хотите? — Сущий пустяк, — отмахнулся Дотторе, — Мы хотим, чтобы вы передали нам юношу, попавшего на борт сегодня. Сердце Бэй Доу больно кольнуло. Уж чего, а заинтересованности Фатуи в мальчике она не ожидала. Возмущение, колотящее волнение за новобранца подтолкнули на необдуманные слова. — К нам сегодня никто не поступал, — собрав остаток смелости в кулак, произнесла она. Повисла гнетущая тишина. Дотторе вцепился подозрительным взглядом в Бэй Доу, и, подобно хищнику, стал медленно наворачивать возле нее круги, рассматривая девушку со всех сторон, пытаясь выявить нечаянную дрожь, резкий вдох или дрогнувший на лице нерв, чтобы уличить ее во лжи. — Позвольте проверить, — и стоило ему двинуться в сторону кают, как Бэй Доу схватила Предвестника за предплечье, больно сжав его. — Здесь его нет, — четко с расстановкой повторила она, глядя Доктору прямо в глаза. К Дотторе мгновенно подскочил Панталоне, но первый остановил его, держа на расстоянии вытянутой руки. Доктор долго смотрел на Бэй Доу, любопытно наблюдая, как сжимаются и разжимаются от напряжения желваки, как вздымается от сбитого дыхания грудь, как бледнели губы, и с каким остервенением на него глядели алые глаза. — Все в порядке, — наконец заговорил он, отстраняясь от окоченелой капитанши, — Раз капитан уверен, что нужного нам человека здесь нет, то так кому и быть, — тот украдкой взглянул на приоткрытую дверь одной из кают, — В таком случае просим прощения за вторжение. Всех благ. Дотторе кратко поклонился, махнул рукой кому-то с его корабля, бесцеремонно впечатавшегося в судно Бэй Доу. После, с помощью Панталоне удалился. Как только экипаж погрузился в тишину, и, казалось бы, покой, ноги Бэй Доу подкосились. Тело обдало жаром, а ужас, томящийся глубоко внутри слишком долго, наконец показался. Закрыв ладонями вспотевшее лицо, она упала плечом на стену. — Дело-дрянь.

***

Потребовалось около часа для того, чтобы все смогли полноценно прийти в себя после произошедшего. Но прийти в себя - не значит успокоиться. Каждый понимал, что возвращение Фатуи - вопрос времени, и пока это время у команды есть, необходимо что-то предпринимать. — На кой черт им Горо? — спросил Тома, сосредоточенно глядя на Итто в упор, — Ты снова создаёшь нам проблемы. Понимаешь, чем это чревато? Они же вернутся в ближайшее время, иначе быть не может. Но возмущенных речей Аратаки уже не слышал. Он перестал дышать с того момента, как услышал о намерениях Фатуи. Его сковал такой шок, что никакая информация извне не воспринималась им. Глаза Итто округлились, челюсть обвисла, и мелькающие образы перед глазами стали просто мыльными силуэтами, а голоса их доносились до Аратаки будто из воды. В голове стоял звон, и когда первая волна ужаса сошла, на глазах навернулись слезы. Внутренний голос отчаянно кричал: «Что, что же я наделал? Как мог одним неосторожным советом перевернуть все вверх дном? Как мне дальше поступить? Как все исправить?» —Ты вообще меня слушаешь? Аратаки лишь тупо мотнул головой, на что Тома раздраженно прокряхтел, поспешив покинуть каюту. —Не наделай глупостей, — похлопав Итто по плечу, попросила сочувствующе Куки, выйдя следом. От прикосновения Аратаки отвлекся от терзающих мыслей и сразу же посмотрел на Горо, всего скукоженного от страха. Глядя на то, как его потряхивает, как он жмется ближе, ища защиты, Итто набрал полную грудь воздуха, старательно создавая вид уверенный и совершенно непоколебимый. Последнее чего бы ему хотелось, так это того, чтобы Горо в своем единственном объекте доверия не смог увидеть защиты. Аратаки накрыл рукой плечо Горо, почувствовав, как оно исходит дрожью, после мягко притянул его к себе. — У тебя из-за меня проблемы? — тихо спросил Горо. — Нет-нет, что ты, — так же тихо ответил Итто, — Теперь все будет по-другому. Все будет хорошо.