Ловушка на кролика

      Максвелл щёлкнул пальцами ровно в нужный момент, чтобы первый теневой клон отобрал из рук Уилсона какашку гломмера, а второй — подхватил безумца под локти, мешая ему дотянуться до запасов этой дряни в рюкзаке. Неповторимый оригинал тут же ловко срезал лямку рюкзака теневым лезвием, вытащил оттуда целый стак розовой жижи и отправил сию богомерзость в костёр. Пламя взвилось до небес.       — Нет! — Орал Уилсон, брыкаясь в лапах клона. — Подлец! Ты хоть понимаешь, что наделал?! Мой план!       Настоящий Максвелл подошёл к нему вплотную и обвёл с ног до головы нечитаемым взглядом. Не отзывая двойников, он воспользовался неподвижностью собеседника и идеально завязал вечно расхлябанную бабочку на его костюме. Застегнул пару пуговиц и вытащил ветку из бурелома причёски.       — Нет, я!.. — Уилсон не договорил и тяжко вздохнул, ведь из его волос выпорхнула маленькая птичка и унеслась прочь. — Мой инкубатор, — горестно сообщил он.       — Молодым людям следует быть опрятнее. Не так ли, Уикерботтом? – Поинтересовался Картер.       Леди библиотекарь, пившая неподалёку чай, согласилась:       — Мистеру Хиггсбери не хватает дисциплины и заботливой руки.       — Что ж, он может рассчитывать на шесть, — хмыкнул на это Максвелл и щёлкнул пальцами, убирая клонов.       В данный момент в Уилсоне побеждало уныние, и поэтому драться он не полез. Вероятнее всего, он разгонял мощность мозговых шестерёнок, придумывая новый план, как быстро сойти с ума.       — Я доставлю тебя на место, — тихо шепнул ему Максвелл и по слогам добавил. — Не смей есть эту гадость. Твой разум нам ещё понадобится.       Уикерботтом поднялась со скамейки и приблизилась к ним:       — Вы не обманете меня, юные джентльмены. Я иду с вами, — сообщила она. — Бегаете по миру, роете норы, падаете с небес. Вы думали, мы с Уилллоу не заметим ваших тайных игр? О нет, дорогуши, как бы не так... Уилсон, мальчик мой, почему вы покраснели?       — Мэм, я не мальчик, я совсем уже стар. Я имею в виду, это просто… — Уилсон во второй раз попытался развязать идеальную бабочку и растрепать обратно волосы… И снова остановился, покраснев лишь гуще. Он не мог заставить себя это сделать. — Перегрев. Я съел острый чили.       Максвелл сложил руки на груди, недоумённо изучая его затылок, а затем вдруг усмехнулся:       — В таком случае, нам нужно поспешить. Уиллоу убьёт тебя, узнав, что ты съел её любимое блюдо.       Краснота перешла пятнами на шею.

***

      Теневые ходы, создаваемые Максвеллом, впечатляли без шуток. Но всё же Уилсон не выдержал:       — Слегка напоминают кроличьи норы, не так ли?       Максвелл закатил глаза:       — По крайней мере, я заманил в этот мир одну любопытную Алису.       Хиггсбери явно насладился, ответив ему:       — Я заманил их в семь раз больше.       Храни господь Уикерботтом, что в этот момент со свойственным ей: «тишина!» — Шлёпнула обоих подлецов папирусом по затылку, и путь продолжался в рабочей атмосфере без лишней болтовни.       Чарли у трона не оказалось. Заместо неё дежурили тени.       — Чтобы поговорить с Чарли, нам нужно позвать её, — пояснил очевидное Максвелл, но товарищи вовремя удержали его за рукава пиджака.       — Мы пришли для другого. Максвелл, дорогуша, разве не очевидно? — Зашептала Уикерботтом.       — Спасибо, мэм, — поблагодарил её Уилсон. — С Чарли бесполезно разговаривать. У неё есть план, и она его придерживается. Она не будет с нами сотрудничать.       — Ох, неужели ты начал её понимать, — хмыкнул Максвелл, глаза которого закатились уже подобно местному божество луны, скрывая зрачки за пределами видимости смертных. — А я полагал, что ты снова собираешься вести переговоры вопреки всякой логике.       — Логика — моё второе имя! — Вспылил Уилсон. — А теперь давайте покажем её на кулаках. Мне нужно это помещение для эксперимента.       На сим Уикерботом и Максвелл накинулись на теней издалека, в то время как Уилсон, выверяя время, орудовал мясной битой по замороженным и подожжённым монстрам. Спустя пять минут тронный зал был расчищен.       Тогда Уилсон поднял кувалду из лунного камня и принялся крушить трон. На удивление, у него получалось. Когда дело было закончено, он радостно провозгласил, подняв с пола тёмную каменную сферу:       — Король может есть фигуры в радиусе одной клетки, включая свою собств..       Не успел он договорить свою гениально-банальную речь, как со звонким чпоканьем на месте старого трона вырос новый: ещё колючее и кошмарнее предыдущего. А около нового трона возникла…       — Беги! — Воскликнул Максвелл, призывая теневые силки.       Уикерботтом моментально заморозила ужасающего защитника нового трона, но лёд тут же треснул, высвобождая чудовище обратно.       Уилсону хватило пары выигранных секунд, чтобы уклониться от второго удара гигантской теневой птицы, однако первый уничтожил половину надетой на нём брони.       — Бросай камень! — Крикнул Максвелл, улепётывая к выходу вместе с Уикерботтом. — Это её яйцо!       — Не брошу камень! — Вопил Уилсон. — Он нужен мне! Я должен узнать!..       Он не объяснил, узнать что, поскольку оказалось, что птица стреляет лазером из клюва на приличное расстояние, в радиус которого джентльмен-учёный попадал. Броня Уилсона окончательно раскололась, тело его обожгло пылающим лучом, но в миг перед смертью чьи-то руки подхватили и вынесли его из-под агрессивного потока частиц (или волны: впрочем, это недоказанная теория).       Спас его теневой клон Максвелла. Он утащил Хиггсберри прочь от птицы и утянул его в теневой лаз до того, как великанша успела снова их атаковать.       Однако что задержало её передвижение? Очевидно, что кто-то отвлёк внимание птицы на себя.       Под громкие инфернальные вопли монстра шумно падали своды тронного зала. Уикерботтом бежала впереди, не оглядываясь, Уилсон с двойником следом. Значит, методом исключения, в зале остался Максвелл.       Что будет, если, ну. Умереть в мире теней? Получится ли возродиться в принципе?       Уилсона прошиб холодный пот. Он резко остановился, поняв: потерянная здесь душа станет частью Пустоты.       Шум битвы затихал в отдалении. Уикерботтом прислонилась к стене, тяжело дыша и костеря свой возраст, птиц и глупую молодёжь.       — Максвелл! — Воскликнул Уилсон и собрался бежать обратно, но теневой двойник мгновенно схватил его за руку, не давая двинуться с места.       В следующие несколько дней Уилсон много размышлял над тем, с какой мыслью в голове Максвелл создал свою последнюю тень. Какой приказ дал двойнику? Явно приказ необычный, поскольку двойник понаблюдал за вырывающимся из хвата Уилсоном, привлёк его ближе, сцапал когтистой лапой за подбородок и прижался к его губам своими.       Прощальный поцелуй был подобен облаку плотного сигарного дыма. Уилсон замер на месте и, судя по виду, утонул в нём.       — Ты… Ты просто! — Воскликнул он, вынырнув на поверхность, и смело ринулся вперёд, отыскивая посреди сплошной тени губы. Он обвил руками плечи двойника и приник к нему с остервенелой жадностью.       Послышался металлический грохот: это Уикерботтом заметила, чем они занимаются, и выронила посох заморозки.       Двойник мерцал, постепенно исчезая, а Уилсон отстранился от него и вытер губы, на которых осталась чернильным пятном часть тени Максвелла. При виде этой картины ментальное состояние уважаемой дамы упало ещё ниже.       — Мэм, прошу, донесите это до базы. — Уилсон втиснул украденную каменную сферу ей в руки.       — Ты собираешься подставить себя под удар, дорогуша? — Воскликнула Уикерботом в возмущении. — Что за неслыханная глупость! Очевидно, что дорогой Максвелл спас твою жизнь, пожертвовав своей, а ты совсем не ценишь его стараний!       На это безумец упрямо возразил, на ходу перематывая ожоги медовым бинтом:       — Не волнуйтесь, я лишь выполню рокировку. Мою королеву хотят съесть, и я не собираюсь так просто её отдавать.